Читаем 9-ю главу Бодхичарья-аватары. Стихи 23-24

23
“Если не существует само;сознания,
Как тогда возникает воспоминание?”
Воспоминание возникает благодаря связи с другими переживаниями,
Подобно [воспоминанию о] крысином яде.

В самом деле, содержание нашей памяти — разве не часть сознания? Или оно за пределами сознания? Что происходит при воспоминании? Сознание воспроизводит содержащиеся в памяти содержания. То есть сознаёт свои собственные содержания. Можно это назвать самосознанием? Почему нет? И мадхьямики не находят ничего лучше, как ответить сомнительной историей о крысином яде.

Нет, это не то, чем травят крыс; это, видимо, те микроорганизмы на зубах крысы, которые могут вызвать воспаление после её укуса. Эта крыса забирается в берлогу медведя и кусает его. Медведь находится в такой основательной спячке, что не замечает укуса. Но когда просыпается, чувствует что-то неладное. И наш медведь Шерлок Холмс делает умозаключение, что его укусила крыса. Как говорится: «Элементарно, Ватсон!»

При чём тут вообще воспоминание? Мадхьямики почему-то считают, что читтаматрины, говоря о воспоминании, имеют в виду память о моменте восприятия. В случае с медведем восприятия не было, поэтому нечего вспоминать. То есть у медведя есть неприятное переживание, в связи с которым он вспоминает укус крысы… Как он может вспомнить укус, если он спал? Он не вспоминает, а, видимо, делает предположение.

Да уж, мадхьямики явно нашли не лучший пример для опровержения читтаматринов. А с чего начался весь этот спор о самосознании? С утверждения читтаматринов, что нет внешних объектов, что объектами восприятия служат содержания сознания. Отсюда следует, что сознание само себя осознаёт. Воспоминания можно рассматривать как частный случай осознания сознанием своих содержаний, а значит, и самосознания.

24
“Ум освещает себя самого,
Ибо ум, наделенный другими условиями, способен видеть”.
Благодаря применению чудодейственной глазной мази
Можно увидеть [зарытый в землю] горшок, но не саму мазь.

Здесь читтаматрины утверждают, что при развитии сверхспособностей можно увидеть умы других, а значит, такой ум должен видеть и себя. На что мадхьямики приводят пример с чудодейственной глазной мазью, которую нельзя увидеть. Мазь в данном случае оказывается средством приобретения особого видения. А средством видения умов других будет медитативная практика. То есть мазь здесь аналогична медитативной практике.

Если невидна мазь, то должна быть невидна медитативная практика, а не ум. Мадхьямики опять отвечают неудачным примером. Похоже, они беспомощны и находятся в некотором смятении, пытаясь найти хоть какие-то возражения. Вся эта борьба с самосознанием, конечно, удивляет. С чего вдруг такое принципиальное противостояние с вполне очевидным и, казалось бы, непротиворечащим буддизму явлением?

Должно быть, самосознание — это очень плохая история для мадхьямиков. Действительно, одно дело — быть обусловленным иным и раствориться в ином, а другое — быть обусловленным собой, самообусловленным, что, по сути, будет ничем иным, как быть самосущим. Для читтаматринов это нормально, ведь они оставляют сознанию возможность быть реальным, существовать со своей стороны.

И тут нет необходимости впадать в крайности, утверждая, что самообусловленность невозможна вообще или невозможна совместно с обусловленностью иным. Если не орудовать черно-белой логикой, то всё очень даже возможно. И вообще, если что-то длится, то оно самообуславливается. Если бы у вещи вдруг пропала обусловленность собой, то в следующее мгновение она стала бы абсолютно иной, то есть исчезла.

Тут надо еще добавить, что самосознание — это основа личности. Личность в некоторой степени поднимается над обстоятельствами, действуя самостоятельно. Чтобы быть самостоятельным, надо уметь воздействовать на себя, обуславливая себя собой, своим сознанием своё сознание. И чем больше у нас независимости от внешних факторов, тем мы более свободны. Разве буддизм не про освобождение?

Только освобождение как раз предполагает наличие самосознания и того, кто освобождается. Вообще, тотальная взаимозависимость, провозглашаемая мадхьямиками, не оставляет места никакой свободе. В такой зависимости всё будет полностью детерминировано. Ни о какой свободе воли тут речи быть не может. Хотя буддисты её не отрицают. Если не отрицаете свободу воли, то придётся признать реальность самосознания и личности.