Восточная ложа методологического обряда

По признанию сына Георгия Щедровицкого – Петра Щедровицкого – единственным истинным методологом был его отец – Георгий Щедровицкий, а все остальные якобы методологи, ученики и последователи основателя московской методологической школы, включая и самого Петра, как самого близкого и родного Георгию Петровичу человека, стали всего лишь  копирайтерами его учения, не внеся в него ничего нового в целях развития предмета методологии. А это означает, что и Сергей Кириенко, ныне неофициальный глава современных методологов, является всего лишь техническим эксплуатантом этого учения, что выразилось в выстраивании с 2016 года под его личным контролем в качестве первого замглавы АП целостной экосистемы, в которую входят кадровые конкурсы «Лидеры России», «Россия – страна возможностей», «Время героев», а также различные молодёжные форумы и марафоны, грантовые распределения, а также целенаправленные идеологические кампании. При этом максимум, на что сподобилась команда методологов, сконцентрированная Сергеем Владиленовичем в администрации президента, так это на расширение за счёт американских разработок по теме «тимбилдинга» программ организационно-деятельностных игр (ОДИ), проводимых при кураторстве методологов АП под видом разнообразных кадровых тренингов. В этой связи цели методологической деятельности Кириенко и всей его команды легко предсказуемы для любого человека, знакомого с учением Г. Щедровицкого. Эти цели были определены Георгием Петровичем ещё в шестидесятые годы ХХ века, когда движение методологов выходило на пик своей популярности среди молодых интеллектуалов-технократов советских привластных кругов.

Петр Щедровицкий, заявляя, что «методолог» в СССР был только один-единственный в лице Георгия Щедровицкого  («Это мой отец. Самозванцев много. Это правда. Думаю, только спустя какое-то время можно будет разобраться, кто действительно продолжал идеи Щедровицкого-старшего. Но как минимум надо рассматривать и сопоставлять философские работы этих авторов, чтобы доказать это»), скорей всего, тем самым желал обозначить факт того, что в истинные цели движения методологов Георгий Щедровицкий не посвящал вообще никого, что касалось даже к его сына Петра – потенциального наследника его идейных наработок. Однако в редких случаях, когда под влиянием внешних обстоятельств он впадал в благодушное  состояние, сопровождавшееся ослаблением внутреннего самоконтроля за своими словоизлияниями, от был в достаточной степени откровенен в частных беседах с доверенными людьми. Одно их таких откровений Щедровицкого по воспоминаниям его визави стало достоянием гласности. В этом откровении, очевидно под влиянием слишком сильного расслабления, он допустил чёткое обозначение целей своей деятельности в качестве гуру методологов.

Сей эпизод его обширной деятельности случился в самом начале 1970-х годов, когда Георгий Петрович, приезжал в Минск и вел там со своей ранней командой сеансы разоблачения старого мышления.  Конкретно в 1972 году, когда минчанами была организована республиканская школа молодых ученых (до 35 лет), её организаторы пригласили Г. Щедровицкого для идейного наставления тогдашнему юношеству. После восторженного приёма Георгий Петрович, пребывая в радушном состоянии от своего успеха, в доверительном общении с Вячеславом Степиным приоткрыл сокровенную тайну своей жизни. Схематично главный стратегический стимул всей его жизни выглядел так: «Мы через свои семинары (это было еще за пять лет до первой игры ОДИ) готовим кадры. Ну, это и термином таким нельзя называть. Не кадры (тьфу, казенное партийное слово), а членов тайного масонского ордена, со своим ритуалом, уставом и секретной сверхзадачей. Идея состоит в том, чтобы разобрать устройство социума на узлы и детали, посмотреть, как оно устроено, найти там блок управления, определить пути подхода к нему, проникнуть в него, взяться за рычаги и править в нужную сторону».

