Космические истории. Милта

Аннотация:

Об опасной работе журналиста, если он еще и промышленный шпион.

Инопланетные журналисты, или промышленный шпионаж

   Перед глазами Милэн маленький космодром: посадочное поле, корабли, здание вокзала, пустые контейнеры из-под овирия3 все под покровом красной пыли.
   Гэл, обвешанный сумками с фотоаппаратами и кинокамерами, вышел на трап. Пыль попала ему в глаза (местный ритуал - сразу пыль в глаза...), он ругнулся, резко отвернулся, вытирая свободной рукой лицо, и наступил на ногу почтенному господину средних лет.
   - Извините, - пробормотал Гэл, поправляя сумочку с батарейками.
   Господин в кремовом шелковом костюме сразу же раскричался: - Смотреть нужно куда идешь! Остолоп, - но вдохнул пыль родины, чихнул, и взялся ругать пыль.
   Следовавший за ним высокий худой человек в коричневом балахоне добродушно сказал: - Наша пыль хоть не смертельна, как на Ралге4.
   (Да... здесь на Милте даже, огромные как мамонты Ивири5, змеи и те не ядовиты.)
   Почтенный кремовый господин продолжал сердито ворчать: - Приезжают всякие! Кому вы нужны? Из-за вас все войны и кризисы. Журналюги...
   "Это точно, - подумала Милэн, - это справедливо..."
 
   За стойкой, с большими золотыми буквами "ТАМОЖНЯ" сидел чернокожий, синеволосый, круглый таможенник. Он демонстративно привстал, вероятно, для того чтобы брезгливо осмотреть гостей от ног до голов. Лицо Гэла вызвало у толстяка нервный кашель, а, взглянув на Милэн, он изумленно охнул и снова сел, шепча: - Близнецы... проклятие богов... - ведь он помнил табу своей родины, гласящее: близнецы прокляты, на них даже смотреть нельзя. И чернокожий Лаоирт7 поспешил приветствовать двух почтенных милтян: пергаментоликого и ворчливого господина в кремовом костюме. Церемонно проверял документы, даже не взглянул на багаж, начал обмениваться любезностями, маслянисто улыбаясь.
   Изящная милтийка с узкими голубыми глазами и желтыми, как "солнце" Фэллады6, волосами, сложив руки у груди церемонно поклонилась новоприбывшим юным журналистам. Милэн понравилась ее прическа: тугой узел тяжелых волос, на затылке, закрепленный изящными заколками в виде змеиных драконов. Гэл поклонился милтянке столь же церемонно, сумочки и сумки с аппаратурой завалились вперед, таможенница улыбнулась и попросила представить надлежащие документы - пластиковые карточки, которые здесь называли паспортами. Таможенница сверила данные на карточках с данными в компьютере, вернула их и произнесла привычную формулу: - Добро пожаловать на Милту. Ваше время пребывания на нашей планете сутки. Если по той или иной причине вы задерживаетесь, следует уведомить паспортный контроль. Агенты паспортного контроля работают при каждом полицейском участке. Удачного дня.
   Гэл и Милэн снова церемонно поклонились, забрали документы, и пошли к выходу. Милтийка смотрела им вслед: - Невероятно, каких красивых людей можно встретить в этом захолустье...
   - Нашла чему удивляться, - презрительно ворчал лаоирт, - близнецы. Не жди от них добра - это дурной знак.
 
   "Солнце" поднялось выше и жгло немилосердно. Нескончаемая желто-красная равнина тянулась к горизонту, ее пересекала широкая, бурая дорога, линии искажало жаркое марево. Горизонт терялся в пыли. А вдоль дороги чахлые колючие кусты.
   Гэл поправил надоевшие сумки: - Мне здесь не нравиться.
   - И мне, - ответила Милэн, - но нам уже заплатили.
 
   Автобус стоял у выхода из вокзала. Знакомый господин в кремовом, шелковом, костюме, вытирал шею покрасневшим от пыли платком и ругался с водителем, требовал немедленно включить кондиционер. Угрожал, что пожалуется в транспортную службу, и пугал связями в министерстве. Второй милтиец, в несуразном балахоне, с кожей напоминавшей источенный временем пергамент, молча, терпеливо сидел на своем месте. Его узкие, как щелочки глаза, казались слепыми.
   Высокий, коренастый водитель, едва сдерживая злость, молча, включил кондиционер. А затем крикнул на шелкового пассажира: - Закройте дверь! А то... какая разница: работает охладитель, или не работает!
   Гэл и Милэн поспешили вскочить в автобус. Милэн споткнулась на ступеньках, сумка с компьютером и микрофонами соскользнула с плеча, едва успела поймать, а ее саму поймал незнакомый парень: - Давайте вашу руку, - сказал милтиец, - здесь неудобные, крутые ступеньки.
   Но Милэн протянула ему сумку. Он был молод с выразительными черными узкими глазами и скуластым лицом, как будто высеченным из камня.
   Гэл едва вошел в салон автобуса, как услышал крик водителя: - Дверь!!!
   Гэл закрыл дверь.
   - Сильнее! - крикнул водитель, - ну, что смотришь на меня?! Дверь не закрылась! Поприлетают тут с Пайры... дверь закрыть не умеют...
   Первым побуждением Гэла было грохнуть дверью, так чтобы окна вылетели, но сдержался...
   Милэн села в неудобное кресло с высокой спинкой, обтянутое грязной пыльной тканью, под головой прилеплен кусок, светлой ткани. Милэн подумала сначала, что на войне о гигиене не думают, но осеклась, ведь на Милте стабильный, продолжительный мир.
   Незнакомец уложил на багажную полку сумки Милэн. Гэл расплатился с водителем, водитель дал ему сдачу на две кредитки меньше. Неожиданный помощник проследил за обменом денег между пришельцем и водителем, и очень вежливо попросил: - Я бы попросил вас любезный, не обманывать гостей нашей планеты...
   - Что!? - разозлился водитель.
   Молодой милтиец ткнул водителю под нос пластиковую карточку. Водитель побледнел... и вернул инопланетному журналисту деньги. Незнакомец покровительственно проговорил: - Здесь любят обманывать, - и тут же представился, - Олрэ Дэйзэро-Кайр, ваш сопровождающий.
   - Зачем? - удивился Гэл.
   Сопровождающий растерялся.
   - Ну, все? Что ли? - сердито спросил водитель и завел двигатель.
   Автобус резко дернулся с места. Гэл и Олрэ едва не упали. Олрэ поддержал пришельца под руку: - Садитесь, господин журналист, дорога здесь неровная, еще упадете.
   Гэл, держась за спинки кресел, дошел до Милэн. Она пододвинулась, освобождая для него место. Олрэ сел в соседнем ряду.
   - Мы не просили о сопровождающем... - сказал Гэл.
   - У нас разгул бандитизма, опасно... - ответил двухметровый милтиец.
   - А вы будете нас защищать? - спросила Милэн.
   - Я представитель службы порядка, и обучен защищать мирных людей, - гордо задрав подбородок, ответил Олрэ. Он хотел произвести впечатление на красивую журналистку, она ему понравилась.
 
   Незаметно красно-желтая пустыня сменилась красно-желтым городом.
   Современные милтяне строят свои дома не вверх, а вниз, врываются в "землю", спасаясь от пыли и жары. На поверхности - узкие улицы, двух - и трехэтажные дома с толстыми стенами и маленькими окошками, закрытыми ставнями. Многочисленные отверстия в ставнях пропускали достаточно света, чтоб не натыкаться на мебель. Олрэ сообщил: - Я нашел для вас хорошую гостиницу. Апартаменты под "землей" - дороже, но удобнее. Ведь наша пыль может убить непривычных.
   - У нас не столь щедрые командировочные, - ответил Гэл.
   - Не беспокойтесь, - махнул рукой милтиец, - наша государственная казна обеспечит вас всем необходимым. Вы ведь снимаете фильм о древних городах нашей планете, что привлечет на нашу планету туристов, мы достаточно дальновидны и умеем вкладывать инвестиции.
   "Какой умный спец-парень, - подумала Милэн, - слова такие знает... Думаешь, действительно, будет у нас бесплатное помещение?"
   "Не исключено, - ответил Гэл, - Нужно будет найти информатора и поблагодарить за содействие, скорее всего это кто-то из той конторы, где нас наняли. Коммерсанты... каждая сволочь печется о личной выгоде, а наемников можно подставить... Уроды".
   Кондиционер не справлялся с пылью, она плавала в воздухе, переливаясь под солнечными лучами радужным спектром в салоне автобуса. Милтиец в светлом шелковом костюме вновь ругался. Вынул из кармана платок, побуревший в родной среде, и громко сморкался, объясняя остальным пассажирам, что у него аллергия. Водитель, тихо ругаясь, до отказа повернул ручку на кондиционере.
 
   Автобус остановился у приземистого красного здания, водитель буркнул: - Гостиница!
   Гэл постепенно перевешал на Олрэ половину своей аппаратуры и старотипный гражданский ноутбук Милэн. Олрэ, с сумками, с трудом выбрался из автобуса, а еще, упрямо попытался подать руку Милэн, но она выскочила из салона и спряталась за братом.
   Гэл осмотрелся: вправо, теряясь в пыли, длинная улица, слева поворот в переулок, несколько тусклых, выцветших дорожных указателей и рекламный щит, на котором виднелись лишь тени да пятна. Дома упирались подоконниками на пыльный каменный тротуар. Прохожие спешили нырнуть в спасительную прохладу подземелий основного города, все они в светлых широких одеждах, на головах тюрбаны, чтобы легче переносить жару.
   Олрэ показал вход под "землю". Спускались они по медлительному эскалатору на минус первый этаж. Здесь тоннели были улицами, справа и слева ступеньки вверх и вниз, стены, дверные проемы и лампы дневного света. Примитивно, но уютно. Олрэ засуетился, будто в секретной зоне, торопливо указал на гостиницу: - Нам сюда.
 
   За вращающейся дверью гостиницы большой вестибюль, на каменном полу ковры, обслуживающий персонал в костюмах, (таких как работники гостиниц Пайры11 носили десять лет назад). Ничего из местного колорита. Олрэ подошел к высокой стойке администратора, громко огласил: - Заказан двухместный номер на сутки, все оплачено.
   Администратор: чернокожая лаоиртянка, смотрела на Олрэ с презрением секунд пять, а затем резким движением сняла ключ с крючка и бросила его на стойку: - Восемьдесят шесть.
   - Спасибо, - ответил Олрэ, поправил на животе надоедливый фотоаппарат, и указал рукой на лифт, - нам вниз.
   Лифт был узким и медлительным, Гэл и Милэн не совсем адекватно воспринимали узкие лифты, как и замкнутое пространство в целом. А милтиец не умолкал: гневно рассказал, как правительство его родной планеты, десять лет назад, позволило беженцам с Лаоирты поселиться в городах Милты. Возмущался, ведь теперь Милтяне считают себя низшей расой, а быть полным уже модно. Мало того, обычаи Лаоирты вытесняют обычаи Милты. Танцы, одежда, музыка, высокие столы и стулья - куда катится планета?!
   "Да ты расист, парень..." - подумала Милэн.
 
   Уютный номер: две небольшие комнаты и маленькая гостиная. Вместо окон стерео-картины, изображения можно выбрать по вкусу. Милэн начала нажимать на кнопки, разыскивая морской пейзаж. Гэл оттащил ее от стерео, напомнив, что пора собираться. Окончательно испортил настроение Олрэ: - Через двадцать минут мы позавтракаем в ресторане двумя этажами ниже, через час нас ждет автобус. Съемочная группа нашего телевидения хочет поехать с вами.
   Вежливый стук в дверь, и тоненькая как тростинка Милтянка, не дожидаясь ответа, ворвалась, в номер, распространяя запах цветов: - Здравствуйте! - незнакомка схватила Гэла за руку, - меня зовут Гнакаро, я сделаю о вас репортаж! Как вас зовут?
   - Гэл.
   Милэн отступила в ванную комнату, закрыв дверь: - Я приму душ с дороги, пыли у вас много.
   Гэл в мыслях обозвал сестру предательницей.
   А Гнакаро говорила, говорила, ни на миг не замолкая, и слова сливались в единый шумовой поток.

   Автобус подскакивал на ухабах грунтовой дороги. Журналисты шутили и смеялись: хорошие, добрые простые. Но был еще оператор, он добродушно улыбался, изучая гостей тяжелым недоверчивым взглядом. Пожилой журналист тихо рассказывал ему, как включить камеру.
   Понять бы близнецам, что операция провалена - и что пора уносить ноги... Но ведь корпорация "ЛГАО" уже заплатила им за образцы первоосновы искусственного овирия из засекреченного завода на Милте, и необходимо было эти образцы добыть...
 
   "Оператора" звали Кэол, и мысли его были заблокированы... Оказалось на Милте есть настоящие маги? А зачем настоящим магам тратить силы на настоящую магию против обычных наемников?.. Любопытство плохое чувство... Любопытство и упрямство - капкан для любознательных наемников.
 
   Гнакаро прижималась к Гэлу и спрашивала: - А вы давно на телевидении?
   - Нет, - вежливо врал Гэл.
   - Это ваше первое задание?
   - Нет...
   Олрэ поддерживал Милэн под руку. Милэн ерзала по креслу пытаясь отстраниться от него, но автобус был так мал. Гэл обнял сестру, отгораживая ее своей рукой от назойливого ухажера. Олрэ покосился на Гэла, и промелькнула его невольная агрессивная мысль: "Ну, погоди лохматый, еще поговорим!"
 
   Автобус остановился у подножья скал. Большинство, из милтянских журналистов, оказались в этом историческом месте впервые. Они с восторгом, рассматривали гряду стен обвивающую гору.
   Милэн вначале даже не поверила - храмовый город, процветавший на Милте миллион лет назад, так хорошо сохранился. Память мгновенно перенесла ее в период расцвета цивилизации Нии на планете Мио, теперь Милты. Она как будто снова увидела: Храмовый город на скалах, в окружении садов. Вместо огромной, пять метров вглубь, ямы, было озеро с прозрачной водой, где просматривалось дно. То озеро было священным, в его воды бросали жертвы богам, и миллион лет назад в то священное озеро бросили Милэн, под вой труб, мелодичные молитвы и грохот священных барабанов.
   Сегодня полуразвалившиеся стены цвета охры, смотрящие на журналистов маленькими окошками бойницами, лишь отголосок былого величия планеты Мио.
   Гнакаро дрожащим от гордости голосом изрекла: - Здесь, очень давно поклонялись светлой богине Лиливо.
   - Лиливо? - удивленно переспросил Гэл. И вынужден был согласиться, несмотря на то что хорошо помнил, как, миллион лет назад его толкнули в пещеру владычицы этого города - темной богини Дони - и он должен был умереть...
   Миллион лет назад на планете Мио, в этом страшном Храмовом городе, безлунной ночью Милэн, как юную, чистую жертву, не осквернив, бросили в воду. Жители степи не умели плавать, и любой брошенный в прозрачные воды священного озера тонул. Милэн почему-то запомнила, насколько была холодной вода в том озере, но вынуждена была затаиться на глубине, только выпустила чешую из-под кожи, чтобы было теплее. Она залегла на мягкое песчаное дно, чтобы дождаться, когда все служители темной богини закончат мистерию и уйдут.
   В темноте Милэн видела, тени рыб, очертания дна... более темное пятно - нору, нора ее заинтересовала... Вынырнула Милэн в "подземном" озере под сводами огромной пещеры. В зажимах на стенах горели факелы, на берегу подземного озера стоял Гэл, его обнимала темноволосая чернокожая женщина. Милэн решила пока не выдавать своего присутствия.
   У темной повелительницы ночи - богини Дони желтые змеиные глаза, прекрасное, совершенное, тело, идеальные ноги, нежные руки и девичье лицо. Обнимала она Гэла страстно, а ее руки медленно превращались в змеиные кольца, тело холодело, объятия становились смертельными, острая чешуя оцарапала смуглое тело Гэла, и он растерялся вначале, когда почувствовал вместо женских рук тело змеи, когда пушистые ресницы раскосых женских глаз легли на кожу чешуей. Дони оказалась сильным магом, и даже не особо жестоким оборотнем - ее жертвы ощущали перед смертью наслаждение.
   Милэн тихо и незаметно выскользнула на противоположный берег...
   Змея Дони поцеловала Гэла: наслаждение, о котором рассказывал стражник, оказалось гипнозом, а гипноз на Гэла не действовал, и он преобразился. Кольца змеи не удержали пятисоткилограммового оборотня в своих объятиях, а два змеиных зуба, несравнимы с десятками клыков.
   Дони тут же вернула себе человеческий облик, упала на колени, и начала умолять: - Прости меня, я не узнала тебя.
   Милэн сидела на каменном уступе, на берегу пещерного озера, поджав под себя ноги. Хорошо, что в пещере было теплее, чем в воде священного озера.
   - Светлой богине? - переспросила Милэн.
   - Да, найдены документы, - уверенным голосом отвечала Гнакаро.
   - Ну, да... конечно... документы... - согласились и Гэл и Милэн.
   Хотя, как знать, может быть после исчезновения Дони, этот город захватила Лиливо?..
   К арке, миллион лет назад, закрытой массивными деревянными воротами, украшенными узорчатой позолоченной ковкой, шла разбитая, почти вертикальная дорога. Сейчас ворот нет.
   Журналисты, увешанные аппаратурой, как праздничные деревья - дарами ищущих благословения у богов крестьян, пешком взбирались по крутому подъему. "Солнце" поднималось к зениту, и ни облачка на грязно-буром небе. А миллион лет назад небо на Милте было пронзительно-синим. А зимой падал снег, белый, искристый и холодный.
 
