Кто о Чём

Глава -- 9

-- Когда двое дерутся, остальные могут ещё их разнять -- но если начали драться остальные, то разнимать уже будет некому -- произнёс Гектор, сам не понимая кому адресованы его слова. На которые откликнулся Тристан

-- Что ты имеешь ввиду?

-- Да я о том, если соседние страны вяжутся в нашу войну. На мой взгляд это только усилит напряжение.

-- Почему? Если все страны примут сторону, чья территория подверглась агрессии. Сторону правды, то тогда мы и наш король, можем оказаться в очень плачевном положении -- произнёс Паладин.

-- Да, но что если найдутся государства, которые оправдают действия агрессора -- сказал Гектор.

-- Может быть и такие найдутся, не исключено -- присоединился к разговору Валериан -- тогда боюсь, все принципиальные и фундаментальные основы миропорядка падут. И те страны, которые поддержат вдруг нападение, станут причиной падения современного мира.

-- Ничего хорошо в твоих словах нет друг мой -- приговорил король за столом -- мир и так давно по острию лезвия ходил и в шаге находился, что бы в пропасть провалиться.

-- Да Вальдемар не спорю, находился до вчерашнего дня, а сегодня по-моему мы уже все к чертям в эту пропасть глядим, или же неустанно летим в неё и что самое печальное не осознавая этого -- ответил ему Валериан.

-- Я всегда задавался вопросом, как мир менялся так быстро опираясь на историю. Всё было хорошо в одном промежутке времени, а потом бац, и мрак настаёт. Оказывается я зря ругался на предвзятость историографии и их осведомленности на предмет знании прошлого. Оказывается что бы изменить мир к худшему и вздёрнуть его на виселице, нужно всего то, что б тобой правил идиот -- произнёс тот, кому дорогу перебежала чёрная кошка.

-- Гексогея, подойди ко мне дитя -- Вдруг обратился Бардос к юной деве которая стояла ближе всех к столу. Гексогея мигом склонив голову стала выслушивать подозвавшего её человека, кто прежде слов стал указывать указательным пальцем на почти пустую тарелку с закусками.

-- Прости меня, не могла бы ты принести это ещё, уж чертовски вкусная вещь оказалась.

-- Пещерный сыр завёрнутый бараний кожух -- с улыбкой на лице ответила Гексогея, на что прозвучал ответ

-- Да, даже не знал, как оно называется.

-- Конечно, скоро принесу -- произнесла юная дама и отклонившись пошла в сторону другого конца стола, где сидели преимущественно дамы и о чем то разговаривали

-- Дурак дураком, Прости меня Господи -- произнесла бабушка Феодосия и прикладывая палец к виску продолжила говорить -- у него здесь вместо мозгов огромная рейка в голове, которая стучит то в одну сторону, то в другую и на этом точка.

Гексогея улыбнувшись сидевшей на против Беатрис обратилась к дамам -- Женщины, где у нас бараний рулетики сыром ? --.

Беатрис встав с места произнесла в ответ

-- Я знаю сестрёнка, пошли со мной.

-- И что было дальше? -- Задала вопрос Венера.

-- Знаешь что я тебе скажу - Если мужик хочет прожить с дамой вечность, надо что бы она ему была безразлично, или же, что бы он любил её безумно. Если она ему безразлична, пусть закрывает глаза на всё что происходит, но если он её любит, пусть терпит всё что происходит.

-- Да от куда ты такая свалилась, с луны что-ли -- стала перечить бабушка Феодосия -- Агнесса? Где ты видела мужика, да ещё истинного кавалера, который будет от дамы всё терпеть. Это уже не мужчина, это уже какая-то тряпка половая, с кем на улицу стыдно будет выйти.

-- Времена меняются Феодосия. Ты на вещи смотришь глазами из прошлого, а мы живём в настоящем --. Произнесла Агнесса, на что прозвучал незамедлительно ответ от Феодосии

-- Времена как времена. Причём тут время. Время, это фундаментальная необходимая для формы жизни единица. Если хочешь знать -- которая течёт в одном направлении из прошлого в настоящее и будущее и её главная задача состарить нас и придать в руки необратимости.

Вдруг от слов Феодосии все рассмеялись, а после стали закидывать её лестными словами

-- Какая ты у нас умница -- Произнесла Венера.

-- Не говори, такое сказала, что дурочками нас всех сделала -- произнесла Магдалена -- молодец подружка.

Как вдруг из глубины стола прозвучали слова восторга из уст Каллистрат а -- Где ты моя старушка, такими знаниями набралась?

-- Там и набралась -- со смехом на лице ответила Феодосия -- просвещаюсь научными телепередачами.

-- Умная бабушка, а моя жена просвещается пропагандой и столько ей лапши на уши навешали, что уши эти, до земли самой отвисли.

-- Государственная пропаганда, это психологический феномен -- вдруг послышались слова из уст не знакомого вполне ухоженного человека, кто сидел рядом с Калистратом и с кем ещё не успел познакомится. Протерев очки он продолжил доносить свои мысли -- при котором власть, той или иной информацией искажает реальность, формируя ложные восприятия и морача людям головы. Прошу прощения меня зовут Гегемон сын Лазу из рода крестовых королей --.

Калистрат был изумлён от восторга или же напротив обескуражен от неожиданности и сглотнув слюну, робко и неуверенно приговорил в ответ

-- Калистрат из рода бубновых шестёрок.

-- Я знаю кто вы. История о чёрной кошке, которая перебежала вам дорогу и якобы умерла. Ступает семимильными шагами впереди вас, прославляя ваше имя во временах.

-- Да, краем ухо о ней слышал -- ответил Калистрат -- для меня огромная честь ваше сиятельство, знакомства с вами --.

