Переезд на удачу

Светлана Семёновна переезд вообще не планировала, но ситуация была не в её пользу. Филиал компании, расположенный в тихом южном городе на берегу моря, не справлялся. Причем он не просто не справлялся, а заваливал всё быстро и основательно. Собственник, не полагаясь больше на местных, решил отправить тяжелую артиллерию в её лице.

— Выбора нет, либо мне самому ехать, либо вам, — орал он в трубку откуда-то из аэропорта. Он не сидел на месте и крайне редко бывал на родине. — Мне никак я вообще не знаю, когда вернусь, я кругосветку задумал. Значит, вам лететь, я на связи, зарплату накину на пятьдесят процентов и премию, если филиал вытянуть сможете десять от прибыли по году, — ответ Светланы Семеновны его уже не волновал.

Перелёт был спокойным и дал ей возможность дочитать Каренину, которую она начал перечитывать ещё год назад. В аэропорту её встретило заранее заказанное такси и множество непривычно ярких цветущих деревьев, чей сладкий аромат был повсюду. Доехали до нового дома достаточно быстро, дорога из аэропорта заняла около часа. Машина остановилось напротив милого пятиэтажного домика. По бокам разместились еще два дома-брата, внешне ничем не отличающиеся, ухоженные и милые.

— Мы на месте. Чемоданы вам донесу, если накинете.

— Накину. Несите.

Чистый двор и шумно игравшие на площадке дети — всё дышало какой-то провинциальной размеренностью.

«Хорошо, если окна на другую сторону. Шумновато и вид так себе», — пробурчала она себе под нос и пошла следом за водителем такси, тащившим её неподъемные два чемодана.

Квартиру для неё выбирала и снимала компания. Она решила, что если её не устроит предложенный вариант, то она уже на месте разберётся и переедет. Затаив дыхание, она открыла дверь под номером шесть. Квартира располагалась на последнем этаже и имела красивую террасу. Светлая, не загромождённая мебелью набитая техникой.

— Ух, какая красота! Не знал, что в этом доме такие квартиры есть, думал, обычная пятиэтажка, а тут дорого-богато, — таксист продолжал осматриваться.

— Благодарю вас, — Светлана Семёновна протянула ему розовую купюру.

— У меня сдачи нет, это много, — он опустил глаза.

— Сдачи не надо, а вот если вы мне с рынка овощей, сыра и молочки разной привезете, то буду благодарна. И лаваш ещё.

— Это без проблем, у меня там кум... — поняв, что подробности лишние, он поспешил выполнить просьбу красивой и, видимо, очень не бедной женщины.

«Мило, возможно, и переезжать не придется. Кто-то, как для себя, делал: и техника Smeg, и все новое. Пока останусь», — она поспешила выйти на балкон спальни.

И тут у неё перехватило дыхание: роскошный вид на сине-лазурное море и солоноватый воздух подарили ей приветственный поцелуй.

— Здравствуй, море, — она поздоровалась с ним, как с другом, которого давно не видела и очень скучала. Одной из причин, почему она согласилась на работу, было именно море. Она давно не отдыхала, и возможность совместить работу и жизнь, как в отпуске, её подкупила сразу.

На работу она планировала пойти только в понедельник, значит, у нее есть пара дней, чтобы полюбить этот город.

Водитель такси с возвращением не торопился, и по привычке проживания в элитных домах Светлана Семёновна спокойно покинула квартиру, не заперев дверь. И оставив записку: «Оставьте продукты на столе. Сдачи не надо. Спасибо».

Двор, можно сказать, был камерный, в обрамлении трёх пятиэтажных домов, похожих один на другой. Шумная детвора с криками носилась по площадке. Её внимание привлекла женщина, напряжённо смотрящая из окна дома.

— Серёжа, аккуратно, не урони Сашу! Не пачкайтесь, я только что вас переодела, не лезьте в песочницу, там коты гадят. Сёма, смотри за братьями, я со Славой выйти не могу, пока не покормлю. Аккуратно, собьёте тётю.

Предупреждение не помогло, и все трое с разбега врезались в ничего не подозревавшую Светлану Семёновну. Рухнув на землю, она в ужасе поняла, что не может пошевелиться. Боль в щиколотке и разбитый локоть сразу заявили о себе.

— Дети, ну вы хоть по сторонам смотрите, как же так! — слезы потекли сами.

— Простите нас, — кричала женщина из окна. — Это все мои, мы в первой квартире живём, можете к нам зайти, я всё обработаю. Вы же сегодня переехали, я вас видела уже.

