Данилина 30

Окинув взглядом хохочущих друзей, он развёл руками.
- Илья, через пару минут твоя смена, - сквозь приступы хохота выдавил Стас.
- Саш, кто звонил? - промурлыкала Данилина, не открывая глаз, ещё не расставшись с властью Морфея.
- А ты разве не догадываешься? - усмехнулся он в ответ.
Её губы тронула лёгкая улыбка. - Твои друзья развлекаются? Я их понимаю…
- Это их ты понимаешь? А меня кто поймёт? Не дают насладиться обществом законной супруги, мешают целовать мою молодую жену! - проворчал он с деланым недовольством.
- Глупый, они просто подшучивают. Ты же первый из них решился связать себя узами брака. Подожди немного. Придёт и их черёд, вот тогда мы припомним им эти утренние розыгрыши, - мягко успокоила она его.
Александр улыбнулся, подавшись вперёд в жаждущем поцелуе. Его губы едва коснулись её, как телефон вновь пронзил тишину трелью звонка. С досадой набрав воздуха, он процедил в трубку:
- Слушаю.
- Санёк, доброе утро! - жизнерадостный голос Ильи ворвался в ухо, но в ответ - лишь гудки. Где-то вдали, сквозь помехи, прорвался взрыв хохота.
- Дадим им пять минут передышки, а потом Борис позвонит, - выдохнул Стас, давясь смехом, представив окаменевшее лицо друга.
Александр вновь погрузился в омут поцелуя, с упоением ощущая, как податливо тело Данилины отзывается на его ласки. Внезапно он замер, словно споткнувшись о коварное воспоминание - слова Стаса.
- Ты чего? - прошептала Данилина, сбивая дыхание.
- Любимая, прости, я и не спросил даже… Как ты себя чувствуешь? У тебя там болит? Мы же столько раз…
Данилина едва сдержала смех. Обвив его шею руками, она притянула Александра ближе и хрипло прошептала в самые губы:
- Давай лучше продолжим…
Он кивнул, обхватил её лицо ладонями и впился в поцелуй, от которого у Данилины всё поплыло перед глазами. Мелкие капельки пота выступили у неё на висках, и она с головой отдалась его ласкам. Оторвавшись от её губ, он нежно провёл пальцами по её щеке, любуясь её зардевшимся лицом. В глазах Данилины плескалось такое обожание, что у Александра перехватило дыхание. Он прижался к ней лбом и прошептал:
- Ты невероятная…
Данилина тихонько рассмеялась, и этот звук прозвенел у Александра в ушах, как самая прекрасная мелодия. Она переплела их пальцы и, заглянув ему в глаза, тихо произнесла:
- Я люблю тебя.
Сердце Александра забилось в груди с такой силой, что, казалось, вот-вот выскочит. Он притянул Данилину к себе, утопая в её волосах, и прошептал в ответ:
- И я тебя люблю. Больше жизни.
Едва смолкло последнее слово, как телефон вновь зазвонил, разрывая тишину утра.
- А вот и контрольный выстрел, - расхохотался он, искорки озорства плясали в его глазах. Поднеся трубку к уху, он выпалил:
- Добрейшего утречка, Лёня! Дружище, я так переполнен счастьем, готов вопить об этом на всех перекрёстках! Желаю вам, друзья мои, встретить такую же богиню, как моя Лина. Лёнь, ты вроде что-то важное хотел сказать? Прости, что перебил, я весь внимание.
- Сашка, рад слышать, что у вас с Линой всё настолько волшебно. Раз такое дело, может, вечером нагрянем отметить событие?
- Конечно, друг! Мы с женой всегда рады гостям. Теперь мои друзья - это и её друзья, - Александр подмигнул Данилине и добавил с лукавой улыбкой: - Приезжайте, будем ждать. Главное, чтобы нас потом из отеля не выселили за шумное застолье.