-- Для меня тоже и прошу оставим эти фамильярности. Зовите меня по имени. Сегодня день равноправия, день быть может несущая нам чудо.

-- Позвольте задать вам вопрос -- уважительно обратился Калистрат и получив молчаливое согласия продолжил говорить -- вы здесь с официальным визитом или по доброй воле пришли?

-- Меня, сегодня срочно вызвали королевскую канцелярию и вежливо попросили принять участия в праздничном застолье, представляя его величество.

-- Значит официально -- расстроенно приговорил Калистрат

-- Вас, что-то беспокоит ? -- задал вопрос посланник короля.

-- Я знаю правила, просто хотел поинтересоваться у вас сложившейся обстановкой. Вам наверняка известно больше, чем простым смертным. Но раз вы не по доброй воле пришли!

-- Прошу вас -- произнёс в ответ посланник короля -- плевать на правила. Спрашивайте, отвечу вам.

-- Как вы относитесь, произошедшим событиям? -- задал вопрос Калистрат и за столом в ту же минуту воцарилась гробовая тишина, что стало слышно, как бьётся сердце настенных часов, но не следуя дурному тону, каждый за столом глазами смотрел восвояси, а краем ухо прислушивался к посланнику короля.

Кто задумавшись на минутку спокойным поставленным голосом стал отвечать

-- Если люди смеются, когда нужно плакать, значит мир в котором они живут, сошёл с ума. Всем известно, и ни для кого не является секретом, что любая чаша рано или поздно наполняется, но никто никогда не думает, как и когда и какими силами её правильно испить, что бы она не переливалась. Этими не хитрыми словами, я хотел охарактеризовать свое отношение к происходящему и уверить каждого сидящего за столом,что те кто пропагандируют войну и несут её словом и на деле -- не имеют права молить Бога о мире и тем более о победе --.

Покорно склонив голову перед собеседником, Калистрат уверено произнёс -- я восхищён вашим ответом. Да пусть земля под вашими ногами всегда твёрдая будет, куда бы вы не пошли и в каком месте вы не оказались.

-- Благодарю вас, друг мой -- с умилением ответил посланник короля.

-- К чёрту дурные мысли -- приговорил Валериан -- праздник на дворе и ни одно чудовищное событие не должно его омрачить -.

-- Правильно говоришь.

-- Сидим как на похоронах.

-- Не знаем плакать или смеяться.

Послышались голоса, а после весёлое настроение снова стало одолевать людей за столом.

-- Волк волком не уродился, если был бы он рабом -- продолжил говорить Валериан -- Человек наивное создание, жалкое, которому стоит пальцем указать путь, как тот готов идти по этой дороге в надежде встретится с горизонтом. Чего ради таких дурачков оплакивать. Пусть себе идут за тем, что видят, но никак не приблизят.

-- И всё же дружище -- возразил ему Бардос -- С одной стороны я могу твои слова понять, но с другой получается, что мы снимаем себя ответственность перед обществом в целом, боюсь подобными без действиями мы можем потерять человеческое лицо, потерять самих себя.

-- Будто мы уже не потеряли, а быть может вообще потерялись, что вынуждены обсуждать подобное -- произнёс кто-то рядом сидевший.

-- Во всём виноваты люди, во всём виноваты мы с вами, кто позволяют своим правителям вытирать об себя их величественные ноги. Где наша гордость, где наше достоинство, ответственность перед нашими детьми за их будущее, за наш общий завтрашний день.

Гектор внимательно вслушиваясь в беседу уловил мысль, которую стал с трепетом озвучивать во все услышан я

-- Правильно всё сказано! Если мы не преклоним колени перед своими детьми и не научим их как и когда это правильно делать -- то придёт день, когда другой их научит стоять на коленях, не дав возможности с них больше подняться.

-- Да Гектор, мы должны показывать пример, а иначе зачем мы поля обрабатываем и сеем зерно, а после пожинаем урожай, чтобы показать пример и в этом бунтарском деле мы тоже должны быть примером для них, ибо что бы быть свободным, его нужно завоевать. Именно так устроен наш мир. Да что б его, кто всё так устроил.

-- А устроил всё этот Тот, Кого мы с нетерпение ждём в наши чертоги -- достаточно громко проронил неугодные проповеднику слова Тристан. На что земной наместник Господа, тот час среагировал

-- Не богохульствовать, Он лишь вдохнул в нас жизнь и указал нам путь. А дальше все злодеяния были совершены нашими руками и Он здесь не причём.

-- Бог, это голос победителя -- посмел возразить один из гостей -- который шепчет: я прав, я сильный.

На что прозвучал ответ, от ещё одного незнакомца -- А мой опыт говорит обратное: скорее был голосом слабых и обиженных, которые верили, что кто-то их в конце концов услышит. Но так никто и не услышал --.

-- Бог это не голос -- ответил проповедник -- Бог это сущность, Он везде, во всём, даже в каждом из нас.

-- Да -- ответил гость -- ещё не только Господь в каждом из нас, но и его противоположности

-- А это, что бы не расслаблялись -- с ехидной улыбкой произнёс проповедник.

-- Дорогие друзья -- Вдруг Вальдемар обратился к столу встав со стула и наполненным рогом Моисея продолжил обращение -- Давайте выпьем за доброту. Порой, робкая и случайная улыбка, вселяет надежду - как первый подснежник пробивающийся сквозь ледяную землю, после лютой зимы. Пусть наши сердца всегда трепещут перед добрыми поступками, а наши глаза не стыдятся слёз благодарности. За добро и добрые дела.

Все как разам осушили свои сосуды и присев на свои места. Как вдруг на улице стал слышатся глухой гул, подобно зимней вьюге.