Контрразведчик - Сергей Федосеев. Глава. 2

Глава. 2                Спецоперация «Находка».


Наши прихоти куда причудливее прихотей судьбы.

Франсуа VI де Ларошфуко (15 сентября 1613 — 17 марта 1680 годы) — французский писатель, философ-моралист, политический деятель и мемуарист XVII века.

Принадлежал к древнему аристократическому роду Ларошфуко.


Предъявленные им документы на имя Григорьева при поверхностном осмотре не вызывали сомнений. Его выдали обнаруженные при нем радиостанция, упакованная в чемодан, и крупная сумма денег, происхождение которых он толком объяснить не сумел.

В ходе расследования старшему следователю Прокопию Борисенкову удалось выяснить, что задержанный является одним из трех разыскиваемых парашютистов, выброшенных с самолета в ночь с 09 на 10 февраля. Все они — бывшие советские военнослужащие.

По словам задержанного, он сражался до последней возможности, выполнил до конца свой долг, но его часть попала в августе 1942 года в окружение. Пытаясь пробиться к своим, он попал в плен.

Затем — Смоленский лагерь для военнопленных, вербовка офицером германской военной разведки, спецподготовка сначала в Борисовской, а затем — в Катынской школе абвера, расположенной в поселке Красный Бор под Смоленском.

Программа обучения охватывала широкий круг вопросов: «Способы маскировки», «Подложные документы», «Техника добывания информации», «Связь», «Прыжки с парашютом».

Задержанный был агентом-радистом и в абвере значился под псевдонимом «Гайдаров». Как и остальных членов этой группы, его снабдили форменной одеждой младшего комсостава Красной Армии, соответствующей легендой и фиктивными документами.

По словам радиста, их выброска происходила с определенными интервалами, поэтому они оказались на значительном расстоянии друг от друга, вследствие чего им пришлось довольно много времени потратить на взаимные поиски. Двоим удалось соединиться.

Прождав безрезультатно два часа третьего и понимая, что задерживаться далее в районе выброски опасно, они решили оттуда выбираться.

Прежде чем разойтись в разные стороны, лазутчики условились, что в дальнейшем пункты их встреч будут меняться и что предосторожности ради они не станут раскрывать друг перед другом адреса своего постоянного местонахождения.

Следует отметить, что третий агент так и не дал о себе знать и, несмотря на принятые меры, не был обнаружен. Очевидно, оказавшись на родной земле, решил не ввязываться в шпионские дела. Такое случалось тогда, и нередко.

Перед группой абвер поставил задачу: осесть на территории Московской области в местах, близко расположенных к идущим на запад магистралям, и неослабно, круглые сутки следить за продвижением воинских эшелонов по железной и шоссейной дорогам в направлении Москва—Ржев.

Первый выход в эфир планировался либо после приземления, либо после устройства на жительство. Проанализировав ситуацию, оценив личность задержанного, мы решили использовать открывавшиеся возможности для завязывания радиоигры с абвером.

Начальник управления комиссар госбезопасности 3-го ранга Михаил Журавлев, которому замысел показался многообещающим, поддержал наши предложения» (Шарапов Эдуард Иванович. «Судоплатов против Канариса». Из неопубликованных воспоминаний ветерана-контрразведчика Сергея Михайловича Федосеева, непосредственно руководившего операцией «Находка» в 1943 году до ее передачи из КРО УНКВД в ГУКР «Смерш»).

Искренность задержанного агента абвер не вызывала сомнений. Доказательством служило прежде всего то, что он по своей инициативе рассказал во всех подробностях о Борисовской и Катынской разведшколах абвера, их личном составе, а главное, сообщил известные ему сведения о ряде заброшенных и подготавливаемых к заброске в наш тыл агентов врага.

Слово Федосееву С.М.:

«Перед группой абвер поставил задачу: осесть на территории Московской области в местах, близко расположенных к идущим на запад магистралям, и неослабно, круглые сутки следить за продвижением воинских эшелонов по железной и шоссейной дорогам в направлении Москва—Ржев.

Первый выход в эфир планировался либо после приземления, либо после устройства на жительство. Проанализировав ситуацию, оценив личность задержанного, мы решили использовать открывавшиеся возможности для завязывания радиоигры с абвером.

Начальник управления комиссар госбезопасности 3-го ранга Михаил Журавлев, которому замысел показался многообещающим, поддержал наши предложения.

13 февраля 1943 года в условленное с абвером время агент-радист вышел на связь с разведцентром. Доложил, что высадка прошла благополучно, но ему удалось встретиться лишь с одним из двух парашютистов.

Другой, несмотря на принятые ими энергичные меры, так и не был обнаружен, продолжать дальше поиск было небезопасно.

Заканчивалась передача на оптимистической ноте: радист заверял шефов, что приступил к делу и постарается в ближайшие дни доложить о первых результатах выполнения задания.

В ответной шифрограмме разведцентр с использованием условного знака упорно добивался ответа на вопрос: «Не угрожает ли радисту опасность со стороны НКВД и не работает ли он под его диктовку?»

Это насторожило нас: не удалось ли противнику каким-то образом разгадать наш замысел? Поняли ли абверовцы, что в результате перевербовки их радиста они становились жертвой дезинформации?

Не так-то просто и легко было в условиях войны в этом разобраться, уловить и разглядеть существо дела(Шарапов Эдуард Иванович. «Судоплатов против Канариса». Из неопубликованных воспоминаний ветерана-контрразведчика Сергея Михайловича Федосеева, непосредственно руководившего операцией «Находка» в 1943 году до ее передачи из КРО УНКВД в ГУКР «Смерш», там же).

Продолжение следует …