— Ничего мне не надо, пусть меня только проводят, — Светлана Семёновна попробовала встать. Оказалось, что без помощи это невозможно. Старший мальчик Семён, быстро подсуетился и приволок от какой-то бабушки палку.

— Спасибо, конечно, — злилась и благодарила детей новая соседка из шестой квартиры. — Мне бы ещё что-то раны обработать.

— Я принесу сейчас, — кричал Серёжа. — А ты, Сашка, Сёме помоги, проводите соседку домой.

Опираясь на плечо одного из братьев и откуда-то взявшуюся палку, Светлана Семёновна дохромала до квартиры. Настроение было испорчено безнадежно. Вместо увлекательного знакомства с городом, разбитый локоть и повреждённое сухожилие или растяжение, а возможно, просто сильный ушиб портили все планы. Мальчишки с шумом влетели в квартиру.

— Всё, мальчики, спасибо. Можете идти гулять. Я хочу остаться одна. Мальчики, вы меня слышите? Спасибо.

Перекричать братьев было невозможно. Она порадовалась, что её квартира не рядом с замечательной многодетной квартирой номер один.

— Вот, вам мама передала пластырь, зелёнку, бинт и пирог с грушей. Просила извинить и в гости приглашала, — старший из братьев протянул ей всё, что передала мать.

— Серёжа, Саша, домой живо! — команду братьям повторять было не надо, беспрекословно мальчишки вылетели из квартиры.
Наступила тишина. Долгожданная тишина. Светлана Семёновна наскоро обработала рану, перемотала ногу, убедившись, что это просто ушиб, и откусила пирог. Какой же он был вкусный, как ей показалось, или она просто проголодалась с дороги, но прикончила она его мигом.

«Ну, всякое бывает, зато хоть с соседями познакомилась».
Звонок в дверь заставил её встать, и тут она увидела на белоснежном полу своей гостиной мёртвую птицу. Это зловещее зрелище вызвало в ней первобытный страх и дикий крик, на который ворвался таксист с продуктами, дверь за ушедшими мальчишками была не заперта.

— Что случилось? Что с вами? Я же только уехал ненадолго, а вы в бинтах уже, в зелёнке? Меня Николай зовут, я всё вам купил, — он бросился ощупывать её ногу. — Не бойтесь, я врач, в такси я подрабатываю, пока отпуск.

— Птица, птица мёртвая, смотрите, — она тыкала пальцем в сторону чёрного пятна.

— А, ну ничего страшного, я выброшу, и с ногой всё нормально, ушиб у вас, отдыхайте. Я номер свой написал на пакете с лавашем. Позвоните, если врач понадобится или водитель. Весело вы у нас в городе начали, — он улыбнулся. Завернул мёртвую птицу в полотенце и вышел.

После пережитого Светлана Семёновна дохромала до двери и закрылась на все замки. Желания гулять точно не было, и от новых знакомств она порядком устала.

Пустив воду в ванной, чтобы наконец позволить себе расслабиться и смыть с себя перелёт и этот странный первый день на новом месте, Светлана Семёновна отрезала себе кусочек ароматного сыра и порезала сочный южный помидор.

«Надо же, сколько он привёз всего, тут мне одной за неделю не съесть. Поставлю в холодильник, потом разберу и разложу», — открыв дверь холодильника, она опешила. Чьи-то заботливые руки наполнили его всевозможными местными деликатесами. Её внимание привлекла красивая плетеная бутылка вина.

«А вот это то, что надо», — откупорив, она вдохнула спелые ягоды, землю, кожу и капельку южного солнца.

Устроившись на террасе с вином и сыром, она сама не заметила, как задремала. Обманчивая лёгкость домашнего вина быстро валила с ног. Разбудил её крик, стук в дверь и безостановочный звон.

— Кто там, что случилось? — спросила она, подойдя к двери и посмотрев в глазок.

На площадке стояла женщина лет пятидесяти, моложавая и подтянутая, и скалкой била в дверь.

— Откройте немедленно, вы залили весь дом! — орала она нечеловеческим голосом. — Приедут тут неизвестно откуда, плевать на всех. Делают что хотят! Я из второй квартиры. Вы вообще соображаете, что вы творите? Открывайте! Полицию сейчас вызову, нахалка какая, ещё и не открывает!

Спросонок Светлана Семёновна ничего не могла понять. О том, что она включила воду, она благополучно забыла, а квартиры располагались в подъезде одна над другой.