   Искривленные, замыкающие пространство над головой, стены домов укрывали спасительной тенью. Гнакаро развязала тюрбан на голове и тряхнула рыжими волосами. Обворожительно улыбнулась Гэлу: - Я уже испугалась что растаю. А хотите, я расскажу вам, что было в этом городе миллион лет назад? Вы себе представляете, миллион лет! Это же такая вечность. И тогда на нашей планете было еще жарче, потому вторые этажи надстраивали так, чтобы балки смыкались...
   А Гэл с благодарностью вспомнил шкуру степного волка, которая согревала его и Милэн миллион лет назад, укрывая от холодных неугомонных ветров, когда снег налипал на ресницы, проникал между нитями одежды и в широкие валянные сапоги.
   Миллион лет назад, шлюпка, на которой близнецы спаслись из горящего корабля, оказалась неуправляемой, она упала на каменистую почву Мио и рассыпалась. В условиях "дальнего солнца", в холодном климате на возобновление и регенерацию тел ушла вся энергия, и несколько дней. А еще, в придачу ко всем неприятностям, одежда сгорела. Может, нужно было трансформироваться, но... мимо проходил купеческий караван.
   Купцы подобрали замерших голых бродяг: одели, накормили, предложили идти с обозом. Близнецы согласились, обоз шел в нужном направлении, туда, где ощущалось присутствие маяка. Глава обоза даже одарил юношу и девушку огромной бурой шкурой степного волка, и предложил отработать проезд, поддерживая ночами большой костер... Конечно, близнецы понимали, такое добродушие может обернуться порабощением, но самоуверенно думали, что успеют убежать.
   Бурая шкура степного волка согревала близнецов две ночи, и когда, под утро, на траве и на гривах огромных вьючных туров блестел иней, под шкурой было тепло и уютно.
   А к концу второй ночи, когда обоз приблизился к городу Дони, купцы под утро, связали их, в той, же шкуре, и кинули в поржавевшую пустую, пахнущую дикими кошками...клетку.
   (Сейчас на Милте нет ни больших туров, ни гигантских бурых волков, ни диких кошек).
   Милтянская журналистка рассказывала: - А это дворец Лиливо. Я хочу показать вам алтарь, девушки возлагали на него цветы в дар светлой богине. А самая красивая девушка, олицетворяла богиню...
   Милэн вспоминала, что миллион лет назад, на алтарь не возлагали цветов, на алтаре проливали кровь. И только очень юных девушек здесь топили не тронув. Змея, любила непорочность и чистоту, предпочитала, не сломанных, не оскверненных насилием.
 
   Гэл держал камеру на плече, снимал все, что показывала ему Милэн. Олрэ молча, следовал за ними. В огромной зале без крыши, милтиец неожиданно спросил: - Почему вы согласились с утверждениями этой девочки, вы ведь знаете - город поклонялся ночи?
   Гэл удивился: - Почему ночи?.. Ведь документы сохранились...
   Олрэ пожал плечами.
 
   Милэн пересказывала перед камерой официальную историю Милты, брала интервью у Гнакаро: "Ведь Гнакаро - потомок жителей города - и может быть, светлая Лиливо была похожа на свою нынешнюю соотечественницу".
   Милтянка краснела и смущалась, когда Гэл направлял на нее объектив, и просил повернуться в профиль, рядом с едва заметной фреской. На фреске - женский профиль с символами змеи. Змея, оказывается - символ мудрости.
   Кэол опустил камеру, забыв ее выключить: - Господа, нужно собираться, скоро стемнеет...
   Но журналисты не военные. Все запаслись бутербродами и хмельными напитками. Красивые пришельцы за день стали любимцами съемочной группы, их угощали, предлагая попробовать фирменные семейные бутерброды, лепешки, пироги. Сладкое пиво разлили по стаканчикам, и сборы затянулись дотемна.
   Кэол нервничал, поговорил с водителем, водитель начал ругаться... Журналисты, неспешно начали грузить вещи и аппаратуру в автобус, суетясь, заняли места в салоне. Гнакаро вновь села рядом с Гэлом. Олрэ оттеснил Милэн: рассказывая ей о проблемах преступности. Двигатель заработал, автобус задрожал. Близнецы все еще думали, что справятся с поставленной задачей. Они даже были уверенны в том, что справятся, и когда автобус резко затормозил, и когда его развернуло на дороге, так что он едва не перевернулся, и даже когда дверца открылась, в салон ворвались люди в черных масках с оружием...
   Гнакаро завизжала. А Олрэ резко прижал Милэн к себе, и она почувствовала, как холодное дуло пистолета уперлось ей в скулу, жестко и насмешливо он шептал ей, касаясь губами уха: - Это найтийский пистолет и пули в нем киридовые.
   Гэл почувствовал такой же пистолет у себя под мишкой, медленно повернул голову в сторону оператора Кэола, тот жестко приказал: - Вставай.
   Вот тогда близнецы окончательно поняли, что задачу они с треском провалили. И теперь вынуждены узнать, кто приказал их арестовать.
   Все происходило быстро. Вязали всех. Но близнецам замкнули на руках киридовые наручники, вытащили их из автобуса, и заставили пробежать метр до гравитатора, где толкнули под ноги человеку со знакомым пергаментным лицом. Найтийские автоматы упирались в спины пленников. Когда в гравитатор вскочили Олрэ и Кэол, люк захлопнулся. Гравитотор бесшумно взлетел вверх.
   Милтийских журналистов затолкали в армейский грузовик, и увезли...
 
ШАНТАЖ ИМПЕРАТОРА МИЛТЫ,

или ошибка Старейшин Совета Пяти Галактик

   Пахнет казармой, оружейным маслом, туалетной водой, гравитационным топливом, человеческим потом, и едва заметно, еле уловимо киридом. Пахнет железом, пахнет кожей, ею оббиты сиденья, а еще пахнет кремом для обуви.
   Гэл попробовал подняться, закрученные за спину руки мешали, да еще стволом найтийского автомата, толкнули в спину: - Лежать.
   Олрэ нежно поднял Милэн и посадил рядом с собой, расстегнул пуговичку на тонкой рубашке, коснулся пальцами шеи пленницы, еще миг и Милэн вцепилась бы клыками в эту руку, но ее опередили: - Убери от нее руки, - строго, тихо и внятно проговорил человек с пергаментной кожей, - или я тебя застрелю...
   Олрэ побледнел, Кэол ухмыльнулся, спросил: - Как с парнем?
   - Помоги ему сесть, - распорядился Пергаментноликий, - только, руки не выверни...
 
   Гравитатор сел на грунт. Странным показался запах примятой травы и цветов. Человек с желтым пергаментным лицом пристально посмотрел в глаза Гэлу: - Почему вы молчите?
   - Сами все скажете, - ответил Гэл.
   - Неужели в Совете так мало платят, что его правители вынуждены подрабатывать коммерческим шпионажем? - искренне изумился пергаментоликий.
   Гэл ухмыльнулся: - Вы также, из вежливости и уважения могли бы назваться?
   - Арвас Тинитроги - помощник императора по внешним связям, - назвался пергаментоликий склонив голову, перед закованными в наручники, -, а это, - Арвас указал на Кэола, - мой помощник и секретарь.
   Гэл улыбнулся, улыбкой более напоминающей оскал. Милэн угрюмо молчала.
 
   За бортом гравитатора прохладный вечер полярной зоны Милты. Здесь весна. Листва шелестит на деревьях, молодая и, наверно, нежно зеленая. Поет птица заливисто и радостно. Где-то течет вода.
   Пергаментноликий спросил не без насмешки: - Совет тоже интересуется нашими заводами?
   - А причем здесь Совет? - удивился Гэл. - нас наняла корпорация...
   - Странное стечение обстоятельств.
   - Бывают и злосчастные совпадения... - ответил Гэл.
   Солдаты вывели Гэла и Милэн из гравитатора.
   Арвас Тинитроги предостерег Старейшин: - И... Я, хочу попросить вас, быть вежливыми с нашим императором.
 
   Небольшая гостиная рядом со спальней императора. Запах человеческого сонного тела, ароматизаторов, дорогих духов и свежесваренного фирго.
   У императора Милты серые волосы, остриженные на уровне худых плеч, редкие и тонкие, острый нос, узкие щелочки глаз, узкий рот, резкие очертание скул. Худощавый, уставший человек. Его разбудили, но он не понимал, почему позволил себя разбудить. У ног его украдкой зевает девушка, лет шестнадцати, массирует императорские ступни.
   Император Милты боится потерять власть, боится, что жизнь его будет продолжаться скучно и рутинно долгие годы, боится интриг и заговоров.... В богов не верит, но молиться им, легкомысленно прося перемен. В его руке красная расписная чашечка с фирго, император, пригубил, но напиток оказался слишком горячим.
 
   Арвас ворвался пыльным вихрем, принес в гостиную новые запахи: запах пустыни средних широт, запах раздавленных цветов и влажной земли. Император отставил изящную красную чашечку и спросил, едва шевеля губами, ведь по этикету он не должен проявлять любопытства, лишь уравновешенность и равнодушие: - Вы и вправду уверенны, что на Милту прилетели именно Старейшины Совета? Ведь если подумать здраво - это абсурд.
   - Я уверен. Мои осведомители заинтересованы в том, чтобы мы их задержали на Милте, - ответил Арвас, сдержанно кланяясь, как и положено помощнику его ранга.
   - Это не опасно встречаться с ними?.. Для меня? - император, как котенка, погладил по голове сонную девушку.
   - Опасно, но так как вы изъявили желание, то проявите почтение, - Арвас снова поклонился, - эти могущественные существа непредсказуемы и своенравны, но может быть, ваше величие окажет на них благотворное влияние.
   - А мы можем в уплату за беспокойство и риск, попросить их об одолжении для Милты?
   - Покровители не рекомендовали высказывать им наши личные требования...
   - Покровители не узнают... - равнодушно ответил император и взмахнул нежной рукой, - Приведите их.
   И их привели,... они были юными, удивленными, насмешливыми, в наручниках.
   Император не смог совладать с эмоциями. Нарушением этикета была также и растерянность - он неожиданно распорядился: - Арвас, ну зачем же так жестоко... сними с них эти ужасные кандалы, они мои гости.
   Арвас хотел, возразить, но, наткнулся на жесткость во взгляде императора, с поклоном подчинился, кивнул головой Кэолу, тот тотчас освободил "гостей".
   - Присаживайтесь, - предложил император старейшинам, - Может фирго?
   Он держался, этот хозяин планеты, держался, несмотря на странный озноб и непонятно откуда возникающий страх.
   Гости сели. Милэн поправила волосы, убрав непослушные мелко вьющиеся пряди с лица. Гэл повторил ее движение, мигом позже и почти синхронно. Император смотрел на покрасневшие от тяжелого железа запястья старейшин, молчание затягивалось, и император спросил первое, что вертелось в голове: - Вы близнецы?
   Гэл кивнул головой.
   - Как же вы так? - спросил, император, как будто пошутил.
   - Я бы хотел задать вам подобный вопрос, - хамил Гэл.
   - О чем вы? - император, конечно, понял намек, но старался сохранить спокойствие. Пригладил поднявшиеся в корнях волосы. Почувствовал резкий прилив ненависти. Осознал - перед ним не люди.
   - Войска Совета вывернут вашу маленькую планету наизнанку, - мягко и нежно сказал Гэл.
   Милэн едва заметно улыбнулась.
   Арвас обошел Гэла, стал рядом с императором, сложил руки на груди, изрек: - О, мой повелитель, Старейшина изволил пошутить, спецслужбы Совета не узнают о том, куда исчезли их правители - они здесь инкогнито...
   Император с благодарностью посмотрел на помощника, потом на Гэла и улыбнулся: - Если так, то все проще, сейчас принесут фирго, и мы приступим к переговорам. Мой секретарь уже готовит документы для легализации торговли искусственным овирием.
   Арвас недовольно поморщился.
   - Вы уверены, что мы поможем вам легализировать торговлю радиоактивным топливом? - удивленно спросила Милэн.
   - Вы подпишете документы, и мы вас отпустим, - ответил император
   - Отпустите? - переспросил Гэл, подавшись вперед, его бровь дернулась, а на губах мелькнула кривая усмешка.
   - Конечно, - заверил вежливый император.
   Арвас смущенно кашлянул в кулак. Слуга принес поднос с фирго и бутерброды. Гэл предположил - ему сейчас кусок в горло не полезет. Милэн про себя отметила: "Не хочу фирго".
   Слуга снял с подноса и расставил на маленьком столике чашки и тарелки, бесшумно удалился. Император щедрым жестом указал на столик: - Угощайтесь господа. Фирго проясняет мысли и помогает принимать правильные решения.
   Продолжение разговора становилось бессмысленной тратой драгоценного времени императора, и он сообщил, подводя встречу к завершению: - Для вас подготовили комнату.
   Арвас хотел возразить что, не комнату - а клетку, и закрыть там этих старейшин следует немедленно, но наткнулся на повелительный и упрямый взгляд императора. Поставив помощника на место, обусловленным этикетом гневным взглядом, правитель Милты с улыбкой предупредил: - У вас день чтобы подумать над предложением.
   Гэл сделал глоток со своей чашки и улыбнулся, слегка демонстрируя острые клыки: - Конечно, мы подумаем...
   Клыки исчезли. Император не заметил, он зевнул, извинился, поклонился своим гостям и вышел в сопровождении грустной девушки-массажистки. Арвас побледнел, и выбежал вслед за императором.
   Кэол растерялся, когда остался наедине с пленниками.
 
   - Вы не понимаете Ваше величество! - Арвас тяжело дышал, нависая над низеньким правителем Милты.
   - Они безобидны... - небрежно бросил император, - охраняйте их, и достаточно.
   - Но, меня предупредили... - отчаянно убеждал Арвас.
   Император прервал: - Эти Старейшины - дети. Достаточно запереть их в комнате, - и снисходительно улыбнулся, - А вы паникер Арвас...
 
