Межонного Валерия Михайловича

               Вспоминая члена Союза журналистов СССР
                Межонного Валерия Михайловича.

         В Кронштадте в начале апреля 2026 г. скоропостижно скончался на 86   
  году жизни члена Союза журналистов СССР, наш соотечественник 
          Межонный Валерий Михайлович.
        Одна из последних его работ была статья в историко-краеведческий аль-манахе "История Кронштадта". Он работал в газете "Рабочий Кронштадт" с 1979 по 1993 г. А затем в газете «Петербургские магистрали» с1994 по 2015 г. в ГУПе «Горэлектротранс». Там был хороший дружный коллектив. И прежде всего это редактор Верховный А.И. Это опытный и знающий журналист, прекрасно сам пишущий различные материалы. Также сотрудники Новикова О.Н., М. Арифурин и Межонный В.М.  С уходом редактора Верховного А.И.,а затем и Межонного В.М.  газета резко изменилась. Она потеряла многоплановость и многотемность, стала своеобразным “боевым листком”. Всё менее и менее в газете можно встретить исторические материалы, информацию о современном состоянии электротранспорта, о работе транспорта в других городах России и мира. Межонный В.М. в газете «Петербургские магистрали проработал более 15 лет. В этих двух газетах им было опубликовано более 400 материалов. Вот как он сам пишет о своей жизни в автобиблиографитическом материале в Кронштадте и С. Петербурге.
        Мой отец Михаил Исаакович Межонный, прибыл в Кронштадт с семьей в 1945 г.,  сразу после окончания Великой Отечественной войны. И работал учителем русского языка и литературы в 177-й школе рабочей молодежи,  затем   учителем и с 1951 по1953 г., директором сразу  двух средних  школ города - 425-й мужской и 426-й  женской. Как профессиональный     лите-ратор,  отец вел литературную группу при Базовом матросском клубе, кото-рая имела  тесную связь  с ленинградской писательской организацией. Из Ленинграда для встречи  с моряками города-крепости приезжали известные писатели.  А в литературной группе, которую вел отец, занимались журналисты из военной газеты " Сталинское знамя"- предшественницы  "Советского моряка". Например,  А. Шалимов,  М.Микрюков, Н. Имшенецкий, М. Житни-ков, В  Богданов и  другие. Некоторые военные журналисты ещё не имели специального образования и стремились пополнить свои знания. Впоследс-твии выпускали сборники своих стихов. Слова  Венедикта  Богданова из его "Песни о Кронштадте" увековечены на стене  улицы Коммунистической в нашем городе. К сожалению, здесь нет подписи автора, имя военного журна-листа должно быть названо под его стихами. Венедикт Богданов жил на втором этаже деревянного дома на маленькой зеленой улице Осокина, которая теперь застроена домами. В те годы она шла от улицы Комсомола до площади Осокина, параллельно улицам Советской и Гусева, проходила между ними. Прочтя "Песню о Кронштадте, легко заметить, что здесь стихотворный размер тот же, что и в выше названном стихотворении "Кронштадт", в котором, на мой взгляд,  изображен послевоенный город-крепость, буквально без сна и отдыха работающий над восстановлением Балтийского флота. В три  смены трудился коллектив Морского завода, боевые катера-тральщики буквально перепахивали Финский залив, вылавливая оставшиеся после войны мины. На фортах и на побережье острова Котлин стояли наряды моряков, боевые зенитки. В городе часто устраивали затемнения, закрывая светящиеся электричеством  окна. Школьники учились  в две смены - дневной и вечерней . А в Петровском парке с императорского пирса можно было видеть стоящий в гавани линкор "Марат" с оторванным носом. У стенки Усть – Рогат-ки  стояла основная ударная сила города - крепости : линкор "Октябрьская Революция" (в просторечии "Октябрина"), крейсеры "Киров "  и "Свердлов", броненосец "Вайнемейнен" (в просторечии "Вайна-Майна"),  взятый в качестве трофея у Финляндии - со  своими угловатыми надстройками и мощными