— Женщина, успокойтесь, сейчас разберёмся, если я виновата, я компенсирую. Успо… — в этот момент сильный удар какой-то матерчатой сумкой, видимо, взятой для защиты, прилетел прямиком в голову.

— А вот теперь я полицию вызову и побои сниму, и по статье за нападение и нанесение телесных повреждений привлеку вас. Ясно?

— Так, ну успокойтесь, дамочка. Это у меня рука дрогнула. Вы воду проверьте, а потом разберёмся. Посмотрите, где течёт.

Текло уже по коридору. Энергичная соседка из второй квартиры, не долго думая, ласково отодвинула ошарашенную такой переменой в своём поведении Светлану Семёновну и резво, добравшись до ванны, перекрыла воду.

— Тряпки давайте и помогайте воду убирать, чтобы не текло дальше.

— Берите всё, что видите, хоть постельное из шкафа.

За час вместе они убрали всю воду. Оставалось оценить ущерб и оплатить ремонт.

— Меня Маргарита Павловна зовут.

— Светлана Семёновна. Вино будете?

— Однозначно, — Маргарита Павловна улыбнулась.

Уставшие они пошли на террасу, где пригревало вечернее солнце, играя бликами на стене и отражаясь от стекла.

— Давно здесь живёте? — протягивая бокал с ароматным домашним вином, спросила Светлана Семёновна свою новую соседку.

— Да, как только дом построили, я сразу купила квартиру, — отворачивая рукава рубашки, ответила Маргарита Павловна. — А вы по работе?

— Да, по работе. Вот видите, как моё знакомство началось, — показывая на намокший бинт на ноге и намазанную зелёнкой руку, сетовала натерпевшаяся за этот короткий день Светлана Семёновна. — Хотела по городу прогуляться, морем подышать, а весь день синяки получаю.

— Да уж, не повезло вам, ещё я тут вам добавила. Не сильно ударила?

— Нормально, рука у вас крепкая, — обе женщины рассмеялись в голос и бодро чокнулись. — За знакомство вы не переживайте, вам ремонт хороший сделают, всё как надо: не по оценке, а по совести.

— Да ладно, разберёмся, когда подсохнет, меня не в первый раз заливают. Надо мной в третьей квартире живёт тип один, даже имени не знаю. Пойдём к окну на кухне, покажу вам. Странный очень, всё время с коробками какими-то таскается и таращится на всех на площадке, вот от него сплошные проблемы. Он меня музыкой своей достал, как заселились, так спасу нет, каждый день одно и то же. Живёт один и выходит на лавочке с коробкой посидеть. Пойдём на кухню сами увидите.

Из окна кухни был отчётливо виден мужчина лет тридцати пяти с бородой, в мятом светлом худи и оранжевых кедах, сидящий на скамейке и держащий на коленях коробку. Держал он её бережно и выглядел максимально странно, одиноко и отстраненно. Оглядевшись по сторонам, он медленно встал и пошёл к дому.

— Вот видите, и так каждый день: выйдет, посидит и назад в квартиру. Закроется и музицирует, и свет в квартире постоянно ночью горит. Может, выращивает там что-то под лампами?

— Ну, вряд ли, на садовода он не похож, — не любительница сплетен, Светлана Семёновна всё же была рада получить хоть какую-то информацию о жильцах её нового дома. Пока она рассматривала странного соседа из третьей квартиры, в него влетел велосипедист, и какие-то документы рассыпались по двору из его рюкзака.

— Ну вы смотрите по сторонам, мужчина, дальше носа своего не видите! — велосипедистом оказалась девушка лет двадцати, из-под шлема рассыпались длинные пшеничные волосы. — Все документы мне теперь собирать, что я директору скажу?

— Извините, — прошептал бородач и сам не заметил, как крышка коробки съехала, и из нее вылетело несколько удивительной красоты бабочек.

— Смотрите, смотрите, какая красота! — Светлана Семёновна не могла оторваться от взлетающих огромных бабочек. — Он просто гуляет с бабочками, какая же это прелесть! — Анечка, не переживайте, соберите и приносите их скорее, — прокричала она в окно своему бывшему ассистенту, отправленному сюда на месяц раньше.

— Ну надо же! А я думала, что маньяк какой-то выйдет и сидит сиднем во дворе. А всё так просто было. — Пора мне, спасибо за угощение. Приходите завтра, посмотрите на то, что после себя потоп оставил.

