Почему я? Как быть?

Жанна шла к матери как на работу, как на нелюбимую работу. Где и сама работа нелегкая, и зарплата мизерная, и отношения гадские, особенно начальства.

«Но с работы-то можно уволиться, — думала она про себя, — а тут как уйдешь — осудят. Это же мать».

Хотя и тут можно было уйти, вот так вот просто уйти. Устала ты, и всё. И не можешь больше отдавать, ничего не получая взамен. И нет у тебя чего-то другого, где можно было бы подзаправиться. Как нет любви и уважения к этой женщине. Вот нет! Бывает так. Есть только страх, стыд.

Жанна знала: перестанет звонить матери каждое утро и миленьким голоском спрашивать, как у той дела, мать сама из-за своей гордости, а скорей тупых амбиций не позвонит. Так отношения и сойдут на «нет».

«И почему эта женщина не боится одиночества? — продолжала Жанна беседу сама с собой, задавая себе же вопросы и сама на них отвечая. — А всё просто. Я тряпка, она делала ее из меня все эти годы. Поэтому твердо знает, что я от нее никуда не денусь».

Жанина мать, хоть и дожила до восьмидесяти, выглядела еще бодрячком. Сама ходила по магазинам, правда, по самым близким к дому, так как не доверяла в выборе продуктов никому. В аптеку ходила. Пыталась еще в своем дворе всех соседей контролировать. Руководила весенними посадками цветов, кустарников и последующим ухаживанием за этим всем. Иногда и сама брала в руки лопату.

И все же требовала от дочери, чтобы та ее посещала почти каждый день. Нет, не столько для какой-либо помощи, в этом она тоже не доверяла никому, сколько для того, чтобы вылить свой негатив, что накопился у нее за то небольшое время, пока она не видела ее. И дать ей указания, как жить дальше. Ей, ее мужу и, главное, ее дочери, у которой давно была своя семья и свои дети. Но сначала выслушать полный отчет об исполнении ее установок.

«Надо что-то делать. Я больше так не могу», — думала Жанна уже дома, когда укладывалась спать. И решение как-то само пришло.

Жанна не умела писать заметки в «Одноклассниках», где она была зарегистрирована больше десяти лет. Да и зарегистрировалась она тогда только из-за того, что после встречи на 35-летие окончания школы там зарегистрировался чуть ли не весь ее класс.

Поначалу все общались, но потом, как и всегда это бывает, переписка почти закончилась. Но страницу она не удалила и время от времени заходила на нее.

Собрав все свои мысли, приправленные эмоциями, в «кучку», она написала все, о чем многие годы думала, что переживала в своих отношениях с матерью. Написала на листочке. А затем, немного изучив побольше свою страницу, она поняла, как набрать текст.

Найдя привлекательную картинку, она нажала на кнопочку «Поделиться». И как-то сразу стало легче.

На следующее утро Жанна с удивлением заметила, что ее заметка имела успех. В друзья запросились десятки людей. Столько же было комментариев. Она даже не предполагала, что она не одинока в своей проблеме.

«У меня подобная ситуация. Мать — деспот. Пятьдесят лет жила мечтой пожить своей жизнью, своими желаниями. Съездить спокойно со своей семьей куда-нибудь не на пару дней, а на побольше. И без нее. Она не живет с нами, но живет рядом и требует, чтобы я жила на два дома».

«А у меня есть еще младший брат. Любимый сынок матери. Вот он всегда имел право жить своей жизнью, да еще в полное удовольствие, чаще за счет родителей. А я за это его удовольствие теперь расплачиваюсь».

«Моя мать далеко. Езжу к ней иногда. Она живет с моей сестрой. Но я вижу, как моя соседка общается со своей дочерью. Это кошмар. Как женщина это терпит? Соседка начинает орать на нее еще из окна, чтобы все слышали, какая дрянь ее дочка».

«А моя соседка не общается вообще с дочерью. Раздражает она ее. Просит помощи, если что, у детей своих подруг. Те уже звонят ее дочери, просят как-то повлиять на мать».

«Моя маман ждет, когда я возьму инициативу в свои руки. Но все мои предложения в корне не принимаются. Ей всегда было все не так, чтобы я ни предлагала. Даже за подарки, что мы ей делали на праздники, она старалась отдать деньги, а потом еще возвращала эти подарки. Хотя мы всегда старались подарить ей то, что она же сама и просила. Так тяжело всегда играть в это «надо — не надо».

«Да, девочки (тут я смотрю одни девочки), — написала одна женщина лет 45-ти, — это еще цветочки. А моя знакомая решила сыграть в «елочку». Когда мать затребовала к себе больше внимания, а денег у нее не было, чтобы оплачивать сиделку, да и сама она работает так, что может только раз в неделю мать посещать, она решила возложить все на свою дочь. А дочь лет десять как уехала в другой город. Сначала там училась, потом работу нашла, квартиру купила, ипотека на ней висит. Тоже далеко не до бабули. Так мать давай ее заставлять продать квартиру и приехать ухаживать за бабушкой. Вот так. И как вы думаете, что сделала дочка? Послала их обоих и номер телефона поменяла. А где живет она, мать даже и не знала».

«Точно, девочки. Вот заметьте. Зачастую любимые сыночки очень лихо соскальзывают с этой проблемы, и вся забота ложится на нелюбимых дочек. С которыми отношения складывались по схеме принижения и манипулирования».

Были, конечно, и осуждающие комментарии. О том, что мать надо принимать такую, какая она есть, и терпеть ее. Но, как потом выяснилось, писали это те, кто с матерями живет за несколько сот километров от того, где живут они.

А вот самый интересный комментарий привлек к себе больше всего внимания:

«Всем не до кого. Просто жизнь другая стала. Давно прошли те времена, когда люди жили большими семьями. Может, в деревнях еще и живут, но в городе таких мало. Молодежь старается уехать от родителей, особенно те, у кого есть своя семья. Поэтому о своей старости надо думать самой.

Я вот не рассчитываю на пенсию и на ее фонд. Собираю сама денюжку. Последние дни хочу провести дома, если Бог даст, поэтому давно решила сама все вопросы.

Мне 72 года. Пока еще в своем уме и памяти. Но года идут на прибавление. Не хочу быть обузой даже детям. Наоборот, о помощи им думаю. Они меня любят, я знаю. И я их люблю, и никогда не боялась это показать. Это как раз одна из ошибок моего поколения — старались всегда держать детей в строгости, думали, так уважения добьются. И никогда не считали детей личностями, которым надо показывать свою любовь. Подобное принимая за собственное унижение и разбалывание деток.

Я потихоньку работаю. Хорошо, что двадцать лет назад освоила компьютер. Главное — занимать себя чем-то интересным, стараться получать что-то новое каждый день. Понимать людей (я понимаю своих детей). И не копаться в прошлом оттого, что уже не видишь ничего хорошего в будущем и настоящем».

Жанна, как бы это было осуждаемо и нехорошо, перестала общаться с матерью.

Год они не разговаривали. За это время Жанна очень изменилась. Почувствовала себя человеком. Получила уверенность в себе, что стало отражаться в ее манерах, одежде. Съездила на юг с мужем и внуками. И самое главное, она стала популярным блогером.

Отношения с матерью возобновились. Но это были совсем другие отношения.

Поэтому, когда вам говорят, что не собираются под вас меняться, и тем самым заставляют вас меняться под них, лучше выйти из таких токсичных отношений. Все, в любом возрасте, способны измениться, если есть желание быть с кем-то рядом.