Танцовщица-испанка и её история

Это история посвящена одной женщине,  танцовщице Испанке Альбине. Вместе с ней читатель окажется на мгновение в пяти разных эпохах и окунется в яркие моменты, отражающее время.

Эпоха ренессанса/ возрождения

Она любила танцевать всегда. Только в танце её кипучая натура могла позволить себе сказать всё. Танец — её язык. Она может показать любовь и проявить ненависть.

— Сеньорита Альбина, тот сеньор с бородой снова стоит в первом ряд— прошептал маленький щуплый мальчик.

— Прекрасно, значит, сегодня я плачу за ужин, — Альбина резким, уверенным движением вскочила со стула. — Принеси мою самую пышную юбку и купи у цветочника огромную красную розу. Я заставлю его раскошелиться, — она рассмеялась звонким, заразительным смехом, который, как музыка, заставил всех, кто был рядом, почувствовать её энергетику.

Взяв каял, который она всегда покупала у торговца из Индии, нарисовала жирные стрелки, и её глаза, и без того огромные, как две спелые ягоды оливы, стали ещё выразительнее. Красные губы подчеркнули белоснежную улыбку и смуглую кожу.

— Кто-нибудь, живее, зашнуруйте Меня потуже, пока этот бездельник покупает мне розу у цветочника.

Но ждать не пришлось, её помощник и верный друг, малыш Альфредо, уже принёс всё необходимое.


И вот Альбина готова: похитительница сердец во всей своей испанской горячей красоте. Сладкий аромат духов с примесью мускуса и амбры стелился за ней воздушным шлейфом.

— Пора! Музыку! — крикнула она и, щёлкнув кастаньетами, выбежала к зрителям.

Она словно сгусток страсти и нежности, знаменитая испанская танцовщица, покорившая сердца зрителей Венеции и не только, способная очаровать любого дипломата и аристократа. Она — хозяйка сердец, которая своим танцем уносит их в мечты.

Эпоха Барокко

Один раз в месяц у Альбины всегда был лучший день, праздник души. К этому дню она готовилась по-особому. Предвкушение встречи с прекрасным будоражило её ещё накануне.

Что же это было? Театр! Это всегда был театр!

Её творческую натуру разжигали страсти театральных подмостков. Она обожала всё: трагедию, комедию, оперу и балет. Её особой страстью, конечно, был балет, но сегодня ей предстояла встреча с трагедией, скорее с трагикомедией — пьесой Пьера Корнеля «Сид». Было непросто накопить на билет, но благодаря молчаливой страсти её постоянного зрителя, сеньора с бородой, имя которого она пока ещё не знала, она могла себе позволить эту радость и купить билет. Пусть это был всего лишь третий ярус и билет стоил как несколько сытных ужинов, но это была мечта, её мечта.

— Альфредо, поторопись! Принеси мне то тёмно-красное атласное платье, то, в котором моя талия затягивается до пятидесяти шести сантиметров.

Альфредо отлично знал её гардероб и с лёгкостью находил всё самое нужное. Он умелыми быстрыми пальцами шнуровал её корсеты, и она ни за что не согласилась бы променять его на любую, пусть самую лучшую, горничную.

Как только всё необходимое лежало на кровати, Альбина приступила к сложному процессу одевания. Одна бы она ни за что не справилась. В обычной жизни корсет был лишь частью сценического костюма, а при походе в театр это была часть сопричастности к красоте, возможность прикоснуться к прекрасному и почувствовать себя не просто танцовщицей, а знатной дамой.

Жёсткий корсет сделал талию ещё уже, а сложная юбка, состоящая, как принято по моде, из трёх: «тайной» — самой нижней, юбки Фрипон — сшитой из нежнейшей тафты и щедро украшенной бахромой и оборками, и верхней юбки Модест из тяжёлого и очень дорогого атласа. Роскошный шлейф, как у благородных, завершал образ, а пышные кружевные рукава оголяли при движении изящные запястья.