                - 2 -

мортирами. Стояли целые дивизионы тральщиков, морских охотников, торпедных катеров. А от матросов буквально рябило в глазах. В то же время руководство стремилось организовать отдых горожан. Ещё не было нынешненего стадиона. Зато в бассейне Петровского дока функционировала лодочная станция, летом моряки в белых  фланелевках  катали на шлюпках по бассейну девушек, здесь же была устроена городская купальня с вышками для прыж-ков в воду. А  из соседнего Летнего сада доносилась музыка, играл духовой оркестр, где располагался летний кинотеатр,  работали различные игровые  аттракционы и находилась летняя танцевальная площадка- настоящий центр отдыха горожан, моряков и молодежи. Ещё  один центр отдыха располагался в районе нынешнего кинотеатра "Бастион". Летом здесь был стадион, а зимой - каток. Устраивали  также каток и на Итальянском пруду,  как раз напротив Дома офицеров флота. Таким  вспоминается мне Кронштадт 1948 года. И мне, семилетнему мальчишке, довелось  видеть живым соратника  изобретатателя радио А.С. Попова - П.Н. Рыбкина - буквально в последний год его жизни. В том же году отец привел меня для снимка в фотографию, расположенную в районе  нынешнего Водоканала. Нам встретился широкоплечий плотный мужчина в морской форме. Поздоровались. Отец сказал: "Дай ручку дяде!" Рука моя буквально утонула в широкой ладони военного. "Это писатель Всеволод Вишневский", - сказал отец после встречи. Отец мой был человеком особенным, он обладал редко встречающимся психологическим "рисунком" личности - настоящей поэтической творческой натурой.  Взахлеб общался с людьми, был предан  литературе и даже сыновьям дал "литературные" имена. Старшему - Эдуард, в честь поэта Эдуарда Багрицко-го, младшему - Валерий, в честь поэта Валерия Брюсова. В довоенные годы в  педагогическом институте им. А.И.Герцена, где учился отец, была замечатель-ная профессура, оставались  кадры ещё с дореволюционного времени. Это, например, энциклопедически образованные В. Десницкий, В. Шкловский. Они устраивали для студентов семинары, встречи с писателями. Так, мой отец, ещё будучи студентом, видел выступления Алексея Толстого, Вячеслава Шишкова, молодых поэтов Бориса Корнилова и Ольгу Берггольц. На факультетской аспирантуре учился донской писатель Виталий Закруткин, автор эпопеи "Сотворение мира". Однокурсником отца был ленинградский поэт Павел Шубин. Во время войны отец находился в эвакуации, в Удмурдской АССР. Он дружил с одним из зачинателей удмурдской литературы, писателем  Д. Бор - Раменским, от которого  есть книги с дарственными надписями: повесть "Данило Шитов", романы "Раменье", "В прикамских  лесах". После войны, проживая в Кронштадте, отец дружил со многими ленинградскими поэтами. Среди них Михаил Дудин, Илья Аврааменко, Борис Орлов, Бронислав Кежун. При посещении Ленинграда отец непременно заходил в "Дом книги"- в отдел поэзии, в "Книжную лавку писателей"- покупал последние новинки литературы. Наша мама,  Порозова Вера Михайловна,  была однокурсницей отца, студенткой факультета русского языка и литера-туры педагогического института им. А.И.Герцена, который они закончили в 1938 г. Она в моих глазах представлялась  настоящим воплощением пушкинской  "онегинской"   Татьяны -   застенчивая красавица с богатым внутренним содержанием. Весь факультет был влюблен в неё, и до сих пор еще хранятся у меня любовные записки к ней студентов тех далеких лет. Отец и мать, что называется, не чаяли души друг в друге. Время было суровое, предвоенное. И отец, уходя на сборы, оставил двойной портрет с трогательной надписью: "Тебе, Вера, одной тебе - мои мысли, чувства и мой образ. Храни его в чистоте". Середина лета - межень, как толкует словарь русского языка  С. И. Ожегова, 1949 года издания, под редакцией академика С.П. Обнорского. И это слово  перекликается с фамилией -  Межонный. Еще одно

