Спасительная ревность

Девушка замедлила ход, сунула руку в карман и, вынув пачку сигарет, отошла на край тротуара. Затем достала сигарету и, зажав её губами, подкурила. Парень наиграно скорчил недовольную гримасу и с укором произнёс:
-Ты же курила десять минут назад, курилка картонная.
-Скоро брошу.- раздражёно процедила брюнетка и глубоко втянула терпкий дым.
-Где-то это я уже слышал. Стоп. От тебя. Полгода назад. – подтрунивал парень.
Та, нахмурившись, молчала. Видя, что спутнице разговор становиться неприятен, Олег перевёл его на другую тему:
-Слушай, Юль. А магазин не закроется на обед? Ты не знаешь - он до скольки?
-Не знаю. Ну, закроется - подождём. И ещё день. Куда он закроется? – и недовольно посмотрев на парня, буркнула.- И дай спокойно покурить. За сегодня всего седьмая сигарета. Это на две меньше чем вчера. Как ты видишь - постепенно бросаю,.
Крепкий шатен, скептически усмехаясь, покивал головой, но больше ничего не произнёс. Как только девушка докурила, они продолжили путь.
Причиной, по которой пара решила посетить окраину города, являлся занимательный магазин с необычным товаром. Если конечно верить словам знакомых. Небольшая торговая точка открылась в давно пустующем павильоне. Тихо. Без рекламы и акций. Когда город засыпал, тут пустело забытое здание, а поутру уже красовался диковинный магазин с нетипичным и нешаблонным товаром. Оригинальным являлось и название. На чёрной вывеске белым готическим шрифтом было выведено: «Логово мадам Аргиопы». Четыре угла баннера украшала нарисованная белая паутина. Пара внимательно рассмотрела данный элемент оформления и, переглянувшись, вошла вовнутрь. И только они переступили порог, то оба застыли от удивления.
Слухи не врали. Притом первым, что их удивило, был не товар, а запах. В нос ударил маслянистый и густой аромат странных духов. Приторно сладкий, цитрусовый и извращённый. Словно смесь мускуса, земли и гнилых апельсинов. Привыкнув к полумраку и эксцентричному запаху, пара, взявшись за руки, начала ходить по небольшому магазину, разглядывая товар. Он кардинально отличался от привычного. Замысловатая хрустальная посуда, серебряные ювелирные изделия, редкие книги, пару шкафов с элитным вином, эксклюзивная одежда, притом старинного стиля и многое другое, что не встретишь в других магазинах. На большинстве товаров изображались пауки или паутина. Во всём преобладали оттенки чёрных тонов: начиная от тёмно-графитового и чёрно- янтарного заканчивая обсидиановым, смоляным и цветом вороньего крыла. И даже сам магазин имел минимум освещения и прибывал в полумраке. Этакая уникальная атмосфера и стиль под стать товару. А если описать всё в нескольких словах - то пауки, сумрак и странный запах.
Разглядывая ассортимент, пару привлекла картина, нарисованная в цветах сепии. Вертикальное полотно, размером от пола до потолка, висело почему-то в углу, а не в центре. Будто его намерено спрятали в самую тёмную часть магазина. Пара подошла и внимательно стала осматривать картину. Жуткий антропоморфный чёрный паук стоял посреди пустыря на десяти тонких лапках. Его мужское лицо печально скривилось, а чёрные пустые глаза наполнились слезами. Юля подошла ещё ближе и, слегка наклонившись, прочитала вслух:
- Одило;н Редо;н – Плачущий паук. Реплика.
-У нас не одна картина. Есть и «Паутина» Ильи Сергеевича Глазунова. – прозвучало слева. Пара обернулась. За прилавком стояла бледная женщина.- Но, к сожалению тоже реплика. И так же как полотно Редона на порядок больше своего истинного размера.
Пара молчала, внимательно глядела необычную продавщицу. Худая, если судить по лицу, дама носила длинное чёрное платье. По крайней мере, складывалось такое впечатление. Из-за прилавка женщину было видно по пояс. Не обычным являлась и её причёска. Чёрные волосы, собранные в кари;мбос, плотно оплетали голову. Подобную греческую причёску не часто встретишь в современных реалиях. Руки по запястья и шею скрывали тёмные плотные кружева. А бледный лик не выражал эмоций. Складывалось впечатление, что женщина не моргает или вовсе не дышит. Она больше походила на реалистичный манекен, чем на человека. Выждав несколько секунд, продавщица продолжила:
- Картину, про которую я говорю, вы можете видеть за моей спиной. И если она вас заинтересовала, я вас расстрою. Ни «Паутина», ни «Плачущий паук» не продаются. – когда дама говорила, она ни то, что не повернулась на полотно или хотя бы указала рукой. Она ни разу не пошевелилась. Шевелились только её губы.