Ну что же, сегодня тот самый повод выгулять подаренную одним богатым Доном роскошную бриллиантовую брошь.

Дон давно уже нашел себе иной предмет страсти, но от яркого романа у Альбины осталось это роскошное платье и брошь в виде корзиночки, полной цветов.

Сердце билось и отстукивало ритм от предвкушения. Добравшись до театра заранее, она, одна из первых, переступила порог Teatro della Pergola. Этот театр был построен между 1652 и 1656 годами и стал первым в Италии театром с ярусами лож, окружающими зрительный зал, что было новаторством для того времени. Альбина любила насладиться атмосферой, вдохнуть тот самый неповторимый запах предвкушения, который ноздри втягивали, как только переступаешь черту и попадаешь в иной сказочный мир.

Альбина переступила порог Sala Grande (главного зала). Убранство и великолепие театра не переставали ее очаровывать каждый раз заново: золотая резьба, украшавшая ложи, роспись потолка и массивный занавес, который разделял реальность и ожидания зрителей. А эта удивительная хрустальная люстра! В ней отражались блики, и каждая подвеска была словно сделана из сотен бриллиантов.

Особенным удовольствием становилось рассматривание нарядов благородных дам, которые в сопровождении кавалеров медленно занимали места в ложах. Отмечая для себя нюансы их платьев, Альбина с легкостью изменяла свои наряды и всегда выглядела свежо и актуально. То, что не давалось платью, мгновенно исправляли её свежесть, роскошные волосы и дерзость горячего испанского характера.

Раздался первый звонок.

«Пора», — она окинула взглядом великолепие лож и поспешила подняться на свой ярус.

Здесь всегда было очень жарко, и публика собиралась очень разная. Многим удавалось с трудом купить билет, и они не задумывались о своих нарядах, радуясь возможности оказаться в театре. Часто Альбину изучали, как диковинную птицу, случайно залетевшую столь высоко.

Раздались первые звуки, и занавес открылся. Альбина замерла и почувствовала легкое щекотание в животе, в горле пересохло. Она наклонилась, чтобы лучше видеть сцену и актеров, и не пропустить ни одного диалога.

Как же давно она мечтала увидеть эту пьесу, отражающую всю глубину человеческих чувств: страсть и боль, долг и выбор. Все сжималось от диалогов Химены, её сложного выбора между семьей и любовью. Как близко ей было видеть вражду отцов, какими важными были все диалоги и как она их чувствовала!

Альбина почти не дышала. Она не замечала ни духоты, ни людей рядом с собой. Она растворялась, жила в этой постановке. Она впитывала силу игры, проникалась каждым жестом, взглядом.

Вот тот самый диалог Химены, Альбина замерла. Возмездие, как же она понимает этот моральный выбор — возмездие.

На одном дыхании, застыв в какой-то неуклюжей позе, Альбина прожила весь спектакль. В нем было всё: жизнь, честь и любовь. Выходя из театра, она чувствовала легкую дрожь. Она настолько была переполнена эмоциями, что ей не хотелось сразу после этого великолепия возвращаться в свою крошечную комнатку. Альбина зашла в уютное кафе и заказала пирожное. Праздник продолжался.

Эпоха Рококо

Отказаться от приглашения выступить на ужине у маркиза де Санчос Альбина не могла. Такие ужины он проводил каждую весну, что ознаменовывало выход из общей спячки. Альбина была приглашена в третий раз. Платили хорошо, но и требования были высокими. Её наряд не должен был быть чрезмерно открытым, а танец — чересчур страстным. Спасением всегда служил веер. За ним можно было удачно спрятаться или сказать то, что словами она сказать бы никогда не посмела. Для этого в её коллекции всегда было множество разных вееров: от очень дешёвых, когда-то подаренных или купленных где-то на рынке, до исключительных шёлковых и из слоновой кости. Были и совершенно уникальные веера, на которые изображались жанровые сценки или даже дамы с веерами.