                - 3 -

значение этого слова - средний уровень воды в реке, озере. Это слово использовалось писателями. В романе Л. Леонова "Соть" персонажи искали меженный (средний) уровень реки. У А. Солженицына в "Архипелаг Гулаг":
"половодья сменялись меженями и опять половодьями.".Нас, сыновей, родители воспитывали буквально на литературном материале, давали смешные прозвища из произведений русских классиков, то и дело читали стихи или сыпали яркими цитатами. Литературу  отец любил и увлекал других любовью к своему  предмету. Уроки вел так, что многие говорили, что его "буквально заслушаешься" и часто  на уроках представлял сценки из литературных произведений.  Давал школьникам не только программу, но и материалы из личной жизни писателей. Увлекшись предметом, его ученик А. Вологдин стал корреспондентом газеты "Советский моряк", а другой ученик, В. Миронов, редактором газет "Рабочий Кронштадт" и "Мартыновец"..Моя мать также преподавала литературу и была завучем в 177 школе рабочей молодежи,  работала там с 1945  по 1971 г. и заслужила звание "Отличник народного просвещения". Её  до сих пор добрым словом вспоминают  некоторые старожилы города.
           В 1953 г. отец переехал в Киришский  район Ленинградской области.  И здесь снова преподавание, занятие литературой и поэзией. Воспевание  людей и природы этих мест. Всю жизнь отец буквально  не отрывался от книг. А про периоды мрачного одиночества говорил: " Только книгами и спасаюсь. У него в библиотеке до семи тысяч наименований авторов. И десятки дарственных книг от писателей, среди которых самыми маститыми можно назвать поэта Степана Щипачева и писателя Константина Паустовского. И вот ещё несколько стихотворений о природе наших широт.
Литературная группа, которую вел отец, была в те годы своеобразным духов-ным центром в нашем городе. В неё входили как журналисты военной  кронштадтской  газеты,  так и сотрудники газеты "Рабочий Кронштадт". А также матросы и офицеры кронштадтского гарнизона. Все старались творить, писали стихи, разбирали их на своих занятиях. Приглашали из Ленинграда профессиональных писателей и поэтов, которые вносили свой вклад в занятия литературной группы. Порой поэты и писатели в узком кругу раскрывали  заветные мысли, делились своими переживаниями. Например, Герой Социалистического труда, поэт Михаил Дудин  сильно переживал, что у него нет детей, наследников. И сам себя незаслуженно бичевал по этому поводу. М. Дудин  хорошо владел аудиторией, мог долго держать её внима-ние, не тушевался, прекрасно читал стихи. Не все, однако, литераторы обладали такими качествами, например,  Вера Панова, выйдя на сцену базового матросского клуба, стушевалась перед шумящими  моряками гарнизона  и долго не могла преодолеть  затянувшееся молчание. Тогда  отец, руководительлит группы, выступил   перед  залом с яркой речью,  рассказав  о её творчестве. Зал разразился аплодисментами и стал внимательно слушать маститую писательницу. Сегодня, роясь в библиотеке отца, почти в каждой из книг, нахожу его пометки, реплики, подчеркнутые места. А старшеклассники  1951 года выпуска, став взрослыми и заняв ключевые руководящие места в нашем городе, вспоминали, как отец не только рассказывал им школьную программу по литературе, но и, выходя за её рамки, посвящал ихв личную жизнь некоторых  писателей. Во время урока отец мог перед старшеклассниками сочинить стихотворение, наглядно показывая сам процесс литературного творчества, чем вызывал интерес учащихся.
        Сегодня наш любимый Кронштадт стал совсем другим. Во многом это "опереточный" город,  без больших производств, почти   без военного гарнизона,  наконец, без знаменитой булыжной мостовой, воспетой поэтами..Но
память о городе трудных послевоенных лет, о том, как жили и творили его люди, не должна быть забыта.               
               
               
               
                Материал подготовил Львов Ю.М.  07.04.26