В трубке повисла пауза, нарушаемая лишь ровным дыханием Лёни.
- Чего молчишь, как воды в рот набрал? - не выдержал Александр.
- Думаю… Идея тут одна возникла, но надо кое-что прояснить. Перезвоню позже с результатами.
- Что он сказал? - зашептала Данилина. - Приедут?
- Какая-то гениальная мысль посетила, обещал позже отзвониться.
Александр махнул рукой, отбрасывая все заботы, и, притянув жену в объятия, прошептал:
- Давай лучше немного поспим, чтобы потом перед гостями носом не клевать.
Данилина прильнула к его плечу, обвила руками его обнажённое тело и закрыла глаза.
- Я и представить себе не могла, что с любимым человеком может быть так… хорошо, спокойно и надёжно, - прошептала она, погружаясь в дрёму. - Я не знала, что любить - это такое блаженство…
Александр слушал её тихий шёпот и счастливо улыбался. Вскоре они заснули, сплетясь в объятиях, словно единое целое, укрытое от всего мира коконом любви и нежности.
Илья позвонил им в обед.
- Саня, Лина, одевайтесь потеплее! Едем к Стасу на дачу с ночёвкой. Там уже вовсю кипит подготовка. Машина за вами заедет ровно в пять.
- Понял, Илья. Будем готовы, - ответил Александр. - От нас что-нибудь требуется?
- Только вы сами, лучащиеся счастьем! - со смехом отпарировал Илья и отключился.
Александр подхватил Данилину на руки, и они закружились в вихре смеха по комнате. Её волосы разметались, словно золотые нити, а глаза искрились от восторга. Опустив её на пол, он утонул в глубине её взгляда, где отражались и его собственные чувства, и безграничное счастье.
- Данилка, ты невозможная!
Богиня, сошедшая с небес, - прошептал он, осыпая её лицо нежными поцелуями.
- Что сказал Илья? - спросила она, задыхаясь от переизбытка чувств.
- Вечером едем к Стасу на дачу. В пять за нами заедет машина. Сказал, чтобы оделись тепло. Любимая, мне нужно съездить к себе переодеться. Побудешь немного одна?
- Конечно, - проговорила Данилина, прижавшись к нему. - Только, пожалуйста, не задерживайся. Я буду сильно  скучать.
- Я мигом, пообещал он.
Александр быстро собрался и вышел из номера. Данилина присела на край кровати, погрузившись в раздумья о том, как сообщить родителям и брату о своём внезапном замужестве.
- Нужно сначала позвонить брату, а потом уже вместе придумаем, как преподнести эту новость родителям, - вслух рассуждала она.
Собравшись с духом, Данилина спустилась в холл и обратилась к администратору:
- Скажите, пожалуйста, у вас можно воспользоваться телефоном для междугороднего звонка?
- Звонок платный, - предупредила женщина.
- Я знаю и оплачу.




Вскоре слух её ласково коснулся радостного голоса Кирилла.
- Данилка, сестрёнка, рад тебя слышать! Как ты там? Выкладывай всё!
- Кирюш, ты сейчас стоишь или сидишь?
- Стою. А что такое?
- Тогда лучше присядь, - с таинственной ноткой посоветовала она.
- Сестра, у меня от твоего голоса уже холодок пошёл по спине. Что случилось? Говори же!
- Братик, я вышла замуж. Позавчера мы расписались. Вместо шумного пира был скромный, но до безумия душевный вечер. Фотографии обязательно пришлю - залюбуешься.
В трубке повисла звенящая тишина, такая плотная, что, казалось, её можно потрогать.
- Кир? Ты здесь? Неужели ты не рад за меня? - тихонько прошептала Данилина, в её голосе зазвучала неуверенность.
- Данилка… Кто он? Сколько ему лет? - обеспокоенно выдохнул брат.
Данилина, захлёбываясь от счастья, поведала ему всё, что знала об Александре сама.
- Ты… ты его правда любишь? - с плохо скрываемым сомнением спросил он.
- Люблю так, что каждой клеточкой чувствую, дышать без него не могу. Кир, он тебе обязательно понравится, вот увидишь. И мы ведь почти одновременно закончим учёбу.
- Сестрёнка, но ты же мечтала сразу в институт поступать, - напомнил он ей.
- Кир, я обязательно буду учиться, обещаю, - заверила она, и в голосе её звучала непоколебимая решимость.
- А если… ну, если ребёнок? Ты хоть понимаешь, как потом сложно будет с учёбой?
- Мы с Сашей уже всё обсудили. Он меня во всём поддерживает, и с институтом тоже.
- А если его куда-нибудь в Среднюю Азию распределят? Где ты там учиться будешь? Эх, Данилка! Мне кажется, ты поторопилась с этим замужеством. Восемнадцать лет - это же совсем ещё девчонка, - с горечью промолвил Кирилл. - Родители.. Родители будут в шоке. Я пока ничего не буду говорить.
Лучше ты приедешь и сама им всё расскажешь. А ты одна приедешь? Или всё-таки с мужем?
- Я пока не знаю, отпустят его с учёбы или нет, - неуверенно ответила она. - Так хочется  познакомить… Сашу с тобой и с родителями.
- Если деньги понадобятся - звони. Я постараюсь помочь. Вы же оба студенты, на стипендию особо не разгуляешься. Хорошо хоть, что последний курс у вас обоих.
- Кирюш, прости, мне пора. Звоню из гостиницы, сам понимаешь…
- Понимаю, - отозвался он, в голосе послышалась забота. - Денег ещё пришлю, не волнуйся. Мужу привет передавай от меня.
- Спасибо, братик! Люблю тебя очень!
- И я тебя, сестрёнка, люблю. Ты береги себя там. Пока.