— Обязательно, всё решим, извините, что так вышло.

— Всякое бывает, но я рада, что вы нормальная. До вас здесь разные жили, не совсем удавалось найти контакт. Да ладно... — она уже спускалась по лестнице, и её последние слова съел лестничный пролёт.

Наконец оставшись одна, Светлана Семёновна, перешагивая через множество мокрых тряпок на полу, добралась до спальни и прилегла. Вымотавшись за день, очень хотелось спать, но истошный лай маленькой, очень звонкой собачки не давал покоя. Собака лаяла, похоже, на балконе какой-то квартиры, и через открытые окна истошный одинокий лай раздавался по всему дому. Методом исключения соседей, с кем она уже познакомилась, Светлана Семёновна спустилась на этаж ниже. Хозяина пятой квартиры, очевидно, не было дома, и у двери была тишина. А вот хозяйка четвёртой квартиры как раз открывала дверь, бренча ключами ниже на площадке и напевая какую-то песню.

— Девушка, девушка! — Светлана Семёновна достаточно громко кричала, свесившись через перила. — Собака у вас заперта, лает? Нельзя так с животными. Вы понимаете? — Было очевидно, что девушка её не слышит.

Медленно спускаясь ниже и проклиная сегодняшний день и этот невыносимый дом с его странными соседями, Светлана Семёновна успела рассмотреть ещё одну свою соседку. Девушке было около двадцати пяти лет, на ней странным образом уживались разные модные тенденции и течения. Лихо замиксованный гранж и беби-долл, приправленный этно-модой и классикой, смотрелись вполне органично. Через секунду в приоткрытую дверь на площадку выбежала маленькая собачка, одетая точь-в-точь как её хозяйка, и кинулась к Светлане Семёновне со звонким радостным лаем.

— Мишель, нельзя! Ко мне! Вы кто? — удивленно рассматривала она, снимая наушники, странную женщину в закатанных брюках , с перемотанной ногой и от души намазанную зеленкой.

— Я соседка ваша из шестой квартиры. Собака лает так, что мне через этаж слышно. Невозможно отдохнуть, я после перелёта. Вы бы животное одно не оставляли, это им для психики вредно.

— Я и не оставляю, он часик всего один был. Маленький ещё, привыкает. Я когда дома, он не лает. Зачем вы говорите, что он лаем всем мешает — это неправда.

— Это правда. Спросите у соседей. И между прочим, закон предусматривает ответственность хозяев животных.

— Вы мне законом тут не тыкайте, я тут живу, а вы временно побудете и уедете. Иди ко мне, Мишель, нас обижают, — Она взяла собачку на руки. — Вам, женщина, стилист бы не помешал, вон вы какая скучная и однообразная в одежде.

— Мне кажется, что я вас забыла спросить о том, кто мне нужен. Если бы вы хоть немного в моде разбирались, то разглядели бы вещи с Миланского показа Весна-Лето 2026, а так и говорить не о чем. Я просто прошу собаку одну не оставляйте. Больше говорить не о чем.

— Фу, какая неприятная женщина, да, Мишель? Пойдём примерим новый комбинезон и посмотрим, как сядет, — Не прощаясь, она закрыла дверь.

«Да, с этой малолеткой каши не сварить. Придётся что-то делать. Узнаю, где тут участковый. Хотя, может быть, попробую ещё раз по-хорошему, может быть...»

Настроение с каждой минутой портилось всё больше, и первое впечатление от близости моря, его красоты и бриза, омывающего нежными прикосновениями её лицо, уже не радовало. Гора документов, которые привезла ассистентка, лежала на консоли в прихожей, на них даже смотреть не хотелось. Нога начала предательски ныть.

— Николай, добрый вечер. Вы подвозили меня сегодня, помните? Потом мне ещё продукты привезли. Это ваша пассажирка раненая, — она грустно засмеялась.

— Конечно, помню. Как вы? Как ушибы? Попробовали сыр?

— Да, но этот дом проклятый какой-то, тут соседи один другого хуже. Никакого покоя. Ещё чуть-чуть, и я перееду в гостиницу. Я вот зачем звоню: мне бы обезболить ногу. Ныть начала сильно, и отёк приличный. А так хочется просто прогуляться, выйти.

— Я могу приехать, вам укол сделать и город показать, когда лекарство подействует, или можем на машине прокатиться.