Выбор сегодня пал на уникальный веер, украшенный длинной шёлковой кистью, на котором красовалась парочка влюблённых.

«То, что надо, — подумала Альбина, — раз я не могу сегодня выделяться платьем, пусть это сделает веер!»

Надев испанский костюм с чёрной блузой и длинной пышной юбкой с несколькими ярусами воланов, Альбина украсила волосы пайнетой и взяла веер. Он был несколько избыточен, но мгновенно из уличной танцовщицы превращал её в танцующую красавицу, которая существовала в моменте.

Прибыв в замок маркиза, она уверенно поднялась по лестнице для прислуги и, присев на небольшую кушетку, стала дожидаться своего выхода. Вдруг открылась дверь, и в комнату ввалилась толпа разгорячённых друзей маркиза де Санчос.

— Смотрите, кто здесь! А ну-ка, станцуй нам прямо сейчас! — белокурый юнец, наряженный в парчу и кружева, схватил её за руку и вынудил встать.

— Сеньор, я непременно станцую, но только после приглашения и в зале для всех гостей, — Альбина взмахнула веером у лица* и быстро закрыла его**.

— Мы не хотим ждать, танцуй сейчас! — хор голосов поддерживал его.

В эту секунду Альбина резко раскрыла веер у себя над головой***. Знак был считан мгновенно.

— Считаю, нам стоит подождать всех, чтобы насладиться танцем, — наглец поспешил ретироваться.

Послышалась музыка, дверь открылась. Пора было выступать.

*Взмах веером у лица — «Я смущена» или «Вы меня пленили»
**Быстрое закрытие веера — «Не подходите» или «Я не желаю продолжать беседу»
***Веер, раскрытый над головой — «Я под защитой» или «Не вмешивайтесь»

Викторианская эпоха


— Альфредо, сегодня точно мой день! Я загадала на солнце: если сегодня утром будет солнце, то я обязательно выиграю, — Альбина рассмеялась и своим звонким смехом мгновенно поделилась с малышом Альфредо настроением.

— Сеньорита Альбина, я нисколько не сомневаюсь в том, что удача будет сегодня на вашей стороне, — он с нетерпением ждал, те дни, когда его хозяйка возвращалась с выигрышем после карточной игры. Для него это означало всегда щедрую благодарность за работу.

Карты Альбина любила, а они любили ее. Ей не было равной в играх. Цепкий математический склад ума и фотографическая память позволяли ей с легкостью считать карты и запоминать ходы. Проигрывала она редко, но делала это всегда легко, зная, что обязательно отыграется.

Она была хороша и лишь малую часть ее любимых игр составляли: Вист (Whist) — классическая английская карточная игра, позволявшая играть вдвоем или вчетвером. В этой игре было необходимо мыслить стратегически и давать взятки. Она ее просто обожала. В ней всегда была возможность продемонстрировать свои самые сильные стороны; Для развлечения и дружеской встречи отлично подходила игра «Счастливое семейство» — здесь надо было собрать как можно больше «семей» (наборов карт). Это было забавно и легко, поэтому в кругу друзей можно без обид и затрат провести интересный вечер; Для легких дамских посиделок отлично подходила игра с говорящим названием «Старая дева» — простая и весёлая игра, в которой надо было избавляться от карт, составляя пары. Проигрывал в ней тот, кто оставался с одной непарной картой (старой девой); Шумная, веселая «Снип-снап-снорум» — игра на внимание и реакцию: игроки сбрасывали одинаковые карты с определёнными возгласами, выигрывал тот, кто первым избавлялся от всех карт. Обычно это была Альбина, её кипучая энергия проявлялась здесь в полной мере.

Но сегодня был «Вист», ее любимый «Вист». Ей предстояло произвести впечатление на самого Графа Венченцо Прадичи. Для нее это тот самый шанс, который выпадает лишь однажды. Приглашение на «Вист» к лучшему игроку Италии — это вызов.В её внешности не должно быть ничего случайного.