Положив трубку, Данилина расплатилась за разговор и, зябко поёжившись, поднялась в свой номер. Собрав тёплые вещи, словно готовясь к долгой дороге, она подошла к окну и взглянула на заснеженный город, раскинувшийся внизу, словно безмолвное, застывшее полотно. Снег медленно кружился за окном, лениво опускаясь на крыши домов, на припаркованные машины, на одинокие фонари. Данилина смотрела на этот завораживающий танец снежинок, а в голове роились мысли, словно взбудораженные пчёлы в улье. Кирюша… Как всегда, добрый, заботливый. Единственный человек, кто по-настоящему понимал и поддерживал её. Подумав о брате, она тепло улыбнулась.
Вдруг сердце Данилины в унисон забилось  с его шагами, ещё до того, как звук ключа коснулся тишины квартиры. Она быстро подошла к двери,  распахнула её и утонула в его объятиях.
- Как ты узнала? - прошептал он, осыпая её лицо нежными поцелуями.
- Это необъяснимо, Саш… Я просто почувствовала. Соскучилась безумно! Как же мы будем жить в разлуке, в разных городах?
- Ты будешь приезжать ко мне на выходные, - ответил он, крепче прижимая её к себе. - Мы будем снимать этот номер… За учёбой время пролетит незаметно, любимая. Неделя разлуки - лишь предвкушение сладких встреч.
Сердце Данилины трепетало в груди, как птица, пойманная в сети, согретая теплом его тела, опьянённая знакомым запахом одеколона, выгравированного в каждой клеточке памяти. Его слова звучали обещанием, зыбкой мелодией надежды в сером сумраке разлуки. Она прижалась щекой к его плечу, жадно вдыхая этот родной аромат, словно пытаясь запастись им впрок, предчувствуя неминуемое расставание.
- Ты взяла тёплые вещи? - целуя её, тихо спросил Александр. - Покажи.
Она кивнула.
- Покажи.
Данилина указала на кровать.
- Нужно взять что-то ещё, для сна. Там, наверное, ночью прохладно. Я взял тебе футболку и свитер. Тёплые носки есть?
Данилина достала из сумки шерстяные носки.




Александр аккуратно сложил все дополнительные вещи в свой рюкзак.
- А теперь давай перекусим. Я ужасно голоден. Вдруг там придётся долго ждать ужин?  Честно говоря, я вообще не знаю, что нас ждёт, так как никогда не был на даче у отца Стаса. Он ему всегда запрещал привозить туда друзей, особенно с девушками. Странно, что Стас вдруг решил нас там собрать.
- Саш, а вдруг он сделал это без разрешения отца? Нас не прогонят оттуда с позором? - с тревогой спросила Данилина.
- Глупенькая, - рассмеялся Александр. - Без ведома его отца там и муха не пролетит.
Наскоро перекусив и оставив после себя безупречный порядок, они заправили кровать. Александр опустился в кресло, одним движением притянул Лину к себе на колени и осыпал её лицо невесомыми, трепетными поцелуями.
- Любовь моя, я чувствую твою тревогу. Словно воробушек, ты вся дрожишь, не решаясь расправить крылья. Лина, прошу тебя, никаких тайн между нами. Пусть хоть здесь, в нашем укромном мире, царит кристальная честность. Довольно лжи и фальши там, за его пределами. Говори. Я весь - внимание.
Данилина поведала о сегодняшнем разговоре с братом. Александр слушал, не перебивая, лишь изредка ласково поглаживая её руку, а затем тихо промолвил:
- Я прекрасно понимаю переживания Кирилла. У меня ведь тоже есть младшая сестра. Ваши отношения - предмет моей тихой зависти. У нас с сестрой нет такой близости, и мне, как брату, нечем похвастаться. Он прав, твоё замужество и правда случилось рано. Тебе бы ещё смело порхать, как бабочке, года два минимум. И в этом моя вина. Я так безумно боялся потерять тебя, что отказался думать о твоём возрасте. Зато наша свадьба даст мне преимущество при распределении… Только, Лина, надеюсь, ты не подумаешь, что я женился на тебе из-за этого?
- Саша, тебе не нужно передо мной оправдываться. Я все понимаю. Ты просто любишь меня, и я тебе верю. В нашей жизни я не прощу лишь двух вещей: если ты когда-нибудь меня предашь, и если будешь лгать и обманывать. В этом случае я не только закрою за собой дверь, но и навсегда запру своё сердце. Если между нами будет доверие, любовь и взаимопонимание, мы будем поистине счастливы вместе. Я всегда буду твоим надёжным тылом, твоей крепостью.
Ровно в пять вечера машина, словно хищный зверь, рванула с места, унося их прочь из города. Данилине показалось, что дача утопает в самом сердце красоты, раскинувшись на просторной земле. Могучие ели, словно стражи, окружали дом, их пушистые лапы укрывал первый, едва заметный снег, искусно вплетаясь в живописный пейзаж.






           Продолжение следует