Сильной стороной СМД-методологии (Системо-Мысле-Деятельность), которую уже давно в научном плане развивал Г. Щедровицкий, была схематизация, то есть, представление любого социального устройства или процесса в виде схем, блоков, фигурок и функциональных связей между ними с помощью стрелок. Все становилось очень наглядным и понятным. Где, какой блок, кто с кем и как связан, куда нужно войти, чтобы сделать то-то и то-то. По крайней мере, прорисовать это на бумаге. Кого только не было среди этих пляшущих человечков: само собой – методологи, затем философы, историки, проектанты, рефлексуны, руководители, исполнители... В общем, все, в ком была нужда для больших дел в перспективе. Члены этой новой «Восточной ложи» должны были проникать во все властные структуры. Вступать в партию. Становиться незаменимыми полезными секретарями при властном лице, например – при  губернаторе, советниками, заместителями, идти в выборные органы, но при этом ни в коем случае нельзя было забывать, кто они есть на самом деле и какова их высокая миссия. «Мы сначала сделаем то, потом это, наши люди сначала здесь, затем, глядишь – там, они уже везде! Никто ничего не понял, а мы все изменили, всех перетасовали, страна идет в другую сторону!», – вдохновлял своих учеников Георгий Петрович, о чём в письменном виде подробно свидетельствовал участник игр Валерий Лебедев.

В качестве одного из ритуалов, скрепляющих «пляшущих человечков» из схем Щедровицкого между собой в реальной жизни, точнее, в их методолого-масонской ложе, были кодовые слова, произносимые во время любых выступлений и вообще где бы то ни было. Например, проходит какая-то конференция, в которой участвуют несколько щедровитян. Последняя фраза закончившего выступление такого оратора должна была стать началом выступления следующего докладчика. Например, докладчик завершал своё выступление фразой: «Очевидно, что только методология СМД может обеспечить прорыв в познании социальной действительности». Следующий же докладчик-щедровитянин начинал свой доклад фразой: «Как известно, только методология СМД обеспечивает полноценное познание социальной действительности».

Организационно-деятельностные игры, впервые реализованные Щедровицким в 1979 году, были задуманы им в качестве опережающего развития участников игр в целях реализации «интеллектуального переворота» в СССР. Он считал, что необходимо было пропустить через игры сотни тысяч людей для того, чтобы создать массовый класс своих лояльных сторонников, среди которых директора предприятий, начальники цехов, председатели и нижестоящий персонал райкомов, горкомов и обкомов, судьи, преподаватели высшей школы, министерские чиновники всех рангов….

При этом, как ни странно, в советской прессе или на телевидении нигде и никогда не упоминалось об этом, можно сказать, массовом движении с вовлечением номенклатурных руководителей среднего звена в ОДИ, хотя само движение методологов было совершенно официальным, ибо игры заказывались, например, руководством области,  министерством или заводом при том, что решение об этом, разумеется, утверждалось также и на парткомах, а бухгалтерия выделяла немалые средства для оплаты проезда команд игротехников, состоявших из 15-20 человек, размещения их в хороших гостиницах и выплаты им немалых гонораров. Кажется, не было категории населения, которой не охватило бы это «игровое поветрие» самого конца 1970-х – и всех 1980-х годов, кроме таких категорий, как армия, КГБ и МВД, в составе которых ОДИ принципиально не проводились. Эти силовые структуры относились Георгием Петровичем исключительно к исполнительным органам: поступит приказ из политических верхов, и те обязаны будут точно выполнить его.

Трудно сказать, ожидал ли Щедровицкий от своих игр случившегося в 1991 году реального рыночного эффекта по развалу СССР и наступлению в России эпохи дикого первоначального накопления. Скорей всего, однозначно – нет. Он не был сторонником массовых разграблений, но зато он высоко ценил сам факт идеологии как некоего скрепляющего общество стержня. Важно только было сменить неправильную идеологию, каковая была в СССР, на правильную, которую он предлагал в своих играх. Она, эта его идеология, чем-то напоминала учение Мухаммада, в котором главное – это формула: нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммад – пророк его. Только у Георгия Петровича не было этого ненужного удвоения на Аллаха и его пророка: хватало и одного Щедровицкого собственной персоной. При всём при том, в этом отношении его расчёты дали осечку – ему не удалось встать во главе новой России.

По словам политтехнолога и методолога Тимофея Сергейцева, «игры были сконструированы, изобретены Георгием Петровичем как способ вывода «методологического» мышления из подполья в широкую общественную практику, прежде всего, в практику политики и управления». Щедровицкий, по его словам, разрабатывал «интеллектуальные инструменты» вмешательства в исторический процесс. Однако, начиная с 1960-х годов, на советское руководство, по мнению исследователя Ильи Кукулина, влияли не только Георгий Щедровицкий и его последователи, но и интеллектуалы, работавшие советниками и спичрайтерами советских руководителей. Они, как пишет Кукулин, консультировали партийных и хозяйственных работников, полагая, что смогут реформировать политический курс СССР.

