Как жили венгры при социализме
После событий в Венгрии осенью 1956 года, страна нуждалась в позитивных реформах, способных успокоить жителей и подарить им надежду на светлое будущее. Янош Кадар прекрасно это понимал, а потому позволил венграм гораздо больше, чем разрешалось гражданам других стран (не зря местные жители назвали эту эпоху «кадаризм»).
Для начала экономист Реже Ньерш разработал план, согласно которому в стране разрешили развивать мелкий частный бизнес. Предприниматели могли торговать не только «местными» товарами, но и западными. А с учетом того, что не существовало никаких запретов на выезд в капиталистическую Европу, «добыча» иностранной продукции была абсолютно беспроблемной. Венгры один за другим открывали собственные мастерские: кто-то производил натуральную косметику, кто-то – украшения, кто-то – сувениры.
О том, что такое дефицит, в Венгрии не знал почти никто. Мало того, что в стране был большой ассортимент собственных товаров, так еще можно было насладиться заграничными. В холодильниках местных жителей лежала колбаса-салями и сосиски, дети жевали жвачку, все больше людей позволяло себе покупку легковых автомобилей.
В то время, как в СССР людям приходилось тщательно фильтровать каждое свое слово и даже мысль, в Венгрии не было такого понятия, как политическая цензура – можно было свободно разговаривать на любые темы, открыто вести дискуссии о жизни в стране, устанавливать контакты с западными государствами.
Интересно, что при всей свое приближенности к Европе и возможности закупать в иностранных государствах любые товары, Венгрия смогла сохранить и укрепить собственную экономику. Их продукция была известна во всем мире. Спросите своих родителей или бабушек с дедушками, помнят ли они про автобусы Ikarus, овощные консервы Globus, грузовики Raba или цветные телевизоры Videoton. Наверняка они смогут рассказать вам много интересного.
Одним из ключевых факторов, который помог экономике ВНР стать настолько стабильной, был СССР. Советские инженеры бесплатно строили здесь заводы и фабрики, которые по качеству ничем не уступали зарубежным, а предприниматели активно закупали венгерские товары. Еще одной важной составляющей успешности Венгрии был отказ от централизованного планирования экономики. Планы устанавливало не правительство, а сами предприятия. Благодаря этому Венгрия всегда была в плюсе, и не знала о дефицитах.
Все это привело к тому, что в середине 80-х годов Венгрия стала одной из самых мощных европейских стран в вопросах экономики. Она занимала первое место по производству пшеницы и мяса на душу населения, и второе – по количеству яиц. Не менее успешным был фармацевтический бизнес.
Чуть позже своего расцвета достиг венгерский кинематограф, а также музыкальная сфера. Не менее актуальным был туризм – легендарное озеро Балатон с выходами минеральных и термальных источников стало курортом международного масштаба, куда каждый год съезжались на отдых представители огромного количества европейских стран.
Официально жизнь в ВНР представлялась как особый вариант социализма, однако сами венгры в шуточной форме называли его «гуляш-социализмом», ведь мясо при Кадаре было дешевым и доступным каждому – километровые очереди, как в Советском Союзе, выстаивать не нужно было. Благодаря этому гуляш перестал быть праздничным блюдом – венгры могли готовить мясо в томатном соусе хоть каждый день.
Видя успехи Венгрии, генеральный секретарь СССР Юрий Андропов планировал перенять ее опыт и воплотить его в нашей стране. Увы, не успел, поэтому советские граждане так и не смогли прикоснуться к роскошной жизни, которой гордились венгры.
В конце 80-х годов все изменилось. Произошло крушение советской системы, генсек Янош Кадар в срочном порядке ушел на пенсию, и Венгрия оказалась во власти Америки и Германии.
При проевропейских лидерах, предшественниках Орбана, предприятия стремительно закрывались, а те, которые пытались остаться на плаву, через какое-то время объявили о банкротстве. Прекратилось производство знаменитых консервов и транспортных средств, сельское хозяйство познало худшие времена. Под непрерывным наплывом мигрантов из африканских и азиатских стран собственное население страны стремительно сокращалось.
Поэтому сегодняшняя позиция Орбана (евроскептицизм и изоляционизм) отражает взгляды мыслящей части страны. Проевропейская оппозиция во главе с Петером Мадьяром опирается на поддержку недалеких и более слабых в интеллектуальном отношении слоев населения. Посмотрим, кого окажется больше.
Но при любых исходах всех последующих выборов выйти из Евросоюза страна уже не может: она не столь велика для проведения самостоятельного экономического курса и слишком глубоко интегрирована в ЕС.
Свидетельство о публикации №226040600516