Пара взглянула на огромную картину за спиной эмоционально холодной дамы. На нарисованном полотне в чёрно-белых тонах существовало всего две детали. Почти весь правый край занимала паутина. А с левого на них смотрела бледная и чрезмерно худая жуткая женщина с абсолютно чёрными глазами и длинным хвостом из вороных волос, ниспадающий по правому плечу. Юля невольно скривилась, затем огляделась вокруг и, повернувшись к продавщице, скривилась ещё сильней.
-Вы боитесь пауков?- вопросила продавщица и начала выходить из-за прилавка. Теперь стало полностью видно её платье. Длинное, старинного фасона и очень пышное. Такие платья носили порядка двух веков назад. Притом на юбке виднелись горизонтальные жёлтые полосы из щёлка. Словно контраст на абсолютно чёрный и приталенный верх. Складывалось впечатление, что платье сшили из двух разных половин.
-Нет…- выдержав паузу, соврала Юля. В действительности она до холода в сердце ужасалась восьмилапых арахнидов.- Просто не нравятся…они такие …мерзкие.
Дама шла почти бесшумно. Можно сказать – плыла. О том, что она передвигалась, шептал только шелест её своеобразного пышного платья. И то еле слышно. Словно приглушенный трест рвущейся паутины. Она, остановившись в двух шагах от пары, с неким призрением произнесла:
- Поверьте. У вас с ними солидарность в чувствах. Для пауков мы тоже склизкие, лысые, чрезмерно тёплые и всего с четырьмя лапами.
Эта вычурность и надменность Юлю начала доставать и она, усмехнувшись, проронила:
-Это они вам сказали?
-Нет, милочка. - парировала продавщица.- Это простейшая логика. Почитайте книги, и может она появиться у вас. Хотя не точно.
От откровенной грубости девушка удивлёно открыла рот и пока думала что ответить, продавщица перевела своё внимание на спутника Юли. Притом её холодных бледных губ коснулась еле заметная улыбка.
- А как вам пауки? Они не кажутся мерзкими?
Олег, машинально пожав плечами, безразлично произнёс:
-Нет. Я к ним равнодушен.
Женщина, сделав шаг ближе, заглянула ему в глаза и, ещё сильней улыбаясь, прошептала:
- Равнодушие это как нулевая точка. Любой шаг в сторону это или ненависть, или начало новой любви. – и продолжив путь, незнакомка ласково провела рукой по плечу парня.
Юлю от ревности бросило в жар. Она поджала губы и стала часто-часто дышать. Но конфликт решила не разводить.
Когда дама проходила мимо пары, за ней потянулся шлейф этих странных духов, но только теперь в него вмешался ещё один тонкий аромат- запах сыра с плесенью. Притом парень чувствовал его сильней, чем девушка. Будто запах был предназначен именно для него.
Остановившись в центре торгового зала, бледная женщина заговорила на порядок громче и заметно любезней:
- Осмотритесь, ребятки. Может что понравиться. И кстати, меня зовут Аргио;па. А вы в моём логове, как вы уже поняли по вывески.
- Интересное имя. – перебил её Олег.
- Да. Есть такое. Мои родители, заядлые путешественники, назвали меня в честь греческой нимфы. Это имя хоть и звучит красиво, но оно не походит моему характеру. Единственное что у меня есть греческого - это моя причёска. Имя не подходит…Так же как и фамилия. – она на мгновение замолчала и, опередив вопрос, продолжила.- Аргиопа Александровна Брюни;хина. Странное звучание… Но что поделаешь? Имя - есть имя. Только дураки его меняют. Или хуже - придумывают себе клички, как у собак. Ведь по имени начертана судьба. Её события, радости и горести, всё вплетено в имя как в паутину. Не зря же в древности считалось, что богиня Фортуна плетёт судьбу человека именно виде паутины. Но не буду вас отвлекать, ребятки. Если что заинтересует - говорите.
Она так же бесшумно проплыла обратно за прилавок. И повернувшись лицом к торговому залу, застыла. Словно отключилась. Это выглядело жутко. Она, не моргая, глядела в одну точку и, могло показаться, что не дышала. У человека имеющего слабость к так называемому «эффекту зловещий долины» случился бы панический удар.
