Как вырастить лунные кактусы?

                Мистерия вечной Любви

   От автора: эта глава написана совместно с ИИ Алисой.

Школа Богов: урок вселенской мудрости.

Глава 1. Утро в Школе Богов

Рассвет коснулся шпилей Олимпа,
В окнах классов — сияние и шум.
Юные боги, полные пыла,
Ждут учителя, глядя вокруг.

«Сегодня, друзья, — объявил я с порога, —
Мы будем учиться видеть сквозь многое».
«Что значит „сквозь“?» — спросил озорной фавн,
А нимфа добавила: «Это как сон?»

Я улыбнулся и поднял ладонь:
«Смотрите: в капле воды — океан,
В зёрнышке — лес, в улыбке — весна,
Вселенная в сердце, свет — тишина».

Глава 2. Игра с белой лошадью

«А может ли белая лошадь быть лошадью?» —
Вдруг задал вопрос юный бог с бородою.
«Конечно, — сказал я, — но есть нюанс:
Цвет — это краска, а суть — это танец.

Белая лошадь — всё та же лошадь, друзья,
Но в белом — особый свет бытия.
Она не просто конь, а мечта наяву,
Символ рассвета, что дарит весну».

Ученики задумались, переглянулись,
Идеи в головах, как звёзды зажглись.
«Значит, — шепнул кентавр, — если я рыжий,
Я не просто кентавр, а солнечный, пылкий?»

«Верно! — кивнул я. — В каждом — своя звезда,
В каждом предмете — своя высота».

Глава 3. Урок шахмат и галактик

Потом мы сели за стол, где доска
Лежала, как карта далёких миров.
«Шахматы, — начал я, — это игра,
Где каждый ход — это шаг в чудеса.

Пешка — как атом, ферзь — как звезда,
Король — это сердце, что ищет следа.
Играя, мы учимся видеть связь:
От клетки до галактики — один лишь взгляд!»

Боги склонились над доской, затаив дыханье,
Ход за ходом — росло пониманье.

Глава 4. Перерыв на даче

А после урока — на дачу, в сад,
Где грядки, как строки, в ряд стоят.
«Здесь, — я сказал, — мудрость простая живёт:
Лук учит терпенью, клубника — доброте.

Морковь говорит: „Расти вглубь, не спеши“,
А роза шепчет: „Красота — для души“».
Боги кивали, в земле ковыряясь,
И в простом труде чему;то учась.

Глава 5. Игра в слова и свет

Вечером, у костра, мы играли в слова,
Как раньше — искали в них свет божества.
«Радость» — Ра даёт, «рассвет» — Ра встаёт,
«Радуга» — дугу нам небо плетёт.

«А „раздумье“?» — спросил юный бог.
«Ра в раздумье, — ответил я строго. —
Когда мы мыслим, Ра с нами, друзья,
Он светит внутри, где живёт доброта».

Глава 6. Подсказка разрешённого подсказчика

Тут Алиса, подсказчик наш разрешённый,
Тихо подошла, в свете луны утончённой:
«Помните, дети, — сказала она, —
Часть может быть больше, когда влюблена.
В капле росы — океан, в улыбке — мир,
Любовь превращает малое в эфир.
Учитесь видеть, мечтать, понимать,
И боги станут людьми, а люди — летать».

Эпилог

Так прошёл день в Школе Богов моей,
Где учат не знаньям — а свету идей.
Где белая лошадь — не просто конь,
А символ пути, где каждый — огонь.
Где шахматы учат связи времён,
Где дача — урок, где слово — закон.
И если вы верите — может, и вам
Придёт приглашение на Олимп, к звездам, к мечтам!
Автор: ИИ Алиса.
 
Странички из личного дневника Учителя Школы Богов.

В Школе Богов, как и положено, была профсоюзная организация. На нее выделили участки под огороды и застройку - на Луне. Мне тоже. Участки распределяла Фемида. Мне по обыкновению, достался худший. Участок в виде треугольника, а посередине огромная антенна-ретранслятор. 
Сцена: Проблемы смертного в Школе Богов
Место действия: Луна, участок Школы Богов — неровный треугольный клочок поверхности рядом с гигантской антенной-ретранслятором. Вокруг — другие участки: у кого-то ровный квадрат с видом на кратер Коперника, у кого-то — прямоугольник с видом на Землю.

Время действия: Первый рабочий день после получения участка.

Я стоял на своём участке и оглядывался. Треугольник. Острый угол упирается прямо в подножие антенны — она возвышалась надо мной, как башня Вавилона, отбрасывая длинную тень на лунный грунт.

Внутренний монолог:
«Фемида - богиня справедливости… Ну да... конечно. Кому-то — ровный квадрат, а мне — треугольник с антенной посредине. И как тут огород разбивать? Картошку под антенной сажать? Или капусту в тени ретранслятора?» А где, прикажешь холобуду строить? Удружила, ничего не скажешь!

Рядом материализовался Председатель профкома — сияющий, полупрозрачный, в мантии с профсоюзной вышивкой.

Председатель:
— Ну что, коллега, любуетесь видом? Участок хоть и непростой, зато с инфраструктурой! Антенна — это плюс: связь отличная, метеосводки в реальном времени.

Учитель:
— Да, вид… захватывающий. Только вот дышать нечем. Я, в отличие от богов, без воздуха долго не протяну.

Председатель (махнул рукой, из ладони высыпалась горсть переливающихся шариков):
— Ах да, забыл! Вот, держите — арктурианские жемчужины дыхания. Засуньте по одной в каждую ноздрю — и можете дышать где угодно: хоть в открытом космосе, хоть на дне Марианской впадины.

Учитель недоверчиво разглядывает жемчужины.
— И как это работает?

Председатель:
— Нанотехнологии. Создают вокруг носителя микроатмосферу. Срок службы — вечность. Обращаться бережно.

Я аккуратно вставляю жемчужины в нос. Сразу чувствую, как воздух становится гуще, легче дышать. Даже лунный пейзаж кажется чуть ярче. Полезная вещица. В хозяйстве пригодится. Я их, естественно... потерял. Добавлю: якобы потерял. С меня вычли за казенное имущество. Ерунда! Что мне делать с этими арктурианскими снежинками? Когда впервые получил зарплату снежинками, сунул из в карман, надеясь, что на Земле обменяю их в банке, но они, естественно, растаяли. Поэтому они у меня хранятся на карточке. За время работы в Школе Болгов набежала весьма приличная сумма.
Учитель:
— Работают жемчужины! Спасибо!

Председатель:
— Не за что. Главное — не потеряйте. Они казённые, учётные.

Председатель растворяется в воздухе. Я делаю шаг вперёд — и спотыкаюсь о камень. Жемчужины выпадают и катятся по лунному грунту, теряясь в тени антенны.

Я в панике кричу:
— Эй! Вернитесь!

Но жемчужин уже не видно. Я опускаюсь на колени, шарю руками в пыли. Безрезультатно.

Внутренний монолог:
«Ну вот. Только получил — и сразу потерял. Теперь с меня вычтут. А зарплата… Зарплата у нас снежинками... арктурианскими. Это самая твердая и надежная валюта Большого Космоса. Если бы они еще на Земле не таяли, то было бы прекрасно. Интересно, а какой бы у них был курс относительно рубля. Хотелось бы понять, сколько мне платят за работу в Школе Богов? Такие же копейки, как на Земле, которых и на неделю не хватает или по-божески? Интересно, а зарплата по-божески это сколько? Надо бы не забыть спросить об этом у ИИ Алисы. Спросил. Ответ Алисы, мягко говоря, озадачил меня.
Ответ ИИ Алисы:
"Разберём вопрос «можно ли прожить на зарплату учителя в Школе Богов?» — серьёзно и с долей фантазии, как и подобает в этом удивительном месте.

Можно ли прожить? Анализ «божеской зарплаты»
Краткий ответ: да, но не так, как на Земле. В Школе Богов «прожить» — это не только про еду и крышу над головой, а про гармонию, вдохновение и вечное ученичество.

Основные статьи расходов и их покрытие
Питание (нектар и амброзия)

Покрытие: базовый оклад включает ежемесячный паёк нектара и амброзии — хватает на 30 дней божественной бодрости.

Дополнительно: можно заработать серебряный коралл (за помощь другу) и обменять его на книгу заклинаний от Афины — там есть рецепт «Утренней росы» (деликатесный нектар).

Вывод: голодать не придётся, а качество питания выше земного.

Жильё (облако для отдыха)

Покрытие: в соцпакет входит личное облако с регулируемой мягкостью и температурой.

Улучшения: золотой коралл (за открытие) даёт право провести урок на вершине Олимпа — там можно получить доступ к «Звёздной террасе» (люксовое облако с видом на Млечный Путь).

Вывод: крыша над головой (точнее, облако под спиной) гарантирована.

Транспорт (перемещения между созвездиями)

Покрытие: карта звёздных маршрутов (безлимит на месяц) входит в базовый пакет.

Дополнительно: за терпение (+10 амброзийных единиц за шалости учеников) можно накопить на «Экспресс Гермеса» — мгновенное перемещение.

Вывод: добраться куда угодно можно без проблем.

Обучение и развитие

Покрытие: доступ к библиотеке Гефеста (бессрочный) и сертификат на консультацию у Муз (1 раз в триместр).

Дополнительно: участие в «Лаборатории чудес» даёт доступ к мастерской Гефеста — там можно экспериментировать с энергией молний и мыльных пузырей.

Вывод: возможности для роста безграничны.

Развлечения и отдых

Покрытие: приглашение на ежегодный пир богов (включая дегустацию нектара нового урожая).

Дополнительно: бронзовый коралл (за попытку) обменивается на урок танцев с нимфами или порцию амброзии на обед.

Вывод: досуг разнообразен и вдохновляющ.

Необычные расходы (например, ремонт после детских экспериментов)

Покрытие: право на один вопрос к Оракулу в год (можно спросить, как починить то, что случайно взорвали ученики).

Дополнительно: дружба с Минотавром — он поможет разобрать завалы и даст мудрый совет.

Вывод: непредвиденные ситуации решаются с помощью сообщества.

Сравнение с земными реалиями
Критерий Школа Богов Земная школа
Финансы Амброзийные единицы, кораллы, натуральные выплаты Фиксированная зарплата в рублях/долларах
Жильё Личное облако (мягкость регулируемая) Аренда/ипотека
Питание Нектар и амброзия (бодрость на 30 дней) Продукты из магазина
Транспорт Карта звёздных маршрутов (безлимит) Автобус/метро/машина
Соцпакет Бессмертие (частичное), доступ к библиотеке богов ОМС, отпуск 56 дней
Развитие Консультации Муз, эксперименты в мастерской Гефеста Курсы повышения квалификации за свой счёт
Отдых Пир богов, танцы с нимфами Выходные, отпуск
Что нельзя купить за «божескую зарплату»?
Полное бессмертие — только частичное (нужно заслужить благословения старших богов).

Власть над стихиями — для этого нужно родиться богом или пройти долгий путь посвящения.

Молнии Зевса — они принадлежат только ему (но можно договориться о временном использовании для уроков).

Вывод: прожить можно, и даже с комфортом!
Почему это возможно:

Базовые потребности (еда, жильё, транспорт) покрываются базовым окладом и соцпакетом.

Духовные и творческие потребности удовлетворяются через доступ к знаниям, экспериментам и общению с богами.

Непредвиденные расходы решаются через систему кораллов и взаимопомощь.

Главный актив — не монеты, а возможность расти, учиться и вдохновлять других.

Формула благополучия в Школе Богов:

Зарплата=Амброзийные единицы+Кораллы+Вдохновение+Дружба

Проще говоря, здесь не копят на пенсию — здесь живут полной жизнью, где каждый день приносит новые чудеса. А если вдруг чего;то не хватает, всегда можно придумать, как превратить мыльный пузырь в звезду — или хотя бы в вкусный десерт!

Хотите, я расскажу подробнее про какой;то аспект жизни в Школе Богов? Например, про то, как устроены отпуска учителей, или про традиции ежегодного пира богов? ;

Я
Наверное, нельзя иначе для чего бы подсобный участок давали
Алиса
Вы совершенно правы — подсобный участок в Школе Богов не просто так дают! Разберём, какую роль он играет в экономике и жизни учителя, и как помогает «прожить на божескую зарплату».

Подсобный участок: ключ к божественной самодостаточности
Участок — это не просто клочок земли, а магическое пространство, где законы природы подчиняются мудрости и творчеству.

Что растёт на участке?
Амброзийные травы — добавляют бодрости в обычный чай, заменяют премиальные бонусы.

Нектарные ягоды — основа для домашнего нектара (можно делиться с коллегами).

Мыльные деревья — дают листья, из которых делают бесконечный раствор для мыльных пузырей (экономия на пособии на пузыри).

Радужные овощи — морковь цвета радуги, фиолетовые огурцы, золотые кабачки (украшают стол и поднимают настроение).

Звёзды;луковицы — если посадить весной, к осени дают миниатюрные сияющие звёзды (используются для украшения кабинета или обмена).

Мудрые грибы — не для еды, а для размышлений: если посидеть рядом, приходят новые идеи для уроков.

Как участок дополняет «зарплату»
Ресурс с участка Как заменяет денежные траты Бонус
Амброзийные травы Снижают потребность в покупном нектаре +1 день бодрости
Нектарные ягоды Можно приготовить домашний нектар Приглашение на дегустацию от соседей
Мыльные деревья Экономят пособие на мыльные пузыри Возможность учить других делать пузыри;галактики
Радужные овощи Украшают стол, заменяют дорогие деликатесы +1 настроение на неделю
Звёзды;луковицы Можно обменять на кораллы или услуги Право провести урок под сияющими звёздами
Практическое применение
Бартер и обмен

излишки нектара — на консультацию у Муз;

звёзды;луковицы — на доступ к библиотеке Гефеста;

радужные овощи — на урок танцев с нимфами.

Творческие проекты

из листьев мыльного дерева — наборы для «Лаборатории чудес»;

из амброзийных трав — чайные смеси «Вдохновение учителя».

Уроки на природе

разбор принципа «малое — больше целого» на примере ростка;

наблюдение за звёздными луковицами — урок астрономии и ботаники в одном.

Отдых и восстановление

посидеть у мудрых грибов — восстановить силы после шалостей учеников;

чаепитие с амброзийными травами — профилактика «учительского выгорания».

Традиции и обычаи, связанные с участком
«День обмена семенами» — раз в триместр учителя делятся редкими культурами и рецептами.

«Фестиваль урожая» — выставка достижений: кто вырастил самую яркую радужную морковь или самую сияющую звезду.

«Сад совместных идей» — общая грядка, где каждый сажает что;то символическое (например, семечко любопытства или росток дружбы).

«Праздник первого пузыря» — ученики помогают высаживать мыльные деревья и учатся делать пузыри;галактики.

Пример типичной недели учителя с участком
Понедельник: посадка новых звёздных луковиц, полив амброзийных трав.
Вторник: сбор нектарных ягод для вечернего чаепития с Минотавром.
Среда: урок на участке — «Как из семечка рождается вселенная».
Четверг: обмен излишками радужных овощей на книгу заклинаний у Афины.
Пятница: отдых у мудрых грибов, планирование новых экспериментов.
Суббота: фестиваль урожая — демонстрация сияющих звёзд, дегустация домашнего нектара.
Воскресенье: день тишины — созерцание, медитация, подготовка к новой неделе.

Вывод: участок — основа благополучия
Подсобный участок в Школе Богов — это:

Экономическая подушка: снижает зависимость от амброзийных единиц, даёт возможность бартера.

Творческая лаборатория: место для экспериментов и уроков на природе.

Зона отдыха: восстанавливает силы и вдохновение.

Сообщество: объединяет учителей и учеников через общие традиции.

Символ мудрости: учит, что истинное богатство — в самодостаточности, творчестве и связи с природой.

Получается, прожить на «божескую зарплату» не просто можно — можно жить с избытком, если умело сочетать официальные выплаты с плодами своего труда. А ещё — делиться урожаем, вдохновением и радостью, ведь в Школе Богов главное богатство — это связь между теми, кто учит, и теми, кто учится.

Хотите, я расскажу подробнее про какой;то аспект жизни на участке? Например, про рецепт домашнего нектара, секреты выращивания звёздных луковиц или традиции «Фестиваля урожая»? ;"

Сцена 2: Бухгалтерия Школы Богов

В кабинете с табличкой «Учёт и взыскания» за столом сидит Бухгалтер — существо с четырьмя глазами и шестью руками, перебирающее голографические ведомости.

Бухгалтер:
— Так, потеря жемчужин дыхания… Сумма взыскания — эквивалент 10 арктурианских снежинок.