Один из российских политиков, который начинал свою карьеру еще в 1980-е годы и был хорошо знаком с деятельностью методологов, уверяет, что они возненавидели перестройку, поскольку самолично хотели заниматься реформами в СССР. И в обязательном порядке сохранить его. Однако вопреки всем ожиданиям методологов стать властью в СССР и основать «социалистическую технократию» у них не получилось: Россия же пошла по пути рыночных реформ. Ну а сам Георгий Щедровицкий умер на самой заре этой эпохи – в 1994 году.

При всём при этом надо отметить, что Георгий Щедровицкий разрабатывал концепцию методологии строго под ту общественно-политическую ситуацию, которая существовала в послесталинском Советском Союзе. Для новой же  капиталистической России эта концепция в целом была чужеродной. Поэтому её адепты после ликвидации СССР смогли найти практическое применение только некоторым её элементам чисто технологического свойства, что позволило им позиционироваться при новых капиталистических порядках в качестве эффективных политтехнологов для решения частных задач конкретных заказчиков. Казалось бы, методологическое учение навсегда утратило свою значимость в качестве надёжного средства решения специфических задач государственного уровня в сравнении с той первостепенной ролью, которую оно сыграло для успешной реализации планов команды Горбачёва: за пять лет второй половины 80-х годов через ОДИ, ставших на удивление многих его скептиков сообразным инструментарием ЦК КПСС и лично М.С. Горбачева в части масштабного насаждения в стране «нового мышления», прошло примерно полтора миллиона человек, ставших основной ударной силой перестройки и непосредственно госпереворота 1991 года.

Однако в отношении теоретических СМД-разработок Георгия Петровича всё сложилось как нельзя лучше – Сергей Кириенко, как убеждённый последователь движения методологов, при полноценной поддержке Петра Щедровицкого и других ведущих методологов не только не позволили методологическому учению кануть в Лету вслед за своим создателем, но и вновь вывели практическую методологию Г. Щедровицкого на государственный уровень. В результате анализа сложившейся в стране ситуации по завершению «жирных» нулевых годов текущего века стало очевидно, что России крайне нужны губернаторы нового типа. При этом было понятно, что претендентов на губернаторские посты к такой деятельности  надо готовить исключительно специфическим образом – тестировать, обучать, стажировать по уникальной учебной программе. Такая подготовка будущих лидеров была организована командой методологов в администрации президента на основе учения Щедровицкого под пристальным кураторством  Сергея Кириенко, вступившем на пост первого заместителя руководителя администрации президента РФ с закреплением за ним ответственности за внутреннюю политику страны.
 
Лидерская подготовка потенциальных губернаторов проводится в рамках «Программы подготовки кадрового управленческого резерва государственной службы», которую в рабочем порядке называют «Школой губернаторов». Данная Программа  была запущена в действие в июне 2017 года на базе Высшей школы государственного управления (ВШГУ) и подготовлена на основе лучших учебных курсов Корпоративного университета Сбербанка, Московской школы управления «Сколково», РАНХиГС и Высшей школы экономики. В принципе же в стране необходимо заменить порядка 20 тысяч управленческих позиций – от муниципального до федерального уровня. Персоналий силовиков-сменщиков на замещение всех этих позиций просто физически найти невозможно. По этой причине курсантам «Школы губернаторов» уделяется особо значимое внимание: политический блок администрации президента, курируемый Сергеем Кириенко, участвовал в назначении большинства российских губернаторов. «В стране 89 регионов и в 51 регионе посты губернаторов занимают слушатели «Школы губернаторов». 5 выпускников стали Федеральными Министрами, более 40 – назначены на посты заместителей Министров, мэров крупных городов и руководителей отечественных компаний», – заявил по этому поводу Сергей Кириенко, что наглядно демонстрирует успешность применения методологии Георгия Щедровицкого в госуправлении страны.


17.01.2026



Сергей БОРОДИН