   В комнате Гэл метнулся от стены к стене, ударил кулаком по запертой двери и прислонился к ней лбом, ворчал: - Это все твое любопытство... Милэна.
   Милэн не обращая внимания на ворчание брата, села на диван, сложила маленькие руки на коленях, она думала вслух: - Вероятно, основная задача, поставленная перед милтийцами - задержать нас.
   - Еще бы выяснить, кто поставил перед милтийцами такую задачу, - Гэл сел рядом с сестрой, - и зачем.
   - Будем ждать заказчика сидя здесь? - спросила Милэн.
   - Нет. Давай побегаем. Здесь портал недалеко, - ответил Гэл.
   Рассвет наметился тонкой алой полоской на горизонте. Решетка на окне отсутствовала, за окном пропасть и скалы. Окно открылось легко, за окном ветер. Близнецы перевоплотились. Когти цеплялись за гранит. Быстрый и стремительный спуск, как бег по отвесной стене. Скорее, в заросли леса, в нехоженые полярные леса Милты, поближе к пространственному порталу. Перелесок, за перелеском трасса, за трассой национальный заповедник. И длинная нескончаемая бетонная ограда... Начался мелкий дождь. Милэн бежала за Гэлом. До ограды оставалось пятьсот метров. Мокрые ветки хлестнули по морде. За спиной послышался шелест. Тяжелые лапы по мокрой траве... Ворлоки?!! Много ворлоков... Ворлоки меньше и бегают медленно.
   Гэл остановился перед высокой, как скала оградой... Милэн наткнулась на брата. Гэл прыгнул первым, вцепился в стену когтями, оттолкнулся и перелетел на ту сторону. Милэн за ним, приземлилась на лапы, отряхнула с когтей, скрипучий бетон. Ворлоки заорали, заскулили по ту сторону ограды, для них это препятствие слишком высокое.
   Ночь. Темно. Небо фосфорится тяжелыми тучами. Дождь шумит.
   Завыла собака, протяжно, с отрывом, как на покойника... Недалеко людские поселения. Впереди дорога. На дороге нескончаемым потоком слепящие фарами "наземные" машины. За дорогой лес, нужно бы туда, но сначала запутать следы, беглецы побежали вдоль дороги, но в разные стороны, кто-то из них должен добраться до портала.
   Дождь усилился. Мокрая трава под лапами. Милэн пропустила еще одну машину, и рванула через дорогу в лес. Прыгала через ров в лес, выстрелы не услышала, стреляли из найтийского автомата с глушителем. Пуля вонзилась в бок, еще мелькнуло в голове: "Лишь бы не разрывная!!!". Когда пуля, столкнулась с ребром и взорвалась. Боль помутила сознание, она споткнулась и покатилась в мокрую траву. Правая передняя лапа онемела. Но необходимо встать, встать и бежать, как угодно лишь бы бежать, на трех лапах, на двух ногах...
   В то время Гэл в два прыжка пересек дорогу и вломился в лес. Пули его не задели.
   Милэн слышала сначала ворлоков, потом крики и топот солдатских сапог... Шум и запах людей окружил ее, и над головой вспыхнули лучи прожекторов. ЗАГОНКА - гнусное слово.
   А ведь еще год назад на этой планете не знали гравитаторов. Еще год назад они летали на своей медленной технике в космос, на ближайшие планеты. Еще год назад они летали на кораблях, купленных у соседей. Пользовались старым космодромом, построенным здесь с незапамятных времен Советом. Теперь вот купили гравитаторы. Молодцы! Вовремя.
   Милэн похромала до ближайших зарослей. За зарослями крутой спуск вниз, глинистая почва размокла, небольшой уступ, на котором остановилась Милэн, поехал вниз в темноту, унося ее с собой. Пятисоткилограммовый оборотень пыталась вцепиться за корни деревьев, но они рвались под ее лапами. Съехала вниз уже на спине. Длинную шерсть облепило глиной. Едва заставила себя подняться, отряхнулась без надежды сбросить с себя всю налипшую грязь. Осколки кирида сдвинулись, она задыхалась. А еще заметила, ее кровь падала на листья и не разъедала органику, а оставалась ртутными каплями на траве и упавших листьях, кровь даже не впитывалась в "землю". Милэн не поверила что такое возможно.
   Дождь закончился. Она залегла на дне карьера и не шевелилась.
   Слышала запах и шелест леса, слышала, ее ищут. Шорох, звуки шагов, мягкие лапы на мокрой палой листве, запах шерсти вперемешку з человеческим потом, запела птица, звонко. Лишь бы прошли мимо, лишь бы не нашли. Это же люди, просто люди, хоть и с киридом.
   Ворлоки нашли ее, и набросились, как будто и впрямь хотели загрызть. Первый впился клыками в спину, Милэн сомкнула клыки на его хрупком черепе, тряхнула, отбросила, второго за горло, третьего рванула когтями...
   Ворлоки не волки, у них есть инстинкт самосохранения, они испугались и отступили. Милэн оскалилась, шерсть на затылке стала дыбом: "Ну, кто еще?!"
   Три неподвижных тела на траве стали человеческими. Мертвы. Милэн чувствовала на клыках сладковатый вкус человеческой крови. Сплюнула.
   Ворлоки окружили ее со всех сторон: много их, но они вдвое меньше. Она отчаянно бросилась в атаку, ей главное вырваться из окружения. Но оборотни не отступили. Милэн разорвала двоих, и выпрыгнула из кольца. А ворлоки застыли на месте.
   Милэн бросилась бежать хромая на трех лапах, ее встретили очередью из кирдовых игольчатых пуль. Стреляли из гравитатора, она из последних сил, на грани сознания, прыгнула на тот гравитатор, сбивая с него и седока и стрелка. Еще надеялась, что Гэл сможет добраться до портала, когда в нее впился "паук".
 
   Перевертыши загнали Гэла в каньон. Он сражался с ними, успел убить двоих, прежде чем его расстреляли. И пока охотники не удостоверились, что оборотень умер, гравитаторы ниже, чем на три метра, не спускались.
   Кэол спрыгнул на "землю" осветил фонарем и толкнул тело огромного оборотня ногой. Тотчас услышал за спиной ленивое предупреждение: - Осторожно, его кровь может оказаться агрессивней его самого.
   Милтиец оглянулся, увидел массивную фигуру копроконца - доктора Коре.
   Копроконец Коре ученый и путешественник всю жизнь изучал оборотней. И услышав приглашение Арваса на работу консультанта по аджарам, не раздумывая, примчался на Милту. Теперь стоял над огромным телом зверя и озадаченно дергал мочку своего уха. Кэол ухмыльнулся, отходя в сторону: - Тогда я вас пропущу вперед. Вас ведь очень интересует такой ценный экземпляр.
   Доктор ухмыльнулся, подошел, присел рядом с поверженным оборотнем, достал из ножен на поясе небольшой нож и прикоснулся лезвием к окровавленной шерсти. Присмотрелся к лезвию, освещая его своим фонарем, и лишь после растер кровь оборотня пальцем по помутневшему металлу, озадаченно пробубнил: - Странно, я был уверен.
   - В чем? - спросил Арвас.
   Услышав голос своего начальника, Кэол вздрогнул. Снова старик появился как тень.
   Коре тихо и неуверенно ответил: - В том, что это не аджар, аджары на треть мельче, этот слишком крупный. И он не мутант, но, у настоящего тэйла должна быть агрессивная кровь. Хотя, тэйлы и не изучены, сведенья о них есть только в летописях. Сошлись на мысли, что они вымерли. Это не аджар. Я не могу его классифицировать...
   Вышел маг, он был ростом около двух метров, бледное лицо светилось в лесном мраке, как нарисованное фосфором, глаза темные змеиные норы, бледные губы слегка кривились в улыбке, маг заворачивал полы длинного кожаного белого плаща, ему было холодно. Магу не нужен был фонарь, он видел в темноте, насмешливо проговорил: - Тогда, господин Коре, я вас поздравляю. Перед вами вымерший индивидуум. А кровь его - велением Хахгэта - нейтрализована.
 
   Милэн очнулась в клетке, рядом был Гэл. Они так и остались зверьми, паук стягивал ребра, и если вернуть себе человеческое тело, очередное перевоплощение в зверя обернется очередным умерщвлением. А еще в теле остались осколки кирида, они будут выталкиваться телом медленно, очень медленно, их легче вырезать?..
   Кирид... Давно забытый кирид... Кирид который используют древние планеты только для бронирования и улучшения обтекаемости своих космических кораблей, и никто не смел делать из кирида оружие...
   Тот кто зарядил найтийское оружие этим металлом, тот кто вылил из кирида паука, должен знать о той древней войне, о которой знали только Первые маоронги-творцы.
   Милэн почувствовала: человек смотрел с сожалением и сочувствием, она подняла голову, увидела у клетки Арваса и несмотря на боль, как дикий зверь, бросилась на решетку. Милтиец отшатнулся. Гэл поднял голову, зарычал. Арвас с расстояния полуметра, тихо сказал: - Извините, я не успел предупредить вас, что бежать бессмысленно... и опасно.
   Милэн вновь оскалила клыки, и шерсть поднялась на загривке. Гэл сел, зевнул, демонстрируя огромные острые клыки.
   - Разве мы не сможем договориться? - спросил Арвас, - но вы должны прекратить этот глупый спектакль.
   Милэн вновь бросилась на решетку, на этот раз сила удара была достаточной, чтобы прутья слегка прогнулись. Арвас отступил. Вздохнул: - Вы не понимаете, если будете продолжать, вас снова расстреляют, а я бы хотел вам помочь.
   Гэл лег, Милэн подошла, прижалась к нему, холодно... Лапы предательски дрожали.
   Вошел император. За ним, как тень, бледный маг в черном плаще, застыл маревом у клетки и проговорил хорошо поставленным приятным голосом: - Они не будут подчинятся.
   Милэн и Гэл подняли головы, присмотрелись к незнакомцу, маг присел на корточки, всматриваясь в желтые глаза оборотней, и сказал: - Вымотайте их, эти звери не так сильны, две-три регенерации, и они устанут поддерживать трансформацию. Но как станут людьми, не доводите их до истощения - это опасно.
   Доктор Коре стоял у стены наблюдателем, выслушав мага, он с досадой хлопнул ладонью по влажной стене, подошел и спросил его: - Вы не можете с ними договориться?
   - Они не склонны к переговорам... - ответил призрачный маг.
   - Вы читаете их мысли? - недоверчиво спросил Коре.
   - Да, - маг развернулся идти к выходу, полы его кожаного плаща взлетели как крылья.
   Арвас застыл мрачным истуканом. Император скривил тонкие капризные губы, и ленивым жестом руки позвал к себе солдатика дежурившего у стены: - Отряд Двенадцать сюда, с оружием.
   Арвас смотрел на пленников, ожидая проявления, хотя бы капли страха, шептал: - Вы безумцы. Безумцы... Вам ведь должно быть страшно?
   Оборотни, молча, лежали на грязном бетонном полу, закрыв глаза.
 
   Во всю стену комнаты с клеткой, огромное зеркало, в зеркале две пепельные тени, стекло зеркала бронированное. Пришла расстрельная команда. Дверь не закрыли... Напрасно...
   Оборотни внезапно, бросились на прутья, и прутья разошлись под напором ярости. Солдаты растерялись, когда звери вырвались. Пятеро из десяти карателей разбежалась, остальные начали стрелять, один даже попытался ударить Милэн ногой по морде, ее клыки сомкнулись на его ноге, солдат запаниковал, упал на колено и судорожно жал на курок, его лицо превратилось в маску злости и боли.
   Но к счастью для солдат, оборотней интересовало зеркало. Удар алмазными когтями по бронированному стеклу и оно звонко разбилось. Милэн услышала, как закричал император, и прорычала: - Здравствуйте! Но не долго...
   Император выскочил из комнаты, маг окутал себя магическим полем, Арвас застыл, а Коре вжался в стену, и не шевелился, доктору стало страшно, но он не смог бы поднять на этих оборотней даже тот небольшой нож, который бесполезно болтался у него на поясе.
   Милэн бросилась на Арваса, а он, всего лишь, поднял руку, защищая горло, ее глаза как будто спрашивали: "Ты различаешь нас сейчас Арвас? Ты же вооружен! Почему ты не стреляешь Арвас?!"
   Она повалила его на пол, он по-прежнему закрывал горло ладонью, она прорычала: - Стреляй! И я загрызу тебя!!!
   Гэл бросился на мага, пробил хлипкую защиту, маг упал, снова поставил поле: все равно, что защищаться зонтиком от падающего метеорита. Глупо... Маг, не знает что магия, изначально создана для драконов... и потому никогда полностью не откроется для людей.
   Жалкие остатки расстрельной команды, в количестве трех уцелевших, вскочили в комнату наблюдения, и Милэн тихо зарычала на ухо милтийскому сановнику: - Прикажи своим людям отступить.
   А Арвас спокойно ответил: - Убери свои клыки от моего горла.
   Милэн отстранилась, а он, нахал, вцепившись в ее загривок, приподнялся на локтях и махнул карателям: - Уйдите! Они не шутят, - а потом посмотрел на нее и улыбнулся, - если бы ты хотела меня убить, я бы с тобой уже не разговаривал, надеешься, что я твой союзник?
   Его бесцеремонность разозлила ее: - Убери от меня свою руку, пока не откусила! Ты должен вывести нас на поверхность.
   Арвас одернул руку от оскаленной пасти, качнул головой: - Злая ты.
   Милэн дрожала от ярости: - Не заговаривай мне клыки, человек. Вставай!!!
 
   Гэл таки вцепился в горло мага, но загрызть его не успел. Появилась светящаяся тень. Маг исчез из-под лап. Гэл разочарованно повернул огромную клыкастую голову в сторону пришельца, с клыков капала кровь. А источник магического света ласково улыбнулся. И нападать на тень бесполезно - это тень того что находиться очень далеко... И через тень Гэл сейчас прыгнуть не мог. Не хватало сил.
   Арвас поднялся и положил руку на кобуру. Милэн удивленно поняла, что милтиец сейчас, скорее готов защищать пленных оборотней. А доктор Корэ боялся, что его выгонят.
   Оборотни лениво обошли призрак, присматриваясь к нему. Пришелец следил за ними с улыбкой, и вдруг вскинул руки. Близнецы рванули к выходу, выбив дверь. Гранитный пол был скользким...
   Призрачный пришелец покачал головой и внимательно посмотрел на Коре, Арваса, и на испуганных солдат. Был спокоен, удивительно спокоен.
   В коридоре оборотни наткнулись на императора. Сладкий, улыбчивый, приторный правитель Милты побелел и прижался к стене. Милэн прыгнула на императора, свалила с ног, схватила клыками за плечо, поближе к шее, и поспешила за Гэлом.
   Император, дрожа и всхлипывая, поднялся, держась за шею. Страх буквально парализовал его ум, и он побежал к выходу. Выскочил из подвала, едва дыша, из последних сил дернул рычаг и заблокировал подвал.
 
   Выстрелы: Милэн споткнулась, покатилась по гранитному полу, попыталась вскочить, но лапы были перебиты. Гэл остановился помочь, а она закричала: - Беги!!! Беги! Черт возьми!!!
   Крик оборвался, на нее бросили тяжелую сеть, Милэн начала вырваться, но паук сломал ей ребра и проткнул сердце. А солдаты из страха произвели контрольные выстрелы... Вместо зверя на бетоне лежала девушка...
 
   Милэн умирая, осознавала - она не может поверить ощущениям, она не хочет этой реальности. Холод киридовых наручников на запястьях, прохладная рука легла на ее лоб... и голос: - В цепи, и закройте. Мой маг ранен, без него, к ним не заходить.
   - Второй еще не пойман... - возразил Арвас.
   - Ищите, - тихо изрек холодный голос, - Он где-то здесь. Но ваши люди не должны вступать с ним в открытый бой, пусть сразу расстреляют.
   Он помнил только слова Зэрона: "Послушай малыш... они отдали тебе силу только для того чтобы, посмотреть, как смертный будет пытаться удержать Мир. Ты невольный разрушитель - ведь не удержать Вселенную без помощи забытых Маоронгов. Мы прокляты Волнами только потому, что хотим сберечь то, что создано для игры и разрушения вечными детьми. Прокляты потому, что помним, как легко разрушают Они то, что создали. Что для них тонкое полотно материи, сотканное за миг их бесконечности - переменчивая красочная игрушка на ветру времени. Но для нас это тяжкий труд творения, это остров жизни, любви, радости и страданий, это счастье матери и смех ребенка, это слезы гордости и горечь отчаянья. Этот Мир наполнен жизнью, и он не должен быть площадкой для их игры. Потому Мать вернула нас Миру. И ты можешь спасти Вселенную Жизни, если поверишь нам..."
   Лиар присел рядом с Милэн, с нежностью убрал с лица сеть, прошептал: - По-другому нельзя.
   "А поговорить с нами?" - горько думала она.
   - Вы меня обманули... - спокойно ответил он, равнодушно без эмоций, как будто давно сгорело в нем все живое и человеческое...
   "Ми слишком мало тебе сказали, чтобы обмануть..."
   - Мне никогда не понять вас, слишком велика пропасть между нами...
   "Но в тебе наша сила..."
   - Сила Созидания? Или сила разрушения?! - В его голосе появилась злость... Неужели осталась только злость?
   "Ты, и впрямь, решил все погубить. Поверил проклятым Маоронгам?.."
   - Они прокляты вами, потому, что защищали живых... - шептал Лиар. Он вдруг ощутил последний удар ее сердца, но так, как будто и его сердце остановилось... Лиар всхлипнул, едва сдерживая стон, и положил мертвое, почти невесомое тело на гранит.
   Милтийский солдат скрепил цепью кандалы на тонких девичьих руках.
 