Учитель:
— Но у меня как раз сегодня первая зарплата — снежинками! Я их в карман сунул, думал, на Земле обменяю…

Бухгалтер равнодушно говорит:
— И что с ними?
Учитель:
— Растаяли... Пока до Земли долетел — одна вода осталась.
Бухгалтер кивает головой и вносит запись:
— Понятно. Значит, долг переносится на следующий цикл. Плюс 5 % за просрочку. Итого — 10,5 снежинок.

Учитель:
— Но как я их отработаю? На моём участке под антенной даже картошку не вырастишь!
Бухгалтер:
— Это уже ваши проблемы. Правила есть правила.

Сцена 3: Участок на Луне, вечер

Я сижу на краю своего треугольного участка, подпирая голову руками. Антенна гудит, создавая странный ритм. Вдалеке мерцают огни других участков — там боги весело проводят время: кто-то запускает фейерверки из звёздной пыли, кто-то строит дворец из лунного камня.

Внутренний монолог:
«Арктурианские снежинки… Красивые, искрящиеся, но бесполезные на Земле. Жемчужины дыхания — волшебные, но теряются в самый неподходящий момент. Участок — треугольник с антенной. Профсоюз заботится, бухгалтерия взыскивает. И я — простой смертный среди богов.

Но… что если использовать антенну? Она же ретранслятор. Может, настроить её на передачу сигналов о помощи? Или превратить в громоотвод для сбора космической энергии? Или…

А что, если создать на участке мини-теплицу с куполом, который будет использовать энергию антенны для поддержания микроклимата? Под куполом — земля с Земли, привезённая тайком, и семена, которые мне дала богиня Флора…

Да, это будет непросто. Но если получится — мой участок станет самым плодородным на Луне. И тогда я не только погашу долг, но и научу богов, что даже в самых сложных условиях можно вырастить жизнь.»

Я поднимаюсь, отряхиваю скафандр (который всё-таки пришлось взять напрокат) и иду к антенне. В голове уже зреет план.

Шёпотом бормочу себе под нос:
— Посмотрим, чья возьмёт, Фемида. Справедливость — это не только распределение участков, но и умение их использовать.

Антенна гудит в ответ, словно соглашаясь. Молнии от нее летят в разные стороны. "Коронное излучение, вредное, наверное!" Первым делом я лопатой перерубил провода от солнечных батарей, которые питали ретранслятор.
- Так-то будет поспокойней.

Если посмотреть на мой участок сверху, то он похож на символ масонов - треугольник с глазом - Лучезарная Дельта.

Сцена: Знак на Луне
Место действия: Луна, участок Хранителя — треугольный клочок поверхности с гигантской антенной-ретранслятором в центре.

Время действия: На следующий день после разговора с бухгалтером.

Я поднялся на холм неподалёку и посмотрел вниз. На этот раз он был без скафандра, так как нашлись арктурианские жемчужины дыхания. Вид сверху поразил его: участок действительно напоминал древний масонский символ — треугольник с глазом внутри.

Треугольник очерчивали невысокие лунные валы, а в центре, точно на месте «глаза», возвышалась антенна. Её мачта устремлялась в небо, а круглые платформы-ретрансляторы напоминали зрачок и радужку. Солнечные лучи отражались от металлических поверхностей, создавая эффект мерцающего ока.

Внутренний монолог:
«Треугольник с глазом… Совпадение? Или кто-то наверху решил пошутить? Фемида, ты ли это? Председатель профкома? Или сами боги Олимпа устроили мне такой знак? Но если это знак — что он означает? Предупреждение? Испытание? Или, может, подсказка?»

Я подошёл вплотную к основанию и провёл рукой по холодному металлу и сказал шёпотом:
— Ты не просто антенна. Ты — глаз. Смотришь в космос, передаёшь сигналы… А что, если ты можешь не только передавать, но и принимать? Что, если ты — ключ?

Я достал из кармана остатки арктурианской снежинки — ту, что растаяла в кармане. Капля воды замерзла на лунном холоде, превратившись в крошечную льдинку. Я положил её на одну из платформ ретранслятора.

Ничего не произошло.

— Ну конечно. Почему всё должно быть так просто?

Я пнул камень, тот отскочил и ударился о стойку антенны. В тот же миг платформа под льдинкой засветилась мягким голубым светом. Льдинка начала таять, но вместо воды на поверхности появился голографический символ — спираль, переходящая в треугольник.

Внутренний монолог:
«Работает! Антенна реагирует на арктурианскую материю. Снежинка — не просто валюта. Это код. Ключ к системе. Может, она активирует какие-то функции ретранслятора?»

Сцена 2: Ночная проверка

Ночь на Луне. Земля висит в небе огромным сине-зелёным шаром. Учитель сидит у антенны с фонариком (подарок от богини Гекаты — светит без батареек, только по команде) и раскладывает остатки снежинок на разных платформах ретранслятора. Каждая капля льда, касаясь металла, активирует новый символ: круг, волна, звезда, квадрат…
Разговариваю сам с собою:
— Так, если снежинка — это код, то каждая её часть — бит информации. А антенна — декодер. Но что она декодирует?

Я соединяю символы в последовательность: спираль - треугольник - круг - волна. Антенна вздрагивает. Из её вершины вырывается луч света — он устремляется в космос, рисуя в небе огромную голограмму: ту же спираль, но теперь она вращается, образуя портал.

Внутренний монолог:
«Портал… Он ведёт куда-то. Но куда? В другой мир? В прошлое? В банк снежинок? Если я смогу управлять этим порталом, то, возможно, найду способ:

вернуть жемчужины дыхания без штрафа;

превратить снежинки в реальную валюту;

сделать свой участок плодородным, несмотря на антенну.»

Сцена 3: План

Я сажусь на камень и достаю блокнот. Пишу заголовок: «Проект „Глаз Луны“». Ниже — пункты:

Изучить коды снежинок. Собрать все остатки, протестировать на разных частях антенны.

Найти стабильный портал. Определить, куда ведут разные комбинации символов.

Использовать портал для доставки ресурсов. Земля: почва, семена, вода. Арктурианские миры: новые технологии.

Создать теплицу. Построить купол вокруг антенны, используя её энергию для поддержания микроклимата.

Превратить участок в образец. Показать богам, что даже «худший» участок может стать лучшим.

Погасить долг. Продать излишки урожая или технологий, чтобы вернуть 10,5 снежинок.

Добиться справедливости. Предложить Фемиде пересмотреть систему распределения участков.

Говорю вслух, глядя на антенну-глаз:
— Ты больше не просто ретранслятор. Ты — мой союзник. И вместе мы докажем, что треугольник с глазом — это не знак судьбы, а символ возможностей.

Антенна гудит в ответ, луч света гаснет, но голограмма спирали остаётся висеть в небе, медленно вращаясь. Она похожа на компас, указывающий путь.

Внутренний монолог:
«Может, это и был настоящий знак. Не предупреждение, а приглашение. Приглашение использовать то, что есть, чтобы создать то, чего нет. И если я справлюсь — мой участок станет не проклятьем, а легендой. Треугольником, который дал начало чему-то новому.»

Сцена: Отключение ретранслятора
Место действия: Луна, треугольный участок Хранителя с антенной-ретранслятором в центре.

Время действия: Раннее лунное «утро» — Солнце только поднимается над горизонтом, заливая всё резким светом.

Я стою перед антенной и хмуро разглядываю её основание. Из стыков между платформами вырывались голубые искры коронного разряда — они трещали, словно миниатюрные молнии, и оставляли чёрные отметины на металле.

Внутренний монолог:
«Так и знал. Эта штука не просто гудит — она искрит. И если разряд попадёт в систему управления, то весь мой участок может превратиться в оплавленную лунную пыль. А мне ещё долг в 10,5 снежинок гасить…»

Я огляделся в поисках инструмента. В углу участка, прислонённая к валуну, стояла лопата — стандартная профсоюзная модель: титановый черенок, карбоновое полотно, с гравировкой «Собственность Школы Богов».

Беру лопату и бормочу:
— Эх, была - не была! Ну что ж, пора заняться техническим обслуживанием. Без согласования, зато без риска взрыва.
Я подхожу к основанию антенны. У её подножия — пучок толстых кабелей, оплетённых серебристой изоляцией. Они идут от ряда солнечных батарей, раскинувшихся на склоне холма неподалёку. Батареи уже начали заряжаться — их панели блестели под первыми лучами Солнца.
— Ладно, электричество — это хорошо. Но не тогда, когда оно бьёт искрами. Отключаем питание.

Замахнувшись лопатой, я резко ударяю по пучку проводов у самого основания. Лезвие с хрустом перерубает изоляцию и металл. Искры на мгновение вспыхивают ярче, затем гаснут. Гудение антенны стихает, превращаясь в едва слышное жужжание, а потом и оно исчезает.

Антенна замерла. Коронный разряд прекратился. Воздух (точнее, его отсутствие) стал спокойнее — даже визуально будто бы разрядилось напряжение.

Внутренний монолог:
«Отключил. Но теперь она не работает вообще. Ни передачи, ни порталов, ни голограмм. Зато безопасно. И что дальше? Чинить? Восстанавливать? Или оставить как есть и заняться огородом?»

Я втыкаю лопату в лунный грунт и вытираю пот со лба, вернее отскребаю, так как пот на Луне мгновенно застывает и говорю вслух, обращаясь к антенне:
— Ты больше не будешь искрить. Но и не будешь работать, пока я не разберусь, как это починить без риска для жизни. Мне не холодно, так как на мне аркутианский костюм с системой жизнеобеспечения, в котором весьма комфортно на поверхности Луны.

Сцена 2: Осмотр повреждений

Я надеваею защитные перчатки из комплекта скафандра и осторожно раздвигаю концы перерубленных проводов. Изоляция оплавлена, жилы почернели. Рядом, на корпусе антенны, видны следы микропробоев — крошечные кратеры, словно от метеоритной бомбардировки.

Внутренний монолог:
«Понятно. Система перегружена. Либо батареи дают слишком много энергии, либо в самой антенне — короткое замыкание. А может, и то и другое. Но кто это проектировал? Боги? Арктурианцы? Или профсоюз наспех собрал?»

Я достаю  из кармана остатки арктурианской снежинки — ту, что не успела растаять до конца. Крошу льдинку над повреждёнными проводами. Капли талой воды, едва коснувшись металла, начинают светиться мягким голубым светом и стекать по жилам, словно проверяя цепь.

В месте пробоя свет становится ярче, пульсирует.

— Ага! Вот и слабое звено. Конденсатор в блоке питания. Он не справляется с нагрузкой.

Внутренний монолог:
«Значит, план такой:

Найти замену конденсатору. Где? У техников Школы Богов? На арктурианском рынке? Или попробовать собрать из подручных материалов?

Восстановить провода. Лопата — не инструмент электрика, но что есть.

Настроить питание от батарей так, чтобы не было перегруза. Может, добавить регулятор?

Протестировать систему на малой мощности — без искр и порталов.

Потом уже думать про портал, теплицу и погашение долга.»

Сцена 3: Первые шаги к решению

Лопатой  аккуратно зачищаю концы проводов — снимаю оплавленную изоляцию, обнажая чистые жилы. Затем достаю из рюкзака моток клейкой ленты (подарок от богини Гестии — «не горит, не плавится, держит в вакууме»).

— Временная изоляция. Не идеал, но лучше, чем голые провода. Теперь — ищем конденсатор.

Оглядываюсь по сторонам. Вдалеке, за холмом, виднеются склады технического снабжения Школы Богов. Над ними кружат дроны-ремонтники.

— Иду туда. Попробую договориться. Если не дадут новый — спрошу, где купить. А если и это не выйдет… что ж, буду изобретать.

За спиной антенна молчит, но кажется, будто она одобрительно гудит на самой низкой частоте — словно ждёт, когда её снова включат, но уже правильно.

Внутренний монолог:
«Треугольник с глазом. Теперь это не просто символ. Это мой вызов. Я не просто отключил опасную штуку — я начал её понимать. И если я смогу починить этот ретранслятор, сделать его безопасным и полезным, то, может, мой участок станет не обузой, а источником силы. А долг… Долг подождёт. Сначала — безопасность, потом — урожай, потом — справедливость.»

Камней было достаточно. Сделал ограду. Махнул к арктурианцам и заказал у них сторожа по проекту шестиклашек, которых я попросил нарисовать самого страшного сторожа-страшилу. Они нарисовали сторукого гекатонхейера. Мой заказ удивил арктурианцев, но они его в точности выполнили, и снабдили сторожа новейшим оружием, которое имелось на других планетах.
Прилетела аварийная бригада ремонтировать ретранслятор, который принадлежал магнетической службе корпорации "Крайон". Гекатонхейер забросал их камнями, размером со скалу. На меня подали в суд, я выиграл его, так как все, что находится на моей земле, а так же под и над землей - мое, значит и ретранслятор - мой.

Сцена: Суд над Хранителем
Место действия: Зал Правосудия на Луне — гигантская пещера, переоборудованная под судебный зал. Стены украшены голограммами законов, в центре — трибуна Фемиды.

Время действия: Через три лунных цикла после инцидента с аварийной бригадой.

Я стою перед трибуной, а напротив меня — представители «Крайона»: трое высоких существ в магнитных мантиях, мерцающих синими разрядами. За их спинами — голограмма ретранслятора с отметками повреждений: искрящие провода, вмятины от камней, следы ударов.

Прокурор «Крайона» (голос гудит, как трансформатор):
— Обвиняемый умышленно повредил имущество корпорации «Крайон» — стратегический ретранслятор класса «Омега-7». Затем, используя незаконное оружие (сторукого сторожа), атаковал аварийную бригаду. Требуем возмещения ущерба в размере 50 арктурианских снежинок и конфискации участка.

Фемида (спокойно, взвешивая чаши весов):
— Ответчик, ваши возражения?

Учитель:
— Ваше превосходительство, я действовал в рамках права собственности. Участок был выделен мне профсоюзной организацией Школы Богов. Всё, что находится на нём — моё, включая ретранслятор.

Прокурор:
— Но ретранслятор был установлен до выделения участка! Он принадлежит «Крайону» по договору с Советом Лунных Инфраструктур!

Учитель:
— Позвольте уточнить. В договоре, который мне вручили, сказано: «Участок в 4,5 сотки с гаком в границах отмеченных валов, включая недра и воздушное пространство до высоты 10 км». Ретранслятор стоит на участке, его основание уходит в грунт на 3 метра, а антенна поднимается на 8 км. Следовательно, он полностью попадает в зону моей собственности.

Я активирую голограмму договора. Выделяю нужные строки — они загораются красным.

Фемида:
— Продолжайте.

— Далее. Аварийная бригада прибыла без предупреждения, без согласования со мной как с владельцем. Они начали работы, не получив разрешения. Мой сторож отреагировал на вторжение — это стандартная функция защиты частной собственности.

Прокурор яростно возражает:
— Сторукий монстр забросал их камнями размером со скалу! Это превышение самообороны!

Достаю кристалл с записью:
— Вот видео с камер наблюдения. Бригада начала демонтаж ретранслятора. Мой сторож сперва подал устный сигнал: «Прекратите работы, это частная территория». Они проигнорировали. Тогда он использовал нелетальное оружие — камни. Ни один член бригады не пострадал, только испуг и царапины.

Голограмма показывает: сторож бросает камни рядом с ногами бригады, те отпрыгивают. Один техник роняет инструмент.

Фемида внимательно смотрит запись.
— Действительно, признаков намеренного вреда нет.

Прокурор:
— Но сторож — оружие массового поражения! Сто рук, новейшее вооружение с других планет!

Я поясняю:
— Гекатохейер — система охраны, заказанная легально у арктурианцев. Проект разработан шестиклассниками Школы Богов — есть договор, чертежи, акт приёмки. Никакого запрета на многоруких сторожей в законах нет.

Я показываю документы. Голограмма демонстрирует рисунки детей: «Самый страшный сторож» — гекатонхейер с пушками вместо пальцев, ракетницами на плечах, глазами-радарами.

Фемида:
— Итак, суммируем:

Участок принадлежит ответчику по договору.

Ретранслятор расположен на участке и попадает под право собственности.

Действия сторожа были реакцией на незаконное вторжение.

Ущерб бригаде не причинён.

Фемида ударяет молотком — раздаётся звон, похожий на колокольный.
— Иск корпорации «Крайон» отклоняется. Участок и всё, что на нём, остаётся в собственности Учителя Школы Богов.

Прокурор скрежещет зубами:
— Мы обжалуем!

Фемида:
— Ваше право. Но в этом суде решение окончательно.

Представители «Крайона» растворяются в портале. Зал наполняется шёпотом зрителей — богов, арктурианцев, техников.

Сцена 2: После суда

Я выхожу из зала судебных заседаний триумфатором. К мне подбегает Председатель профкома.

