32. Октябрь 1562-середина февраля 1563 гг, Иоанн I

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Было понятно, что война за Ливонию превратилась в войну с Литвой. Чтобы заполучить все земли разваливающейся прибалтской Конфедерации, следовало сокрушить державу Ягеллонов. Швецию и Данию Иоанн за соперников не считал. С ними он собирался разобраться после.

Русский царь хотел обрушиться на западного соседа ещё летом. Этому, как всегда, помешал Девлет, получавший подарки за отказ от набегов на заокские территории Москвы, но ежегодно нарушавший устные договорённости хотя бы и через своих мурз, которые якобы своевольничали в обход своего сюзерена. Иоанн ясно видел, что крымский царь помешает ему напасть на Литву и следующим летом, поэтому решился начать военную компанию зимой.

Иоанн мечтал атаковать сразу Вильно — столицу Литовского княжества. Однако путь туда преграждал Полоцк — первоклассная крепость и центр одной из областей, которым с незапамятных времён владели Рюриковичи. Полоцк был частью Древнерусского господарства и его следовало вернуть под свою державную руку.

Иоанн готовился загодя и очень тщательно, практически с ранней осени. Только в первой декаде января началась отправка войск из Великих Лук к Полоцку. Они двигались отдельными частями во избежание затора. Посошное ополчение следовало в арьергарде. Оно везло брёвна, песок и прочие материалы для сооружения штурмовых орудий.

Вместе с господарем выехали Владимир Старицкий, а также казанские, ногайские и касимовские царевичи. Всего же в походе участвовали 12 думских бояр, 5 окольничих, 16 дьяков. Боевая часть армии исчислялась в 31 206 человек без учёта посошных людишек. Пушек насчитывалось ровно две сотни.

Путь никто не преграждал. Полоцкий поход был произведён в удобнейшее для Московской Руси время, так как литовское дворянство бунтовало против высшей магнатерии и своего великого князя, а поляки требовали от литвин унии за полноценную помощь против Москвы и с осени заседали по этому и другим поводам на сейме в далёком местечке под названием Петроков, мотая нервы Сигизмунду. Тем не менее, обнаружив себя осаждёнными огромным войском, полочане отказались сдаваться. Они даже казнили отправленного к ним парламентёра.

Сначала московиты предполагали взять город с левого берега Двины, где отсутствовали стены. Там сосредоточились основные силы и произвёлся интенсивный обстрел. Но к четвёртому дню осады стало очевидно, что в случае штурма реку нельзя будет перейти по причине тонкости льда. Тогда давление перенесли к правому притоку Двины. Соорудив осадные башни, московские войска продолжили обстрел города и стен. Через два дня полочане предложили начать переговоры.

Иоанн и его воеводы знали об их хитрости. Осаждённые просто затягивали время, рассчитывая получить помощь от руководящих княжеством лиц. Ночью московиты передвинули осадные сооружения, после чего Иоанн потребовал безоговорочной капитуляции. Ему ответили дерзким, вызывающим отказом. На следующий день внешний город подвергся основательному обстрелу и был захвачен. Горожане наконец сдались, полоцкий воевода заперся вместе с гарнизоном в крепости, успев поджечь часть города.

Они продержались семь дней, совершив неудачную вылазку. На восьмой день признали своё поражение и вышли на милость победителей. Поляки были отпущены, потери московской стороны составили всего 86 человек.