Записки Алкмеро

Глава 1

Молодой господин стоял возле старого стола, на котором лежала карта всех известных нам земель. В левом углу её стоял фарфоровый канделябр сделанный в одной из южных провинций, на оставшихся трех углах лежали стопками пыльные книги, дабы пергаментная карта не свернулась обратно в рулон. Он с огромным интересом изучал её, и делал многочисленные пометки в свой дневник. Я же тихонько сидел рядом и пытался понять многочисленные знаки на карте, Молодой Господин научил меня грамоте, но те знаки были мне не известны.
В это время его отец Уфрий рода Белой Розы Сын Эльдьюса Книгочтея из Озёрных Земель и уважаемый своими вассалами правитель оных (примерно так его полное имя я смог перевести на русский язык) Проходил с обычной вечерней проверкой по коридором своего замка.
Бородатая голова протиснулась сквозь тяжёлую скрипучую дверь и властно осмотрела нас. Как только я узнал своего Великого Правителя, ноги мои сами подняли, и кинули меня с поклонам к ногам Их, на что Они сделали вялую и мину и сказали, - Алькмеро!!! Пустое, всё равно не на публике, ты вроде знаешь, что тут для меня это не играет никакой роли. Ещё раз так поступишь, 100 палок по икрам получишь. А это чья тут спина???!!!
Я извинился и отправился обратно за свой стульчик возле стола с картой.
- Это я Отец, - сказал сухо Молодой Господин, не отрывая свой заинтригованный взгляд от заветной карты.
- Иди спать, нам завтра рано встать нужно, а то сам знаешь, можем и опоздать в Столицу!
Моих Господ пригласили на Ежегодный Весенний Сенатский Обед, который проводится весной в честь нового урожайного года. И перед, и после которого есть много обычаев, о которых я напишу немного позже.
- Я знаю папа, но ты посмотри сюда, он с отмашкой бросил свой стил на карту, и обернулся с белозубой улыбкой аристократа к Отцу.
Старый Господин хромая на правую ногу (ещё в молодости, Их нога была прострелена разбойниками на столичной дороге) подошёл к карте.
- Отец! - Он протянул правую руку к карте, - Мы великая Держава современного мира, наши исследователи смогли побывать почти во всех уголках нашей земли, именно их трудами была создана эта карта. Были они и на далёких континентах, где живут чёрные люди, и добрались до жаркого и сырова юга, где смогли наладить контакты с нородом, у которых узкие глаза, а кожа цвета золота. Но никто и никогда, даже не пытался, пройти в земли за восточными горами, о чём и свидетельствует мертвенная пустота на этой карте. Хотя мы с ней граничим этими самыми восточными горами.
- Что ты хочешь сказать? Сын мой.
- А то папа! Что завтра в столице я подниму вопрос о созыве экспедиции в эти земли, и конечно возглавлю её!!!
- Ты с ума сошёл!!! - Лицо Старого Господина в один момент превратилось из мертвенно бледного в ярко красное, а в свете одного канделябра в фиолетовое.- Моё категоричное НЕТ!!! Все знают, что это ад на земле, это проклятие нашей провинции, иметь одну границу с этим проклятым местом. Нам Боги послали предупреждение в виде ада на земле, и ты прекрасно знаешь, что с каждым новым грешником он увеличевает свои границы… Где славный город Виноделов???? Съеден гиеной огненной, а следующие мы!!! Сколько славных воинов поглотила эта земля…. А рано или поздно весь мир из-за своих грехов поглотится этим дьявольским отродьем.
Внесу немного своих пояснений, перед этим обедом, каждый из молодых господ имеет право выступать с докладом, о чём считает нужным, хоть об увеличение дойности коров в западных провинций и влияние этого на международное отношение. А молодой Эндьюс хотел просветить Сенат о возможности колонизации или установление дип. Отношений ада на земле… Смешно конечно, но кто знает, что из этого выдет.
- Иди спать «иследоатель», тоже мне докладчик нашёлся… Я тебе такую экспедицию на свиные фермы устрою, что ты до следующий эпохи дерьмо выгребать от туда будешь.
Они схватили его за хемо, и вытащили в коридор. Что было там дальше я расслышать не смог.

Глава 2

Рано утром меня разбудил наш дворецкий, он склонился перед моей постелью в своёй праздничной зелёной шинели, - Вставай Алькмеро, и бегом собирать молодого Господина в дорогу.
Меня всегда спасала моя дальновидность, все нужные вещи ещё вчера утром были упакованы, перед этим посоветовался конечно с Господином Эдьюсом. Мне оставалось, просто переложить узлы из чулана в экипаж, вот и все. И я был свободен как ветер, оставалось время привести себя в порядок. Многие из слуг не одобряли мою страсть к чистому телу, опираясь на то, что плебею не в честь мыть себя чаще, чем раз в месяц. А я если день не помоюсь, то меня накрывал такой зуд, что все чесалки республики не смогли б его остановить. Наверно благодаря моей частоте, я стал личным плебеем господина Эдьюса, я смог побывать там, и услышать то, что не каждому смертному дано.
После упаковки экипажа я отправился будить Молодого Господина. На моё удивление они бодрствовали, и свертывали кучу бумаг и складывали в кожаный тубус.
- А это ты Алькмеро, ты все сделал?
- Да Господин, как обычно всё в лучшем виде.
- Тогда я тебя отпускаю до моего приезда, вот тебе 3 монетки, иди и веселись.
Я немедленно схватил деньги, поклонился, и вышел спиной вперёд в коридор. К моему удивлению это были не медяки, а самые настоящие золотые…. Да на эти деньжищи я могу купить столько книг…. Сколько и за всю жизнь не прочитаю. Странно конечно, почему это мой Господин так расщедрился…. Наверно решил пойти наперерез воли Отца. Ну что ж…. На этой мысли я врезался в пузо Барона Банбы, соседа моих господ.
- Эй мелюзга те что глаза выкачали!!!??? Пробасил Барон. - А это ты Алькмеро…. Опять в облаках летаешь? Барон меня очень любил, вообще было трудно слугам найти к нему подход, но мне это как-то удалось. Другим за такую провинность он отвесил бы хороший удар по хребту своей двуручной палицей.
- Прошу прощение светлейшей Барон, я сел на корточки приклонил голову, и ждал своей участи (ну как участи, я знал, что Бамба подымит меня, раскатисто рассмеется, и прогорланит, беги слепёныш). Так и случилось, правда, он сказал не «слепёныш», а «недоделанный близорукий смешонок». До сих пор его лексика остается для меня большой загадкой. Я поклонился в его сторону, и сломя голову убежал, оставляя позади себя басистый смех барона. Во дворе я увидел ещё один экипаж, на дверце которого гарцовался вздыбленный трёхрогий красный бык (герб баронского рода).