— Альфредо, я передумала насчет цвета. Пусть всё будет черным, он должен скрыть лишнее и показать всё нужное, должен быть аккуратный намек без лишних слов. Всё просто и лаконично. Пусть это будет кружевная блуза из роскошного кружева и моя любимая юбка с турнюром. Я надену жемчужные серьги и перчатки, да-да, непременно длинные перчатки.

— А веер?

— Ты думаешь, это не будет лишним? — она доверяла его вкусу, зная, что Альфредо лучше любого сможет угадать лучший из вариантов.

— Непременно. Возьмите тот, из слоновой кости. Китайский, который вам привезли несколько лет назад на день рождения. Это будет ярким пятном и будет перекликаться с жемчужными серьгами. И вы всегда сможете дать знак Графу, если захотите.

— Какой же ты молодец! — она вскочила и обняла его, пританцовывая по комнате, изящно изгибаясь и напевая что-то на испанском. — Жду не дождусь вечера и мечтаю быть в паре с Графом Венченцо. Это было бы самым лучшим решением, только стоит немного подтасовать жребий, если мне повезет и сегодня там будет Альба. А еще знаешь, о чем я мечтаю?

— Нет, откуда мне знать, — Альфредо улыбнулся, он знал все её страсти. — Лимонный курд, как я полагаю?

— Ах ты проказник! За это и люблю! — она схватила флакон духов и несколько раз нажала на изящную грушу с кисточкой.

Комната утонула в аромате мускуса, герани, туберозы и бензойного стиракса.

Альбина знала, что этот аромат действовал на мужчин завораживающе, и ей самой нравилось купаться в нем, создавая настроение перед важным для неё вечером.

Как только наряд был собран, она взглянула на себя и улыбнулась. Для счастья иногда просто нужно предвкушение встречи, игры и капелька духов.

Art Deco


Вихрь времени кружил всё вокруг. Скорость увеличивалась, женщины стали свободнее в нарядах и поступках. У Альбины недавно появилась новая игрушка — автомобиль. Это был предел роскоши: восьмицилиндровый Delage D8-120 купе Aerosport. Невероятное дизайнерское решение: сплошные боковые стёкла без рамок и центральных стоек крыши (технология Vutotal, позаимствованная у ателье Labourdette), изящное, гнутое лобовое стекло из двух половин, наклонная решётка радиатора, каплевидные крылья, юбки на задних колёсах. Этот «ворон», как его назвала Альбина, мог разогнаться до невероятных 150 км/ч. Для неё это был не просто подарок, это было подтверждение статуса, это было проявление любви и демонстрация кипучей страсти. Как же ей нравился запах внутри — салона. Эти натуральные материалы: смесь кожи высшего качества и дерева. Его невозможно было забыть или с чем-нибудь перепутать.

Сегодня Альбина была приглашена на ужин в загородный дом матери Андре, того самого щедрого и любящего поклонника, который смог получить её без остатка.

Сев за руль, она подтянула красные лакированные перчатки с десятком свисающих длинных кистей. Аккуратная, плотно прилегающая к голове шляпка с вуалью — как символ особенной женственности. Белое платье, которое она на днях забрала из ателье, — его вручную расшивали почти два месяца по рисункам, сделанным самой Альбиной. Нежно-бежевое пальто с леопардовым принтом — дань моде этого времени. Удобные туфли на небольшом каблучке с ремешком и, конечно, чулки — как необходимая деталь костюма и нотка соблазнения.

Сев за руль, она мечтательно посмотрела вдаль. Она не могла поверить, что всё это происходит с ней, что она, простая танцовщица, сейчас одна из ста владельцев самого роскошного автомобиля эпохи. Счастье и предвкушение переполняли её. Захлопнув дверь и глубоко вдохнув аромат своего будущего, она не спеша отъехала.