   Гэл добежал до выхода. Ударил когтями по толстой металлической стене, закрывшей подвал наглухо... День сегодня не удался, побег пока еще, не удался - необходимо найти комнату управления.
 
   Кэол командовал группой спецназовцев. Они перекрыли коридор.
   Солдаты храбрились, но ощущение у них было, как будто их закрыли в клетке с хищником.
   Ворлоки, наоборот, самоуверенно спешили найти беглеца. И одному из них это удалось. Только Гэл прыгнул первым, и, свалив ворлока на пол, прижал его когтистой лапой к гранитному полу: - Где комната управления?
   Ворлок замотал лобастой головой.
   - Оторву голову, но начну с задних лап, - спокойно предупредил Гэл.
   Ворлок поверил и скороговоркой ответил: - Отсюда налево, коридор направо, комната сорок два, но дверь там бронирована.
   - Спасибо, - гаркнул Гэл и приложил ворлока головой к полу: достаточно сильно, чтобы отключить, и недостаточно, чтобы убить, - загонщики рготовы. - За поворотом ждали солдаты, - вернусь, убью, - проворчал Гэл, угрожая недобитому оборотню.
   Солдаты открыли огонь, едва только заметили тень беглеца. А ведь и одного десятка пуль сейчас хватит, чтобы убить Гэла. Заднюю лапу и шею пробили, разрывные пули. Сознание помутилось, но он нашел в себе силы атаковать солдат.
 
   Кэол дрожащими руками менял обойму, когда зверь подмял его огромными лапами. Пластины бронежилета выдержали, но когти так прошлись по ним, что запахло каленым металлом. А клыки твари сомкнулись на его запястье, и секретарь Арваса, взлетел, оборотень потянул его вглубь коридора. Солдатики перестали стрелять, боялись зацепить Кэола. Арвас возник из глубины коридора за спиной Гэла, тихо приказал: - Отпусти моего помощника.
   Кэол отчаянно вырывался, не смотря на то, что при каждом рывке, клыки оборотня глубже разрывали его кожу. Гэл разомкнул клыки и перехватил милтийца лапой за запястье, предупредил: - Будешь вырываться загрызу.
   Секретарь затих. Гэл приказал Арвасу: - Если не хочешь, чтобы твой человек был разорван, открой выходы из подвала.
   Арвас решил протянуть время, отвлечь оборотня задушевными беседами: - Увидев вас впервые, я с трудом, но все, же поверил что вы Старейшины Совета, но сейчас... Сейчас видя вас столь безумными и яростными, я пребываю в замешательстве. Вы знаете, что мы поймали вашу сестру? Неужели вы сможете ее здесь бросить?
   Гэл схватил Кэола лапой за горло и, продемонстрировав Арвасу острые когти, крикнул: - Открывай дверь!
   - Хорошо. Только не нервничай, - Арвас открыл дверь, и отстранился, - заходи.
   - Ты первый, - прорычал Гэл.
   Кэол схватившись за длинную шерсть, болтался в лапе оборотня, как мягкая кукла. Арвас вошел в комнату управления, Гэл вскочил за ним и бросил Кэола на Арваса, оба милтийца покатились по полу. Олрэ вскочил из-за стола, дрожащей рукой снял пистолет с предохранителя, Гэл в один прыжок оказался рядом с бывшим сопровождающим, схватил его лапой за ворот формы и швырнул в сторону двери: - Вон пошел! И дверь закрой!
   Олрэ вскочил и выбежал за дверь, с громким криком захлопывая ее с треском.
   А Гэл навис над помощником императора: - Если бы я был безумен, ты бы уже не дышал. Открывай подвал!
   Арвас искривил рот в горькой улыбке: - Подвал отключен, и открыть его теперь можно только с пульта на пятом этаже дворца.
   - Думаешь, я тебя не убью! - Гэл едва коснулся когтем горла Арваса, тот почувствовал едва уловимую боль разрезанной кожи.
   Кэол вскочил, схватил со стола рацию и обрушил ее Гэлу на голову. Оборотень, втянул когти и ударил милтийца лапой в челюсть, тот улетел за стол и там затих, приложившись головой об пол. Арвас подумал, что Гэл убил его помощника, схватил, автомат лежавший на полу, нажал на курок..., выстрела не последовало. Гэл услышал щелчок, повернул к сановнику свою жуткую голову, спросил язвительно: - Патроны закончились?.. Ладно, повеселились, и хватит, где кислородные аппараты?
   - А кислородные аппараты на верхнем уровне и, даже если ты сломаешь вентиляторы, шахты не откроют - здесь много мелких отдушин. Ты не сможешь убежать...
   Кэол вылез из-за стола, одной рукой почесывая шишку на затылке, второй рукой проверял, цела ли его челюсть, ворчал: - Чтоб оборотень меня, да так, да по морде.
   Арвас удивился: - Ты его не убил?..
   - Вызывай императора, - сердито гавкнул оборотень, он устало сел, раненная лапа онемела.
   Арвас бросил на стол бесполезный автомат, велел Кэолу сесть. Думал... в раздумьях спросил оборотня: - Зачем тебе император?
   - Ты мой заложник, - ответил Гэл. И начал выдергивать клыками киридовую занозу из лапы. Дверь содрогнулась под ударом. Гэл рыкнул помощнику императора Милты: - И прикажи своим людям отступиться, я не слишком сдержан, не смогу долго сохранять человеколюбие.
 
   Пергаментоликий тощий Арвас коснулся кровоточащей царапины на своей шее, вынул из кармана лоскут ткани и приложил к ранке, и только тогда крикнул в сторону двери: - Отойдите от дверей, ждите команды!
   Дверь перестала содрогаться. Арвас набрал экстренный номер императора на видеофоне. Повелитель Милты, ответил через минуту, был он бледный сердитый озадаченный, с плечом перемотанным белоснежным бинтом, на бинте алыми пятнами выступила кровь. Император спросил: - И что? Вы их угомонили? - Арвас вместо ответа показал на Гэла. Император улыбнулся: - А-а-а... Таки поймали? В цепи этих двуликих уродов, и заприте на нижнем ярусе.
   Арвас попытался объяснить недоразумение: - Это не мы его поймали, это он меня поймал. Теперь требует, чтобы его отпустили.
   Император застыл с открытым ртом, отказываясь верить, но спустя двадцать секунд его прорвало: - Никаких переговоров! Отпустить?! Вы с ума сошли Арвас!!! Это необдуманное действие уничтожит нас!.. Надеюсь, ты понимаешь это?!
   Гэл совсем по-мальчишески засмеялся: - И тебя предали старый политик, даже не задумываясь...
   Арвас злой повернулся к Гэлу, схватил его за шерсть, бесстрашно посмотрел в желтые глаза: - Заткнись зверь...
   Оборотень клацнул клыками перед носом у господина Арваса, Тот отшатнулся. Гэл с ухмылкой прошипел: - Помни, с кем разговариваешь. Меня, с моей должности, пока еще не сняли, а вот тебя списали.
   Император угрюмо и неуверенно попрощался: - Извини друг, я не могу рисковать планетой. Ты был незаменимым, но сейчас разговор идет о нашей Родине. Все слишком далеко зашло. И, этот зверь действительно пока еще Старейшина. Ты представляешь, что будет, если он вырвется? Нас разорвут. Прости.
   Экран погас.
   Арвас схватил блестящее металлическое кресло на колесиках и обрушил его на бесполезную аппаратуру. Кэол все понял, но решился переспросить: - Они нас здесь всех убьют?..
   - Нет другого выхода, - дрожащим голосом ответил Арвас, - родина в опасности.
   - Да что вы говорите?! - разозлился Гэл, - Родина?! Высокопарно пойти на смерть лишь бы сохранить бесценную власть высокопоставленного урода?.. - Гэл не заметил, как по-звериному начал бить себя хвостом по бокам, но успокоился и устало спросил, - что предусмотрено для такого случая? Спасать вас нужно, идиотов!..
   Арвас удивленно посмотрел на уставшего и раненного оборотня, тихо ответил: - Накачают в помещения метана и взорвут.
   Кэол выругался. Гэл чувствовал, как внутри переворачивается тоска, снова неудачный побег, снова клетка, но все же, нашел в себе силы спросить: - Откуда пойдет газ?
   Арвас рванулся к двери: - Я проведу.
   - Стой, - гавкнул Гэл, - объясни, где это, выведи меня и отпусти, а сам собери всех живых, и закройтесь в этой комнате. Я не способен на чудеса, могу лишь вызвать взрыв пока газ еще не распространиться.
 
   Гэл огромными прыжками мчался к вентиляционной системе, тщательно внюхиваясь в воздух, тихо бубнил: - Я идиот, они в меня стреляют, а я их спасаю... я полный идиот, и никогда не исправлюсь, прав Лиар, с дураками только так и нужно... - И он услышал запах газа. И ему было себя очень жаль, будто был маленьким и беспомощным... Гэл взмахнул лапой и высек фейерверк искр из гранитной стены.
   Рвануло.
 
   Аварийные лампочки тускло мерцали, окрашивая стены и лица в красный цвет. Потом они совсем погасли. И Арвас услышал рокот взрыва и почувствовал, как содрогнулись стены подвала. Он держал девушку-оборотня на руках, прижимаясь к дрожащей стене.
   Кэол сидел в углу, закрывая голову руками. Солдаты вжались в стены, прикрывая руками раненых. Олрэ испуганно вскрикнул: - Мы погибнем!
   Арвас попытался успокоить паникера: - Подвал выдержит, вот только вентиляция вся в той стороне полетит ко всем чертям.
   Доктор Коре прилип спиной к стене: - Тэйлы не горят в огне, он должен побелеть утратить пигментацию...
   Олрэ разозлился: - Вас, доктор, заботят только эти, ваши драгоценные звери!? А это они во всем виноваты!
   - События спровоцировали мы сами... - проворчал Арвас, - все утихнет, солдаты отнесут раненых в лазарет, прикуют зверя, и найдут второго, пока он не очнулся.
   Коре забрал легкое тело Милэн из рук Арваса: - Ты уже мог бы, плюнуть на все... Тебя ведь убили.
   - Он призывает вас к предательству! - закричал Олрэ, - его нужно арестовать, я всегда говорил, что Ваш доктор - шпион Совета!
   - Прекрати истерику! Щенок! - резко приказал Арвас.
   Тускло и неуверенно зажглись лампы, все вздохнули с облегчением, если светят лампы, будет работать вентиляция. Даже Олрэ повеселел: - Сейчас прибудут спасатели.
   Арвас остудил радость: - Сейчас сюда придут не спасатели, а солдаты с огнеметами, мы должны оставаться на месте и заблокировать дверь.
   - Но ведь тэйлы в огне не горят, - возразил доктор Корэ.
   - Тогда с автоматами. Один черт, будут стрелять во все, что выжило.
 
   Гэл лежал под стеной, об которую его швырнуло взрывной волной. Шерсть и глаза побелели. Он в который раз пробовал подняться, но лапы оказались перебитыми осколками гранита. Поднял голову и протяжно завыл... глупо... но сдержаться не смог.
   Люди в скафандрах появились в дыму, как призраки первых покорителей космоса. По инструкции объект следует обнаружить и обезвредить. Солдаты нажали на курки. Через две секунды в пыли среди осколков в луже крови лежало растерзанное пулями обнаженное человеческое тело. Белые волосы, бледное лицо, оскал, сомкнутые клыки.
   Командир ткнул ногой расстрелянного оборотня, с опаской коснулся пальцами шеи, и лишь тогда приказал заковать.
 
   Влажные покрытые плесенью стены. Сырость, где-то капает вода.
   Гэл очнулся, глаза не открывались, холод пронизывал тело до боли в костях. Чувствовал тяжесть киридовых кандалов на руках. Киридовые занозы застыли в его теле, и ныли при каждом движении. А еще нелепая жесткость мокрой брезентовой одежды, ощущение будто сидел в болоте по шею. Милэн у противоположной стены, лежит, свернувшись замерзшим котенком на полу. Гэл прошептал: - Хитти...
   Она приподнялась на руках, зазвенели киридовые цепи: - Черт, как все по-дурацки...
   - Извини, я не смог убежать.
   - И я не смогла...
   Он улыбнулся. Милэн тихо заговорила: - А он молодец...
   Гэл растерянно спросил: - Кто?..
   - Лиар...
   - Лиар?.. - Гэл оцепенел.
   - Малыш встретился с кем-то из Проклятых, и его убедили, что он слаб. Убедили, что мы играем, инициируя слабых смертных на роль Хахгэта, и радуемся когда Миры разрушаются.
   Гэл молчал, он каждое ее слово ощущал как удар в сердце.
   Милэн вздохнула: - Теперь мальчик мстит.
 
   Зажгли свет. Гэлу показалось, он ослеп. Милэн зажмурилась, прикрыла глаза руками и спрятала лицо в коленях. Звонкий кирид, напоминал колокольчики. Похоронные серебряные колокольчики планеты Рпаконгазэ*, там скорбящие, громко звенят, как будто плачущими звонкими колокольчиками...
   Открылись многочисленные механические задвижки, как двери сейфа. Конечно, если учесть количество кирида в этой сырой комнате, то подобная система защиты вполне оправдана.
   Первым вошел Кэол. Вторым Арвас и лишь тогда появился сам император. Солдатики внесли кресло с высокой спинкой и поставили его у стены, император сел, закинул ногу на ногу, взял из кармана своего пиджака сигареты, ему поднесли зажженную зажигалку, он закурил. Зачем-то помахал ладонью перед своим лицом, разгоняя дым. Кэол открыл папку с документами. Из папки выпала небольшая ручка, секретарь наклонился, поднял ее. Император внимательно посмотрел на прикованных к стене пленников и обратился к ним, спокойно, как будто разговор шел в его личном кабинете: - Господа Старейшины, я думаю, теперь мы можем продолжить наши переговоры, цена вашего согласия на наши условия ваша жизнь и свобода.
   Гэл усмехнулся. Милэн хмыкнула. Волосы упали ей на лицо, она убрала их, цепь вновь издала унывный звон. Милэн еще раз потрусила рукой, прислушалась к звуку. Ей было больно от заноз, но не стонать же, радуя императора.
   Император невозмутимо продолжал: - Ваши попытки сбежать оказались глупыми, рискованными и неудачными. Вы будете читать документ, перед тем как подписать?
   Гэл удивляясь наглости и глупости милтийского императора, ответил: - Я не намерен ни читать, ни подписывать документы подобного характера. Особенно в подвальном помещении, на цепи, да еще с пауком в груди.
   - А вы? - император повернулся к Милэн, - что скажете вы, неужели хотите сидеть здесь долгие годы, как сказочные чудовища?
   - Сказочные? - с улыбкой переспросила Милэн, - думаете, сказочное чудовище можно удержать цепью и замками?
   - Я предполагаю, что воздействие кнута на вашу спину, повлияет на сознательность вашего брата, - по-отечески ласково проговорил император, и сбросил пепел на пол.
   Солдаты внесли тяжелую деревянную лавку. Один из солдат распустил кожаный кнут с вплетенным в него железным прутом.
   Гэл попробовал вскочить на ноги, вскрикнул. Спецназовцы, по приказу Арваса, натянули цепи в разные стороны, Гэл вновь рухнул на колени. Милэн почувствовала жар в голове, дыхание перехватило. Ее цепи уже были в руках спецназовцев, Сердце забилось сильнее и казалось, бьется об киридовое щупальце паука.
   - Нет! - неожиданно крикнул Арвас, - ее нельзя мучить!
   Кэол удивленно посмотрел на хозяина.
   Император потушил сигарету об блестящий сапог: - Объясни. А, если тебе ее попросту жаль, вспомни, перед тобой милая, прелестная оболочка для огромного свирепого зверя.
   - Дело не в том, что мне ее жаль, - Арвас присел рядом с Милэн посмотрел в ее синие глаза, которые, казалось, могли прожечь насквозь даже камень, - жаль и ее, и ее брата. Милэн криво ухмыльнулась, она не доверяла никому из этих троих милтян. Арвас продолжил: - Но, если она пострадает, Король Рэтолатос разнесет наш флот на атомы, а могущество пиратского флота сейчас приравнивают к военному могуществу Совета.
   - Наш покровитель... - начал, было, император с гордостью и пафосом.
   Арвас в раздражении нарушил весь дворцовый этикет, перебив своего императора: - Я всецело доверяю нашему всемогущественному покровителю, но мы еще слабы и не сможем противостоять королевским зэйдам. Сейчас, когда мы только вышли в космос, очень опрометчиво враждовать с мужем этого, как вы говорите, зверя.
   Милэн и Гэл улыбнулись. Император разозлился, указал рукой на Гэла: - Тогда начните пытать его.
   Гэл спокойно предупредил: - Лучше сразу убейте.
   Солдаты, выполняя распоряжение императора, потянули за цепи озверевшего Гэла. Милэн вскочила, но ее удержали. Арвас выхватил из кобуры найтийский пистолет и направил в ее сторону: - Даже не рычи...
   - Вы не посмеете! - крикнула Милэн, - он сорвется...
   - Не сорвется... - улыбнулся император, - разве что руки себе вывернет.
   Зря он это сказал...
   Пленник взвился: сломал себе кисти, содрал кожу на руках вместе с кандалами и впился в горло палача. Самоуверенный император вмиг оказался у двери.
   Милэн выдернула цепь из креплений на стене и сбила ею с ног двух спецназовцев, в ней было уже столько кирида, пулей больше, пулей меньше... Арвас остановил ее единым выстрелом в сердце. Второй выстрел был лишним.
   Гэл бросился на первого попавшего солдата. Пули, и киридовые занозы, он ощущал уже, как тупые удары палкой по бесчувственному телу. Пока сердце билось...
   Кэол прыгнул, спас солдатика, сбив его с ног, и падая, выпустил в оборотня всю обойму. Гэл, будто споткнувшись, упал. Солдатик сидел на полу с ужасом смотрел на длинный коготь на юношеской смуглой руке чужого, застрявший в его сапоге, и боялся пошевелиться, потом аккуратно начал вытаскивать ногу из сапога. Император выскочил из каземата, его равало.
   Кэол все еще лежал на полу с пистолетом в руках бледный как известняк восстанавливал дыхание.
   Арвас присел рядом с Милэн коснулся ее шеи, пульса не было: - Конец нашему флоту.
   - Но ведь они не смогут уйти... - неуверенно ответил Кэол.
   - Они... - Арвас погладил когти на руке Милэн. - они смогут...
   Маг вошел в камеру бесшумно, с пренебрежительной усмешкой и едва раскрывая рот, отдал распоряжение своего повелителя: - Мой Господин рекомендует вам закрыть эту камеру и не входить к этим существам, дабы избежать последующих жертв, даже если они покажутся вам мертвыми. При давлении на них, вы вызываете только ярость. Вам с ними не справиться. Через три дня Мой Господин заберет оборотней.
   Милтийцам так и не удалось уловить, когда посланник исчез из реальности смертных. Кэол едва сдержался, чтобы не плюнуть туда где миг назад стоял опостылевший маг.

