34. Весна 1563 года, Девлет I

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Захват Полоцка очень испугал и главу крымских татар. Триумф Иоанна нарушал выгодный Девлету баланс между Москвой и Литвой в пользу первой. Сигизмунд мог признать своё поражение и отдать Ливонию, после чего Иоанну ничего не мешало обратить свой взор на Крымское ханство. Теперь Девлет жалел о том, что не внял уговорам Сигизмунда.

-Ты всё равно правильно делал, повелитель! - утешала его свита. - Копыта наших лошадей завязли бы в грязи или снеге. Только Аллах мог знать, что московиты так серьёзно придавят литвин. Кстати, обрати внимание: придавить-то они придавили — да не додавили! Уверенные в своих силах победители вряд ли остановились бы на полпути. Значит, Иоанн не настолько могуч, как кажется.

Догадку подтверждало послание московского правителя, в котором он, конечно, похвастался полоцким взятием и вместо привычного челобития передавал простой поклон, но, кроме того, предлагал дружбу, а не угрозу обрушения своих багатуров на полуостров.

Устно же его посол добавил, что Иоанн подверг наказаниям ещё нескольких сторонников войны с Крымом. Среди них числились Шереметев-Большой, попортивший Девлету много крови в 1555 году у местечка Судбищи, и Курлятев-Оболенский, когда-то друживший с самим Адашом. Проанализировав информацию и сопоставив её с другими данными разведки, Девлет пришёл к выводу, что у Иоанна глубокие нелады со своими мурзами и беками. А уж крымскому хану лучше других было известно до какой степени внутренняя замятня способна ослабить господарство.

-Иоанн теперь нам почти не опасен! - выразил уверенность Девлет. - Скоро Московская Урусия утонет в раздорах и я отторгну от неё поволжские юрты Улуг-улуса!

Однако для подстраховки он решил припугнуть Иоанна планами султана Сулеймана, который хотел укрепиться на Дону, нижней Волге и у каспийского берега строительством трёх городов, чтобы оттуда начать действия по захвату Астрахани и Казани.

-Только в доказательство нашей дружбы я открываю важные секреты, - сказал Девлет московитскому послу. - Передай своему повелителю, что султан собирался сделать меня и моих подданных своим главным мечом, но я отговорил его от затеваемой войны ради далёкого северного брата.

Хан говорил правду, почти всё так и было. За одним исключением. Его мотивы не имели ничего общего с бескорыстной дружбой к Иоанну. Девлет просто знал, что Сулейман в случае успеха намеревался присоединить Поволжье к Османской державе. А это чрезвычайно не нравилось крымским татарам до такой степени, что они были готовы скорее поднять восстание против турецких единоверцев и погибнуть, чем допустить подобное.

Всячески усыпляя бдительность Иоанна, Девлет тем не менее отправил в апреле на Рязанщину десятитысячную армию под руководством двух своих сыновей.

-Пусть слегка потрепают московитов. В случае претензий всегда можно сказать, что договор ещё не подписан, а нападение совершено вопреки мне непослушными детьми. Нужно дать Литве время оклематься. Тогда и ударим всерьёз.