Рукопись спрятанная на чердаке Глава 13

13. Сольферино
Из дневника Вильгельма, май 1859г.: Ушла тетя Бригитта. Совсем неожиданно, во сне. В таких случаях говорят «легкая смерть», но мне самому тяжело. Когда рядом живет кто-то из близкой родни, старший по возрасту, само собой разумеется, что твоя очередь подойдет ещё не скоро. И потом она слишком хорошо отнеслась ко мне и Эмили, когда мы ввалились сюда всей толпой. Много возилась с Альфредом, нашла собеседницу в Ханни и прислушивалась к её советам при недомоганиях. Не требовала от жизни многого и тратила определенную сумму на помощь костелу.
Нас с Эмилией разбудила Ханни и сообщила новость. Потом я отправился  договариваться о погребении, но и тут меня ждал сюрприз от моей уже покойной тетушки. Оказывается, на этот случай она сделала распоряжения и оплатила заранее и панихиду, и участок на кладбище. Моё участие свелось к тому, чтобы одевшись в чёрное, сохранять скорбный вид. Но мне и впрямь было очень грустно. Панихиду викарий провел безупречно – тетя Бригитта это заслужила. Агата, приехавшая на похороны вместе с Клаусом, забрала с собой Ханни, как мы и договаривались раньше.
Теперь оставалось только нам с Эмилией поднатужиться и перебраться в Грац. Ремонт квартиры подходил к концу. Отцовский особняк, давший нам приют, я передал в аренду Фогелю за чисто символическую цену – должен же управляющий иметь достойное жилище. Его «дела» в Ланнахе требовало личного присутствия. Кабинет запер и оставил за собой на случай приезда сюда по делам».
  Вильгельм, июль 1859г.: С нетерпением жду каждого номера «Винер тагебладтт».   Тревожные новости из Ломбардии: сначала Меленьяно, теперь вот Сольферино. Помню я эти деревушки. Второе поражение подряд!
Французы явно приободрились после Севастополя. С ними и войска сардинского короля, хотя и не они делают погоду. Мы без союзников и уже без опытного и проверенного Радецкого. Командует армией фельдцейхместер Генрих фон Гесс, а приказы отдаёт прибывший в войска Франц – Иосиф; вот зачем это было?
Но, самое скверное: под Сольферино погиб Роман!  Как всё произошло – пока не знаю. Что странно – штабные редко появляются на линии огня, подвергают себя риску только в крайнем случае. Другой жизни, кроме службы, он себе не представлял. Мечтал о полковничьих погонах в будущем. Была ли у него жена? Опять же не знаю - за эти годы многое могло поменяться. Письма от него приходили редко, да и писал он в них о делах скупо – военная цензура не дремала. С его гибелью, боюсь, все связи с прошлым оборвались: академия, полк, моя отставка если и вспомнится изредка, то говорить уже об этом не с кем. Известил Фогеля, он приехал; пришел ещё Клаус. Посидели, выпили, помянули. Клаус кипятился, винил во всём произошедшем генералов, оправдывая императора. Фогель, не желая обострять отношений, ронял скептические реплики, но в рамках приличия. Один раз, правда, прорвалось: «Во сне, что ли думает, с кем бы ещё повоевать?»
  Ас: Когда два монарха, возомнив себя полководцами, начинают меряться силами, одному из них обязательно достанется на орехи. На этот раз в проигрыше оказался Франц – Иосиф. Потери, вроде, были не так велики – всего по двадцать тысяч солдат и офицеров у каждой из сторон – но то, что увидел и услышал на поле битвы случайный человек, швейцарский предприниматель Анри Дюнан, потрясло его до глубины души»:
- «Что же это происходит, сударь? Мы сражались честно, а теперь…Теперь нас бросили на произвол судьбы».
Брошены сотни раненых и умирающих. Несколько повозок смогут забрать и отвезти в тыл немногих из них, а впереди ночь, жажда, истощение и свидание с мародерами. Утром многие из них останутся голыми. На девять тысяч раненых французов всего лишь шесть военных врачей и небольшое количество санитаров – много ли успеют сделать?
В придачу ко всему Дюнан узнал, что так было всегда. Солдат, утративший способность сражаться, никого не интересует! Вернувшись домой, Дюнан мучительно раздумывает, что можно предпринять в такой ситуации.
А вот оба монарха, насытившихся видом битвы, спокойно встречаются в Виллафранка-ди-Верона, заключили перемирие и отбыли в свои резиденции. Австрия жертвует Ломбардией, но оставляет за собой Венецию - Вильгельм, прочтя эти новости в газете, плюнул с досады!
  Вильгельм, август 1863г.: Не понимаю, зачем брату императора надо было бросить свою обжитую резиденцию в Триесте и двинуться за океан, в Мексику, отстаивать французские интересы. По отзывам знающих людей Максимилиан человек толковый, много сделавший для австрийского флота. И сам флот стоит под боком, совсем недалеко от его любимого дворца Мирамаре. Поверил в байки Наполеона III про трон на груде золота?   
  Ас: вот и доктор  Дюнан, за четыре года немного отойдя от впечатлений, полученных на поле битвы под Сольферино, начал проявлять активность. До чего додумался: выдвинул инициативу по созданию в каждой стране группы по оказанию помощи раненым в случае объявления войны. Мало того, каждое из воюющих государств обязано дать гарантию безопасности для волонтеров и раненых. И даже смог организационно оформить эту свою выходку, созданием «комитета пяти». Н-да! Первыми создали такие отделения Бельгия, Пруссия, Дания и Франция. Посмотрим, как пойдут дела дальше у этого Международного Красного Креста!
  Марко: где-то я читал, что Дюнан первым получил  Нобелевскую премию мира, когда о нём все и думать перестали. Жил себе тихо, в нищете и забвении, изгнанный из Франции и найдя приют в Швейцарии.
  Ас:  убийство – это когда вас лишают возможности сказать старому другу «Здравствуй!»