— Ну, это уже как-то чересчур. А вот от укола я точно не откажусь. Я не знаю, как врача у вас вызвать. Только мне нельзя лидокаин, у меня аллергия. Подождите, тут ещё аккордеон теперь какой-то? Не понимаю, снизу, что ли? Господи, что ж за дом-то ненормальный такой! Один сосед хуже другого. Нет чтобы бабуля рядом жила, носочки вязала и кроссворды в тишине разгадывала, так тут один другого хуже. Приезжайте поскорее, а я спущусь, познакомлюсь с музыкантом.

— Хорошо. Я недалеко, скоро буду. Может быть, ещё что-нибудь хотите?

— Нет, только укол.

Музыка точно раздавалась снизу. Спустившись на один пролёт, Светлана Семёновна нервно позвонила в звонок. Дверь открыл молодой худощавый парень с аккордеоном в руках.

— Добрый день, молодой человек. Я ваша новая соседка, очень надеюсь, что ненадолго. Очень громко играете, я сегодня после перелёта. Мне очень хочется отдохнуть. Столько всего произошло за день, у вас, кстати, не сильно залило, у меня с ванной беда случилась. Я всё компенсирую.
— В ванной? А я не понял, думал, у меня проблема. Сверху же не жил никто. Ну так, залило, конечно, но ничего, если компенсируете. Мне как раз надо было ремонт в ванной обновить.

— Женщина, это от вас текло! — раздался истошный крик, сопровождаемый собачьим лаем, от малолетки из четвёртой квартиры. — Я думала, это музыкант, этот ненормальный, опять меня залил. А это вы? А мне кто компенсирует? — В диком розовом халате и каких-то ослиных ушах на голове, и точно так же одетой собачкой, малолетка истерично орала на весь дом.

— Всё оценят, и вам тоже компенсируют, девушка, не волнуйтесь.

— Я не волнуюсь, вы меня тут не затыкайте, у меня ремонт дизайнерский. Это ему терять нечего, — тыкала она пальцем в музыканта. — Я всё посчитаю, до последнего коврика испорченного.

— Считайте и успокойтесь сами, и собаку криком не нервируйте.

— Молодой человек, я вас очень прошу, не вечером. Я с понедельника буду уходить в восемь и приходить часов через двенадцать. Вам хватит, чтобы намузицироваться?

— Хватит, но музыка — это моя жизнь. Я и гитару пробовал, и скрипку. Вот сейчас на аккордеоне остановился.

— Я вас очень прошу, пожалуйста! — Резкая и дерзкая Светлана Семёновна готова была его умолять о тишине.

— Ладно. Я сейчас доучу одну мелодию и отложу. А вы уходить будете, скажите мне, я тогда спокойно поиграю. Идёт?

— Хорошо, — измученная Светлана Семёновна поползла в свою шестую квартиру.

— Подождите, не закрывайте дверь! — прокричал Николай, бегущий следом за ней по лестнице.

— А это вы, ну хоть вы быстро. Меня эта палата номер шесть точно добьёт сегодня. Я чувствовала, что самой надо было выбирать квартиру. Сделайте мне укол побыстрее. Надо было ещё и снотворное у вас попросить, — только сейчас она увидела, насколько

— Полегче, — спросил Николай минут через сорок после обезболивающего укола, протягивая чашку чая и вкусное домашнее варенье на изящном фарфоровом блюдечке.

— Красиво, как вы всё сделали, спасибо. Чувствую, что даже, наверно, смогу пройтись немного. Хочется поменять картинки после сегодняшнего знакомства с соседями. Расскажите о себе: зачем врачу работать на такси?

— Ну и отлично, что вам помогло, — так должно быть, — Николай по-свойски сел напротив и отпил глоток чая. — Чабрец, кстати, я сам растил.

— Вы прямо на все руки мастер: и укол, и чабрец, — она искренне улыбнулась и поймала себя на редком для себя самой поведении: она кокетничала. Непробиваемая и жёсткая, кокетничала с таксистом-врачом.

— У меня много увлечений, — он улыбнулся в ответ. — Почему такси? Всё очень просто: я люблю людей, мне нравятся новые знакомства и новые встречи. Я, когда молодой был, таксовал и так зарабатывал, а сейчас только для удовольствия. Вот с вами познакомился. Но, если честно, то таксопарк мне принадлежит, а сегодня водитель, который должен был вас встретить, заболел, я решил поработать сам. Мне в радость.

— А медицина?

— У меня свой медицинский центр и санаторий на побережье тоже мой, — вот как-то нескромно даже рассказывать.