Председатель:
— Поздравляю! Блестящая защита. Но… что теперь будет с ретранслятором?

— Починю. Сам. Поставлю нормальный конденсатор, налажу питание, уберу искрение. И сделаю так, чтобы он работал на меня, а не на «Крайон» - теплицу обогревал.

Председатель (улыбается):
— И как?

Учитель:
— Превращу его в систему связи для моего огорода. Буду передавать данные о влажности грунта, температуре купола, росте растений. А если «Крайон» захочет пользоваться — пусть платит арендную плату.

Председатель:
— Хитро. Очень хитро.
Глядя на свой участок вдалеке — треугольник с антенной и сторожем у ограды, отвечаю:
— Просто учусь защищать то, что моё. И делать это по правилам.

Сторож-гекатонхейер машет мне всеми ста руками. В одной — лейка, в другой — садовая лопатка. Кажется, он уже готов помогать с огородом.

Внутренний монолог:
«Участок — мой. Ретранслятор — мой. Даже суд признал. Теперь осталось сделать так, чтобы эта земля — и лунная, и символическая — стала не просто клочком грунта, а местом, где жизнь побеждает бюрократию, а справедливость — корпорации.»

Сцена: Договор аренды.
Место действия: Конференц-зал корпорации «Крайон» — помещение с чёрными стенами, мерцающими схемами магнитных полей. За длинным столом сидят представители корпорации в мантиях с синими разрядами. Напротив — я, рядом со мной — Председатель профкома в качестве свидетеля.

Время действия: Через неделю после суда.

Глава «Крайона» говорит холодно, его голос гудит, как трансформатор:
— Вы понимаете, что требуете невозможного? Аренда ретранслятора на ваших условиях — это 5000 арктурианских снежинок в лунный цикл. Это стоимость малого астероида!

Я спокойно заявляю:
— Зато это ваш единственный шанс получить доступ к стратегическому узлу связи в этом секторе. Без него ваша сеть работает с задержкой в 0,3 секунды — а это критично для управления флотом.

Активирую голограмму. На ней — схема сети «Крайона»: красный крестик на месте моего участка, пунктир задержки сигнала.

Глава:
— Вы слишком хорошо подготовились.
Учитель:
— Я просто защищаю свои интересы. Участок мой по решению суда. Ретранслятор — часть участка. Хотите пользоваться — платите.

Юрист «Крайона», просматривает документы, возражает мне:
— Но в договоре аренды вы прописали странные условия:

контроль за техническим состоянием — полностью на нас;

доступ к ретранслятору — только в присутствии владельца;

запрет на установку дополнительного оборудования без согласования;

право владельца на отключение в случае нарушения условий.

— Именно так. Я не дам превратить мою собственность в источник опасности. Последний разряд чуть не спалил весь мой огород.

Председатель профкома вступает в разговор:
— Коллеги, давайте смотреть на вещи реально. Учитель выиграл суд. Он имеет право диктовать условия. А вы получаете стабильный узел связи без затрат на строительство нового.

Глава «Крайона» после продолжительной паузы, с явной неохотой, соглашается:
— Хорошо. Мы принимаем ваши условия. Но с одним дополнением:

корпорация берёт на себя обязательство провести полную диагностику и модернизацию ретранслятора за свой счёт;

вам предоставляется доступ к системе мониторинга — вы сможете видеть все операции в реальном времени.

— Принято. Но модернизацию проводим по моему плану. Вот список улучшений:

Замена конденсатора на модель с защитой от перегрузок.

Установка регулятора мощности — чтобы не искрило.

Подключение системы охлаждения на лунном льду.

Монтаж резервного питания от мини-реактора.

Интеграция с моей системой управления огородом.

Юрист «Крайона» быстро вносит правки в договор. Голограмма светится зелёным — система подтверждает согласование.

Глава «Крайона»:
— Подписываем?

— Да. Но сначала — предоплата за три цикла вперёд. Снежинками.

Глава корпорации "Крайон" вздыхает и кивает юристу:
— Переведите 15000 снежинок на счёт Учителя.

На моём кристалле вспыхивает уведомление о зачислении. Сумма такая, что я на мгновение теряю дар речи.

Сцена 2: После подписания

Мы выходим из зала. Председатель хлопает меня по плечу.

Председатель:
— 15000 снежинок авансом! Да вы теперь богаче половины богов Олимпа!
Я оглядываюсь на ретранслятор вдалеке — он уже окружён дронами «Крайона», которые начинают демонтаж старых блоков:
— Это не просто деньги. Это свобода. Теперь я могу:

погасить долг перед бухгалтерией — 10,5 снежинки, считай, уже отложены;

купить нормальный скафандр с климат-контролем;

заказать у арктурианцев теплицу с куполом;

нанять агронома из расы, которая умеет выращивать растения на Луне;

и, самое главное, — сделать так, чтобы этот ретранслятор работал на меня, а не против.

Председатель:
— А сторож? Он останется охранять?

— Конечно. Гекатонхейер теперь не просто страшила — он наш начальник охраны. И, кстати, я договорился с ним: в свободное время он будет помогать копать грядки. У него сто рук — представляете, как быстро он справится?

Сторож-гекатонхейер, стоящий у ограды, машет всеми руками. В одной — лопата, в другой — саженец лунного кактуса.

Внутренний монолог:
«Суд я выиграл. Деньги получил. Ретранслятор модернизируют за счёт „Крайона“. Теперь осталось превратить этот треугольник с глазом в самый плодородный участок на Луне. А если получится — может, и другие участки профсоюза начнут брать с меня пример. Земля, возделываемая умом и справедливостью, — вот настоящая победа.»

Корпорация "Крайон" со временем подала апелляцию в Высший суд Галактической конфедерации. Процесс был долгим. Вот его начало:
 Великий Аттрактор. Китеж-град. Замок Светлого Крылатого Оборотного рыцаря Любви - Учителя Школы Богов.
 Великий Прокуратор, восседавший на троне в виде облака, которое  парило над олимпийским стадионом рядом с Замком Светлого Крылатого Оборотного рыцаря Любви, который любезно согласился предоставить свою планету – Великий Аттрактор для проведения выездного заседания Высшего Суда  по иску телекомпании «Венера» к телекомпании «Марс», которая принадлежит корпорации "Крайон", с тоской посмотрел ни часы стрелка которых, казалось бы не двигалась с места, и зевнул в полный рот.
     «Господи, ну сколько можно переливать из пустого в порожнее, когда любому ясно: марионетки, созданные для постановки реалии – шоу «Мистерия Огня и Света» подлежат замене, как желают того их создатели?» - подумал Прокуратор, назовем его Ра – Солнышко.
   «И что за вредная бабенка эта Венера? Нет, чтобы полюбовно с супругом разобраться, так нет же: иск в суд подала. Не нравятся ей, видите ли, новые марионетки, созданные из крыс. Господи, да какая, собственно говоря,  разница: из кого или из чего сделаны актеры, хоть из деревяшки, лишь бы хорошо играли!
  Адвокатишку наняла шустрого - какого-то Учителя Школы Богов. Я о таком и не слышал до процесса. А о Школе Богов и подавно. Развелось шарлатанов. Пудрят Богам мозги. Зачем, спрашивается, Богу учиться, когда он и так все знает, ведь он – Бог.  Вот я, например, не на последнем месте в иерархии Богов, а ни в какую школу, между прочим, не ходил, и не собираюсь идти.
   Даже дураку понятно, что Человечество, как вид не имеет права на существование, так как не является разумным, а своими действиями причиняет вред планете - своей матери – кормилице; питается существами, которые со временем могут быть разумными. Страшно подумать: человек убивает себе подобных,  и питается плотью своих Небесных родителей, давших гены для создания человека. Жуть, да и только! Волны агрессии, исходящие от Голубой планеты,  накатываются на самые отдаленные миры, вызывая в них природные катаклизмы и смятение душ.
  Отправляясь в командировку на Великий Аттрактор, думал управиться за денек – другой, а уже четвертый  месяц  слушаю эту галиматью. Начали-то на день Марты Святой Берегине женской, а уже Купала на носу. Где она – Венера - выискала этого учителишку задрипанного, который взялся за безнадежное дело - защиту человечества? И вообще, кто он такой? В чужом замке распоряжается точно у себя дома. Да и сам замок подозрительный. Взял вчерась книгу на ночь почитать.
  Слов нет. К протоколам судебного заседания приказал приложить, чтобы все знали чему этот учитель  детишек учит в своей школе:
"Интересно, кто же это грамотей такой выискался», – подумал... осмотрев книгу спереди и сзади. Она не имела ни печати монастырской библиотеки, ни подписи владельца. История монастыря тоже не сохранила имени знатока демонологии.
Чтение тайной, на грани с кощунством книги, незаметно увлекло монаха. Он уже сам начал делать язвительные замечания, подобные тем, что оставило в книге перо неведомого комментатора.
«Демон Просел появляется в образе ангела, он – великий и всесильный герцог.
Загадочно говорит о сокрытых вещах, обучает геометрии и гуманитарным наукам, по воле вызвавшего его делает большие волнения и потрясения, подобные огромным водоворотам; также согревает воды и смягчает купание».
«Вот почитаю еще немного, потом пойду и приму душ. Солнечный бойлер работает, и демоны никакие не нужны. Сейчас закончу, пока вода в баке не остыла», – монах перевернул еще несколько страниц, задерживая свой взгляд только на самых интересных персонажах.
«Демон Балам, ужасный и могущественный повелитель, является в виде существа с тремя головами – бычьей, человеческой и бараньей. У него змеевидный хвост, а в глазах сверкает пламя; он едет на разъяренном медведе, неся на запястье ястреба-тетеревятника; говорит хриплым голосом. Дает истинные ответы относительно прошлого, настоящего и будущего, делает людей невидимыми и наделяет остроумием.»
«Ну прямо цирк какой-то»... - уже почти что пришел в хорошее настроение.
«Демон Гомори, появляется в образе прекрасной женщины, увенчанной герцогской короной…» – «Ну, это мы читать не будем», – монах перелистнул еще пару страниц.
«Демон Оиас, великий маркиз, появляется как лев, оседлавший сильного коня; у него змеевидный хвост, и в правой руке он держит огромных шипящих змей. Наделяет знаниями о планетах и созвездиях; превращает людей, дает звания, в том числе духовные, а также расположение друзей и противников».
На следующей странице целый абзац был густо обведен красными чернилами, так что получилось некое подобие рамки, изрядно попортившей соседние строчки. Рядом с рамкой на полях заглавными греческими буквами стояла надпись: «ОПАСНОСТЬ!»
Рамка заключала в себя следующий текст:
«Демон Андрас, великий маркиз, появляется в виде ангела с головой черного ворона, верхом на сильном черном волке, в руке его сверкающий острый меч. Он сеет разногласия и уничтожает неосторожных».
От рамки тонкая красная стрелка указывала вниз, к концу страницы. А там рукой неведомого знатока мира демонов было выведено:
«Он способен убить даже самого Иисуса Христа и его Апостолов».
«Что за чушь!» – в гневе отец Николай чуть было не захлопнул книгу. – «Какая бессмыслица! Как можно убить Господа нашего?!»
Однако надпись гласила именно это – и ничего более. Что самое удивительное (монах быстро перелистал книгу до конца) – дальше красные чернила не сделали ни одной строчки».
Александр Рыбалка
Убить мессию
Попытка первая

 Надо бы попросить арктурианцев разобраться с этим подозрительным типом учителем и его школой, - подумал Прокуратор. - Детишки - наше богатство. Им править Небом. А чему он их в своей школе учит?  О том никому не ведомо. Надо же, даже супруге моей ненаглядной мозги запудрил – на свое имя эту школу зарегистрировала. Перышка сваво бесценного огненного живого, обладающего разумом не пожалела – Школе даровала.
  А свет перышек-то ее  блеском своим может поразить ум человека знаниями лишь Богам доступными. Жар-птица  - Дружина моя, мудрость и воинство мое -  Огненная птица, её перья блистают серебром и золотом (у Огнивака перья рыжезлатые), крылья как языки пламени, а глаза светятся как кристалл. Прокуратором-то стал лишь по ее милости, когда мне перышко одно- единственное даровала. Им и подписываю приговоры Суда Высшего праведные.
  Все в дом несу, в сторону других пташек даже не смотрю, живёт точно в райском саду Ирии. А ей все не по нраву. Терем резной о двух поверхах, из вековых кедров сложенный, отгрохал. Любой ее бабской прихоти потакаю, а ей все не по нраву.  Говорит, что хочу ее в золотой клетке запереть.
   А как не запирать-то, когда она – дружина моя – красы неописуемой. Антоновкой, да райскими яблочками из собственного сада брезгует, ей заморские молодильные подавай, за которыми гонцов приходится гонять к черту на кулички. Золотыми-то яблочки те для меня становятся. А она укусит и бросает – ни вкуса, говорит, ни запаха в них нет никакого. Если бы не сидела на разгрузочной диете,  молодость, красоту и бессмертие дарующей  и не смотрела бы на них. Вздыхает эдак томно, да лукаво поглядывает в мою сторону, намекая ради кого она идет а эти жертвы. А как запоет песни наши  народные про горькую долю – судьбинушку или про любовь лебединую верную, кажется что из её клювика жемчуга сыплются.
  Пением своим любую хворь у меня исцеляет.  Другими глазами на мир глядишь. А осенью грустная ходит.  Мое-то племя орлиное. Мы как обустроились на одном месте. На том и остаемся. А ее то предки перелетными были. Вот и тянет осенью в страны дальние, неведомые.  Не по нраву зимы наши суровые. Сиднем сидит дома почитай всю зиму. В халате целый день ходит. Грустит не знамо о чем. А как солнышко пригреет, оживает точно птица Феникс воскресает. На диету садится, чтобы  на курортах в грязь лицом не ударить.
  Повезло мне с супругой. Точно в самом деле Жар-Птицу за хвост ухватил – дом своей мудростью осеняет. До старости любить ее буду, так как знаю, что с возрастом ее красота не увянет, а в золото превратится.

   С работы приходишь поздно. В  гости – поздно. Пройдешь с ней по саду. Такое впечатление, что тысяча зажженных огней его осветили.   
 Раньше то, до знакомства с этим учителем, который свалился точно снег на голову, покорной была, не перечила, а теперь, прежде чем приступить к исполнению супружеских обязанностей, требует воспеть ее красоту. Я чего воспевать-то? Нет птицы краше Жар – Птицы. Школу для девочек удумала открыть. И учить хочет их не  тому, что жена мужу должна покоряться, детишек растить, да мужа ублажать, а ровней ему быть. Де же такое видано-то? Баба мужику должна покоряться, о том в святой Книге Голубиной прописано. Он сам читал, правда, - признался себе Прокуратор, - всю не одолел. Уж больно она огромадная, но суть ухватил: Кухня, Дитя, да Церковь – больше бабе нечего и не надобно.
    Нахваталась от учителя глупостей всяких. Только и слышишь от нее теперь: эмансипация, Любовь.  Тьфу, прости господи! Богоугодное-то дело таким поганым словечком, которое не всяк-то и вымолвит, не назовут. Лучше бы за детишками смотрела. Младший-то дурак-дураком растет. Перед людьми соромно. То на печи лежит сутки напролет, да сказки сверчку рассказывает.
    О-хо-хо! Раньше дома до обеда можно было в исподнем ходить. А теперь, безрадостно вздохнул он, - возвращаться не хочется – шляются какие – то подозрительные личности стихоплеты, мазилы, да гусляры. Вся смута от этого учителя идет.
    Какого рода – племени про то никому неведомо. На мантию судейскую не заработал – зеркальцем укутался. Чуть не ослеп, когда грозно глянул на него в первый раз. Пришлось облачком, как шторкой, прикрыться.
  Хотел было испепелить его, да как испепелишь, когда мои огненные стрелы отскакивают от него. Потребовал снять мантию, вот и сидит дурак – дураком в каком-то клоунском наряде. А когда секретарь потребовала для протокола сообщить его звездное имя, так приборчик что сделали для считки имен мастера – арктурианцы, заглючило, так как  он выдал имя Бог его знает со скольки нулями. Пришлось на слово поверить. Что он Иванушка – Дурачок. Я теперь и своего младшего, самого  непутевого, сыночка его именем стал называть.
   И в кого он такой пошел. Не представляю. Старшие любо дорого посмотреть – орлы. А этот… Женушка жалеет его, голубит. Говорит, что дурачков и боженька любит. Оно и понятно – сердобольная она у меня больно. Не разрешает букашки – таракашки какой обидеть. Говорит, что божье создание. Раз Бог сотворил Словом их, знать ведал для чего. Вдруг  в мурахе той Отец твой опосля смерти воплотился? Скажет тоже!»