   Доктор Корэ вошел, в момент, когда маг исчез, скептически помахал ладонью перед лицом, разгоняя пыль растаявшего телепорта, распорядился: - Прикажите солдатам помочь мне перенести мертвое тело в морг, а раненное в медицинскую комнату. И я на вашем месте, господин Арвас, оставил бы этих существ - они опасны, и то, что вы до сих пор живы - чудо.
   - Помолчите доктор, - отмахнулся сановник, - они еще исправят эту оплошность.
   - Если они еще вас не убили, то вероятно, уже не убьют, - бубнил доктор, осматривая глубокие порезы на ноге молодого солдатика спасенного Кэолом. И пробитый как ткань кожаный сапог.
   Кэол выбежал, его тоже стошнило...
   - Убьют, - Арвас рассматривал сломанные кости и лоскутья кожи на руке Гэла, - мы их разозлили. Очень разозлили. И... я ее застрелил.
   - Тогда может и убьют, - Корэ заметил, что Гэл пошевелился, - он убьет, когда очнется, а очнется он скоро.
 
   Гэл вернулся к жизни, в комнате уже никого не было, он дополз до сестры, взял ее на руки. Цепь на ее руке звенела, как боль. Милэн прижималась к брату, дрожала от холода. И энергия была на нуле...
 
   Арвас сидел в своем кабинете, перечитывал неподписанные документы.
   Кэол по другую сторону, нервно стучал ручкой, по старинной деревянной столешнице. Арвас поднял голову и приказал помощнику: - Объяви готовность один, для системы слежения. Ни один корабль, без досмотра, не должен пролететь мимо.
   - Они действительно правители Мира? - тихо спросил Кэол.
   Арвас только заметил, что у его помощника дрожат руки.
   - Да. Напейся.
   - Вы думаете, я испугался? - прошептал Кэол.
   - Я вижу, что ты не в себе, возьми выходной и напейся, - настаивал Арвас.
   Император вошел неслышно: - Он прав Кэол ты слишком сильно нервничаешь, - сел в кресло напротив Арваса, - я думаю, нам следует обезопасить себя, необходимо отправить Старцу сообщение о том, что его Старейшины оказались на нашей планете случайно, мы дали им корабль, и они улетели.
   - Наивное ребячество, ваше великолепие, - Арвас тоскливо смотрел в окно на сине-зеленые кроны деревьев в парке у дворца, - это заявление актуально до тех пор, пока старейшины здесь. Но здесь они пробудут недолго, добудут себе свободу в ближайшее время, не знаю как, но знаю - быстро, внезапно и люто.
   - Господин Лиар заберет их через три дня...
   - Господин Лиар играет в свои игры, наша планета незначительная ступень для достижения его, неясных нам, целей, - ответил Арвас.
   - Он обещал покровительство, - император понимал щекотливость положения Милты, но цеплялся за обещанное покровительство.
   - Вероятно, наш покровитель изменил планы, или все пошло не так, как планировалось. Но даже если он сдержит слово и заберет пленников, то есть ли гарантия, что они не убегут от него?
   - Что ты предлагаешь? - император ощутил, как задергался его глаз.
   - Я предлагаю договариваться со Старейшинами.
   - С ними договориться нельзя, - возразил император, - их необходимо ликвидировать...
   - Как вы намеренны их ликвидировать? - Арвас встал и подошел к окну, не хотел, чтобы император видел его раздражение, - мы ведь уже трижды убивали каждого из них, они оживают.
   Секретарь, нервно кашлянул.
   Император покосился на Кэола, и ответил: - Мы взорвем дворец.
 
   Милэн решилась первой. Сняла верхнюю часть брезентового комбинезона, помогла Гэлу вынуть едва зажившие руки из рукавов его одежды. Гэл только вздохнул и положил руку на плечо сестры. Милэн уперлась своей маленькой рукой в плечо брата. Они даже не считали время, просто объединив мысленный импульс, выпустили когти вонзили руки друг другу в грудные клетки проломив их, выдернули пауков, не могли позволить себе кричать, терпели боль молча, зрачки расширились и казалось, заполнили тьмой глаза, ослепли. Близнецы задохнулись болью, но успели отшвырнуть киридовых мучителей, прежде чем потерять сознание и вновь умереть.
   Мертвые они не услышали, как вздрогнула "земля". Старинная резиденция императорской семьи была взорвана по приказу самого императора, похоронив под завалами два десятка охранников, пятьдесят пять государственных преступников, двух слуг и двух старейшин Совета Пяти Галактик в камере на глубине около семисот метров.
   Но император не знал, что стены и потолок камеры выдержали натиск рухнувшего здания.
 
   Императорский кортеж на большой скорости двигался в город. Сам император в гравитациомобиле страдал о потерянных картинах, скульптурах и фонтанах, а какой зимний сад, и все утрачено. Ради безопасности планеты он пожертвовал своим домом, и культурным фондом своей планеты. Император жалел себя и гордился собственной решительностью. Но, какая удобная кровать, под синим бархатным балдахином, была в его спальне.
   Мобиль внезапно остановился. Император с недовольством и любопытством выглянул из окна своей машины, вокруг потемнело как ночью, сердце правителя Милты дрогнуло, его как будто что-то манило выйти из уютного салона на пыльную дорогу, и он вышел. Сердце забилось так сильно, что все звуки окружающего мира были неслышимы. Императора встретил Лиар, и император милтийский упал пред Хэхгетом на колени, шепча: - Дворец взорван, я не знаю, кто его взорвал, я получил предупреждение от каких-то загадочных существ, они требовали выдать им Старейшин, но я не посмел нарушить условия нашего договора, они взорвали дворец, я пострадал, ах мой дворец. Я не виновен...
   Лиар, молча смотрел на преклонившего колени императора Милты. Впервые за всю его жизнь рабское поклонение человека вызвало в нем отвращение, и презрение, не только к человеку, но и к самому себе. Император Милты боялся, дрожал, но продолжал врать. И Лиар страшась своих новых ощущений, той рвущей забытую человеческую душу духовной боли, взмахнул рукой и, как ребенок в испуге убивает неизвестное ему насекомое, убил милтийского правителя.
 
   Когда Гэл и Милэн очнулись, сразу ощутили изменение в структуре материи над головой. Подача кислорода в их камеру прекратилась, свет погас, но появилась энергия встать на ноги. А в стене наметился портал, он маняще светился в темноте. Милэн воспользовалась приливом сил, вырвала-таки свою руку из киридового наручника, от боли потемнело в глазах, но прояснилось в голове. Ее разозлил портал: - Черт возьми, снова ловушка!
   - Милэн, - прошептал Гэл, - ты должна вырываться сама, я изменю направление портала, но дальше чем на поверхность ты уйти не сможешь. Когда скажу, прыгай.
   - Гэл, но ведь на это уйдет все, что он тебе сейчас дал, - она обняла брата, - мы вместе выйдем туда, куда идет этот портал, а там посмотрим...
   - Ему сейчас нужен я, ты должна уйти, иначе он будет шантажировать меня тобой, давай Хитти, беги, вытащишь меня. Рол поможет.
   - Гэл... - отчаянно шептала Милэн, - Гэл он ведь тебя ненавидит, я ведь чувствую, Гэл я не хочу оставлять тебя ему.
   - Милэна, уходи, прошу, уходи. Сейчас! Прыгай!!!
   И он из последних сил толкнул ее. Когда мелькал калейдоскоп миров, когда шепот всего живого проникал в ее голову неясными шорохами, а свет звезд сменялся непроглядной тьмой далекого межмирья, когда подпространство на миг поглотило ее пустотой и космической радугой, она слышала еще крик Гэла: - Прыгай!!!
 
НЕНАДЕЖНЫЕ ПОРТАЛЫ ЗВЕЗДНЫХ ДОРОГ,

или встреча драконов

 
   Милэн вынырнула из портала на краю большой воронки, среди покореженных вырванных с корнем деревьев, но над головой небо. Осколки кирида доставляли боль, у нее не было возможности от них избавиться. Перевоплотилась, не сдерживая крика боли, и побежала, сначала медленно, хромая, потом быстрее, быстрее, и не важно, куда, лишь бы Лиар не смог ее отыскать. Она не почувствовала присутствие Рола, услышала его крик: - Беги! Я прикрою! - и она бежала.
   Погоня уже настигала ее. Как же так? Она не заметила? Не почувствовала? А в воздухе десяток гравитаторов, с вооруженными солдатами. На "земле" стая ворлоков...
   Рол стрелял в ворлоков, сбил силовым снарядом гравитатор. Преследователям показалось, что они напоролись на калтокийцев, ворлоки прятались за деревьями, гравитаторы остановились, ждали приказа продолжать погоню. Милэн добежала, и упала рядом с Ролом. Он присел возле звериного тела своей жены, коснулся лохматой шеи. Милэн под его рукой вернула себе человеческий облик. Он поднял ее, обнял, шептал: - Все, все... я с тобой. Но, еще ничего не кончилось, я пришел по порталу, тепортироваться не могу. Ваш воспитанник наложил здесь сети. Мы должны вернуться к порогу портала и очень быстро.
   - Не могу больше... - с отчаянием шептала Милэн.
   Рол помог ей подняться на ноги. Голова Милэн закружилась, все поплыло перед глазами, очертания деревьев как за стеной воды, она прошептала, едва ворочая языком: - Ух ты... как он меня... Рол а мы вдвоем сможем вытащить Гэла? Он там остался, - Милэн показала в сторону дымящихся развалин.
   - Гэл сказал спасать тебя. Его мы сейчас не вытащим. Идем Милэн, идем...
   - Но Рол...
   - Нет, - Рол схватил ее за плечи, - Он сказал вытащить тебя, и я вытащу.
   - Что с ним будет?! - Милэн плакала.
   - Он сильный, он выдержит, мы за ним вернемся. Перевоплощайся, полетим.
   Рол стал драконом, темно-красный узор украшал его серебристую чешую, хвост снес несколько молодых деревьев, громадные крылья подняли ветер. (Еще бы дракон был шестьдесят метров длиной). Милэн зверем, вскочила на спину дракона и залегла во впадинке на шее. Дракон в несколько ураганных взмахов крыльев поднялся в небо. Пошутил: - Удобно на моей шее?
   Милэн с последней надеждой упрямо спросила: - Подождем здесь, а когда Лиар вытащит Гэла?..
   - Нет... - Решительно ответил Рол.
   - Мы можем напасть на них? - настаивала Милэн.
   - Лиар связался со мной, когда я проходил портал, сказал, что тебя я могу забрать, но если посмею сунуться за Гэлом, то буду в клетке вместе с вами. Так что, уймись.
   В его голосе была такая горечь, что Милэн прикусила губу и не посмела больше ни о чем просить.
 
   Погоня возобновилась, когда милтийцам сообщили, что калтокийских кораблей на орбите нет. А стреляет в них кто-то один, залетный. Ни преследователи, ни убегавшие не знали, что главная задача прогнать чужаков, а не поймать их.
 
   Дракон резко снизил скорость, и едва коснувшись "земли" перевоплотился в человека. Милэн замешкалась и сбила с ног своего мужа. Оба покатились по траве. Над головой промелькнула тень гравитатора, и снова засвистели пули.
   Милэн успела неясно осознать, что осталась без одежды (из чего же были сделаны, те комбезы?). Рол схватил ее за руку, потянул за собой. За их спинами свистели пули и взрывались снаряды, Милэн даже не оглядывалась, да и что она могла там увидеть, перепаханную лужайку, дым и комья грязи, воронки...
   - Ты что императора убила? - весело кричал Рол.
   - Нет... - Милэн спотыкаясь, бежала за мужем, - а что, нужно было?!
   - Что ж они так зверствуют?! Сволочи... - Рол подхватил жену на руки и с разбега влетел в портал, принявший их призрачным радужным маревом. За спиной взорвался силовой снаряд, и комья земли полетели вслед за беглецами.
   Оглушающая тишина с хлопком раскрыла поле непроницаемости. Переход осуществляется мгновенно, во тьме бесконечности, в безмолвии космоса, при большом информационном шуме, который сумасшедшим кипятком вливался в мозг, редкий смертный выдерживает путешествие по прямому коридору звездной дороги, пересекающей мировую сеть пространственных порталов. Человеческая голова не может воспринять все знания Мира, и не сойти с ума. Человек может пройти этот короткий путь под прикрытием знающего, или странника, вечно бродящего по звездным дорогам, сохраняя, благословляя и иногда проклиная их. Рол и Милэн не были странниками и на том этапе развития мира не смели остаться на бесконечном пути, и подвергать звездные пути опасности вторичного разветвления. Их выдернуло на белоснежный утренний снег севера планеты Уапкоргос вместе с комьями "земли" планеты Милта.
 