— Да уж, точно нескромно. Я думала, я тут птичка с цветными перьями, не вписываюсь, а тут вы, оказывается, местный олигарх.

— Ну, олигарх или нет — не мне решать, а кое-что для города я делаю. Я люблю людей, как я уже говорил, и многие вещи делаю от сердца. Вот я же мог вам просто врача прислать, а мне самому захотелось с вами увидеться. Может быть, теперь согласитесь на прогулку по городу, раз вам стало больше обо мне известно?

— Соглашусь, но не сегодня. Меня очень вымотал этот первый день в вашем чудесном городе. Не знаю, что и делать: искать новую квартиру или в отель перебраться?

— Вы с плеча не рубите, мой совет: поживите недельку, присмотритесь. Люди у нас все хорошие. Кстати, есть обычай: чтобы познакомиться, надо всех собрать. Давайте я вам помогу организовать праздник во дворе. Ни о чём не беспокойтесь, люди сами всё принесут, чего не хватит. А так и присмотритесь ко всем жильцам, и углы все сгладите. Чаю ещё налить вам?

— Да, с удовольствием. Очень вкусный, у меня мама чабрец выращивала, очень похож по вкусу. Сколько ни покупала, никогда не могла найти именно такой. Насчёт праздника, даже не знаю, мне не особенно хочется ещё раз всех видеть, но если так принято, то, может быть, пару часиков и можно выделить на мероприятие.
Их руки неожиданно соприкоснулись, когда он передавал ей чашку, и она поймала себя на мысли, что начинает интересоваться Николаем больше, чем сама того хотела.

— Светлана, можете меня называть.

— Ну тогда отдыхайте, я за вами через час вернусь.

В квартире стало тихо и даже неожиданно пусто без такого живого и деятельного Николая. Из чемодана на неё смотрели платья для работы и вечерних выходов, и спортивный костюм. Решив не выделяться, она выбрала его, правда, не обошлось без кричащих аксессуаров и какого-то сиреневого ободка, но она сама себе нравилась. Чай освежил румянец на лице, а знакомство с Николаем добавило блеск её глазам. Светлана Семёновна специально не подходила к окну, через которое могла видеть двор. Решив оставить всё происходящее сюрпризом и для себя тоже, она спокойно отдыхала на террасе и наслаждалась последними закатными лучами солнца, тонущего в воде. Ровно через час Николай позвонил ей.

— Вы готовы? Я поднимаюсь за вами.

— Да, я готова, выхожу.

Встретились они около её двери.

— Это вам, — он протянул чудесный крошечный букетик каких-то местных дикорастущих цветов.

— Прелесть какая! Вы первый, кто подарил мне то, что я люблю. Я обожаю такие букеты и дома всегда покупаю их у бабушек на рынке или собираю сама на выходных. Они чудесные. Спасибо. Одну минуту, я поставлю и пойдём.

Быстро поставив букетик на стол в заварочный чайник и полюбовавшись пару минут, она выпорхнула, полностью позабыв о ноге и длинном непредсказуемом дне.

Во дворе стояли столы, накрытые белоснежными скатертями. Овощи и фрукты расположились по ним яркими пятнами, сок и вино в красивых плетёных бутылях и графинах прижимались друг к другу, сыры, зелень, оливки были разбросаны в изобилии повсюду. Играл какой-то чудесный скрипач, люди уже начали рассаживаться, и к её новым соседям добавились жители из соседних пятиэтажек. Светлана Семёновна заметила, что агрессивные взгляды на неё, как на чужака, сменились мягкими и доверительными соседскими кивками и улыбками. Какой-то местный повар готовил шашлык, и общее тёплое настроение передалось и ей.

— Вы просто волшебник, я бы и за день не смогла такое организовать. Очень, очень... ой, вы очень большой молодец, Николай, спасибо. Мне так повезло, что сегодня я познакомилась с вами. Я должна что-то говорить?

— Нет, просто отдыхайте, постепенно всё будет так, как если бы вы собрались с старыми друзьями. А это вам, Светлана! — он аккуратно взял её за руку и повернул в сторону моря.

Вдруг на уже чёрном южном небе возникли разноцветные зонтики фейерверка. Он был настолько ярким и каким-то сказочным именно в этом моменте, что перехватило дыхание.

«Видимо, я полюблю этот город, и мой переезд точно на удачу», — пронеслось в голове счастливой и расслабленной Светланы Семёновны.