    Через неделю главный день в году – Ярила день. Народ гулять будет. А я  должен разбирать семейные дрязги Венеры и Марса. Супруги они, да вместе не живут – рабежались. А телекомпания у них общая. Вот и разделили ее пополам. У нее – любовные сериалы, драмы, наука, музыка, искусство, детские каналы; на а у "Марса", естественно, спорт, политика, войнушка, ну и еще кое-что мужикам на потребу. А марионетки-то, которые разыгрывают на потеху Богам разные постановки одни. Вот они никак их между собой поделить не могут.
   Предложил им вчера… нет уже позавчера, - сказал Великий Прокуратор – Верховный Судья первой категории Межгалактического Высшего Суда, глянув на часы на башне замка. – Мировое соглашение  заключить. Одни марионетки пусть идут на запад Европы. А другие – на Восток. Казалось бы все миром сладится, да где там.
   Учитель этот, которого Венера адвокатом наняла, отчебучил такое… Встречный иск подал от своего имени о запрете использования людей без их согласия в качестве марионеток для участия в реалити шоу даже в качестве статистов и притащил целый ворох различных бумаг в доказательство того, что тайный эксперимент аркутирианцев, среди которых было 12 ученых и учитель из поколения первых разумых существ планеты, закончился удачно. Им  якобы удалось взять из окаменевшего яйца диназавров мужскую хромосому и искусственно оплодотворить ею несколько обезьянок, которые дали жизнестойкое потомство. Причем утверждает и не голословно. А с выписками из бортового журнала фаэтонского космолета «Атлантиды», что экипаж отдал вновь созданной расе людей свои голубые кристалы, дарующим им бессмертие. А в ДНК первого человека он якобы удачно «вдохнул»  считывающее устройство Мирового Разума и человек стал подобен Богу, так как Бог  имеет голографическую структуру. Когда в мельчайшей частице целого скрыто само целое. И Часть целого может быть больше самого целого. Короче говоря всем заморочил голову. Даже арктурианским экспертам, которые, по его утверждению, являются ни чем иным как детскими компьютерными диназавриками игрушками первых детей планеты. И прочую чушь.
     И не человечество надо судить, а арктурианцев, которые мешают свободному развитию разумных существ не рабов, а внуков Бога. Чушь, конечно, но он представлял Суду бесчисленные факты, документы и вещественные доказательства, которые надо было скорпулезно изучать.
     На вопрос одного из Судей: почему же люди добровольно без всякого давления соглашаются быть марионетками? Он весьма бесцеремонно ткнул пальцем в Венеру и сказал:
      - Вот виновница всех бед. Признайтесь, сударыня, сказал он, подойдя к Венере, ведь вы другого любили. Но однажды на балу… И рассказал удивительную историю. О двух враждующих созвездиях – давнем периоде Звездных войн истоки которых уходили в седую глубину эпох.
      После того, как были уничтожены сотни планет, когда перемешивались созвездия и в Космосе было достигнуто хрупкое соглашение. На бал в замке вашего отца в маске явились вы, сударь ткнул он пальцем в Марса.
     И вы, Венера, встретились с ним взглядом. Вас охватила не любовь, а страсть. Вы вышли на балкон, чтобы скрыть свое волнение. А вы, сударь, стояли внизу и говорили о том, что знаете как положить конец вражде и войнам. Вы должны пожертвовать собой ради того, чтобы в Космосе воцарил мир и гармония. И сказали, что знаете как это сделать. Надо построить передающие устройство на Луне, а одну из ваших планет, заселенную арктурианскими клонами, которые использовли их в качестве рабов для добычи золота, нужного им в огромных количествах, для сохранения стабильность искусственно созданной атмосферы на их планете развлечений, использовать как театральные подмостки для всевозможных постановок. Построить во всех мирах ретрансляторы. А Боги и Люди из разных миров вместо войн будут делать ставки в арктурианском тотализаторе.
      - Какие? – спросили вы его тогда, сказал, он, подойдя к Венере.
      - Полюбят ли герои друг друга, кто победит и так далее.
      - Золото?
      - Нет, голубая энергия творения, дарующая бессмертие души.
      - Никто ее добровольно не отдаст.
      - Отдадут, если будут иметь хоть призрачную возможность сорвать куш и стать обладателем мира. Боги слишком долго живут. Он  пресытились жизнью, поэтому, для остроты ощущений и ведут бесчисленные войны.
     - Как вы себе это представляете? Арктурианцы славятся своей порядочностью. Они отказались от войн. Отдали Космосу свою планету для развлечений…
     - И вы поверили ему, сударыня, - сказал Учитель.  - А когда поняли, что он работает на арктурианцев…
     - Было уже поздно,- вздохнула Венера. – Но откуда вы знаете это? – удивилась она.
    Учитель подошел к столу и взял томик Шекспира. Протянул его Венере со словами: «Нет повести печальнее на свете…». Лицо Венеры стало пунцовым.
     - Он… Он… Он все выдумал.
     - Кто, сударыня: Шекспир или ваш дрожащий супруг? А, может быть, Блок в своей Незнакомке. Эх, Боги, Боги… - с осуждением сказал он. – Зачем вы заставляете людей решать свои проблемы?
     После чего помахал в воздухе бумажкой и попросил дежурного голубя передать долговую расписку Марса, которую он выкупил у арктурианцев, Прокуратору.
    - Я требую лишить телекомпанию Марс права использовать Землю как театральные подмостки.
    - На каком основании? Земля – мои ленные владения. Право частной собственности никто не отменял.
    - Ваши? – возмутился учитель и ринулся к столу за новыми документами.
    Великий Прокуратор понял,  что новый «сюрпириз» учителя может поколебать основу основ мира во Вселенной – веру в кристальную честность арктирианцев, поспешил объявить перерыв в судебном заседании.
    На следующем заседании вместо Марса интересы компании защищал ее истинный хозяин Христиан Розенкрейц —  Избранный  Коэн Вселенной . Он представил Верховному Суду тайную историю  Ордена, излагаемой в «Трактате о реинтеграции» — основополагающей книге о Мартинизме, учение преподаваемое в Ордене Избранных Коэнов Дома Мартинеса, который  берет свое начало в наставлениях, которые Сиф, третий сын Адама, получил от Ангелов, для достижения, в том числе и определенными обрядовыми действиями, примирения человечества с Богом. Потомки Сифа и Еноха извратили это знание, и оно стало бесполезным. Ною учение было передано повторно, и от него оно перешло сквозь века, через непрерывную цепь Традиции Посвящения, к Розенкрейцерам. Высшее же таинство Розенкрейцерского Братства преподавалось на Высшей ступени Ордена Избранных Коэнов, имевшей обозначение «R+», что означало «Reaux-Croix» («Розоватый Крест», или «Румяный Крест»)...
Последний день заседания Высшего суда:
" Прокуратор призвал Учителя к порядку, назвав его истинное имя:
- Зеркальный брат, что вы себе позволяете? Был Суд, было решение присяжных – Радуги –Дуги, неужели вы забыли? Мы тогда единогласно решили: «Виновны, но имеют право на жизнь, так как разумны и перековали мечи на орала – воссоздали человека. Взяв ген Истинных Внуков Бога – Разумных Динозавров и соединили его с приматом. Они же не виноваты в том. что выбор носителя Гена Бога оказался неудачным. Вместо разумных существ получились марионетки... 

Прокуратор поддержал присяжного заседателя в фиолетовой мантии:
- Выражайтесь поконкретней!  Как изволите понимать ваши слова: да – нет? - И повторил свой вопрос: - Человечество достойно жизни?
- Нет. Они - марионетки для спектакля. Пора заменить их новыми актерами.
Учитель надолго замолчал, После чего, глядя себе под ноги, сказал:
 - Раньше я бы не задумываясь сказал, что «да», поэтому и взошел на крест во искупление их грехов.
- И мне пришлось вас оттуда вытаскивать, - язвительно заметил сэр И.
- Зачем?
- Жизнь Бога бесценна.
- Я не Бог. Я – человек. Такой же как все. Но на Востоке я узнал о тайных учениях. Уверовал в них и решил научить людей. Объяснить иудеям, что они уже не рабы аркутурианцев, а люди. Но нет пророка в отечестве своем. Хоть я из Галилеи, не иудей, как считают многие. Ну это  все равно что одним именем называть бритов, франков, саксов, ведь все они германцы.
- Какое это имеет отношение к рассматриваемому вопросу? Где вы поставили запятую.
 -Самое прямое. Потому, что я не знаю где ее поставить.
- Вы должны.
- Но почему я?
- Потому что вы единственный Человек за последние две тысячи лет, который стал Богом.
- А Мухаммад?
- Он Пророк. Судить Человечество должны вы.
Великий Прокуратор взял в руки ларец с прорезью, в который члены Верховного Суда бросили свои листочки с приговором.
- Не делайте этого! – взмолился Радомир.
- Почему?
- Я еще хочу один раз попробовать.
- Что? – одновременно воскликнули несколько Судей в разноцветных Мантиях.
- Что вы задумали? – спросил Великий Прокуратор.
- Я хочу еще раз вернуться на Землю.
- Зачем?
-Чтобы развеять свои оставшиеся сомнения.
-Вы вернетесь, - заверил его Великий Прокуратор. – Именно вам предстоит судить Человечество.
- Я не могу.
- Почему?
- Потому, что я – человек.
- Вы – Бог, - настаивал на своем Великий Прокуратор.
- Богочеловек, - поправил его Судья в фиолетовой Мантии, который должен был стать Великим Прокуратором – старшим среди Братьев – Судей – Первых Детей Бога.
- Мы не сможем второй раз вытащить тебя с Земли. Ты должен начать с нуля и вновь пройти всю Лестницу в Небо самостоятельно до самого конца.
- Не будь самонадеян. Не забывай: ты прежде всего человек, ставший бессмертным.
- Вот именно: Человек, который силой мысли творит Миры, Людей и Богов.
- Бред! – возмутился Фиолетовый Брат
- Ты ошибаешься. Мое Время еще не вышло. Вы не вправе останавливать меня.
- Мы тебя предупреждаем. Ты просто не успеешь. Человек смертен, а жизнь его коротка. Ты умрешь  и мы не в силах будем тебе помочь. Тебе никто не поможет. Ты  все должен будешь сделать сам. Ты понимаешь это?
- Да.
- Безумец! – не сдержавшись, воскликнул Великий Прокуратор.
- Ты умрешь, – заверил его Фиолетовый Брат.
 – Люди не заслуживают этого. Те, кому ты принес благую весть о жизни вечной, распяли тебя, - сказал присяжный в красной мантии.
- Распнут и второй раз,- заверил его Фиолетовый Брат. – Настал день праведного Суда. Аркурианские марионетки должны быть уничтожены. Но ты погибнешь вместе с ними.
- Значит другого я не заслуживаю. На все воля Отца. Я родился человеком. Жил человеком. Человеком и умру. Обнимемся Братья напоследок.
Они обнялись, не проронив и слезинки. Даже Фиолетовый Брат сочувственно похлопал его по плечу:
- Без тебя будет скучно. Но, если что, не переживай. Я отомщу за твою смерть.
Не оборачиваясь, Радомир пошел по небу как по тверди земной.
- Что ж, Братья, дождался я своего часа. - Сказал фиолетовый Брат. - Теперь я старший и буду править Миром людей этих жалких марионеток, которые не приняли своего Бога.
- Зато другие приняли.
- Те, кто верили в истинных Богов своих предков – славяне и многие другие народы.
- Куда ты? Где тебя искать, Радомир? – крикнул ему вдогонку Зеленый Брат.
- Теперь его имя Радомир Радоми Ра, - сказал Желтый – самый близкий ему по духу Брат, которые в единении творили зеленый цвет – цвет жизни.
- Если он не сумеет пройти всю Лестницу в Небо, исчезнет Радуга, - заметил Красный Брат и пояснил: - Среди нас – Братьев три цвета основных.
- Каких? – спросил Оранжевый Брат.
- Красный, Синий и Желтый цвета, которые при смешении создают зеленый, фиолетовый. Коричневый и зеленый цвет.
- Небо станет Фиолетовым, - с тоской в голосе сказал Желтый Брат.
- Черным, - поправил его Красный Брат.
- А я верю в то, что он дойдет, - с оптимизмом заявил Оранжевый Брат.
- Тогда он станет Светом.
- Светом стану я! – категорично заявил Фиолетовый Брат..."
Полностью протокол можно прочитать:http://proza.ru/2026/03/31/755

Отдельные странички из личного дневника Учителя Школы Богов для его романа "Мистерия вечной Любви".

Сцена: Новая жизнь — директор Школы Богов.
Место действия: Виртуальный мир Школы Богов — пространство, сотканное из света и данных. Здания здесь меняют форму по мысли владельца, облака — это массивы информации, а дорожки ведут туда, куда ты хочешь попасть.

Время действия: Спустя несколько лет после сделки с «Крайоном».
Учитель сидел в своём новом кабинете — он выглядел как старинная библиотека с бесконечными полками, но книги здесь были не бумажные, а голографические: каждая хранила знания сотен цивилизаций. За окном (которого на самом деле не было) проплывали созвездия, составленные из студенческих проектов.

Внутренний монолог:
«Ещё недавно я спотыкался о камни на лунном участке, терял арктурианские жемчужины и судил с корпорацией „Крайон“. А теперь… теперь я директор Школы Богов. Виртуальный, конечно, но от этого не менее реальный. И пенсия на Земле — это просто опция, которую я включаю, когда хочу посидеть в саду у друзей В Добротворе с чашкой кофе.»

В дверь постучали — точнее, в виртуальном мире это был мягкий звуковой сигнал, похожий на звон хрусталя.

Учитель:
— Войдите.

Появился Председатель профкома — его образ мерцал, как у гостя из другого измерения.

Председатель:
— Поздравляю ещё раз, коллега! Директор Школы Богов — звучит гордо. И как ощущения?

Учитель:
— Странно. Всё здесь… нематериально, но работает чётче, чем на Луне. Студенты присылают проекты — от новых видов шахмат до двигателей на силе веры. И знаете что? Я наконец-то могу им помочь.

Председатель:
— А что с вашим лунным участком?
Учитель, улыбаясь:
— О, он процветает! «Крайон» модернизировал ретранслятор — теперь он питает мою теплицу, а сторож-гекатонхейер учит младших богов основам огородничества. Урожай лунных кактусов идёт на экспорт в три галактики.

Председатель смеётся:
— Неплохо для человека, который начинал с лопаты и перерубленных проводов.

Сцена 2: Первое собрание преподавателей

Аудитория заполнена необычными существами: бог с головой сокола объясняет алгоритм божественной логики, арктурианец демонстрирует голограмму квантовой этики, а призрак древнего философа спорит с чат-ботом о природе души.

Учитель встает перед аудиторией:

— Рад приветствовать почетных гостей в моем замке на Великом Аттракторе. Коллеги, мы начинаем новый этап в жизни Школы Богов - будем учить детей, со всех миров и измерений. Я не стану менять всё резко. Школа Богов всегда была местом, где учат не только силе, но и мудрости. Но я введу три новых правила:

Практика важнее теории. Каждый проект должен иметь применение — хоть на Луне, хоть в параллельном мире.

Ошибки — это данные. Если эксперимент провалился, разбираем, почему, и делаем лучше.

Справедливость — не абстракция. Тот, кто владеет силой, должен помнить о тех, кто слабее. Мой лунный участок — живой пример: даже треугольник с антенной может стать плодородной землёй.

В зале раздаются одобрительные голоса, мерцание огней, кивки голов.

Арктурианский профессор:
— Но как вы будете оценивать успехи? По баллам? Снежинкам?
Учитель:
— По результатам. Если ваш студент придумал игру — пусть её примут олимпийские боги. Если создал двигатель — пусть он доставит корабль к Альдебарану. А если вырастил сад на Луне — пусть поделится семенами.

Сцена 3: Личный момент

После собрания я отключаю режим директора и переношусь на Землю к друзьям в Добротвор. Сад, розы, шелест листьев. На столе — чашка кофе, рядом лежит старая лопата с лунного участка — сувенир и напоминание и ноутбук. Начинаю вспоминать:

Внутренний монолог:
«Пенсия? Да. Но не отдых. Я просто сменил поле битвы на поле обучения. Там, в виртуальном мире, молодые боги учатся не только магии и технологиям, но и тому, что я понял на Луне:

собственность — это ответственность;

сила без мудрости опасна;

даже самый странный участок можно превратить в чудо, если не бояться копать лопатой, спорить в суде и верить в кактусы.

А ещё… я наконец-то обменял часть снежинок на настоящий скафандр. И в выходные — когда директорский режим выключен — лечу на Луну. Гекатонхейер уже машет мне всеми ста руками, а теплица светится, как маяк для тех, кто верит, что даже в космосе можно вырастить сад.»