   - Вот ргот... - выругалась Милэн, вскакивая с холодного снега, и отряхивая снежинки поровну с "землей" со своей обнаженной груди.
   Рол в тонкой белой рубашке, кожаных штанах и ботинках смеялся над шутками звездного пути. Скинул с себя рубаху и отдал жене, хотел, было отдать ботинки, но она отказалась, предлагала разделить два, на двух. Он представил себе, как они вдвоем будут хромать, когда на каждом будет по одному ботинку.
   А ведь еще не понятно, на каком этапе развития сейчас пребывают люди на этой дальней планете. И портал односторонний... парный где-то на экваторе этой же планеты. А еще сеть Хахгэта: - А он шутник, ваш воспитанник... - ухмыльнулся Рол, - я сейчас даже телепортироваться не могу..., рискуем оказаться рядом с Гэлом.
   - Да уж, - Милэн завернулась в тонкую льняную рубаху, - а я, то, думаю - как это он нас упустил? Нет, он нас не отпустил. - И уже громко крикнула с уверенностью, что Лиар их услышит, - Ты нас "кинул"!!! Сволочь! Рол, можно я стану зверем.
   - Можешь, - Рол посмотрел на нее со скептической ухмылкой, - только тогда на тебя объявят охоту. Вон местные на чем-то едут, сейчас врать будем.
   - Где? - Милэн повернулась туда, куда указал Рол рукой. На белой равнине отчетливо видны черные силуэты: кто-то ехал на автосанях, гул моторов разносился на километры вперед, - они тоже агрессивны?
   - Через пять минут узнаем... - насмешливо ответил Рол.
   - Не вижу ничего смешного... - ворчала в ответ Милэн, подпрыгивая на холодном снегу, - все в этом Мире с ума сошли. Что ж так холодно?
 
   Гэл выпал из портала, в небольшом зале императорского дворца в столице Милты, в него выстрелили пауком. Хахгэт смотрел на Волна с грустью, и говорил с сожалением: - Ты сумасшедший Гэл.
   Гэл приподнялся на локтях, презрительно осмотрел седовласого юношу, и сплюнул кровь на его блестящий кожаный ботинок. Но голова закружилась, и он вновь лег, прошептал: - Разве ты не знал?
   Ртутные капли крови на блестящем кожаном ботинке даже не зашипели...
   Ларсард бросил Гэлу полотняные штаны на грудь: - Вставай, одевайся.
   Гэл заставил себя сесть, медленно натянул штаны, поднялся, завязал шнурок на поясе, выпрямился перед Лиаром.
   Арвас стоял у окна. Он уже знал о гибели императора. Но не спешил разглашать эту информацию народу Милты. Сейчас он желал одного, чтобы гости покинули его планету. Доктор Корэ потребовал у Арваса присутствовать при извлечении пленника, отчаянно полагая, что если знать, так все... Но только сейчас Арвас и Корэ понимали, что быть им здесь нельзя.
   Лиар повернул голову, и с презрительной улыбкой посмотрел на Арваса: - Не беспокойтесь, я скоро уйду, и заберу его с собой.
 
   Два молодых боевых мага возникли за спиной Гэла, как будто из тьмы, они держали в руках киридовые кандалы, скрепленные короткой цепью.
   - Заковать, - коротко распорядился Лиар.
   Гэл побледнел, узнал забытую конструкцию наручников, отшатнулся. Один из боевых магов, под три метра ростом, удержал пленника за плечи, второй двухметровый широкоплечий атлет быстро и умело заковал его руки, кандалы замкнулись и железные штыри пронзили запястья пленника между костями, Гэл зашипел. И ртутная кровь зашипела вокруг штырей, сжигая грязь, скопившуюся на коже за время пребывания в подвале, капала на гранитный пол, продолжая вскипать, поглощая уже камень. Гэл удивился, кровь активна, значит, энергия есть, только пользоваться ей он не может. Лиар научился управлять силой. Гэл разгрыз себе губу до крови. А Лиар вдруг резко приказал: - На колени!
   - Что? - удивленно спросил Гэл.
   - На колени. - Повторил Лиар.
   - А не пошел бы ты? - рассердился Гэл.
   Лиар резко его ударил по лицу, Гэл не смог отклониться - боевые маги держали его. Еще один удар, и маги бросили Волна на пол.
 
   Арвас увидел, жестокое отчаянье Седого, этот юный бог вел себя как потерянный ребенок, ищущий правду, но ведь правду он может узнать только у того, кому не верит, у своего врага.
   Корэ изумленно слушал и рассматривал происходящее, за эмоциями боялся пропустить те капли знаний, которые могли пролиться. Перед ним стояли те, кого он так долго искал - бессмертные создавшие Мир. Но между ними война...
   - На колени... - требовательно повторил Лиар.
   Гэл сел... рассмеялся: - Кто учил тебя бить...
   Лиар не удержался и добавил ботинком, Гэл вновь упал, Лиар уже кричал: - Ты всегда был равнодушен к своим воспитанникам и ученикам... Ты ничему меня не научил. Я не игрушка Гэл! На колени...
   Юный Хахгэт был настойчив, жаждал унизить бывшего учителя, отомстить за обман, и за сказку, которую Маоронг Зэрон превратил в кошмар.
   Гэл вновь сел, стер кровь с разбитых губ. Посмотрел снизу вверх на Лиара: - Может тебе еще и сапог поцеловать? Щенок.
   Лиар присел рядом с ним: - Я отпустил ее...
   - Спасибо тебе за милосердие твое... - Гэл насмешливо коснулся своего лба, и отсалютовал рукой перед носом Лиара. Киридовая цепь зазвенела.
   - Она ушла и даже не попыталась спасти тебя...
   - Вот и умница.
   - Ваш Маоронг Ол-Рэтолатос спас только ее... - Лиар внимательно смотрел, на Гэла.
   Арвас не понимал, о чем говорят эти двое, но уже видел - Седой ненавидит черноволосого - люто.
   Корэ боялся пропустить даже слово, древний мертвый язык он изучил в поиске информации о бессмертных оборотнях и драконах. Имена Ол и Рэтолатос знал. Ол - маоронг разрушитель из древних легенд, Корэ даже видел полуразрушенный храм, посвященный этому могущественному существу. А Рэтолатос - король пиратов. Доктор Корэ услышал барабанную дробь своего сердца, ведь то, что он искал, оказалось не выдумкой предков, не мифом, не сказкой, а реальностью. А король пиратов - маоронг. Кто же тогда эти седой и черноволосый, и та девочка...
   Гэл пожал плечами, и вдруг улыбнулся, спросил: - Не рискнул противостоять Разрушителю?
   Лиар разозлился, перевоплотился в нечто большое человекоподобное сверкающее, как звезда, схватил Гэла за волосы, встал, приподнял, притянул к себе, вглядываясь вмиг пожелтевшие глаза древнейшего оборотня: - Насмешки, насмешки, над всем насмешки, над жизнью, над смертью, над болью. Ты умеешь любить? Ты умеешь ненавидеть? Ты хоть что-то чувствуешь?!
   - Хочешь научить меня чувствам? - сквозь клыки, зло, спросил Гэл, пытаясь схватиться закованными руками за ворот рубахи сверкающего четырехметрового Лиара.
   - Хочу! - Лиар отпустил волосы Гэла. Гэл упал, маги подняли его. Лиар вернулся в нормальное тело, и вновь приказал, - На колени.
   Гэл с разворота обеими руками, отягощенными киридом, ударил Лиара по лицу, свалив его с ног. Маги схватили Гэла за руки, он вонзил клыки в руку большого, затылком ударил по носу того, который был поменьше. Арвас выхватил пистолет, нацелил его в Гэла. Лиар, все еще лежа на полу, крикнул: - Не стрелять!!! - Взмахнул рукой в сторону, нанося бывшему учителю мощный энергетический удар, Гэл задохнулся болью. Ларсард подбежал к своему господину, хотел помочь ему подняться, Лиар отмахнулся от помощи, встал сам, устало проворчал: - Тебя действительно нужно поучить быть человеком.
   Маги предусмотрительно отползли, со стоном поднялись на ноги.
   Корэ совсем оцепенел. Лиар подошел к Арвасу вынул из его кармана пачку сигарет, достал одну, прикурил, коснувшись кончика сигареты своим пальцем, затем присел рядом с Гэлом, помог ему сесть и отдал сигарету, Гэл с удовольствием затянулся. Лиар насмешливо проговорил: - Что-то человеческое в тебе иногда просматривается, у тебя есть эмоции, ты злишься, радуешься, устаешь, у тебя даже вредные привычки есть.
   - Да. И сижу я на холодном полу, могу простудился... - ответил ему Гэл.
   Лиар совсем по-приятельски улыбнулся. Встал, протянул руку, Гэл воспользовался помощью, поднялся на ноги. Сигарета в его закованных руках едва тлела красным светлячком.
   - Пойдем, есть к тебе просьба, - Лиар махнул рукой своим магам, те подхватили пленника под локти.
   - А я еще не докурил... - обиделся Гэл.
   - Курить вредно, - назидательно ответил Лиар.
   - Так я же не человек, - улыбнулся Гэл, - а что за просьба?
   - Просьба, которую ты исполнишь.
   - А... Ну да, действительно, всякое бывает... Да сними с меня это дерьмо, больно же, Лиар... Зачем все это... Что ты хочешь? Ты ведь сам ушел!
   - А ты и не держал. Я вдруг оказался избранным, как в сказке, вы дали мне силу, но не объяснили зачем, а когда я ушел с этим всем, вы даже не искали меня. Я не вы, я играть с Миром не буду, я сохраню его. Может быть, я буду первым Хахгэтом, который сохранит подаренный ему Мир! И это, как ты говоришь, дерьмо ты будешь носить. Если целостность Мира зависит от тебя, значит ты здесь останешься навечно, я не дам тебе возможность уйти и вернуться, как ты уже сделал однажды. Хватит обмана. Латор!
   Гэл рванулся: - Ты не понимаешь!
   Но Лиар больше не позволил ему, ни говорить, ни сопротивляться, лишил энергии до последней капли. Сигарета выпала из тонких пальцев Гэла, упала в лужицу крови и, зашипев начала растворяться. Боевой маг, громила ростом с доктора Корэ подхватил потерявшего сознание Гэла, хмыкнул: - Как ребенок...
   - Этот ребенок едва не отгрыз тебе руку... - ухмыльнулся маг поменьше.
   - Молчите! - разозлился Лиар, - о том, что Волны существовали, должны забыть люди, но вы обязаны помнить, чтобы не повторялись трагедии прошлого.
   Корэ оцепенел, не в силах справиться с лавиной догадок.
   Арвас только и подумал: "Столько пафоса в речах этого Седого... А за пафосом страх..."
 
   - Может, улетим? - спросила Милэн, прижимаясь к Ролу.
   - Поздно... - ответил Рол, обнимая свою замерзшую жену.
   - Ты станешь драконом. А я распущу крылья.
   - Сможешь? Сейчас?
   - Не уверена, но попробую, - отвечала Милэн, наблюдая как сани разъезжаются кольцом, отрезая путь к отступлению, - не смогу... Ненавижу этого щенка...
   - Не будем привлекать к себе лишнего внимания, я не хочу, что бы здесь на нас объявили охоту. Если повезет, нас доставят на материк как шпионов, а там мы убежим. Эти ребята знают, где портал на выход, и охраняют его. Хотя сами не пользуются. Они должны убить дракона, большого зверя, или женщину с крыльями. Люди Лиара снабдили их киридом. А вот то, что мы можем выглядеть как обычные люди, им не известно. Так что, объясняем, что мы бежали с корабля захваченного пиратами. Шлюпку подбили, средство связи вышло из строя, но мы благополучно упали в воду, шлюпка затонула. Говорим на межгалактическом, местного языка не знаем. И машем им руками, чтобы они случайно не проехали мимо...
 
   Двухметровый серый ящер, заглушил двигатель на своих санях, соскочил с них и вразвалочку подошел к озябшим полуголым незнакомцам выразил эмоцию: - Оу, вот, только инопланетных гостей нам тут еще не хватало...
   Тишину замороженной равнины нарушил взрыв, мощный, протяжный, сотрясший почву, как землетрясение на активной планете. Все кто был на санях, спрыгнули и упали в снег. Серый ящер прыгнул в сторону Милэн и Рола, повалил их в снег с криком: - Падайте идиоты!!! Снесет ведь!!! Черт бы вас побрал!!! Туристы... Врывайтесь в снег!
   Милэн ухмыльнулась - вездесущие черти всем расам успели надоесть...
   Над заснеженной равниной пронеслась взрывная волна, сани застонали железом, их перевернуло и потянуло по снегу. По спине дохнуло жаром. Ящер, лежавший рядом, поспешно надевал противогаз, потом скинул с себя теплую куртку и подсунул ее под носы залетных: - Дышите через куртку, или отравитесь, - голос в противогазе глухой, слова неразборчивы, но смысл понятен. Он, дополнил приказ, ткнув Рола в затылок, заставляя его прикрыть рот тканью.
   Еще одна волна трупным запахом, и пыль горчичного цвета упала на снег. Один из ящеров вскочил начал смахивать с себя налет едкой пыли, эта пыль жгла ему кожу, на его лице образовалась серая слизь, как мыло на боках загнанного коня. Милэн тайком мазнула пальцем по снегу, поднесла ее к носу, обычный препарат - лагон. Для хладнокровных ящеров не смертелен - если вовремя ввести в кровь антидот. Для теплокровных безобиден, может вызвать чесотку у людей с чувствительной кожей привычной к стабильной среде микроклимата. Серый ящер перевернулся на спину, вынул с кармана шприц, снял с иглы колпачок и вонзил иглу себе в шею. Полупрозрачный противогаз не скрывал оскал перекошенного рта. Остальные хладнокровные следовали его примеру. Только тот, который потерял самообладание, поднимал сани, крича от боли и ужаса. Серый ящер выдернул с кобуры пистолет и выстрелил в паникера. Наступила тишина.
   В тишине грянул второй взрыв.
   Милэн заткнув уши, вжалась в снег лицом. Рол накрыл ее голову руками. Когда местные стреляют в своих, тут уже не до шуток.
 
   Действие второго взрыва было в завершающей стадии воздействия на окружающую среду. На первый отряд ящеров напал второй отряд ящеров. Напали в момент, когда группа серого ящера пыталась поднять сани с "земли". Командир напавшего отряда размахивал лазерной плетью. Серый ящер в противогазе успел выстрелить в вожака враждебной группы и даже ранил его, когда плеть рассекла ему кожу и мышцы на груди.
   Милэн сняла куртку убитого ящера, справедливо полагая - хозяину вещь уже не понадобится. Рол крикнул: - Бежим! - И схватив жену за руку, потащил ее за собой. Милэн мельком оглянулась: нападающие убивали всех, и им все равно, кто перед ними, ящеры, или теплокровные.
   "А я надеялась урвать еще и штаны..." - думала Милэн. За спиной угрожающе нарастал гул мотора, и свист лазерной плети. Затем раздался крик: - Стоять! Мордами в снег, и не шевелитесь!
   - Так стоять?.. Или мордами в снег? - язвительно переспросила Милэн, когда они остановились. Рол зашипел на нее. Он боялся как бы она не начала здесь на этой планете свою собственную войну, как бывало раньше.
   Ящер соскочил со своих саней и подошел к пришельцам, подбил ноги Рола, заставил его стать на колени и приставил к голове Милэн лазер: - Кто такие? Ты смотри теплокровные... Вы кто? Грелки. Говори, или я прострелю этой самке голову!
   - Не убивай нас... - достаточно громко ответил Рол на межгалактическом языке, - мы бежали с корабля захваченного пиратами, наша шлюпка проломила лед и затонула, нам нужно на Иссану...
   Воины победители достаточно быстро разделались со своими основными врагами подъехали посмотреть, кого поймал их командир.
   - Шпионы... - сделал заключение ящер, и велел своим воинам, - обыскать их.
   - Но командир, мы не берем пленников! - возразил один из группы.
   - Я разве сказал взять, я приказал обыскать, - раздражительно бросил командир.
   Рола подняли на ноги, обыскали. Милэн рассматривала новые персонажи. Они были в защитных костюмах напоминающих скафандры, будто жители космических баз с нарушенным микроклиматом.
   Начали обыскивать Милэн, на ней была куртка серого ящера с шевронами вражеской армии, в карманах куртки документы убитого. Куртку с нее сразу же сдернули, в карманах были пластиковое удостоверение личности командира разведывательного отряда, и пакет карт, плюс микрочип. Милэн догадалась, о чем подумали ящеры. Микрочип, видимо, украли. Диверсанты уничтожены. Виновными могут оказаться теплокровные чужаки. Какая разница кого допрашивать. Играть за правилами этой войны теперь опасно. Милэн и Рол переглянулись.
   Милэн выбила лазер из рук ящера. Рол овладел лазерной плетью. Милэн не догадывалась, что ее муж так хорошо владеет этим негуманным оружием. Бой напоминал истребление. Свидетелей сейчас оставлять нельзя. Когда последний из ящеров вскочил на свои сани и завел двигатель, Рол достал его кончиком плети сбил с саней, и крикнул Милэн: - Ты хотела одолжить штаны, давай побыстрей, это место слишком многолюдно! Черт, многоящерно! Многоящеренное...
   Милэн, без лишних раздумий, сдернула с ближайшего трупа штаны, главное не воспринимать чужой запах, не время для брезгливости. Натянула эти штаны на себя, жаль ботинки не подходили, слишком большие и широкие. Куртка так и валялась одинокая в снегу, рядом со вторым командиром в скафандре. Рол поднял ее и бросил жене: - Ну, что ты возишься? Поехали, - и завел двигатель саней.
   Милэн закатывала длинные штаны, уже сидя на санях, второй рукой включала зажигание. Сани зарычали разбуженным динозавром.
 
