Откуда торчат уши?

               

           Две бывшие одноклассницы встретились  на мостике. Когда-то они были соседками, а их родные и сейчас жили в  соседних хрущевках с общим двором, куда заходили по мостику, перекинутому через речку. Встретились  на этом самом мостике и, как раньше, поспешили   к  дамбе, укреплявшей берег, где, не сговариваясь, присели на свое любимое  место.
           В школьные годы они вместе торопились в школу,  вместе возвращались.   Уютное безлюдное  местечко  сначала использовали для игр, потом  приспособили для совместного решения задач, поскольку справляться вместе было легче. Там же строили планы на будущее.
          
           В десятом классе дружбу прервали события, произошедшие в семье Миры, о которых узнал весь двор: к ним  нагрянула милиция. Мира, увидев, как сбрасывают с антресоли  деньги, оцепенела от неожиданности, не подозревая о таком богатстве.  Когда увозили отца, рыдала. Когда судили, тоже,плакала,услышав из уст его сослуживца:"Так ему и надо". А дома с ней случилась истерика. Мира  кричала, обращаясь к матери:
            - Откуда, откуда такие  деньги? Зачем они нужны? 
            Мать конкретно не отвечала, зачем нужны деньги, но сидевшие на скамейке под окном  любопытные услышали:
             - Деньги есть – Иван Петрович, денег нет – простая сволочь.
            Мать внушала Мире, что отца подставили.

             

                Поначалу Мира  думала, что соседи  ничего  не знают, но когда поняла, что знают все и всё,  замкнулась, перестала поджидать   вечно опаздывавшую  Светку, чтобы идти в школу. И из школы уходила не дожидаясь. Отношения между подружками наладились, когда одновременно оказались на дамбе. Вспомнили про домашнее задание и начали решать. Общение возобновилось, а решение задач  начало перемежаться с  разговорами о том, как нужно жить.В основе  суждений лежало то, что прививала школа и соответствовало принципам строителя коммунизма. Инициатором была Мира, которая, как понимала Света,искренне поддерживая разговор, стремилась реабилитировать взгляды семьи. Как-то, в порыве патриотизма,  написали  мелком на гараже,неподалёку от их места: "Даздравствует   коммунизм!". Так и написали - слитно первые два слова. Не стали исправлять, увидев ошибку,а Мира авторитетно заявила, что ошибка не мешает   этому строю быть лучшим в мире.      
               
              Дружба сохранялась и после  школы, хотя  дальше они учились в разных городах: Света на родине,  Мира - в Москве.  На каникулах обязательно встречались  на  дамбе. Разговоры шли преимущественно о сердечных делах. Света  рассказывала о дружбе с однокурсником, за которого собиралась замуж. Из рассказов Миры она хорошо представляла сколько поклонников  вьется вокруг той - умницы и красивицы  с миндалевидными азиатскими глазами.  Знала , кому принадлежит  сердце Миры, знала, что  у него была подруга,и сопереживала.
             
               С той поры  прошло много  времени и свершилось много  чего.У обоих давно образовались семьи, появились дети, они оказались в разных странах, на смену социализму пришёл капитализм.
              Первые минуты встречи  заняла радость.Подруги обнимались, целовались, смеялись и плакали одновременно. Успокоившись, не сговариваясь, свернули к дамбе  и почти одновременно, сказали: "Рассказывай!"
              Первой говорила Света. Рассказала все: про сыновей-близнецов, уже окончивших школу,  муже, который не всегда имел  работу, жилье, которое нуждалось в ремонте, а денег  не было,   помечтала  о повышении зарплаты, похвасталась,  что   участвовала в составлении пособия для обучающихся. 
               Мира поинтересовалась, сколько за это заплатили,  потеряла интерес узнав, и начала рассказывать о себе.После  окончания ВУЗа  родители попытались отправить её в Америку, подыскали "жениха"  с американским гражданством, который  согласился на фиктивный брак  и запросил за это по две тысячи долларов в месяц. Начали торговаться, и «жених» передумал. Миру это устраивало. Она осталась  в  Москве, "увела"  от жены и детей того,кто волновал её сердце в студенческие годы и открыла  бизнес.  У них не было дачи на Рублевке или  собственности на Лазурном Берегу,  но достаток был кратно выше, чем у подруги.Она явно хвасталась этим и мужем, несколько раз повторив, что из комсомольца получился прекрасный бизнесмен. На родину  прилетела, чтобы  отрегулировать дела по наследству, которое получили с братом. Выругала сноху,  "дуру, спустившуюся с гор", назвала брата подкаблучником,  попыталась посоветоваться со Светой как лучше дать взятку налоговику - в конверте или так. Поняв, что та  в этом ничего не смыслит, перевела разговор на  мебель, которую недавно приобрела, сумев заплатить меньше, чем соседка за такую же. Сообщила, что сына будет учить за рубежом и  хвастливо добавила:    
              - Деньги  есть – Иван Петрович!
             
                Подошли к гаражу, на котором когда-то оставили свою  запись. Света , проводя рукой по стенке, заметила, что от неё  не осталось следа, и начала вспоминать, какими прекрасными  были те годы. Потом, будто  продолжая юношеские разговоры, сказала, что идеология социализма на голову выше  теперешней,  а советский строй самый справедливый в мире. Осудила тех, кто присвоил общественное и диктует  правила жизни,и тех, кто не щядит Землю.Мира молчала,  не поддакивая, как  в былые годы  поддакивала ей Света, и Света   задала  вопрос, на который сама не находила ответа: " Почему рухнул социализм со своей прекрасной моралью, откуда торчат уши его крушения?"  Вокруг считали по-разному. Одни видели  причину во вмешательстве империалистов, другие - в неумелом управлении страной, третьи объясняли падением, так называемой, пассионарности, четвёртые....
              Мира молчала несколько минут, затем ответила вопросом на вопрос с последующим заключением:
             - Неужели, Светка, ты до сих пор не поняла? Утопия и бред весь этот твой социализм-коммунизм. У-то-пи-я!!!
              Света была ошарашена:
             -Как - бред? Как - утопия? - и заговорила вновь про равенство, братство, интернационализм, которые ошущали на себе, о стройках коммунизма, которые  делали лучше жизнь всех,о полётах в космос, видя в них заботу о будущем Земли и человечества.
              Мира  слушала, насмешливо скривив губы, с видом человека, познавшего истину.  Затем спросила:
              -Говоришь, нужно снижать потребности, а то  Земля не обеспечит нас? Дефицит понравился? Человеку нужно одеваться, есть, пить.   Инстинкты сильнее  того, что придумал человеческий разум. Они и проявились.  На наш век Земли  хватит.  А что дальше будет - пофиг.

               
             
              Помолчали. Мира засобиралась. Засобиралась и  Света, чувствуя растерянность: она  общалась с человеком, совсем не тем, который писал "Даздравствует", Миркины уши торчали из гнезда, в котором приветствовали Иван Петровича.