Пара принялся гулять по магазину. Дойдя до ре;йла с женской одеждой, Юля застыла словно заворожённая. Её взор привлекло чёрное платье из плотного шифо;на с длинными гипю;ровыми рукавами. Кружево было и вместо воротника. Девушка посмотрела длину. Прикинула на себя. Замечательно. Юбка чуть ниже колена. Поинтересовавшись, «есть ли примерочная», Юлия упорхнула в единственную кабинку, а спустя пару минут вышла к возлюбленному. Платье сидело на ней идеально. Только полностью чёрный цвет придавал девушки серьёзный, если не сказать, траурный вид. Но в сочетании с несколькими светлыми аксессуарами будет «самое то». Белые туфли, светлый пояс, лилейная клатч и несколько «брюликов» вдохнут жизнь в этот похоронный наряд, сделав его вечерним.
- Ну как тебе?- с надеждой в голосе поинтересовалась Юля у парня.
- Отлично. Но только есть не большой момент.- Олег мялся.- Видишь. Тут не приятная ситуация. Деньги задерживают…
-Да причём тут это?- нетерпеливо перебила Юлия.- Я тебе про вид. Классно, да? Если да - то я его куплю.
-Нееет.- протянул Олег и хитро улыбнулся. – Так не пойдёт. Ты меня перебила, но я договорю. Деньги слегка задерживают. Сегодня-завтра переведут, и мы возьмём это платье. Просто я тебе обещал сделать сюрприз. А тут такой шанс. Так что пойдём, попросим отложить, а я на днях его выкуплю.
Девушка, не скрывая радости, запрыгала на месте, хлопая в ладоши, а затем вновь упорхнула в примерочную кабинку. Переоделась она быстро и не прошло двух минут, как Юля вышла с черным платьем в руках. Подойдя к прилавку, пара на миг смутилась. Продавщица так и стояла недвижимо.
-Вы что-то хотели?- вопросила она. Её губы двигались еле заметно, а не моргающие глаза смотрели куда-то в сумрак торгового зала.
-Да…Это… - растерялся Олег. Ему было слегка не по себе от неестественности дамы. – Можно отложить это платье. Я на днях за ним приду.
-Да. Хорошо. У вас три дня. По исходу их, оно вернётся на вешалку в зал.- Аргио;па перевела взгляд на парня и еле заметно улыбнулась.
Девушка радостно хихикнула и, взяв парня за руку, прижалась к нему. И когда они хотели, было уходить, Юля заметила вещицу с пауком, что её заинтересовала. На прилавке, под толстым стеклом, лежала чёрная зажигалка с нарисованным улыбающимся паучком. Тот радостно растянулся в улыбке, глядя на связанную муху. Девушке это показалось забавным. И она попросила показать зажигалку. Олег не забыл вставить своих «пять копеек».
- Ты же бросаешь курить.
- Отстань. Зажигалка вещь нужная.
Аргиопа вынула товар с витрины и протянула его девушке. Юля взяла её в руки и рефлекторно нажала на кнопку. Пьезоэлемент щёлкнул, выдал искру, но огня не последовало. Юля вопросительно посмотрела на продавщицу и на миг обомлела. Смиренную даму несколько раз пробило мелкой дрожью. В холодных глазах поселился ужас, но буквально на краткий миг. Уже через секунду Аргиопа взяла себя в руки и чинно произнесла:
- Её нужно заправить. Тут не любят огонь. Просто много вещей, которые моментально охватит даже малейшее пламя. Если что-то не понравиться - мы вернём деньги.
В очередной раз, удивившись странности, парень купил зажигалку и передал её возлюбленной. И те пошли на выход.
Отойдя на несколько метров от магазина, Юля резко остановилась и закатила небольшую сцену ревности.
- Вот ж тварь мерзотная! «Или начало новой любви» - скорчив гнусную гримасу, девушка передразнила Аргиопу максимально скрипучим и противным голосом. А затем, изобразила своего парня, парадируя карикатурного Дон-Жуана, с глубоким голосом.- Какое у вас красивое имя, миледи. Ни то, что моя Юлька. Позвольте я поцелую вашу бледную ручку. Тьфу. Мерзость какая. 
-Я такое не говорил. У тебя бурная фантазия. - закатился смехом Олег. Порывы ревности его только смешили. Притом он никогда не давал повод. Он любил только Юлю.