   Рол и Милэн всю ночь гнали сани по заснеженной ледовой пустыне, по направлению к порталу. Первый населенный городок они увидели тогда, когда показатели топлива на санях указывали на черточку угрожающе приближенную к нулю, и двигатели начали устало чихать. Значит нужно еще добыть горючее, и вряд ли местные ящеры поделятся им добровольно.
 
   Рассвет на планете Уапкоргос яркий, как последний день звезды, радужный как подпространство, внезапный как выстрел. Солнечные лучи поскакали по белоснежному снегу весело, словно весенние дети вдоль быстрого ручья. Думать в такое утро об опасности невозможно, кощунственно.
   Двигатель на санях Милэн заглох. Рол сам предусмотрительно заглушил свою машину и недовольно проговорил: - Недалеко мы уехали...
   - Может, все-таки перевоплотишься? - спросила Милэн.
   - Ты хочешь спасти брата, или повидаться с ним? - сердито спросил Рол.
   - Ты намекаешь что повидаться - это попасть в ту же клетку?.. - угрюмо спросила Милэн.
   - Я даже не намекаю... - жестко ответил ей Рол. - Они нас ждут возле портала. Но мы не пойдем туда, где нас ждут, мы доберемся до ближайшего космодрома и захватим корабль.
   - Это весело... - ответила она, - ты думаешь, что у космодромов нас не ждут?.. неплохо бы захватить с собой маленькую силовую пушку и взвод калтокийцев.
   - Прекрати паясничать! - прикрикнул Рол, - Лиар никогда не позволит нам воспользоваться порталом... Но без магии мы сможем выбраться с этой планеты и долететь как минимум до Иссаны. Если мы не откроем себя, он нас потеряет. А сейчас я бы рекомендовал впасть в спячку до вечера.
   - А можно высказать глупую идею?
   - Почему ты такой ребенок?
 
   Гэла привели в большой зал.
   Лиар сидел на возвышении, не на троне, а на ступени у трона. Рядом с ним стоял старик: невысокий, уютный, умный, седой, с короткими усами и аккуратной белой бородкой. Рядом с юным Лиаром, старик казался его добрым дедушкой.
   Гэл заметил магов столпившихся у стен. Маги от заученных и бездарных, до совсем уж гениальных, как накопленное оружие. Маги удивленно рассматривали древнего, видели его впервые, были озадачены. Лиар встал на ноги, сделал шаг навстречу пленнику. Старик ласково улыбнулся. Лиар представил "доброго дедушку": - Познакомься Гэл - это последний хакг.
   Гэл застыл, как зверь готовый к прыжку, он узнал того кто сейчас носил тело доброго старика. Многое теперь открылось. Гэл почувствовал гнев, разочарование, страх и страшную тяжесть правды.
   - Ты не рад, - улыбнулся Лиар, - я ведь все делаю правильно? Вот хакг...
   - Я в восторге, - едва выдавил с себя Гэл, - выразить восторг мне мешают кандалы.
   - Нет, не мешают, - уверенно ответил Лиар.
   - Это ты старый палач? - спросил Гэл у старика, - кто тебя вытащил?
   Тот не смутился, посмотрел на Гэла спокойным изучающим взглядом и ласково ответил: - Да я, а если хочешь знать, кто вытащил, вспомни всех униженных тобой.
   - И это ты подставил молодых маоронгов?
   - Я думал, ты догадался... еще тогда, - насмехался Зэрон.
   Гэл промолчал, чувствовал только что ему холодно, очень холодно.
   - Вот и поговорили, - улыбнулся Лиар, - не будем тянуть время, приступим.
   Зэрон подошел к Гэлу опустился перед ним на одно колено и склонил голову. Гэл отступил назад, посмотрел в глаза Лиару: - Я не буду инициировать маоронга на хакга...
   Лиар выдержал взгляд, но капля пота скатилась по виску. Хахгет сглотнул комок страха и заставил себя улыбнуться: - А у тебя нет выбора...
   Гэл терял самообладание, просчитывая перспективы инициации маоронга: - Лиар опомнись... Послушай меня хоть раз. Хакгом не должен быть маоронг. Это опасно.
   Старик понял, что разговор затягивается, и спокойно сел.
   Лиар подошел впритык к Гэлу и прошептал ему на ухо: - Опасно отпустить тебя... Хорошо поговорим по-другому. Милэн и ее муж попали в ловушку на планете Уапкоргос, я позволю им уйти оттуда, как только ты выполнишь свою прямую обязанность. Ты обещал мне инициировать избранных мной, когда придет время. Я избрал того, кто поможет мне сохранить мой Мир. Неужели и это твое обещание тоже было обманом.
   - Я не обманывал тебя. - Гэл дрожал.
   - Холод, война, разруха и два оборотня в эпицентре. Их будут ловить и изучать. С характером твоей сестры все будет усложняться. Рол с ума сойдет, пытаясь ее защитить, - сквозь зубы объяснил Лиар.
   Гэл, глядя в пол, очень тихо спросил, - Ты знаешь, кого ты избрал в хакги?
   - Знаю - ты когда-то разрушил его Мир, - с вызовом сказал Хахгет.
   Гэл понял что объяснять, оправдывать и обвинять сейчас уже нельзя. Лиар верит Зэрону: - Но ведь были события и его поступки, которые привели к тому, что случилось.
   Зэрон поднял голову и улыбнулся, встал на ноги, тихо спросил: - Может быть, ты тогда не знал что будет, если ты вернешься?
   Гэл вскинув голову, спросил: - Может быть, ты тогда не знал, что будет, когда убил Милэн и шантажировал меня?
   - Весь мир за звездное тело Волна? - прошептал Зэрон, - велика цена.
   - История повторяется - инициация маоронга за звездное тело Волна.
   - История повторяется... - повторил Зэрон - но теперь не я Хахгэт. И еще... по законам сохранения материи ты не можешь отказывать Лиару в инициации избранного...
   - Не могу... - согласился Гэл. Ему показалось, что все нити прошлого оборвались, и он сам один в звенящей пустоте не в силах удержаться проваливается в ниш-то.
   Лиар отступил на шаг. Зэрон вновь опустился на одно колено и Гэл положил дрожащую руку на седую голову Зэрона. Миг - Зэрон начал светиться, светилось нечто в глубине его, он становился молодым и прекрасным, на его лице торжество победы. Маги вокруг зашептали, жестикулировали, радовались. Лиар улыбнулся.
   Гэл пошатнулся, его кожа посерела, а глаза стали белыми. Отдав все, что должен был отдать, он как будто превратился в тень самого себя. Дух в тонкой оболочке света. Обмяк, упал, Зэрон подхватил его. Лиар склонился над ним: - Он умер?
   Зэрон аккуратно положил Гэла на мраморный пол: - И да, и нет.
 
   Рол ругал Милэн за глупую неуместную шутку: идея замерзнуть в снегу и дождаться пока их откопают местные жители, не показалась ему смешной. Милэн смущенно извинилась. Поругавшись еще несколько минут, стоя на холодном снегу, и мало заботясь о конспирации, они пришли к единому плану: взять взаймы у местных жителей летающий транспорт.
   Синие сумерки разлились по снежной равнине, как чернила по белому листу. Холод пронизывал даже кости. Быстрыми перебежками Милэн и Рол достигли первого ряда колючей проволоки и залегли в снег. За тремя рядами колючей проволоки они увидели унылые покрытые инеем бараки, мощные прожектора, освещающие огражденную территорию, строй серых теней обреченных на смерть, юркие тени небольших ящериц на поводках у матерых, мощных, сытых охранников.
   - Лагерь... - сказал Рол.
   - Самолеты должны быть, - шептала Милэн, - нам нужен городок для охранников.
   Вот тогда Милэн и почувствовала - Мир начал ускользать из-под ног... Она обмякла, как будто потеряла сознание. Лежала не в силах пошевелиться. Рол схватил ее на руки: - Нет, не сейчас! Милэн!
 
   Два часа она была как мертвая. Через два часа глаза ее снова стали видеть, но идти сама не могла. Рол взял ее на руки и понес, снег скрипел под его ногами. Ночью мороз усилился, холодный ветер дул в спину. Рол шел, оставляя глубокие следы. Неожиданно остановился, резко присел, прижав к себе Милэн. Над их головами, прощупывал окрестности лагеря яркий луч прожектора. Милэн прошептала: - Я попробую идти сама.
   - Кого он инициировал? - спросил Рол.
   - Зэрона.
   - Того Зэрона, который тебя смог убить? - удивился Рэтолатос.
   - Да.
   - Вот черт - выругался Рол. Помолчал несколько секунд, - Ладно, черт с ним с Зэроном и с Лиаром тоже. Об этом будем думать потом. А теперь мы будем выбираться отсюда. - Рол решительно встал, подхватил под локоть Милэн, - пойдем. Лиар отпустил нас. (Ты смотри он еще и слово держит!). И даже подсказал выход.
   - У тебя с ним был какой-то договор? - удивилась Милэн.
   - Он Гэлу пообещал, нас отпустить, - объяснил Рол.
   - Ты его слышишь?
   - Кого?
   - Лиара.
   - Мил, я услышал его сейчас, он, всего лишь, сказал, что мы свободны, и снял все блоки. - Рол взглянул в ее испуганные глаза и тихо спросил, - Ты совсем ничего не слышишь?
   - Теперь нет...
   Рол почувствовал страх.
 
   Вдалеке вероятно на линии фронта гремели взрыва. А здесь в тылу на километры простирались страшные, бесконечные ограждения колючей проволоки под высоким напряжением.
   Обходили лагерь военнопленных перебежками, падали в снег при приближении поискового луча прожектора. Милэн быстро устала, и думала только о тепле.
   Беспечно открытый поселок охраны располагался в пятистах метрах от лагеря. Металлические жилые вагончики пыхтели дымом. Рядом с вагончиками наскоро сколоченные сараи с жестяными крышами, там держали технику и необходимый в хозяйстве хлам. Милэн услышала звонкие радостные возгласы играющего маленького ящера. Удивилась - неужели тюремщики на самом деле потянули за собой еще и семьи? Или жили с заключенными женщинами-ящерицами.
   Рол снова тянул Милэн куда-то, а ей было все равно куда, доверяла ему, а себя сейчас не ощущала. Рол понимал, она ему не помощник - вздохнул, взял ее за холодную дрожащую руку, повел к большим ангарам, которые смутно виднелись за жилыми вагончиками городка.
 
   За городком огромный светящийся купол из прозрачного пластика. Вокруг купола сновали ящеры. Рол и Милэн не решились пересекать открытое пространство.
   Неожиданно вспыхнуло яркое пламя, пластик покрытия начал плавиться, ящеры с криком разбегались, несколько обожженных катались по снегу.
   Атака с неба...
   Атаковал огромный дракон.
   Рол схватил Милэн за руку и потащил за ближайший сугроб, незнакомый дракон разъярен, струя огня поливала купол, снег искрился раскаленными углями. И вдруг все прекратилось, потухло, потемнело. Дракон поднялся, начал кружить над городком, закрывая крыльями звезды. Рол пытался докричаться до сознания дракона.
 
   Планета Уапкоргос - холодный близнец звезды дающей жизнь в планетарной системе, была обречена на гибель. В таких несформировавшихся звездах старые драконы оставляют яйца. Зародыши драконов развиваются на протяжении двух-трех тысяч лет, формируются благодаря энергии овирия. Детеныш дракона должен вылупиться из яйца во время формирования новой звезды. Но здесь на Уапкоргос маленький дракон должен был вылететь из овириевого котла лет через триста. Ящеры выбурили глубокие шахты, спровоцировали попадание кислорода в ядро, вызвали реакцию, приводящую к образованию полноценной звезды раньше срока. И преобразования уже не остановить. Можно только выловить драконыша на взрывной волне, и поместить в другое ядро. Вот Дракон и злился, плюясь огнем в неразумных ящеров.
   Рол схватил жену за руку: - Бежим! Мы должны атаковать купол, захватить его, и проникнуть к ядру... Вылетим с зародышем, дракон нас поймает.
   - Гениально... - язвительно прошептала Милэн замерзшими губами, - хоть согреюсь. Только у нас оружия нет.
   - Сейчас добудем...
   До купола сто метров, Рола и Милэн заметили, когда они пересекли первые пятьдесят. Пули летели со всех сторон, на встречу бежали солдаты, направляя оружейные стволы в двух безоружных теплокровных чужаков. Ящеры не чувствовали скорой гибели, воевали за непонятную идею, за кусок "земли", за концлагерь, за хлеб, за страх.
   Чем ближе Милэн подбегала к куполу, тем яснее становились ее мысли, тем легче и стремительней движения. Свинцовая пуля черкнула по лицу, оставила недолговечный шрам: - Ну же атакуй их! Глупый чешуйчатый! - орал Рол, налетая на первого попавшегося ящера и выворачивая из его рук автомат, и сразу же начал стрелять. Милэн почувствовала, рядом свистнула лазерная плеть, на руке теплый ветер, на плече осталась светлая полоса побелевшей кожи. Она кувыркнулась под ноги ящеру с плетью, этим видом оружия она не владела, самое время научиться. Струя пламени полила купол, разогнала уцелевших ящеров, обдала благодатным теплом Милэн и Рола. Они на огненной волне ворвались под горящий купол. Очередной поток огня от дракона, ящеры разбегались живыми факелами.
   Милэн относилась к бою под куполом, как к полевой битве - драться пока есть противники, пока кто-то нападает. Плетью она задела собственную ногу, еще одна полоса белой кожи, прядь волос побелела, плечо и рука, залитые огнем дракона белее снега. В узких коридорах уже под наполовину сгоревшим куполом Милэн отбросила ставшую неудобной плеть, забрала у первого попавшегося ящера автомат. Рол пробивался к лифту. Милэн поежилась, лифт был узким, шахта... она боялась таких шахт. Рол заблокировал дверь лифта ногой. Радовался удаче: - Дракон совсем ошалел.
   Милэн отбросила очередного противника к стене, и влетела в кабину лифта, двери закрылись. Она спросила: - А я выдержу?
   - Не знаю, - Рэтолатос прижал ее к себе, - но я тебя вынесу отсюда...
   - Хотелось бы не кусками... - Милэн грустно улыбнулась, - а то потом будешь искать меня в космосе по частям, чтобы собрать.
   - Не говори ерунды, умрешь, но не рассыплешься...
   Свет погас, лифт застрял: либо электричество отключили, либо дракон перестарался.
   - Вот черт... - выругалась Милэн. В узкой шахте... в темноте... глубоко под "землей"... В такой ситуации плохо видеть в темноте... Дно кабины лифта Рол успешно выбил. Милэн посмотрела вниз - нескончаемый колодец.
   - А драконыш выживет? - спросила.
   - С моей помощью да... - ответил Рол, он протиснулся сквозь дыру в полу лифта и оттуда уже крикнул, - ползи за мной, нам метров пятьдесят вниз.
   - Вот ргот?! - она скорчила неопределенную гримасу. Лезть вниз под лифт...
   - Милэна и тебе и драконышу, да и мне тоже, нужна энергия, - терпеливо объяснял Рол, спускаясь вниз в шахту, - мы попали в нужное место в нужное время, главное...
   - Главное чтобы большой дракон тебя подстраховал, когда мы все вылетим на взрывной волне, - язвительно закончила Милэн, - вот черт... - нога скользнула по лесенке. Она повисла на одной руке, подтянулась, вернула себя на лестницу, - как я это ненавижу...
   - Вот уж никогда бы не подумал, что буду драконьей повитухой, - ворчал Рол.
   Милэн сосредоточилась на лестнице.
   Мимо пролетела светящаяся лампа, осветила темные стены шахты, потоки влаги на швах бетона, плесень. Сразу же раздались выстрелы, пули искрили об бетонные стенки шахты.
   - Они не успокоятся? - сквозь зубы спросил Рол.
   - Еще не сейчас... часа через два - да... навечно, - угрюмо отвечала Милэн.
   Еще одна лампа вниз и снова выстрелы.
   Рол прыгнул на небольшой уступ, к закрытой двери, едва не упал, вовремя выпустил когти и зацепился за дверь, жестяная дверь вскрылась когтем Рола, как консервная банка, он вывалил ногой вскрытый кусок вовнутрь и пробил вторую дверь. Милэн вжалась в стену, несколько обычных свинцовых пуль черкнули ее по спине, плечам, голове, но пробить ее мышцы такие пули уже не смогли, только кожу рассекли.
   Кто-то открыл покореженные створки лифта с внутренней стороны, до того как Рол успел их совсем разворотить. Дверки впились в пазы раскуроченным железом, и застряли. Рол бросился в атаку. Милэн поспешила за ним. Ей надоело висеть на тонкой лестнице в бездонной шахте. Драться легче. В голову не лезли перспективы взрыва планеты.
 
