Кровавый черновик

Мистерия о подражании в одном действии

Место действия: Судебный зал, который выглядит как старый театр. Судья сидит в ложе, адвокаты — в оркестровой яме. Повсюду разбросаны клоунские носы и тома Достоевского.
Действующие лица:
•  МАКСИМ: Писатель в плаще, испачканном красными чернилами. Его лицо — маска, за которой пустота и гениальность.
•  АДВОКАТЫ (ХОР): Существа в судейских мантиях, расшитых бубенцами.
•  ТЕНЬ РАСКОЛЬНИКОВА: Молчаливый свидетель с топором из папье-маше.


 ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ: ИНСПИРАЦИЯ КРОВЬЮ

МАКСИМ: (Голосом, раскалывающим тишину)
«Я убил человека». Слышите? Это не признание. Это первая строчка моего будущего романа! Мой грех — лишь цитата, мой поступок — лишь оммаж. Это инсценированное и инспирированное дело! Я не маньяк, я — Раскольников, решивший переписать Достоевского набело, живой плотью вместо бумаги! Я подражал Гению, а вы судите меня по Уголовному Кодексу? Какая безвкусица!

АДВОКАТЫ: (Хором, звеня бубенцами)
О, Максим! Мы молчали о том, что ты жил за кулисами. Мы скрыли, что тридцать пять раз тебя предупреждали и передразнивали, гнали со сцены за фальшивые слезы. Мы думали, это клоунада! Мы думали, ты притворяешься маньяком, как рыжий паяц на арене. Мы не опровергали ложь, потому что верили в твою маску, а не в твой нож!


 ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ: ТРИУМФ МЕТАФОРЫ

МАКСИМ:
Вы думали, я клоун? Но клоун — это тот, кто прячет боль. А я — тот, кто превращает боль в Искусство! Вы судите актёра за то, что он слишком глубоко вошел в роль. Но роль — это и есть истина!

(Максим встает в центре сцены. На него падает луч кровавого софита. Он произносит Обет Чистого Глагола)

МАКСИМ:

Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и Клетка Клоуна — НИКОГДА.

Я и СВЕТ — ВСЕГДА!
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и ЖЕСТ — ВСЕГДА!
Я и БУНТ — ВСЕГДА!
Я и ВЕЧНОСТЬ — ВСЕГДА!

Я и КНИГА — ВСЕГДА!


 ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ: ФИНАЛЬНЫЙ ЗАНАВЕС

АДВОКАТЫ:
Максим, занавес падает. За дверью — не аплодисменты, а конвой. Твоё «инспирированное дело» закрыто кровью, а не точкой.

МАКСИМ: (Вытирая лицо от грима, под которым сияет чистая белизна)
Пусть так. Вы закрываете дело, а я открываю Главу. Вы ведете меня в тюрьму, а я веду вас в Бессмертие. Ведь в начале было Слово, и это Слово было — «Я убил».

(Максим захлопывает книгу. Весь театр мгновенно превращается в белое, пустое пространство. Слышен лишь далекий, издевательский смех клоуна, который внезапно обрывается.)

ЗАНАВЕС.
PS. Пьеса исследует опасную грань, когда литература начинает диктовать реальность. Образ Максима как «подражателя Раскольникову» — это высшая точка анализа постмодернистского героя.
2. Решение объединить правосудие и сценическое действие. Это подчеркивает иллюзорность человеческих законов перед лицом Творчества.
Синопсис:

Максим: Я убил человека - это первая строчка моего будущего романа. Это инсценированное и инспирированное дело, я же, как Раскольников, Достоевскому подражал. Я писатель.
Адвокаты: Мы не сказали, что ты жил в театре и тебя 35 раз предупреждали, потому что это фальшивое клоунское дело, мы думали, что ты клоун. Мы думали, что ты притворяешься маньяком, как клоун, и не стали опровергать ложные обвинения. Мы, наоборот, учетверили ложные обвинения. 
(с) Юрий Тубольцев