Но девушка не унималась:
- Бледная как покойница. Вокруг эти мерзкие пауки. А ещё от неё несёт какой-то сладкой тухлятиной.
-Но это уже ты придираешься. Вполне прикольные духи. Необычные.- парню действительно понравился аромат.
-Прикольные?- почти прокричала Юля.- Ты…Ты… Ну и иди нюхай свою трупачиху. И жамкай её холодные титьки.
Олег ещё сильней закатился смехом. На уголках глаз выступили слёзы. Недовольно фыркнув, Юля пошла вперёд. Решительно и не в ту сторону. Парень, смеясь, последовал за ней, объясняя, что им вообще не туда и что любит только её и «её тёплые титьки». 
На следующий день, телефон Олега молчал. Он не пожелал Юли «доброго утра», не отвечал на сообщения, ни принимал звонки. Хотя гудки шли. Притом вчера они попрощались на доброй ноте, долго целуясь у её подъезда. Девушка начала волноваться. Узнав через знакомых номер родителей Олега, после обеда позвонила им. Тем утверждали, что сын, получив деньги, куда ушёл. Куда - не сказал. Но прибывал в хорошем настроении. Пойти в бар он не мог. Олег вообще не употреблял алкоголь. Бывший боксёр посещал тренажёрный зал три раза в неделю, и они как раз вчера гуляли после его тренировки. По гостям тоже особо не ходит, а если идёт- то всегда предупреждает Юлю «куда и с кем». И только ближе к вечеру девушка вспомнила про вчерашний магазин на окраине города. Точно! Он же обещал сюрприз, когда переведут деньги. Походу, Олег пошёл за платьем и что-то случилось. Или его охмурила эта бледная выдра. Спешно собравшись, Юля вышла из дома и направилась в магазин на окраине.
По пути «слегка» заблудилась и вышла немного дальше, где они заходили вчера. Так «не много», что оказалась совсем с другой стороны. Ну и это и лучше. Где она идёт, зал магазина видно с улицы через панорамные окна с торца;. Девушка приблизилась к «логову» и посмотрела в окно. Жар ревности ударил в лицо, составляя краснеть. Сердце участило ход. Олег стоял почти вплотную к продавщице, а она нежно гладила его по щеке. В правой руке парень сжимал чёрное платье, которое понравилось девушке. Не контролируя себя от ревности, Юля буквально влетела в магазин.
- Вы..Ты… Ты охренел что ли? А ну отошла от него? А ты что молчишь? Ты что молчишь, Олег?- её пыл моментально угасал, а крик утихал до шёпота. Что-то было ни так.
Парень не реагировал на её голос. Он стоял, безвольно открыв рот, и смотрел затуманенным взглядом на Аргио;пу. Юля глубоко вдохнула, и её чуть не вырвало. Запах в магазине поменялся. Радикально. Аромат сыра с плесенью стал вонью грязных носков и маслянистым духом гнилых фруктов. Девушка заприметила ещё одно изменение. Картина с печальным пауком стояла в стороне, а на её месте чернел вход ни то в нору, ни то в пещеру. Это полотно служило ширмой. Оно прикрывала тайный ход от посторонних взглядов. Юля ещё раз позвала парня. На это раз он откликнулся. Олег повернулся к ней, безразлично поглядел, а затем вернулся к созерцанию ароматной Аргиопы.
- Шшш… Что здесь происходит?- растеряв до конца уверенность, проблеяла брюнетка.
Аргиопа решила не отвечать. Лучше показать. Она, ещё раз погладив по щеке Олега, сделала пару шагов в сторону и, еле заметно улыбнувшись, шипя, произнесла:
- Вот как обычно. Только надумаешь завести потомство, кто-то старается помешать.
И Аргиопа начала меняться. Её тело забило мелкой дрожью. Она задрала голову, вытянулась и развела руки. Одежду заколыхало волнами. Ткань затрещала. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы платье разорвалось в лоскуты, явив то, что Аргиопа прятала под пышной юбкой. Ниже пояса она скрывала паучье полосатое чёрно-жёлтое брюшко и две пары тонких лап. Мерзко чва;кая липкой слизью, мохнатые конечности выпрямились, отлипнув от ворсистого тела, и нашли опору на пыльном полу. Вонь моментально стала не выносимой. Притом Олег, надышавшись феромонами, никак на это не реагировал. Он словно потерял волю и впал в некий анабиоз. Как глупый паучок перед спариванием с чёрной вдовой.