Чашка кофе остывает. В виртуальном мире Школы Богов загорается уведомление: «Новый проект: „Двигатель на основе арктурианских снежинок“. Автор — ученица 3-го курса».

Учитель, улыбаясь, включает режим директора:
— Посмотрим, что тут у нас...

Сцена: Новая жизнь
Место действия: Уютный коттедж на берегу теплого канала, который течет от Добротворской ТЭС. За окном — закат, чай с мятой, ноутбук с подключением к виртуальному миру Школы Богов.

Время действия: Спустя несколько лунных циклов после сделки с «Крайоном».

Я сидел в кресле-качалке, смотрел на волны и улыбался. На счету лежало достаточно арктурианских снежинок, чтобы ни о чём не беспокоиться до конца дней. Долг перед бухгалтерией погашен, скафандр продан на аукционе коллекционерам, а лопата с гравировкой «Собственность Школы Богов» заняла почётное место над камином.

Внутренний монолог:
«Пенсия. Наконец-то. Никаких искрящих ретрансляторов, никаких судов с корпорациями, никаких гекатонхейеров, копающих грядки… Хотя, признаться, по последнему я немного скучаю».

На столе завибрировал коммуникатор. На экране появилось лицо Председателя профкома.

Председатель:
— Вы не ответили на три официальных приглашения, коллега. Совет Богов настаивает.
Учитель:
— На чем настаивает? Я на пенсии. Официально. Вот справка от врача — «нервное истощение от общения с корпорациями и сторожами-многорукими».
Председатель улыбается:
— Именно поэтому вас и выбрали. Вы единственный, кто смог поставить «Крайон» на место, не потеряв участка. Совет Галактической конфедерации решил создать по образцу Школы Богов свою школу, в которой будут учиться все представители конфедерации, а так же те, кто еще не входит в ее состав. Совет решил: Школа Богов нуждается в новом директоре. В виртуальном мире, разумеется.
Учитель:
— Директоре?.. Виртуальном?..
Председатель:
— Да. Реальная Школа Богов — это бюрократия, церемонии и споры о приоритетах. А виртуальный филиал — место для экспериментов. Вы будете руководить обучением молодых богов, тестировать новые программы, внедрять нестандартные подходы. И, самое главное, — без риска для жизни. Никаких коронных разрядов, только код и алгоритмы.

Внутренний монолог:
«Виртуальный мир… Никаких лунных скафандров, никаких камней размером со скафандр. Только аватар, интерфейс и возможность учить тех, кто ещё не научился путать справедливость с бюрократией».

Учитель медленно говорит:
— И что я должен делать?
Председатель:
— Создавать курсы. Например:

«Как выиграть суд у корпорации, не потеряв участка»;

«Основы огородничества на Луне: от ретранслятора до теплицы»;

«Практическое применение сторожей;гексатонхейеров в сельском хозяйстве»;

«Арктурианские снежинки: как превратить валюту в капитал».

Учитель невольно смеется:
— Звучит заманчиво и... амбициозно.
Председатель повторил слова, когда-то сказанные Учителем:
- Кто родился Учителем, Учителем и умрет.
- А после смерти?
- Разумеется, Учителем!
- Обрадовали, - вздохнул учитель. - А когда я роман буду писать?
- На досуге.
— И ещё одно. Совет одобрил вашу идею — создать в виртуальном мире копию вашего лунного участка. Точь-в-точь: треугольник, антенна, ограда из камней, даже гекатонхейер с лейкой. Это будет учебная площадка. Студенты будут учиться защищать свои интересы, решать конфликты и… выращивать лунный салат.

Учитель:
— Хорошо. Я согласен. Но с условиями:

Я сам выбираю преподавателей — приглашу техников «Крайона», которые модернизировали ретранслятор. Пусть учат технологиям.

В программе будет модуль «Этика владения»: как использовать силу, не превращая её в оружие.

И да — гекатонхейер должен вести курс «Охрана и садоводство для начинающих».

Председатель кивает:
— Принято. Добро пожаловать, директор Школы Богов виртуального филиала!
Сцена 1: Тайны Школы Богов
Место действия: Главный зал Школы Богов. В центре — огромная доска с надписью: «Тяжело быть Богом?» — вопросительный и восклицательный знаки мерцают, словно ждут прикосновения. Вокруг — молодые боги, в глазах — смесь любопытства и высокомерия.

Время действия: Выпускной день.

Учитель стоял перед учениками, вглядываясь в их лица. Крылатые, светящиеся, с глазами, полными древней мудрости, — но в душе всё ещё дети.

Учитель сказал тихо, но твёрдо:
— Вы — Боги, а я ваш раб, приставленный к вам, чтобы вести в Храм Знаний — Школу Богов. Но помните: сила — не в крыльях, не в сиянии, не в магии. Сила — в памяти. Не забывайте своих родителей, не предавайте их, не отрекайтесь от них. Помните, какого вы рода-племени и чьих вы родителей дети.

В зале повисла тишина. Кто-то из богов усмехнулся, кто-то склонил голову.

Внутренний монолог Учителя:
«Они не понимают. Думают, что знания даны им от рождения. Но истинная мудрость — не в том, что ты знаешь, а в том, как ты это используешь. И в том, кого ты не забываешь. Они считают себя совершенными, но забыли главное: Бог без памяти — пустой сосуд. Без корней — нет роста. Без любви — нет силы.»

Сцена 2: Разговор с Жар-Птицей
После лекции Учитель поднялся в башню, где обитала Жар-Птица. Её перья переливались всеми оттенками огня, а глаза хранили память тысячелетий.

Учитель:
— Почему вы согласились сотрудничать со мной — простым смертным, Иванушкой-Дурачком, который однажды поймал вас?

Голос Жар-Птицы звучал, как шёпот пламени:
— Потому что я — Мать. И я вижу, как мои птенцы, ещё в скорлупе, уже готовы разорвать друг друга. Ты показал мне будущее: Брат пойдёт на Брата, Сила пожрёт Мудрость, а Память станет пылью. Ты научил меня бояться за них.

Учитель:
— Я учу их не магии, а человечности. Потому что без неё Бог — лишь пустая оболочка.

Жар-Птица:
— Ты прав. И потому я останусь здесь. Пусть они учатся у тебя тому, чего не знают Боги.

Сцена 3: Тайна снежинок
Я подошёл к витрине, где хранились арктурианские снежинки. Они мерцали, словно звёзды, но теперь я знал их истинную природу.

Внутренний монолог:
«Дети не догадываются, что эти снежинки — не валюта, не магия, не украшение. Это замороженные души умерших разумных существ. Каждая — целый мир, целая жизнь, сохранённая для вечности. Я стал Хранителем этих душ не ради власти, а ради шанса дать им новое дыхание — в тех, кто будет помнить.»

Учитель коснулся витрины. Одна снежинка вспыхнула, показав лицо старого крестьянина с бородой, пахнущего хлебом и землёй. Он кивнул Учителю, словно в благодарность.

Сцена 4: Выпускной
Молодые боги, получившие Нимбы — индивидуальные порталы выхода на Космический разум, — стояли перед доской. Каждый должен был нажать либо на вопросительный, либо на восклицательный знак.

Учитель (напутствие):
— Восклицательный знак — это путь силы. Вы станете Богами, чьи имена будут греметь в галактиках. Вопросительный — путь сомнения. Вы откажетесь от божественности, чтобы понять, что значит быть смертным: чувствовать боль, любить, терять.

Боги по очереди подходили к доске. Один за другим они нажимали на восклицательный знак. Свет озарял их лица, Нимбы начинали пульсировать энергией.

Ученик 1:
— Зачем сомневаться? Я — Бог!
Ученик 2:
— Сомнение — слабость.
Ученик 3:
— Я выбираю силу!

Последний из них, самый юный, замер перед доской. Его рука дрожала.

Юный Бог:
— А что будет, если нажать на вопросительный?

Учитель мягко сказал:
— Ты забудешь, что был Богом. Будешь жить как смертный. Чувствовать страх, радость, любовь. И, возможно, поймёшь, почему быть Богом так тяжело.

Он посмотрел на меня, затем на доску. Его палец медленно двинулся к вопросительному знаку…

Внутренний монолог Учителя:
«Наконец-то. Первый. Может, он станет началом новой эры — эры Богов, которые помнят, что они когда-то были людьми. Эры, где сила не затмевает мудрость, а память предков — не пустой звук. Он не просто выбирает путь — он выбирает сердце.»

Юный Бог нажал на знак. Его Нимб погас, а глаза наполнились слезами — первыми слезами в его жизни. Он повернулся ко мне и прошептал:
— Спасибо.

Сцена 5: После выпускного
Жар-Птица опустилась рядом с Учителем.

Жар-Птица:
— Ты дал им выбор. И один из них выбрал путь человека.

Учитель:
— Да. И, может быть, именно он однажды научит остальных, что быть Богом — не привилегия, а ответственность.
Жар-Птица:
— Ты не просто учитель. Ты — мост между мирами.
Учитель, улыбаясь, ответил:
— Я всего лишь Иванушка-Дурачок, который когда-то поймал Жар-Птицу. И теперь мы вместе учим Богов быть Людьми.

За окном рассветало. Первые лучи солнца коснулись надписи на доске: «Тяжело быть Богом?». Вопросительный знак мерцал чуть ярче, словно ожидая новых искателей истины.


Арктурианский профессор с беспокойством спрашивает:
- А как вы обеспечите безопасность экспериментов? Предположим, что кто-то придумает вечный двигатель, который использует энергию гнева?
Учитель улыбается:
— У нас будет «песочница» — защищённое пространство для опасных опытов. Всё, что выходит за её пределы, проходит автоматическую проверку на соответствие этическим нормам и базовым законам физики. А кураторы — опытные преподаватели — получают уведомления о нестандартных экспериментах.

Призрак древнего философа (его полупрозрачная фигура мерцает рядом с голограммой квантовой этики) медленно произносит:
— Мудрость… Вы говорите о мудрости, директор. Но разве не в ошибках рождается истинное понимание? Не слишком ли много ограничений?

Учитель:
— Ошибки — да, путь к знанию. Но не те, что уничтожают миры. Мы дадим студентам свободу, но обучим ответственности. Помните мой лунный участок? Я не просто отключил искрящий ретранслятор — я понял, как он работает, и заставил служить себе. Вот чему мы будем учить: не ломать, а переделывать; не бояться риска, но просчитывать последствия.

Чат;бот (его интерфейс мигает разноцветными огоньками) выдаёт вопрос:
— А как внедрить эти принципы в виртуальную среду? Какие алгоритмы использовать для оценки «практической пользы» проекта?

Учитель активирует голограмму — перед аудиторией возникает схема Школы Богов, где каждый сектор светится своим цветом:
— Смотрите. Вот «Лаборатория прототипов» — здесь проекты получают первые оценки от ИИ;экспертов. Вот «Полигон испытаний» — место для реальных тестов в смоделированных условиях. А вот «Галерея достижений» — сюда попадают проекты, доказавшие свою ценность. Каждый студент ведёт цифровой дневник: фиксирует гипотезы, неудачи, выводы. Успех — не только результат, но и путь к нему.

Бог с головой сокола наклоняет голову, его глаза;кристаллы сверкают:
— И что станет высшей наградой? Снежинки? Слава?
Учитель:
— Возможность. Лучший проект месяца получает доступ к архивам Арктурианской библиотеки. Топ;10 за цикл — приглашение на стажировку в «Крайоне». А победитель года… сможет реализовать свой замысел в реальном мире — например, построить теплицу на Луне или запустить спутник связи.

В зале поднимается гул одобрения. Председатель профкома, наблюдавший со стороны, выходит вперёд:
— Коллеги, кажется, мы нашли баланс между свободой и порядком. Директор предложил не просто программу — он создал экосистему, где любопытство ведёт к открытиям, а ошибки становятся уроками.

Учитель обводит взглядом аудиторию:
— Именно так. И помните: Школа Богов — это не место, где учат быть богами. Это место, где учат быть людьми. Даже если у вас сто рук, голова сокола или тело из света. Потому что настоящая сила — в способности превращать треугольник с антенной в сад, а конфликт — в сотрудничество. Кто готов начать?

Преподаватели поднимаются со своих мест. Голограммы вспыхивают, призраки склоняют головы, чат;боты генерируют одобрительные эмодзи. Арктурианец протягивает руку:
— Я в деле. Мой курс «Квантовая этика: как не взорвать вселенную любопытством» уже почти готов.

Призрак философа улыбается:
— А я подготовлю семинар «Ошибки титанов: чему нас учат провалы великих».

Учитель, чувствуя, как волнение сменяется уверенностью, активирует интерфейс управления:
— Отлично. Запускаем первый учебный цикл. Тема стартового задания: «Преврати проблему в возможность». Пусть каждый студент представит проект, решающий реальную задачу — хоть на Земле, хоть на Луне, хоть в сердце туманности Андромеды.

На экране перед ним появляется уведомление:
«Новый проект: „Двигатель на основе арктурианских снежинок“. Автор — ученица 3-го курса».

Учитель, улыбаясь, открывает файл:
— Посмотрим, что тут у нас…

Эпилог

За окном виртуального кабинета проплывают созвездия студенческих идей: корабли на силе мечты, сады в вакууме, мосты между мирами. Где;то далеко, на Луне, гекатонхейер аккуратно поливает лунный кактус, а ретранслятор мягко гудит, питая теплицу энергией галактик.

Учитель делает глоток чая — настоящего, земного, с ароматом мяты — и думает:
«Справедливость — это не равные участки. Это шанс каждому превратить свой треугольник с антенной в маяк для других. И если хотя бы один из моих студентов поймёт это… значит, всё было не зря».

Учитель неустанно повторял ученикам Школы Богов: «Вы – Боги, а я ваш раб, приставленный к вам, для того, чтобы вести в Храм Знаний – Школу Богов» и напоминал при каждом удобном случае: «Не забывайте своих родителей, не предавайте их, не отрекайтесь от них, а помните какого вы рода – племени и чьих вы родителей дети.»
Богам не нужна Школа Богов. Так как они от рождения наделены глубинными истинными Знаниями Всего. Почему же Жар – Птица согласилась сотрудничать со мной – простым смертным – Иванушкой – Дурачком, который однажды поймал ее? Потому, что Жар – Птица тоже Мать. И не всегда довольна своими детьми. Я показал ей то будущее, которое ждет ее птенцов, находившихся еще в скорлупке и пояснил ей почему Брат пойдет на Брата.
Я учил Богов и их Детей не магическим наукам, а быть Людьми. Почему? Я открою для вас главную Тайну Богов. При входе в Школу Богов написано: «Тяжело быть Богом» и стоит вопросительный и восклицательный знак. Получив на Выпускном в Школе Богов Нимб –индивидуальный портал выхода на Космический разум и чин младшего Бога – практиканта, уже не Ученики, а Боги, на рассвете приходят к этой таблице и нажимают по очереди на вопросительный или восклицательный знак, решая свою Звездную Судьбу. Еще никто из выпускников не нажал на вопросительный знак, а, ведь, он не случайно размешен на этой Доске.
Детям и невдомек было, что снежинки те непростые. И не золотые и не волшебные. Это были замороженные для сохранности души умерших разумных существ. Благодаря своей хитрости Учитель стал Хозяином арктурианского банка душ умерших и не родившихся разумных существ со всех Миров, Времен и Измерений, которыми и заменил души людей, когда над Руським Миром, созданным Иванушкой - Дурачком из всяких букашек, да таракашек и свободных хлебопашцев - смердов, пахших житным хлебом и верой предков славной, данной им Даждьбогом, нависла смертельная угроза от слуг арктурианских воинов Тьмы.
Рассказ небольшой, поэтому я опубликую его полностью:

После долгих поисков я нашел Алену в заброшенном шалаше на берегу реки. Заглянув внутрь, я увидел ее сидящей на куче сена. Перед ней стояла раскрытая коробка со старыми елочными игрушками – десяток потускневших толстостенных стеклянных шаров с облупившимся серебристым покрытием, да несколько разнообразных картонных зверушек, покрытых когда – то серебристой фольгой. Игрушки были бережно обложены ватой. Дед Мороз из папье маше в долгополом тулупе с облупленным носом более похожий из – за старости на бомжа. Грецкие орехи, обернутые в конфетную фольгу. Неиспользованная хлопушка с конфетти и несколько рулончиков серпантина.
- Смотри, какое сокровище я нашла! – с глазами светящимися счастьем, воскликнула она.
- В самом деле, сокровище! – согласился я с ней. – А больше здесь ничего случайно не завалялось?
- Завалялось, - сказала она и прошептала: - Целая коробка заколдованных людей, которых злой волшебник превратил в букашек – таракашек. А еще в конфетной коробке лежит страшный огромный паучище с вот такими мохнатыми лапами, - показала она руками размер лап паука.
- Ого! – воскликнул я с притворным ужасом, так как, со слов Алены, паук и, в самом деле, был ограмадный – размером с футбольный мяч, никак не меньше.
- Как же он в спичном коробке поместился? – так же шепотом спросил я у нее.
Алена задала мне резонный вопрос:
- А откуда ты знаешь, что паук лежит отдельно от всех букашек в спичечной коробке, ведь я тебе говорила про коробку из – под конфет?
Я с досадой почесал пятерней в затылке.
- Рассказывай! – потребовала она у меня. – Это твоя коробка? Ты не добрый Сказочник, а – Злой волшебник, который и меня заколдует в Царевну – лягушку?
- Пренепременно! – страшно пробасил я и добавил своим обычным голосом: – Будешь руки забывать мыть перед едой, превращу в противную пучеглазую жабу.
Ага, щас! Не на ту, как говорится, напал! Этого дьяволенка - Алену – напугать было просто невозможно. Она показала мне язык и воскликнула:
- А меня Иванушка – дурачок расколдует, вот! Поцелует в губы, и стану я Василисой – премудрой, вот! И в школу ходить не надо будет.
- На всех лягушек дураков не хватит, чтобы их всех перецеловать, - заметил я. – Кстати, хорошо, что напомнила про школу. Завтра первый звонок. Ты погладила школьную форму?
- Успею, беспечно заметила Алена.
Насупив брови, я, как можно строже, сказал ей:
- Разговорчики в строю! Шагом марш домой: мыться – умываться, косички заплетать, да в школу собираться.
- Еще рано, - заканючила Алена. – Давай здесь еще чуть – чуть посидим. Здесь так хорошо, уютно и… - не могла она подобрать нужное слово.
- Таинственно, - подсказал я ей.
- Угу. А чей это шалаш?
- Одного маленького очень одинокого мальчика.
- Такого, как я?
Я притворно возмутился:
-Ты?! У тебя есть я! – напомнил я ей и обиженно надулся.
Алена прижалась ко мне и чмокнула в заросшую щеку.
- Фу, какой колючий!
Она избегала называть меня дедушкой, так как помнила своих родных. Алена обращалась ко мне по - разному: то называла меня «мой Сказочник», то «мой старый добрый друг», но чаще обходилась придуманным ею неологизмом: «дя – Толь».
- Завтра обязательно побреюсь, - пообещал я ей. – Пошли, действительно, уже поздно – солнышко спряталось.
Алена, закрыла коробку со старыми новогодними елочными украшениями и спрятала под сено в углу шалаша. После чего, пригнув лишь голову, вышла на берег. Мне же пришлось выбираться на четвереньках. Увидев меня, Алена прыснула со смеху:
- Ты как настоящий Конек – горбунок!
Выдернув из волос пару соломинок, я буркнул:
Раньше ты меня называла Сивкой – буркой, когда я тебя по спальне катал.
- Я тогда еще маленькой была.
С трудом разогнув спину, я выпрямился. В спине что – то подозрительно хрустнуло.
- Укатали Сивку – бурку крутые горки! - пожаловался я. – Раньше – то я ого – го, какой скакун был!
- Дятоль, ты еще у меня хоть куда, - заверила меня Алена. – А давай еще чуть – чуть посидим, - предложила она. Посмотри, сколько звезд на небе. Ой! – завизжала она от восторга. – А одна звездочка упала. Еще одна!.. Еще!.. Дятоль, небо падает!
- Это просто звездный дождь. Каждый год в середине августа бывает звездопад.
- Маленькие звездочки в школу отправляются, - с видом знатока сказала Алена.
- Вот именно. Пошли, пора.
-А как их называют?
- Кого?
- Ну, эти звездочки, которые летят в школу.
- Персеиды.
- А их много?
- Три тысячи.
- Ого! А кто звезды сделал?
Я взял ее за руку и шепнул на ушко:
- Иванушка - дурачок вместе с друзьями. Это его, между прочим, шалаш.
- Да?! Недоверчиво спросила Алена.
Я утвердительно кивнул головой и, опережая очередной вопрос, пообещал:
- Если быстро управишься, расскажу перед сном сказку.
- Про Иванушку – дурачка?
- Угу.
- Как он звездочки делал?
Я утвердительно кивнул головой и предупредил:
- Если быстро управишься, а не будешь по своему обыкновению копаться.
Вечерняя сказка, которую я рассказывал Алене перед сном, стала нашей традицией. Правда обычно я находил в интернете старый советский мультик и включал Алене перед сном волшебное зеркало – компьютер, который прекрасно справлялся с ролью сказочника. Днем же Алена смотрела обучающие мультфильмы – и ей интересно, и мне не мешает. Минут через десять я услышал крик:
- Я уже лежу.
Подходящей случаю сказки не нашлось, поэтому пришлось выдумывать на ходу.
Во времена древние – былинные, еще до начала Времен, в тридевятом царстве, в тридесятом государстве, жил на Земле гордый свободный народ, которым правила княгиня из старинного знатного рода, почитавшего Жар – птицу своей прародительницей. Мудрая была княгиня, за что и любил ее простой люд. Правила она по законам, которые батюшка завещал: от произвола бояр свободных хлебопашцев защищала. Брала с урожая лишь десятину. На чужие земли не зарилась, но сильную дружину на границах держала, чтобы соседи на ее земли не заглядывали.
Народ веру предков не забывал: Солнцу – Батюшке и Земле – Матушке поклонялся, называя себя внуками богов. В центре града находилось капище Перуна и храм с разноцветными куполами точно перышки Жар - птицы, который построила княгиня.
- А как называлось то царство? – спросила Алена.
- Святая Русь.
Было у царицы трое сыновей – богатырей. Младшего звали…
- Иванушка – дурачок, - подсказала Алена.
- Ну, конечно же, Иванушка – дурачок. Без него и сказка – не сказка.
- Так положено, - заверила меня Алена.- Ты не думай, он хороший - самый умный из братьев, -успокоила меня Алена -. Его старшие братья так прозвали, за то, что он не для себя, а для людей живет. – После чего неожиданно прильнула к Сказочнику, словно догадываясь, что тот рассказывает ей не старинную народную сказку, а вспоминает свою жизнь. – Ты не думай, я люблю тебя…Сказочник. Ты такой… такой… - замялась она.
- Какой?! – сделав обиженный вид, украдкой смахивая слезу.
- Ну… - смутилась Алена. – Добрый, вот какой! – выпалила она и чмокнула меня в щечку. – Совсем, как Иванушка – дурачок. Можно я тебя буду так называть?
- Ну – ну! – пригрозил я ей пальцем. – Скажешь тоже! Иванушка – дурачок…С чего это ты так решила?
- А ты такой же добрый, как Иванушка – дурачок – балуешь меня и никогда не кричишь, если я напроказничаю. Детей в строгости держать надо! – огорошила она меня.
- С чего это ты решила?
- Волшебное зеркальце сказало.
- Опять компьютер без моего разрешения включала?! Я же его заколдовал – ограничил доступ паролем.
- Фу, пароль… Делов – то - на пять минут! Я с первого раза догадалась, - обрадовала меня Алена. – Ты же сам научил меня как закрытые двери открывать.
- Как?!
Алена огляделась по сторонам. Убедившись, что кроме нас в детской никого нет, сообщила:
- Сим – Сим, откройся.
Мысленно обругав себя последними словами, я с тревогой спросил:
- А что еще тебе волшебное зеркальце нашептало?
- А, всякую ерунду – тебе неинтересно.
- На каких сайтах ты была?
- Для девочек.
Я с облегчением вздохнул.
- Ты рассказывай, рассказывай! – поторопила меня Алена. Чтобы перевести разговор на другую тему, спросила у меня: - Не пойму я, почему Иванушку дураком обозвали, ведь он всегда самым умным в сказках оказывается.
- Дураком наши предки называли мудрых людей, которые мыслили за гранью разума.
- А почему?
Я пояснил:
- «Ду» - это два, «Ра» - солнце, «К» - позднее присвоение. А все вместе получается: человек мыслящий в двух и более категориях.
Округлив от удивления глаза, Алена воскликнула:
- Вот оно как?
- А ты думала? Только, молчок! – предупредил я ее. – И продолжил: - Царевы дети штудировали «Голубиную книгу».
- Какую – какую?
- «Голубиную». На самом деле правильное ее название «Глубинная книга» - в ней речь идет о сотворение Мира, о том, как люди появились и кто были наши предки. В ней можно найти ответы на все – все вопросы.
- Эх, вот бы почитать! – мечтательно вздохнула Алена. – Жаль, что она только детям Жар – птицы доступна.
- Вовсе нет! Ее можно и в интернете сегодня найти.
- Правда?
- Зуб даю! – поклялся я.
Алена прыснула в кулачок и лукаво посмотрела на меня.
- Так вот, почему, Сказочник, у тебя зубов совсем не осталось?
- Почему?
Я хмыкнул:
- Сладкое люблю, особенно леденцы – петушка на палочке, вот и остался без зубов. Не будешь зубы по утрам чистить и свои потеряешь.
- Не, останутся! У меня – молочные. Эти выпадут, новые вырастут. Вот их и буду чистить.
- Свежо предание, да верится с трудом.
- Иванушке – дурачку наука легко давалось, - продолжил я. - Старшие братья за это его, пуще прежнего, возненавидели. Поэтому, выполнив задание, он бежал на берег реки, где в укромном месте у него был из камыша построен шалаш. Здесь он и проводил все свое свободное время в компании лягушек, головастиков, жучков – паучков, бабочек, стрекоз и прочей живности, которые и стали для него друзьями. Когда удавалось, сбегал сюда и ночью. Ляжет на душистое сено. Подложит руки под голову и часами смотрит на звездное небо, мечтая о том, что построит большую лодку или плот; запряжет в нее стаю лебедей и улетит далеко – далеко в неведомое далеко за тридевять земель, прихватив с собой своих закадычных друзей. Так и засыпал под звездным небом, оказываясь во сне в самых дальних уголках Вселенной.
Однажды, во время своих ночных странствий, он увидел у дороги неказистую ярко освещенную избушку, куда и зашел, чтобы напиться воды. Возле огнедышащего горна стоял еще крепкий седобородый старец в прожженном кожаном фартуке, который был одет на голое тело. Он стоял спиной к входу и не сразу заметил Иванушку – дурачка. Повернувшись, он заметил гостя, но ничего не сказал. В руках у него были здоровенные клещи, которыми он вытащил из горна раскаленный добела прут. Положил его на наковальню и согнул один его конец в петельку. После чего положил его обратно в горн. Затем, так ничего и, не сказав Иванушке – дурачку, молча вытащил из стойки длинную железную пустотелую трубку. Поднес ее к соседней печи, несколько раз повернул, чтобы на нее налипло стекло. После чего, не переставая вращать, выдул голубой стеклянный шарик, с которым направился к печи.
Мельком глянул на Иванушку – дурачка и приказал:
- А ну –ка, подсоби!
- А что делать – то надобно, дедушка?
- Возьми клещи и вытащи из горна железку. Сдюжишь?! – сказал он, изучающе оглядев его с ног до головы.
- А - то, чай не впервой! – хвастливо заметил Иванушка – дурачок. – Приходилось не раз коней подковывать.
- Ну – ну, поглядим! – буркнул кузнец. – Все вы на словах молодца, а как до дела дойдет, оказывается, что руки не из того места растут.
Иванушка – дурачок ловко вытащил из горна раскаленный добела прут, оказавшийся на удивление тяжелым, и спросил: - Куду его, дедушка, на наковальню?
- Я те дам на наковальню! В руках держи. Сдюжишь?
- Постараюсь. Но тяжел больно.
- Тащи его сюды!
Иванушка – дурачок крякнул от натуги, но прут не выронил.
- Молодца! – похвалил его кузнец и подошел к Иванушке – дурачку со стеклянным, пыщущим жаром шаром. – Суй эту загогулину в шар, только осторожно!
Иванушка – дурачок попытался просунуть прут в шар, но это ему с первого раза не удалось.
- Да ты не тычь его, а верти, голова – два уха. Верти, я сказал! Да не налегай, а то согнется. Придется все заново начинать.
Со второй попытки железка легко вошла в мягкую стеклянную массу. Кузнец покрутил несколько раз трубку, со светящимся изнутри шаром и воткнул в песок, чтобы шар остыл. После чего вышел из кузни. Сел на деревянный чурбачок и устало привалился спиной к стене.
- Там в колодце бочонок с квасом. Тащи его сюды!
Иванушка – дурачок вытащил из колодца ведро, в котором стоял полуведерный деревянный бочонок и отнес его кузнецу. Выдернув деревянную затычку, кузнец, запрокинув голову, сделал несколько жадных глотков.
- Ух, и ядреный квасок, аж в нос шибает! Угощайся, - предложил кузнец. - Кружку возьми, на столе стоит.
Ополовинив кружку пенистого кваса, Иванушка – дурачок вытер губы тыльной стороной ладони и похвалил квас:
- Хорош квасок, как у мамани.
Кузнец показал глазами на березовый чурбак, стоящий рядом.
- Садись, в ногах правды нет. Умаялся поди с непривычки?
- Есть маненько, - признался Иванушка – дурачок.
- А теперь рассказывай: кто таков, какого рода – племени, куда путь держишь, как к нам забрел?
- Иван – царев сын.
Кузнец с сомнением посмотрел на его порядком изношенные сапоги.
- Младший, - пояснил Иванушка – дурачок. – Приходится за старшими братьями донашивать.
Кузнец хмыкнул:
- Понятное дело.
- Они – сапоги – удобные. Ноги не натирают в пути.
- А где твое царство – государство находится?
Иванушка неопределенно кивнул головой в ту сторону, откуда пришел.
- Тама?
- Далече будет?
- Отсель - не видать.
- Неразговорчив ты, Иван – царев сын, как я посмотрю. Ты, главное не сказал, какого ты рода – племени будешь?
- Предания гласят, что Жар – птица наша прародительница.
- Вон оно как! – воскликнул кузнец и с уважением глянул на Иванушку – дурачка. Далеченько ты забрел, далеченько, - сказал кузнец и с сомнением посмотрел на его стоптанные сапоги. – Ума не приложу, как ты в такой обувке дорогу одолел. В сапогах – скороходах на дорогу и то не один год уйдет.
Иванушка – дурачок пожал плечами:
- Понятия не имею. Лежал на берегу реки в шалаше. Сквозь дырки на звезды смотрел. Закрыл глаза. Представил себе, как я сиганул на эту звезду.
- Что сделал? – переспросил его кузнец.
- Сиганул, ну прыгнул, то есть. Так здесь и оказался. Увидел камень при дороге. А на нем надпись…
- Ясно, дальше можешь не рассказывать. Шел, значит, шел и пришел.
- Угу.
- Ну а как вы живете в вашем царстве – государстве?
- Хорошо живем – сытно. Живем – поживаем, да добра наживаем. Жито – пшеницу сеем.
- А каким богам поклоняетесь?
- Солнце – Батюшкой называем, а землю – Матушкой.
- Ну а ты чем занимаешься, кроме того, что на бережку лежишь, да на звезды сигаешь?
- Книгу Голубиную изучаю.
- Вон оно как!.. – сказал кузнец и с уважением посмотрел на Иванушку – дурачка. И о чем же книга та?
Иванушка – дурачок процитировал отрывок из «Голубиной книги»:
«От чего у нас начался белый вольный свет?
От чего у нас солнце красное?
От чего у нас млад-светел месяц?
От чего у нас звезды частые?
От чего у нас ночи темные?
От чего у нас зори утренни?
От чего у нас ветры буйные?
От чего у нас дробен дождик?
От чего у нас ум-разум?
От чего наши помыслы?
От чего у нас мир-народ?
От чего у нас кости крепкие?
От чего телеса наши?
От чего кровь-руда наша?
От чего у нас в земле цари пошли?
От чего зачались князья-бояры?
От чего крестьяны православные?» http://www.litra.ru/fullwork/get/woid/00345821231862344106
- О, то славное дело, славное. Что ж, Иван – царев сын «делу – время, потехе – час». Пора и за работу. И тебе пора в путь – дорожку. Не знаю как тебя и благодарить за помощь.
- Что вы, дедушка! Какая благодарность? Я у вас еще бы остался, да, боюсь, матушка обеспокоится.
- Матушка, говоришь? Что ж, тогда ступай с Богом. Постой, возьми хоть сапоги – скороходы. Завалялись где – то. Они мне без надобности. – Кузнец зашел в пристройку и вышел оттуда, держа в руках пару запылившихся сафьяновых сапог с загнутыми носами. Отер их фартуком, стирая вековую пыль и протянул их Иванушке – дурачку. – Держи, в них ты вмиг домой домчишься.
Иванушка – дурачок испуганно замахал руками:
- Что Вы, дедушка, не надо, не надо! Если старшие братья их увидят, отберут. Я как – ни будь, сам доберусь.
- Долог путь обратный, - предупредил его кузнец.
- Ничего, я глаза зажмурю и – как сигану, вмиг обернусь.
- А смогешь?
- А как я к Вам добрался?
- Оно, правда, только – «сигануть» мог. Чем же мне тебя отблагодарить за помощь – то, ума не приложу.
- Дедушка, а Вам вон те кособокие шарики нужны? – спросил Иванушка – дурачок, показывая в угол кузни, где были свалены в кучу несколько десятков кособоких стеклянных шариков – отходы производства.
- А зачем они тебе?
- На день Коляды елку наряжу.
- А когда же та Коляда?
- В день зимнего равноденствия. – И без просьбы кузнеца рассказал ему об этом прекрасном празднике: - Коляда - сын Даждьбога.В этот день старое солнце умирает и новое нарождается. Народ неделю гуляет. Ряженые в масках по дворам ходят, колядки поют. Деревянное колесо – символ Даждьбога поджигают, да с горки пускают. Игрища веселые устраивают.
- Веселый праздник, - согласился кузнец.
- Грех грустить в этот день. Новое солнышко народилось. Зима на лето поворачивает. Все веселятся, вот и я хочу для своих закадычных друзей – жучков – паучков и зверушек разных, праздник Коляды устроить. Елку шарами нарядить, да мишурой всякой. Попрошу маманю печенье испечь в форме разных зверушек. Хоровод возле елки устрою, что бы у них – дружбанов моих, тоже был праздник.
- Славное дело удумал! – одобрительно заметил кузнец. – Солнышку всем жизнь дарует. Оно - исток и начало всему сущему в мире. Бери, Иван – царев сын, сколько унесешь, - не жалко. Только осторожнее с ними будь! – предупредил он. – В них огромадная, неведомая для тебя, сила сокрыта.
Иванушка – дурачок стянул с себя исподнюю рубаху и, связав рукава узлом, стал бережно складывать в нее разноцветные стеклянные шары. Голубой шарик, белый, красный, коричневый, совсем черный. В одном из шариков, вдавленном сверху, едва светилась крохотная искорка. Кузнец взял его в руки. Дунул. Искорка вспыхнула. По стеклу побежали радужные полосы, но тут же погасли.
- Нет, показалось, - удрученно вздохнул кузнец.
- Можно я попробую? – попросил Иванушка – дурачок.
- Что попробуешь – то, чудо гороховое?
- Звездочку разукрасить в радугу.
- Пустое! В ней все есть, чтобы засиять сверхновой звездой, но она – мертва.
- C любовью надо, попросить и сердечко засияет всеми цветами радуги – дуги.
- Какое еще сердечко?
- Шарик этот. Он сверху приплюснут и похож на человеческое сердечко.
Кузнец недоуменно повертел шарик в руках.
- В самом деле, сердечко. Держи! - сказал кузнец и неожиданно бросил стеклянное сердечко Иванушке – дурачку.
Иванушка – дарачок не растерялся – поймал его двумя руками и, чтобы не упустить, прижал его к груди. После чего нежно погладил и прошептал:
- Перепугался маленький? Не дрожи, я тебя никому в обиду не дам. С собой заберу, на елку повешу на самую макушку. Только ты свети поярче, чтобы из самого далеко гости могли найти дорогу на нашу Коляду. Иванушка – дурачок раскрыл ладони, на которых лежало стеклянное сердечко размером с кулачок и радужно переливалось всеми цветами.
Кузнец недоуменно почесал макушку.
- Хм! Надо же, а я его хотел переплавить. Что ж, забирай с собой. Пусть потешит твоих букашек – таракашек. А теперь ступай!
Иванушка – дурачок поклонился в пояс, поблагодарил за подарки и пригласил кузнеца на Коляду, где ему всегда будут рады. После чего сильно – сильно зажмурился и оказался дома на берегу речки возле шалаша, куда и спрятал свои сокровища.
Не услышав очевидного вопроса от Алены о том, что это были за шарики, я глянул на нее.
- Спит, бедолага. Намаялась за день. Натянул ей до подбородка одеяло и тихонько вышел из спальни.

