Вступление

     Никто из ныне живущих не мог бы рассказать вам, как он встретил зарю первого дня января 1800-го года, о том, как прогуливался по Мэлл и по парку с принцем; никто уже не помнит, в чём тогда состояла злоба дня, никто не мог бы передать вам, как очевидец, общий настрой тогдашних разговоров и дух времени.  Годы пролетели, не оставив иного следа, кроме материального. Трепет чувств, модуляции голосов, эмоции и рассуждения, что вместе составляли неповторимое выражение  первого часа нашего столетия, теперь могут осознаваться нами лишь опосредованно, благодаря печатным страницам, мы не можем опираться на живое свидетельство памяти. Чем дальше от нас событие, тем более туманным оно нам представляется. Так будет и с событиями этого повествования, которое унесёт нас во времени на двадцать лет ранее того часа, в который начался девятнадцатый век.
Тогда, как и теперь, Англия была великой державой. Её нога твёрдо ступила на землю Австралии, Азии, Америки – хотя, как это ни горько признать, американские колонии обрели независимость, и только Канада оставалась британской в северной части этого полушария. В своё время тяжесть английских ударов испытали на себе Шотландия, Ирландия и Уэльс. Среди владений Англии одно – с того часа, когда была ему дарована хартия королём Джоном – остаётся бескорыстно и твёрдо верным. Наречие этой провинции нам чуждо, и сегодня английский не является её официальным языком. С наивной гордостью простые её жители говорят: «Мы – победители. Не Англия завоевала нас, мы завоевали Англию».
     Маленький остров лежит в бухте Св. Михаила, недалеко от Франции. Он был заселён нормандцами и является нормандским по своей национальной сути, оставаясь воротами в Англию - хотя и расположен так близко к Франции, что ясным днём с его берега можно различить шпили Кутанса - долгое время после того, как Англия потеряла Нормандию. Британская провинция, где говорят на нормандско-французском языке, на котором изъяснялся ещё Вильгельм Завоеватель, -  остров Джерси, который вместе с островами Гернси, Олдерни, Сарк, Херм и Джету образует то, что мы называем Нормандскими островами, а французы – островами Ла-Манша.