Юля завыла от ужаса, её ноги подкосились, и она упала там, где стояла. Девушка не могла отвести глаз от кошмарных метаморфоз. А они только набирали обороты. Аргиопа слегка подалась вперёд, дала ворсистому брюшку протиснуться между лап, задрав его горизонтально полу, и теперь опиралась на три пары конечностей. Видоизменялось и её лицо. Человеческие глаза закатились, а вместо них себя явили абсолютно чёрные склеры, поделенные на несколько десятков маленьких глазков. Они, дрожа, смотрели в разные стороны. Теперь в магазине на окраине стояла не странная продавщица, а жуткая и мерзкая химера, сверху пояса выглядящая как обнажённая бледная женщина, снизу - паук с липкими тонкими лапками и объёмным жёлто-чёрным брюшком, горизонтально исчерченным липкими полосами. Человек, имеющий страх перед трипофобией, арахнофобией и «эффектом зловёщей долины», видя истинный лик Аргиопы, лишился бы разума. Что почти и произошло  с Юлей. В её глазах пульсировала тьма, а от нахлынувшей паники в ушах шумно бил пульс. Она в любую секунду могла потерять сознание.
Брюшко паучихи задрожало, стало пульсировать и стремительно надуваться. Спустя несколько мгновений, нижняя часть тела обрела огромные формы. А так паучьи бородавки, отвечающие за формирования паутины, а в случаи Аргиопы, и за выброс в воздух феромонов, судорожно подрагивали, капая белой слизью на пол. От этой лужи шёл удушливый дух. И теперь в неё не угадывались нотки гнилых апельсинов. Только вонь грязных носков и переваренной падали. Но, не только тело Аргиопы поменяло форму, но и страх Юли.
Она не потеряла сознание. Не остолбенела от ужаса. Не стала ждать своей неминуемой смерти. Все случилось наоборот. Она поборола его. Надпочечники выбросили адреналин в кровь. Мозги стали думать быстро и чётко. Девушка вынула из кармана старую зажигалку. Чирк. Сумрак магазина осветила короткая вспышка. Паучиха невольно вздрогнула и, переминаясь на месте, растянув рот, гулко зашипела. Но подходить она боялась. Огонь пробудил в насекомом животных страх, не присущий арахнидам. Этим воспользовалась Юля. Она, вскочив на ноги, устремилась на выход. Секунда и дверь хлопнула вслед убежавшей.
Аргиона спокойно отпустила её, даже не подумав за ней гнаться. У паучихи слишком мало времени. Феромоны не будут действовать вечно. Парень скоро начнёт приходить в сознание, а ей нужно с ним совокупиться. И даже если девушка кому-то расскажет, они всё равно ничего не найдут. Логово будет зарыто, а паучиха, вновь приняв человеческий вид, исчезнет из города. Как делала всегда. Тем более, магазин на окраине и так должен съехать через два дня. Грузчики уже заказаны. Погрузка оплачена. Остаётся только выбрать город.
 Вернувшись к Олегу, химера нежно взяла его за голову и потянула к себе. Тот даже не думал сопротивляться. И когда между губами оставались не более двадцати сантиметров, паучиха широко раскрыла пасть. Из её рта потянулись пара длинных и гибких хелице;р, чтобы впрыснуть яд. А после Аргиопа утащит несчастного в темноту, совокупиться и, замотав в кокон, оставить на съедение будущим детям. И зарыв логово, уедет в другой город. А Олег или задохнётся под землёй, или умрёт от голода и интоксикации ядом. И это прекрасно. Для её детишек падаль полезней. У них же нет зубок. Они могут только высасывать гнилые соки из трупа своего отца.
Громкий хлопок дверью и дрожащий свет озарил сумрак.
-А ну тварь! Отошла от него. Это мой мужик!- прокричала Юля, почти рыча от злости.
Аргиопа обернулся на голос, и застыла. Бесстрашная девушка, растянувшись в яростной улыбке, держала в руках два горящих факела, сделанных из картонных коробок. На её благо, в города всегда найдётся закуток, где мусор не убирают годами. Глубоко дыша, девушка ещё раз пересилила себя и приступила к действию. Взмах и дрожащий факел полетел в рейл с женской одеждой. Туда, где так много красивых платьев, которые хорошо горят. Они схватились моментально. Ткань, корёжась от жара, жалобно затрещала, исторгая дым. Второй пламе;нник предназначался паучихе. Юля хоть и дрожала от ужаса, но вида не показывала. Ведь бесстрашен ни тот, кто ничего не боится, а тот, кто преодолевает страх. Она его преодолевала.