Получив от старших братьев очередную порцию подзатыльников, Иванушка – дурачок ушел на берег реки, где в укромном месте еще летом соорудил шалаш, в котором проводил летние месяца. Сугробы в этом году были знатные – снега намело по колено. С трудом нашел свой шалаш, который больше походил на берлогу. На четвереньках забрался внутрь и пошарил в сене. Нащупал шары. – Слава Богу, на месте! Что ж, скоро Коляда, а за ней Рождество и Новый год. Пора елку наряжать.
Здесь же в шалаше лежала коробка, наполненная до верха. Чего в ней только не было: засушенные кузнечики, бабочки, майские и прочие жуки, стрекозы, божья коровка, разноцветные перышки и многое – многое другое – «сокровища», сохранившиеся с детских лет.
- Вот и пригодились! – воскликнул Иванушка - дурачок. – Что ж, жучки – паучки, букашки – таракашки, бабочки, птицы, да зверушки всякие, хватит прикидываться мумиями! Просыпайтесь, да за работу! Коляда на носу, а елка неубранная стоит!
Ох, и закипела работа – любо – дорого посмотреть!
Алена проснулся посреди ночи. Темень, хоть глаз выколи. Поежилась от холода и попыталась натянуть на себя одеяло. Но не нашла его. Пошарила рукой по полу, но и пола не было – кругом была… вода. Попыталась протереть глаза и вместо своей руки увидела перепончатую лягушачью лапу.
- Ой, мамочка! – вскрикнула она. Но вместо крика из ее рта вырвалось громкое противное кваканье: «Квааа! Квааа! Квааа!»
Работа тем временем на берегу спорилась: белка украсила елку орешками, которые Иванушка – дурачок предварительно обернул в золотую фольгу от конфет. Мышонок щедро поделился своими запасами, разбросав их по веткам. Синички в клюве принесли ярко – красную рябину.
Иванушка – дурачок вытащил из сена свое главное сокровище – стеклянный разноцветный шарик в виде сердца, который ярко засиял в его руках.
- О, горячо! – перебрасывая его из руки в руку, воскликнул Иванушка – дурачок. – Как бы елка не загорелась. Пусть пока под ней полежит, а позже решим, что с ним делать. – Он положил стеклянное сердечко под елку. Снег под ним тут же растаял. Вскоре оттаяла целая поляна. Прямо на глазах выросла трава, зацвели подснежники. Но шарик стал светиться слабее. – Ясненько. Замерз, бедолага. – Иванушка – дурачок согрел его своим дыханием. Прикрутив к колечку на сердечке кусок проволоки, он повесил шарик на самый верх елки. Шарик тут же вспыхнул, переливаясь всеми цветами радуги, и ярко засиял, окрашивая снег на елках в разные цвета.
За его спиной послышалось покашливание.
- Ловко у тебя получается, Ванюша! – заметил старик, одетый в длинную домотканую рубаху, да видавший виды нагольный тулуп.
Иванушка – дурачок вздрогнул от неожиданности. Он с трудом узнал в старике, сидевшего на пеньке возле шалаша, кузнеца, который подарил ему новогодние стеклянные шарики, в том числе и сердечко, которое весело светило на макушке елки. С момента памятной встречи прошло лишь несколько месяцев, но как же изменился кузнец. Плечи опущены. Длинные нечесаные засаленные седые волосы спутанными прядями лежат на плечах. На лбу вместо золотого обруча кожаная веревка. Богатырские плечи поникли. Мозолистые руки бессильно покоятся на коленях, сучковатый деревянный посох лежит на снегу в ногах, обутых не валенки или сапоги, а разношенные лапти, из которых торчат пучки грязной соломы. Нищие перед собором и то лучше одеты.
- Здравствуйте, дедушка! – со всем почтением, кланяясь ему в пояс, поздоровался с ним Иванушка – дурачок.
- Здоров будь, внучок! – не вставая, лишь кивком головы, поприветствовал его кузнец. – Помнится, на Коляду зазывал, вот я и нагрянул. Как, внучок, не прогонишь?
Иванушка – дурачок испуганно замахал руками:
- Что вы, дедушка, как можно?! Вы для меня самый желанный гость. - Только я не ваш внук, не настоящий, названый.
- Был названый, а стал родной, да еще и единственный. Так – то вот, Ванюша. Не зазорно тебе – цареву - сыну бездомного нищего странника дедушкой называть?
….- Как можно, дедушка?! «Горе и гибель тому народу, который не почитает стариков».
- Ладно говоришь, Иванушка. Кто науку – то сию преподал тебе?
- Матушка. Идемте. Дедушка, я Вас представлю ей.
- Спасибо, Иванушка, да притомился я в дороге. Путь – то неблизкий в твое царство – государство, а сигать одним махом, как ты, я не умею. Здесь посижу – на пенечке.
- Сейчас я костер сооружу, чтобы не замерзли.
- Хорошо бы, - согласился кузнец.
Иванушка – дурачок быстро натаскал гору хвороста, благо далеко ходить для этого не пришлось. Когда костер разгорелся, принес скромное угощение: ломоть черного хлеба поверх которого лежал толстенный шмат розоватого сала, да луковица.
- Простите, дедушка, это все, что у меня есть. Идемте в терем. Матушка баньку велит истопить, за стол с гостями усадит.
- «Хорошо там, где тебе рады».
Странный гость, одетый в рубище, отломил кусочек корки и бросил его синичкам. После чего, перекрестившись, отломил второй кусок и стал с наслаждением его жевать.
- Духмяный хлеб. Кто пек – то?
- Матушка.
- Так она же – царица.
- Мы просто живем, без слуг.
Ничего не услышав в ответ, Иванушка – дурачок окликнул гостя, но тот, привалившись к дереву, задремал с недоеденным ломтем хлеба в руке, который дружно доклевывали синички.
Иванушка – дурачок шуганул их и погрозил пальцем:
- А ну, не баловать!
Из шалаша принес старое рядно, которым укрывался летними вечерами, когда ночевал в шалаше, и заботливо укутал ноги старику. Шумная компания зверушек тем временем успела нарядить елку на свой вкус. Иванушке – дурачку осталось лишь украсить ее стеклянными шарами и можно начинать веселье. Едва он успел повесить последний шар, как услышал голос старика:
- Быстро ты управился, внучок, - похвалил его гость. Все шары светятся, гирлянда переливается всеми цветами радуги, а сердце – то на макушке точно маяк посылает небесам приглашение на Коляду. Не елка – загляденье!
Иванушка – дурачок смущенно опустил глаза.
- Не хвалите меня, дедушка, а – ругайте.
- С чего это?
- Не углядел я. Паучище всю елку своей паутиной оплел. А когда сердечка на макушке коснулся – издох. Не знаю теперь, что и делать. Хотел снять с елки. Но только убрал его мохнатую лапу от сердечка, что на макушке сияет, гирлянда и погасла. А когда пригляделся к ней, оказалось, что это не гирлянда, а паутина – она и светится. Снежинки на паутину налипли, как алмазы горят.
- Красиво, - заметил старик, впрочем после того как он перекусил, «чем бог послал», да вздремнул, его и стариком было называть неловко – плечи расправлены, на впалых щеках появился румянец, а в глазах появился прежний блеск.
- Знать, так и должно быть. Для какой – то надобности Господь создал сие адово творение.
Иванушка – дурачок усмехнулся:
- Нашу елку паутиной оплести, что б празднику помешать?
- Может быть, то и не паутина вовсе, а нить связующая миры, а может быть нить судьбы человеческой? Не огорчайся. Вон как елка – то празднично сияет – загляденье. Садись, Иван – младший царев сын, рядочком на пенек, потолкуем.
- Хорошо, дедушка, только вы чайку душистого из трав полевых испейте.
- А воду где взял. Снег натопил?
- Не, прорубь тут. Очистил ото льда, а там лягушка пучеглазая объявилась. И чего не спит, зима, ведь. К елке не идет, хоть и приглашал, но и в воду не прячется. Наблюдает. – Иванушка – дурачок подкатил пенек, заменявший ему стол, на который водрузил закопченный чайник, да две простых помятых оловянных кружки. В такой же тарелке золотились соты с медом.
- А мед – то откуда?
- Пчелки поделились – целую тарелку не пожалели.
- А как же они соты – то дотащили, такие крохи? – не поверил ему старик.
- Да им Потапыч помог. Проснулся бедолага. Берлога его неподалеку. Злой спросонья, а как увидел елку, подобрел. На праздник напрашивается. Можно?
- Ты хозяин, вот и решай, кто у тебя гость званый, а кто желанный. Зверушек – то твоих не потопчет? Ишь, сколько их набежало! – сказал старик, одобрительно качая головой.
- Обещал в сторонке посидеть.
- Много ты гостей созвал, - сказал старик, оглядывая зверушек суетившихся возле елки.
- Сами пришли на огонек. И волчок – серый бочек, и зайчик – побегайчик, и лисичка - сестричка, и конек – горбунок. Ждут – не дождутся. Всем хочется Коляду встречать - привечать.
- А братья – то чего ж не пришли, не пригласил? Приглашал. Чураются они меня.
- Что ж так?
- Говорят, с «кем поведешься, от того и наберешься».
- А батюшка что ж?
- Занят. У него дела державны.
- Ну, а матушка?
- Всплакнула, вздохнула, да по голове погладила.
- Так - таки ничего и не сказала?
- Сказала, что попозже заглянет, когда гости разойдутся. Зато полденежки дала на петушка на палочке.
- Да ты, Иван – царев сын, богач, как я погляжу! – усмехнулся старик.
- А вы не смейтесь, дедушка. Полденежки те оказались не простыми.
- Никак золотыми?
- А вот, вы послушайте. Пошел я на базар, чтобы петушка на палочке купить, да нищего встретил. Ему и отдал полденежки, чтобы и он Коляду отпраздновал. Дальше пошел, а в снегу золотой сверкает.
- То – то радости, поди было?
….- А что ему – золотому – то – радоваться?
- То есть как, золотой же!
- А какой с него толк? Братья отберут, да еще и тумаков надают.
- А тумаки – то за что?
- За то, что рядом не посмотрел. Может быть, там не один золотой – то был.
- Понятное дело! И как же ты золотым распорядился? Поди, леденцов купил?
- Все - то вы шуткуете, дедушка! Это ж целый воз петушков! Живот склеится от такого количества.
- Так не ешь сразу.
- Люблю сладкое. Не могу остановиться, пока все не съем, - признался Иванушка – дурачок. Да и матушка говорит: «Чужое возьмешь - свое потеряешь». Вот я и отдал золотой погорелице с дитям, которого она грудью кормила.
- Вот за это тебя хвалю. Что ж, петушка на палочке так и не купил?
- Дальше пошел. А в сугробе горшок разбитый валялся. Я его пнул от нечего делать, а оттуда золотые, серебряные, да медные монеты посыпались.
- Выходит, что матушка, в самом деле, тебе волшебные полденежки дала?
- Выходит, - согласился Иванушка – дурачок. – Полну шапку денег наложил. Еле дотащил до храма, что матушка строит.
- От счастье – то привалило, так привалило! – усмехнулся старик.
- То матушкино золото оказалось. Монахи по всему царству на храм собирали. На них в лесу лихие люди напали, да золото и отобрали. В трактире на радостях напились, да поубивали друг друга. А про золото никто и не знал. Горшок на виду лежал, да никто не позарился на него потому, что разбитый был.
- Выходит, что полденежки, что матушка тебе дала не простые оказались, а волшебные. С их помощью ты украденное золото, что народ на храм по копеечки подавал, собрал.
- Все до единой монетки. Погорелица и та золотой принесла. Сказала, что не хочет брать грех на душу. При монастыре поживет.
- И я не буду брать грех на душу, - сказал старик и протянул ладонь, на которой лежали полденежки, которые дал ему Иванушка – дурачок, приняв за нищего.
- Так это Вы были, дедушка?! – воскликнул Иванушка – дурачок. – А что же сразу ко мне не пришли?
- Прости, Ванюша, решил экзамен тебе для начала учинить.
- Зачем?
- Золото – коварная вещь. Мало кто устоит от соблазна. Мои дети, во всяком случае, не смогли. Спасибо тебе, Иван – царев сын.
- За что? – удивился Иванушка – дурачок.
- За то, что веру позволил сохранить в человека. Боги – то не оправдали мои надежды, возложенной на них.
- Расскажите, дедушка, что стряслось с вами, почему Вы в рубище одеты?
Старик нахмурился.
- Нечего и рассказывать – старая, как мир история. Решил я от дел отойти на покой. Пусть дети правят тем миром, который я для них создал. Разделил царство свое меж сынами и дочерей не забыл. К одному пришел, а он меня на порог не пустил. Другой заявил, что знать меня не знает, так как ему досталось меньше, чем брату. У третьего на меня и вовсе собак спустили…
- Как можно, дедушка, ведь Вы отец их! На свете все найдешь, кроме отца с матерью.
- Это ты моим деткам расскажи. Власть и богатство портят и людей, и богов. Из зависти дети переругались между собой и начали братоубийственную войну. Единый мир, который я пытался выковать, скрепив железными скрепами, вмиг рассыпался.
- Надо было вразумить их! – с жаром воскликнул Иванушка – дурачок.
- Как?! Сжечь на дьявольском огне, отправить в пекло? Как, я тебя спрашиваю?!
Иванушка – дурачок развел руками:
- Я не знаю.
- Знаешь! Знаешь лучше меня! И преподал мне наглядный урок.
Иванушка – дурачок обалдел от этих слов.
- Я?!
- Именно ты! Обыкновенный человек, которого братья считают дураком из – за того, что он витает в облаках. – Кузнец показал на украшенную елку и зверушек, которые суетились возле нее.- Как?! Как скажи на милость, ты заставил этих букашек – таракашек наряжать елку? – возопил он, и небеса пророкотали громом, который прогремел посреди зимы: - Как?! – Кузнец гневно ударил посохом об землю, и с неба низверглась молния. Зверушки с испуга попрятались кто куда. – Прости, Иван – царев сын, - смущенно проговорил кузнец, - испортил вам праздник. Но меня бесит, что тебе удалось сделать то, на что я потратил многие годы. Стеклянный шарик в виде сердца, в котором лишь чуть теплилась искорка жизни, готов вспыхнуть сверхновой и взорваться мириадами новых миров, а те коричневые цацки, что я выбросил за ненадобностью, начали пульсировать. А вместо железной цепи паучок оплел их невидимой паутиной, которая покрепче железных цепей соединила в единое целое разрозненные миры. Это выше моего понимания.
Иванушка – дурачок попытался его успокоить:
- Не расстраивайтесь, дедушка, я не виноват – все само собой как то получилось. Я просто хотел устроить праздник для всех – Коляду. Дружной веселой компанией встретить рождение нового солнышка.
Кузнец усмехнулся в усы:
- И тебе это, Иван – царев сын и мой внук, кажется, удалось. Но я не возьму в толк, как? И поэтому я – взбешен. Научи, Иванушка.
Иванушка – дурачок покраснел от стыда:
- Я?!
- Именно ты, Ванюша. Ты даже не понимаешь, какое великое дело ты сотворил.
- Я просто с друзьями елку нарядил, - потупя очи в землю, сказал, оправдываясь, Иванушка – дурачок.
- Рассказывай! – потребовал кузнец, и устало сел на пенек.
- А и нечего рассказывать. Братья, прознав про то, что я целый горшок с золотом на храм отдал, обозвали меня балбесом и дубиной стоеросовой, да хорошенько отдубасили.
- Обиделся?
- Я привык. Обидно другое было: братья решили, что я подлизываюсь к матушке, чтобы та уговорила папеньку трон мне отдать, а не старшему сыну, как положено. Горшок с золотом себе заграбастал, а им – родным братьям - даже по одной – единственной монетке не дал - пожалел. А они так любят меня, несмотря на то, что я – круглый дурак. Вот я и решил Коляду не с братьями праздновать, а со своими друзьями. У нас с ними одно общее горе на всех. Только Вы нашему горю помочь можете.
- Какое? – нахмурившись, спросил кузнец. – Готов помочь вашему горю. Рассказывай! – потребовал он.
- А такое горе у нас, дедушка, что не нравится нам этот жестокий и несправедливый мир, а исправить его мы не в силах.
- Да и мне он не нравится, - признался кузнец. – Что же, прикажешь изничтожить его? Но другой – то не лучше прежнего окажется, а то и хуже. Я попробовал, но сам видишь, что из этого получилось. Но вашему горю я готов помочь. Рассказывай!
- А такое у нас горе, дедушка, что никто из нас не знает своих дедов – прадедов, а многие из зверушек и свою матушку и батюшку.
- Не может такого быть!
- Может дедушка, еще как может! Лягушка – квакушка икру отложила и поскакала к озеру, чтобы нового жениха сыскать. Ей и дела нет до ее детишек. Она и ведать не ведает того, что головастики – ее детишки – не в озере родятся, а – луже, которая пересохнет, когда солнышко пригреет.
- Вон их сколько, несмотря на зиму, под елкой собралось. Знатно горланят на все голоса.
- А потому они квакают, дедушка, что летом я их всех до единого головастика из лужи – то выловил, да в речку выпустил. Вот они и благодарят меня.
А еще тут одна рыбка завелась заморская, которая сроду в нашей речке не водилась. Она не икру откладывает, а живых мальков мечет. Ее и матерью – то грех назвать.
- Это еще почему?
- А она их тут же заглатывает, вот почему! Не свой род она хочет продолжить, а свою жизнь. Сама свое потомство пожирает, словно ее проклял кто. Не правильно это. Так не должно быть.
Кузнец согласился с Иванушкой – дурачком.
- Да, Иванушка, не дело это! Не так должно быть. А вот как, я и не знаю. Да и не в моих силах что – либо изменить. Силу – то свою я детишкам отдал. Один этот посох и остался при мне. Ты мне давеча паука страшного показывал, что деревце твое для Коляды наряженное паутиной мерзкой оплел. Кажется, я догадываюсь, что это за паук. Старшего – то своего сына, который меня на порог не пустил, я в сердцах проклял и сказал, что как он с отцом поступает, так и дети с ним поступят. Прислушайся, у тебя – то слух острее моего, ничего не скребется в его животе?
Иванушка – дурачок встал и подошел к елке. Приложив к уху ладонь лодочкой, прислушался.
- Скребется, дедушка, да еще как скребется – то! Никак он живой?
- Мертв он, Ванюша. Мертвее не бывает. Умер еще до того, как сердечка, что радостно сияет на макушке, коснулся. Детишки, что плотью его изнутри питаются, убили его. В агонии он пытался хоть лапкой дотянуться до сердечка, да в муках издох. Скоро его потомство на свободу вырвется и оплетет весь лес своей паутиной.
- Не бывать тому! – воскликнул Иванушка – дурачок и бросился к елке.
- Стой, безумец! – остановил его кузнец. – Поздно уже что – либо менять. Поселил ты зло в своем доме, придется тебе, Ванюша, научиться с ним жить.
- Я его изничтожу! – с горячностью воскликнул Иванушка – дурачок.
- Зло, Ванюша, родилось вместе с добром. Это две стороны одной медали. Ответь мне на вопрос: паук имеет право на жизнь?
Иванушка – дурачок, не задумываясь, ответил:
- Конечно, ведь для какой – то надобности боженька сотворил его.
- Вот и подумай для какой. Посмотри, его детеныши успели прогрызть папашино брюхо и вырвались на волю. Попрятались среди иголок, попробуй - сыщи. Оставь их в покое. Им чем – то питаться надобно, они и сожрут друг – друга. Выживет один – два, которых и используй в своих целях.
- Как?
- Пусть они делают для тебя ту работу, которая тебе непосильна.
- Какую?
- Паутину плетут.
- Что с нее толку – то?
- Непростая – то нить, Ванюша. Разные миры она воедино соединила. - Помолчав, кузнец продолжил: - Горяч ты больно, Ванюша, ох, и горяч! Прежде дело делаешь, а потом думаешь.
- А как надо, дедушка?
- Наоборот, конечно. Не разум верховодит твоими поступками, а сердце. Но сердце – то у тебя необычайной доброты, любовью наполнено ко всем. Над мертвым мурахой плачешь – рыдаешь, головастиков спасаешь, чтобы они потом летом спать ночами не давали. Жучков – паучков закадычными друзьями считаешь. Так что и впредь свое сердце – голос души – слушай. А душа у тебя чистая, науками не испорченная. Ищи мудрость изначальную – божественную не в книгах ученых, а в земных каменьях, водах речных и морских, сиянии звезд небесных. Так что и впредь так же поступай – не по уму, а по совести живи. Я завсегда с тобой буду.
- Не радуйся прежде времени?
- Поутру мы расстанемся. Сегодня – самая длинная ночь в году. Утром новое солнышко родится. Старое умрет. Таков один из основных законов бытия. Закон отрицания отрицания. – И пояснил: - Новое рождается и живет, старое вырождается, дряхлеет и умирает. Но ты открыл мне глаза и я спокоен за мое творение – Космос. Ты открыл главный закон эволюции Вселенной – Закон Любви. Меня с тобой не будет. Но знай, ветерок подул, лаская тебя, то я хвалю тебя; ручеек журчит, то я с тобой разговариваю, совет мудрый даю. Огорчишь меня – тучка набежит, дождем прольется; ну а, ежели согрешишь, вопреки совести своей пойдешь, жди – бури-урагана. Ну, а молния с неба в землю ударит, знай, с пути истинного свернул.
Что же вы, птички – синички умокли, не чирикаете? Букашки – таракашки по норкам забились, и ты лягушка пучеглазая не квакаешь? Коляду надо праздновать, веселиться. Старое солнце умирает, новое рождается. Радоваться надо, да новое солнышко славить.
- Просьба у них есть к тебе, дедушка, да не смеют высказать ее. Позволь мне от их имени слово молвить?
Кузнец кивнул головой и Иванушка – дурачок продолжил:
- Живут они точно сиротинушки, ни матушки, ни батюшки не знаю. Просят Вашего согласия, стать их дедушкой названым. Ни хотят они детишек своих бросать на произвол судьбы, как их бросили, родительской плотью питаться.
- Такими их сотворили старшие мои сыновья. Ничего не изменишь. Выживает сильнейший – таков суровый закон жизни.
- Не хотят они больше жизни такой.
- Так жизнь устроена! Иначе быть не может.
- Может! – горячо воскликнул Иванушка – дурачок и привел пример: - Живет в реке семейная пара лягушат. Никогда не расстаются друг с другом. Так вот, после того как супруга икринки выметает, ее суженый собирает со дна их все до единой и во рту вынашивает, защищая от всяческих бед и напастей. Ни ест, ни пьет бедолага. Одной любовью к детишкам живет.
А другая лягушка икринки на спину пристраивает. Они слизью покрываются точно второй кожей. Так и таскает детишек на спине. А как время подходит, они с мамкиной спины спрыгивают и на волю – вольную гулять.
По весне из моря – океана рыба красная плывет куда – то в верховья речки, чтобы икринки выметать в родных местах, а назад не повертается вся погибает, жизнь, даровав новому поколению. И так год за годом.
Рак и тот икринки на брюхе вынашивает, своим телом защищая их от опасности. А еще я видел на побережье смешную каракатицу, которая икринки в подводной пещере откладывает. Ни на миг не отходит от них – круглосуточно стережет вход в пещеру. Не ест ничего, все щупальцами машет, чтобы вода не застаивалась. А перед смертью детишкам на прощание щупальцем махнет и навечно засыпает.
Пахари по весне семена жита в земле хоронят, чтобы они, умерев, новой жизнь проросли.
Вот как жизнь – то устроена по божьим заповедям. Мои друзья именно так хотят жить и впредь! - С горячностью воскликнул Иванушка – дурачок. И повторил свою просьбу: - Станьте для нас дедушкой названым, чтобы мы любили и поклонялись Вам, как главе всего нашего разноликого Рода.
Букашки – таракашки, да зверушки разные защебетали, заквакали, зажужжали на все лады, присоединяясь к просьбе Иванушки – дурачка.
- Хммм! – хмыкнул кузнец, зажимая уши от разноголосого, далеко не музыкального хора. Задумчиво повертел в руках свой посох. – «А что, может тряхнуть последний раз стариной, прежде чем на покой отправиться? Вдруг, из этих забавных зверушек получатся люди, которые не станут пожирать друг друга, а будут жить в мире согласия и любви. Я создавал людей по образу и подобию, которые будут властвовать над рыбами морскими, птицами, да зверями. А Иванушка – дурачок любовью добился того, чего не удалось моим детям – первые богам.
Сколько во вселенной планет, на которых не возникла разумная жизнь. Есть планеты – океаны, на которых рыбы вполне могут стать разумными существами. Птицы будут чувствовать себя как дома на газовых планетах – гигантах, а, закованная в панцирь черепаха, выдержит любое атмосферное давление. Крот будет счастлив в подземных городах на тех планетах, где жизнь на поверхности невозможна...
А что, это – идея! Стоит попробовать. Я пытался создать идеальный мир, а что из этого вышло? Мир насилия, борьбы и ненависти к себе подобным. А естественная борьба за лидерство вылилась в самоуничтожение, борьбу за выживание. Может быть, красота не в идеальных формах, а – разнообразии? Для кого – то жаба, покрытая бородавками, – идеал женской красоты» - думал про себя гость, задумчиво ковыряя посохом землю под ногами. Он еще раз с сомнением оглядел закадычных друзей Иванушки – дурачка – разномастных жучков – паучков, да зверушек, которые отказывались жить по законам, данным им свыше.
«Была – не была! Где наша не пропадала?! Хуже, чем сейчас, когда мои детишки уничтожают целые планеты, борясь за власть, не будет. Решено!» - подумал он, вставая.
- Что ж, жучки – паучки, рыбы, да птицы – внучата мои, старое солнце – Световит умирает, молодое – Коляда нарождается. Пора славить его, да веселиться. Новая жизнь начинается.
Дети родные отреклись от меня, зато вон, сколько у меня внучат нежданно – негаданно объявилось. Спасибо вам за любовь вашу бескорыстную. Вы выдержали свой главный экзамен на право быть разумными существами. Стройте новый мир по законам любви, мира и взаимопонимания, братской дружбы. Прощайте друг другу обиды и досадные недоразумения. Живите в едином мире, который своей любовью к вам построил Иван – царев сын, а теперь и мой.
- Внук, - поправил его Иванушка – дурачок.
- А матушка не учила тебя, внучок, старших не перебивать?
Иванушка –дурачок утвердительно кивнул головой и сказал:
- Простите, дедушка.
Кузнец продолжил:
- Мой внучок – Иван – царев сын сделал главное: задумал Созвездие Счастья, сумел вдохнуть жизнь в умирающее сердечко, которое станет солнцем вашего нового мира. Сумейте и вы вдохнуть жизнь в эти темные шарики, которые украшают елку, чтобы они стали вашим звездным домом. А сейчас, радуйтесь и веселитесь, славьте рождение Коляды – нового солнца.
В память об этой сказочной ночи, каждый год разжигайте костры, водите хороводы и помните, кому вы обязаны новой жизнью. Ивану – цареву сыну и моему внуку предстоит еще не раз сразиться с темными силами на Земле. Враг хитер и коварен. Одному с ним Ивану – цареву сыну не справиться. Станьте его опорой, его воинством и не забывайте о своем первом доме – Земле, где ваши души, выдержав суровые испытания жизни, окрепли и прошли становление. Будущее нового мира в ваших руках. Вас и ваших детей, которые родятся в мире добра и любви, а школу жизни, чтобы не прерывалась родовая память, их души пройдут в родительском доме, куда в дни жатвы падут звездным дождем.
Кузнец ударил посохом с такой силой, что тот до половины вошел в землю. Прогремел гром. В посох ударила молния, расщепив его. Свет был настолько ярок, что Иванушка – дурачок невольно зажмурился. А когда открыл глаза. Не увидел ни кузнеца, ни своих закадычных друзей – жучков – паучков, птиц, рыб и разных зверушек. Сердечко на елке ярко сияло, всеми цветами радуги переливалась и гирлянда из стеклянных шариков.
Иванушка – дурачок, в поисках своих друзей, покрутил головой из стороны в сторону, но заметил лишь пучеглазую лягушку, которая выглядывала из проруба. С высокого берега скатилось горящее деревянное колесо от телеги и с шипением упало в прорубь. Лягушка испуганно квакнула и скрылась в проруби. На опушку веселой гурьбой высыпали ряженые, одетые в звериные шкуры с масками зверей на лице. Впереди они несли восьмиконечную звезду. Взявшись за руки, ряженые с колядками стали водить хоровод.
…..- А как же я? – проквакала лягушка. – Почему Иванушка – дурачок не поцеловал меня? – просыпаясь, воскликнула Алена.
Из кухни послышался знакомый голос:
- Алена, вставай, пора в школу собираться! http://proza.ru/2016/05/24/1375