Золотые купола 6

6

Душу Глеба после знакомства со скромными и трудолюбивыми батюшкой Андреем и его матушкой Варварой переполняли самые светлые и добрые чувства. Он хотел поделиться ими с отцом Марком и подбирал наиболее яркие эпитеты и сравнения, чтобы охарактеризовать благие дела семейства. Но не успел... За очередным поворотом на обочине возникла пожилая тучная женщина, одетая в серое длинное платье, и с поднятой рукой чуть ли не бросилась под колеса автомобиля. Водитель в рясе резко затормозил, и клуб пыли на секунду-вторую окутал незнакомку. Она с недовольным лицом резко открыла заднюю дверку и плюхнулась на сиденье.
– Здравствуйте! До села Федорово добираюсь, устала как собака… – сказала женщина таким тоном, словно благочинный и Глеб были виноваты в ее дорожных мытарствах.
– Добрый день! – приветливо ответил отец Марк. – Как там у вас в селе?
– А я Вас узнала, – вместо ответа пробасила женщина. – Вы этот… Вот проклятый склероз!.. Старший над батюшками Вы… Как хорошо, что я Вас встретила. А то у нас на приходе такое творится…
Отец Марк заметно напрягся и взволнованным голосом спросил:
– А что на приходе происходит?
– А то, что в наш Воздвиженский храм дали монаха Силуана. А он вместо того, чтобы жить тихо, благочестиво, молиться за нас, с учениками устраивает спортивные соревнования. В этом, школьном лагере часто бывает... Но он же не учитель, а священник – духовное лицо. Но самое главное!.. Он нанял шабашников, снес два старых дома и строит себе поместье. А монах должен в тесной келье молиться… Вот так у нас!
– А Вы сами в церковь ходите? – поинтересовался отец Марк.
– Да куда там!.. В храме столько народа, что не протолкнуться. Мне тяжело в такой толпе стоять. Поэтому молюсь дома.
– Вы, если не ошибаюсь, Антонина Ябедникова?
– Да, да, Антонина Петровна… А откуда Вы меня знаете?
– Так ведь Ваши письма приходилось слушать и разбирать когда-то на епархиальном совете…
– Пришлось, пришлось написать… Ведь у меня всегда сердце болело за приход. Кто же посмотрит за порядком, если не я? Я – человек там самый опытный, больше других вижу, к тому же – образованный... Я даже Закон Божий прочла. Часто открываю Библию. Поэтому знаю, каким должен быть настоятель, особенно монах.
Тут в отдалении на обочине показалась девушка в белом платье и робко подняла руку. Протоиерей Марк на этот раз заблаговременно сбавил ход, чтобы не вздымалась пыль. Путница ловко села рядом с Антониной, поздоровалась и, поблагодарив водителя, сказала:
– Благословите, отец Марк!
– Бог Вас благословит, девушка! Очень приятно, что Вы меня знаете. А как Вас величать?
– Я – Вера. Пою в церковном хоре, а точнее, учусь. Вас видела в храме… Знаю, что Вы – благочинный.
– Вот еще пример… – возмутилась Антонина. – Набрал в хор молодых, неопытных, – она строго уставилась на девушку. – Что вы можете знать о церковном пении? Вот раньше…
– Так ведь нас, трех молодых, учит давняя прихожанка, регент Александра Михайловна Волкова. А с ней поет еще пять женщин ее возраста.
– Замечательно, – обрадовался отец Марк и кивнул на своего юного спутника. – Тебе, Вера, и Глеб может помочь. Молодой человек закончил семинарию с красным дипломом и сам во время учебы пел в хоре… Он на наших певчих произвел самое лучшее впечатление... Уверен, что он и тебе сможет передать доступные материалы, пособия по развитию и совершенствованию церковного пения.
– Охотно Вам помогу… – повернувшись к девушке, сказал Глеб и увидел, как милое лицо девушки покраснело.
«Засмущалась, как моя Аня при первом знакомстве…» – вспомнил он и снова стал смотреть перед собой в дорожную даль, словно вглядываясь в свое радужное будущее. Но его романтичные раздумья развеяла Антонина.
– И зачем таких молодых, зеленых берут сразу в батюшки? – задала она вопрос отцу Марку, наклонившись к нему. – Это неправильно!
Благочинный взглянул на изумленного Глеба и собирался вразумить пассажирку, но его опередила Вера.
– Баба Антонина, – умоляюще произнесла она, – пожалуйста, имейте уважение…
– Вот, вот к чему все идет: еще вчера не умела креститься, а сегодня меня поучает.
– Простите меня, баба Антонина, не хотела Вас огорчить, – вздохнула девушка. – Успокойтесь, берегите здоровье…
– Да вы никто не хотите, а обижаете… – не унималась женщина и также гневно выплеснула: – Вот!.. Я же вам говорила!
Тут за очередным поворотом возникла пересекающая грунтовку трасса. Отец Марк свернул и поехал по ней непривычно тихо, без надоевшей тряски. Впереди, среди множества разноцветных домов, показался небольшой, вполне благоустроенный храм, мимо которого пролегала асфальтовая дорога. Рядом с церковью кипела работа по строительству дома. Из остановившейся машины первой, с несвойственной ее фигуре подвижностью, выпрыгнула Антонина.
 – Вы, этот… благо… благочинный, с этим всем разберитесь! – кинула вместо благодарности она и, что-то недовольно бормоча себе под нос, поспешно удалилась.
К вышедшим из душного автомобиля отцу Марку, Глебу и Вере шустро подошел немолодой худощавый настоятель храма в светлом подряснике – иеромонах Силуан. Он тепло поприветствовал благочинного троекратным лобзанием.
– Вот, отец Марк, как я Вам и сообщал, начали строительство дома. Здесь в одной половине оборудуем музей священномученика Олега, а в другой разместится воскресная школа. Ну и, по возможности, занимаюсь со школьной молодежью...
– Ну об этом можешь не рассказывать, – с улыбкой прервал батюшку отец Марк. – Мне все подробно доложила Антонина.
– Представляю, что она говорила, – чуть не застонал отец Силуан. – Никак не угомонится… Но я не расстраиваюсь. Молюсь за нее.
– Все правильно. И такие люди нам нужны, чтобы жизнь раем не казалась…
Благочинный и настоятель обсуждали насущные приходские дела. А чуть в сторонке от них общались Глеб и Вера. Молодой человек записал в блокнот электронную почту девушки и пообещал ей прислать полезные материалы по пению.
– Я буду рад помочь Вам, Вера, – сказал он.
Девушка поблагодарила Глеба, смотря на него глазами цвета чистого синего неба, что распростерлось над селом.
– Вы, извините, Глеб… мне пора… До свидания! – нежно произнесла Вера и, скромно улыбнувшись, ушла.
Глебу стало еще тоскливее и тяжелее. «Господи, помоги, чтобы моя любимая быстрее закончила стажировку и вернулась ко мне», – взмолился мысленно он. Семинарист стал снова представлять эту счастливую встречу с Анной и перекрестился, вознеся взор к крестам Воздвиженского храма.

Продолжение следует.