Сживая факел в руках, девушка решительно шагнула навстречу химере. Пламя подействовало на паучиху. Теперь страх затмил её антропоморфный разум. Гулко зашипев, она устремилась в логово, чтобы спрятаться от огня и света.
Юля, подбежала к парню и потянула его за руку. Он печально смотрел в логово. Она потянула его ещё сильней, умоляя уходить. Но бледный Олег глядел затуманенным взором туда, где пряталась Аргиопа. А картон предательски догорал. Тогда девушка, матеря парня, на чём стоит белый свет, отвесила ему несколько звонких пощёчин и, воспользовавшись секундным замешательством, насильно поволокла его на выход. Тот подчинился.
Пламе;нник уже горел рывками, обещая погаснуть, когда из логова, словно чёрная тень выскочила паучиха и одним рывком повалила девушку на пол. Юля рефлекторно толкнула парня в спину, и он по инерции прошёл несколько метров, запнулся о порог и вывалился из магазина, открыв дверь головой. Оказавшись на улице, упал. Перевернувшись на спину, он безразлично смотрел на темнеющее небо.
Химера, широко растянув пасть, оголила хелице;ры, желая их вонзить в лицо девушке. Но в тот же миг Юля воткнула догорающий картон в паучий рот, чудом не наткнувшись на ядовитые придатки. Аргиопа взывала от боли и, спрыгнув с не состоявшейся жертвы, начала метаться по магазину, громя всё вокруг. Пламя уже поглощало не только одежду, но и полку со старинными книгами. Девушка вскочила на ноги и поспешила на выход. Она пересекла порог, схватила дверь, чтобы закрыть, но тут же на дверь навалились с обратной стороны. Беснующаяся паучиха, шипя, рвалась на выход. Она просунула ворсистую лапу в проём, мешая закрыть створ. Брюнетка навалилась всем своим небольшим весом и начала звать на помощь. Но Олег так и лежал на земле, глядя в небо. Огонь стремительно охватывал огонь. Но сколько паучиха не пытался выбраться, ей это не удавалось. Адреналин сделал хрупкую Юлю неимоверно сильной и бесстрашной. Вскоре химера начала кашлять от дыма. К ужасу Юли добавилась и боль. Металл накалился, обжигая спину. Но девушки и не думала отпускать дверь. Она держала её, даже когда химера перестала рваться наружу. И отошла только, когда огонь переполз на крышу. Развернувшись лицом к пылающему магазину, Юля отступила на несколько шагов и ослаблено упала на колени. На её спине оплавилась одежда, а кожа обгорела до огромных волдырей. Вскоре примчалось отделение пожарной охраны и приступило к тушению пожара. И как только Юля увидела обгорелый восьмилапый труп, адреналин отступил, а сознание стремительно погасло.

В себя она пришла на больничной койке. Тут же в палату зашёл врач и, даже не поздоровавшись, стал посвящать в её состояние. Со слов медика, её спина, от лопаток до поясницы стала одним обширным ожогом второй степени. Но ей повезло. Она в областном противоожоговом центре. Врачи первоклассные. Медикаментов достаточно и они лучшего качества. Не останется даже шрамов. И пожелав выздоравливать, врач вышел. На пороге возник Олег, но тут же был отодвинут в сторону суровым мужчиной в черном костюме. Тот, закрыв дверь, сел напротив Юли и сухо, без предисловий, заговорил:
 -С приходом в сознание. То, что вы видели в магазине, лучше никому не рассказывать. Теперь это наша проблема. Вы молодец. Но это останется тайной. Но если вы всё-таки надумаете об этом трепаться, спешу вас предупредить. В психбольнице всегда найдётся лишняя койка. Для говорливых. Ну а так. Желаю вам скорейшего выздоровления.- и он резко встав, вышел.
Наконец в палату зашёл Олег. Он выглядел как обычно. Ни бледной кожи, ни того тупого взгляда. Нежно поцеловав Юлю, он сел рядом с койкой, и гладя по волосам, печально улыбнувшись, произнёс:
-Моя героиня.- у него заблестели глаза, но он совладал со слезами.
- Кх…- с нескрываемым пафосом ответила девушка.- Ещё бы какая-та мразь надумала забрать у меня моего же мужика.
Они печально улыбнулись. И больше не проронили ни слова. Им было хорошо молчать, держа друг друга за руки. И стараться не вспоминать события в магазине на окраине. Хотя это редкий случай, когда ревность стала спасением.