   Яйцо оказалось в вакуумной камере. Драконыш, огражденный от энергии овириевого ядра планеты, терял силу. Рол, получивший хороший запас энергии, не теряя драгоценного времени с помощью магии разомкнул стенки камеры и они, на миг повиснув в воздухе с грохотом упали на пол. Радужное трехсоткилограммовое яйцо покатилось по полу. Милэн следила за тремя, очень удивленными учеными, которые боялись пошевелиться.
   - Что делать теперь с этим яйцом? - спросила Милэн.
   Рол рассмеялся: - Кто из нас Волн?
   - Я Волн. А ты знаешь, что мы будем делать дальше.
   - Ну, что ж... - Рол изобразил задумчивость, - создадим защитное поле.
 
   Рол решил спуститься еще глубже. Глубина лифтовой шахты привела Милэн в состояние приближенное к панике. Она едва заставила себя зайти в кабину. Этот лифт был на автономном питании. Рол еще запихнул в кабину лифта яйцо дракона, и вскочил следом. Милэн вжалась в стену. Ощущая толщу почвы над головой, она слепла и глохла как обычный испуганный человек. Лифт дернулся и медленно пополз вниз. Рол стоял, опершись о стену нервно прихлопывая рукой по тонкой стенке кабины. Милэн закрыла глаза.
   - А наш дракон выжег всю территорию базы, вместе с концлагерем... - сказал Рол.
   - Уже без значения... - ответила Милэн, не открывая глаз.
 
   На дне шахты мрачно и жарко. Радиоактивная, сухая и всепроникающая жара. В узких коридорах горизонтальной шахты искрил воздух - мелко-мелко сгорал кислород. Так всегда бывает, когда любой газ попадает в ядро запасной звезды. Воздействие овирия - миллиарды мелких взрывов. Во время маленьких взрывов освобождается колоссальная энергия, ядро расширяется и превращается в звезду.
 
   Милэн чувствовала, как сила вливается в ее звездное тело. Она выгнулась, вскинула руки вверх, потянулась. Рол посмотрел на жену и улыбнулся. Стоило тянуть ее вглубь планеты, только ради того чтобы она вновь ощутила, что все еще жива. А яйцо дракона начало светиться.
 
   Даже долгожданное начинается внезапно. Сначала резкий свет в глаза. Затем ветер, ошеломляющий ветер, и полет дракона в потоке огня на волне рождающейся звезды. Милэн уже ничего не видела, и не чувствовала, обняв за хрупкую шею маленького драконыша, она покидала опасную планету в защите огромных лап и крыльев своего мужа Дракона.
   На взрывной волне они вылетели за пределы системы. А за спиной сверкали два полноценных "солнца" и сумеречно поблескивали опаленными боками две мертвые планеты.
ОРБИТАЛЬНАЯ БИТВА ДРАКОНОВ,

или вторжение оборотней

 
   Дракон держал сына в чешуйчатых лапах и слушал Рэтолатоса. Выслушал... задумался. С одной стороны древний Дракон помог ему спасти драконыша от гибели, с другой стороны, просил спасти Волна. Дракон не мог понять, почему Огненный собрат спасает Волна, ведь те хотят разрушить Мир.
   Рол понимал, драконы Мира верят маоронгам, и в то же время драконы не могут отказать в просьбе тому, кто оказал им услугу. И действительно дракон согласился, но попросил день отсрочки, отнести детеныша вглубь старой звезды.
   Рол еще позвал собратьев маоронгов: Нэйла, Таваса, Ствэна и Мэла.
 
   Планета Айдэм54 находилась в тринадцатой галактике на границе Братства Трех Миров.
   До того как попасть в поле зрение Лиара орбита Айдэма наполовину уходила в подпространство. Теперь под воздействием силы Хахгэта планета ныряла в подпространство, если в том возникала потребность. Лиар заключил ее в силовое поле, которое регулировало: давление, притяжение и климат. На Айдэме, круглый год теплая весна. Леса превратились в ухоженные парки, все стало идеально. На планете рабыне, ни одно дерево не смело расти, так как ему заблагорассудится, ни одна травинка не посмела высунуться из общего покрова даже на миллиметр, иначе ее просто вырвут за непослушание хозяину.
   А в недрах планеты заводы, где строили современные корабли, жилые отсеки для рабочих, учебный сектор, а также компьютерный центр, где собиралась и обрабатывалась информация, и конечно же, лаборатория с тюрьмой. Постепенно планета превращалась в планетарный тэдрол.
 
   Пять драконов проявились на орбите планеты Айдэм. И атаковали ее.
   Их ждали, но позже, и к встрече подготовиться не успели.
   Поверхность Айдэма плавилась под перекрестным огнем.
   Когда дежурная техника наблюдения и защиты была, либо подбита, либо истреблена, а драконы наемники Лиара еще не появились, Рол дал команду на проникновение. Мэл и Нэйл остались на орбите. Тогда и появился красный дракон, он сменил цвет, чтобы его не узнали потом. Рол искренне надеялся, что старый чешуйчатый космический змей действительно бессмертен.
   Рол с Милэн на спине и Ствэн ринулись в первую попавшую шахту (после того как оттуда вылетела орбитальная ракета). Тавас, прикрывая вторжение огнем, последовал туда же. Милэн вцепившись в чешуйчатую спину мужа, думала лишь о том, как бы не свалиться, и не потерять сознание.
   На орбите появились драконы противника. С фанатичным блеском в золотых глазах они ринулись на зачинщиков. Драконы Лиара были около десяти метров длиной, потому на рожон не лезли, плевались пламенем и прятались за планетой и подбитыми кораблями. Уцелевшие боевые катера флота Лиара едва успевали увернуться от плевков драконьей плазмы.
 
   Лиар оценил решительность и смелое безумство противника. Бывшие учителя, удивляли безрассудством, и ведь знали, что могут попасть в плен, а все равно пришли.
   Лиар мог бы воздействовать на Милэн, но у него не было власти над Рэтолатосом и другими старыми драконами-маоронгами, потому он решил отказаться от магии, заблокировав всю планету от ее воздействия: приказал собрать как можно больше солдат для обороны лаборатории.
 
   Оборотни мчались по широким коридорам подземной базы. Сопротивление пока было неорганизованным. Милэн знала только направление. Чем быстрее они добегут до тюрьмы, тем больше надежды вырваться на свободу. Лифты и подвижные платформы через десять минут после вторжения были заблокированы. Тавас старался просчитать правильные повороты. Рол, несмотря на блокирование магии, видел противника, количество и вооружение за минуту до нападения. Ствэн знал, где тупики. А Милэн упрямо вела всех туда, где должен был быть Гэл.
 
   Нэйл сражался неистово. Он - Дракон размером в тридцать метров - гибкий, сильный и быстрый, гонял десятиметровых противников по орбите на световой скорости.
   Мэл злился, его ранили. Защищавшие планету молодые драконы были полны сил и энергии, умело атаковали.
   Красный дракон любил хорошую битву, отбросил все сомнения и воевал, как танцевал.
 
   Команда Рэтолатоса нарвалась на засаду. Вероятно, они пришли, куда было нужно прийти. Милэн ощущала теперь не только присутствие Гэла, но и его боль. Ярость захлестнула ее, сражалась так, как будто это была последняя битва ее жизни...
   И вот уже Рол в человеческом образе закрывает массивную дверь похожую на люк, изолируя всю группу в странной серой комнате. Сознание Милэн как в пелене, как в кровавом тумане... Она стояла посреди большой комнаты, шерсть на загривке дыбом, глаза не мигая, смотрели на прозрачный куб в центре комнаты. Рол ощутил холод страха за нее, крикнул: - Милэн!
   Тавас вернул себе привычный вид обычного трехметрового ящера с планеты Фэт, взял своей огромной перепончатой рукой ее за вздыбленную шерсть на загривке, встряхнул: - Мил!!!
   Рол подскочил к жене, обнял ее - большого зверя за шею, прижался лицом к мягкому меху, начал уговаривать, впервые за все вечности, он не ждал пока она сама справиться с болью, с тоской, с собой, не оставлял ее один на один с ее мыслями, он говорил с ней. Казалось еще минута, и он сам потеряет самообладание. Но она вздохнула, обмякла и незаметно перетекла в человека, заплакала тихо, без слез, без всхлипов - как ребенок, прижалась к нему, обняла маленькими руками и вздрагивала, уткнувшись ему в грудь. Только Рол понял, как она боялась будущего...
 
   Тавас ударил ногой по органическому стеклу куба, оно задрожало, но не поддалось. Ствэн нашел пульт управления вакуумной камерой. Камера наполнилась кислородом, и открылась. Милэн смотрела только на Гэла. Для нее светло-серые стены лаборатории стали темными, мраморный пол оскалился острыми иглами, яркий свет клубился ненавистью. Тавас подскочил к Гэлу. Милэн видела все замедленным, как будто была в ином времени. Тавас отцепил кандалы от крюка в потолке, Гэл упал в руки Ствэна, тот закинул его, на свое плечо.
   Противники взорвали люк. Снова выстрелы - реактивные светлячки. Рол схватил Милэн за руку. Она даже не почувствовала, как ее ранили в живот. Прорываться. Прорываться любой ценой. Прочь из этих светлых коридоров, по мраморному полу скользкому от крови.
 
   Драконы Лиара отступили. Нэйл и Мэл знали, радоваться победе рано. На орбите появились огромные корабли с силовой сетью. И именно в ту минуту Рол попросил Нэйла отвлечь противника.
 
   Возвращаться туда, откуда пришли - бессмысленно и опасно. Гэлу сейчас в открытый космос нельзя, он и так провел в вакуумной среде слишком много времени, его энергия на нуле, и помощи не воспринимает, он сейчас ничего не воспринимает. Ствэн выразил неуверенность в том, что это Гэл, Милэн его заверила - он. Вновь пришлось перевоплощаться в зверей, всем кроме Ствэна. Ствэн тащил на плечах Гэла. Корабль... нужен корабль.
 
   Бесконечные коридоры базы, бесконечный серый пластик на стенах коридоров.
   Беглецы в который раз оторвались от погони. В который раз ворвались не в те двери. Вот уже минут двадцать бежали к внутреннему космодрому. Гэл так и не пришел в себя.
   За поворотом их ждали. Лиар сам вышел встретить. Вокруг оборотней образовалось мощное технически созданное силовое поле, купол в который не проникали даже звуки. Лиар, окрыленный своей мощью, вошел в это поле, самоуверенней дрессировщика входящего в клетку к своим давно знакомым тиграм, ведь магия на базе была блокирована. Рол не пользовался магией, ему понадобилось не больше секунды, чтобы заломить удивленному Лиару руки за спину, и приставить ему к горлу тонкий изящный острый клинок: - Попался... - И Рэтолатос громко крикнул, так чтобы слышали все (был королем пиратов, командовать умел): - Я знаю, как убить вашего властелина, и убью его очень быстро, если увижу хоть один ствол! Всем ясно!!! Оружие на пол!!! И вон отсюда!!!
   Люди подневольные, хозяина любящие той больной фанатичной любовью, которую так легко может внушить в сердца смертных дух вечности. Люди хозяину преданные, оружие медленно на пол положили, и отступили.
   Ситуация была благоприятной, ее следовало использовать. Рол приказал Лиару: - Поле снимай.
   Тавас бросил на границу поля маленький генератор, поле прозрачной стеной перегородило коридор, открыв беглецам вход в транспортный ангар глубинной базы. Ангар, который проще было назвать космодром.
   Ствэн выбрал небольшой надежный найтийский катер. Тавас поймал за загривок, заросшего редкой темной шерстью техника в метр ростом, рожденного когда-то на планете Вынорг. Круглые темные глазки техника с ужасом смотрели на трехметрового серого ящера с четырьмя руками и вытянутой плотоядной мордой, выноргиец не моргая, уставился на клыки Таваса.
   - Открывай... - прошипел ящер, - топлива на вылет хватит?
   Маленький техник, как загипнотизированный кивнул головой.
   Лиар, полузадушенный сильной рукой Рэтолатоса, хмыкнул: - Это мой катер.
   - А тебя никто не спрашивает... - сердито прошипел Рэтолатос.
   - А зря...
   - Он что не полетит? - испугалась Милэн.
   - Нет твари, он всегда готов к вылету... - защищал свой персонал Лиар, как защищает любимую игрушку перед старшими детьми, маленький честолюбивый мальчик.
   - Вот и хорошо... - ответил ему Тавас, забираясь в катер, - вот только маленький этот катер, может у тебя есть что побольше?
   - Лезь... - не выдержала Милэн, - вон уже, до чертиков много зрителей собралось, не ровен час, осмелеют, снова стрелять начнут, запускай машину, улетаем. Стив так Гэл?
   Ствэн снял Гэла с плеча, посмотрел на серое лицо, и только головой покачал - мертв.
   Тавас запустил гравитационный двигатель. Рол толкнул Лиара к пульту управления и включил средство связи: - Прикажи открыть шахту, а если кто пустит нам вслед ракету, я тебя разрушу, будешь долго собираться.
   - Вот урод... ничего попадешься ты мне когда-нибудь, я тебе этот ножичек вспомню... - злился Лиар.
 
   Зэрон смотрел на монитор видел, как захватили заложником Лиара, как Рэтолатос затолкал юного Хахгэта в катер, слышал отчаянный приказ разрешить вылет и с ухмылкой сам нажал кнопку, открывающую шахту.
 
   Слишком все легко...
   Опаленный Айдэм остался за бортом. Тавас разогнал катер. Драконы на орбите уцелели, теперь прикрывали отлет. Ствэн разложил одно из кресел в рубке управления и положил на него Гэла. Рол оттолкнул Лиара, тот устало сел в кресло связиста, опустил голову и пробубнил: - И что дальше? Что вы намеренны со мной сделать? Я ведь Хахгэт - хозяин Мира, вы уже не можете меня развенчать, у меня есть хакг.
   Милэн резко повернулась к бывшему ученику, лицо ее было спокойным, только рот немного искривлен яростью: - Ты, щенок, когда-нибудь хлебнешь от своего хакга. Не веришь?.. Поговорим тогда, когда ты лишишься всего. Даже мечты... Нет, конечно, мы не можем тебя развенчать... А вот твой последний хакг... со временем... сможет. Он знает, как это сделать...
   - Он верен мне! - вскрикнул Лиар, - он честнейший из бессмертных!
   Милэн ответила ему спокойно: - Твои эмоции мальчик, говорят о твоей беспомощности, и неуверенности, но что ты можешь сам, без своего наставника-палача?
   - Он не палач! - вскрикнул Лиар, и начал оседать в кресле, глаза его закатились, рука опала, он сполз ватной куклой и начал исчезать.
   Она развела руками над прахом врага: - Вот идиоты...
   Застонал Гэл. Милэн подскочила к брату, взяла его руку хотела согреть. Гэл ожил, оставался без сознания, но ожил. Она отдала ему половину взятой от взрыва энергии, конечно, он очнется...