Дедушка-обезьяна - сборник непридуманных историй

ПРИКЛЮЧЕНИЕ В САУНЕ

          Собрались на даче дружеским кругом на ужин. Разговоры, возлияния и гвоздь программы – сауна. Несколько заходов сделано, можно бы завершить, но уж очень хочется еще разок напоследок. И, пообещав жене не задержаться дольше пяти минут, Андрей забежал в сауну.  Сел на верхнюю скамью, а тут кто-то из товарищей: "Подвинься, – говорит,– Андрюша". Пододвинулся, только неловко с небольшого перепоя. Привалился боком к раскаленному наморднику лампы, сильно обжёг, до горелого мяса. Заорал, подскочил, да не рассчитал в чужой сауне, головой врубился в потолок. А потолок в смоле, и гвоздь из него выступал. Голову Андрей до крови поранил и смолой испачкал. Завопил еще сильнее, и к выходу.  По дороге колено о титан ударил. Дверь распахнул, а там, на пороге - его дружок, тоже как Андрей, хирург и профессор. В руках держит большущий таз с холодной водой, готовится Андрея "благословить" после сауны. Со словами: "Ну, Андрюха, держись!" делает шаг навстречу, поскальзывается и со всего маху врезает бедолаге тяжелым тазиком по бедру, где тут же  вспухает большущая гематома.
          Ну, а в итоге Андрюша сдержал слово – дольше пяти минут в сауне не "кайфовал". Правда, потом лечился. Никто этой истории не верит, приходится свидетелей призывать.


ПОДАРОК ДРУГУ

          Андрей собрался поздравить своего друга Дмитрия с Днем рождения. Для этого следовало к нему заехать, и, конечно, не с пустыми руками. Над подарком долго не раздумывал – хорошие фирменные джинсы, например, Levis. Только вот размер надо бы уточнить. С тем позвонил Андрюша имениннику:
           – Димка, привет. Это Андрей.
           – Привет.
           – Хочу подарить тебе Levis.
           – Здорово, всегда мечтал, Хочу синие, классику.
           – Получишь. Какой размер?
           – Пятьдесят шестой.
          Андрей помолчал, прикидывая:
           – Слушай, как тебе корму разнесло!
          В ответ после некоторой паузы и неуверенно:
           – Да я вроде с юности не маленький.
          Андрей:
           – Как мы себя со стороны не видим! Ну, до встречи.
          Только закончив разговор, Андрей разглядел, что позвонил сейчас  другому Дмитрию, человеку, не столь ему близкому, респектабельному главному редактору большой престижной газеты. Что делать – перезвонил, извинился. Посмеялись. Джинсы Андрей купил в двух экземплярах – для именинника и для главного редактора, как сам напросился.


РОЗЫГРЫШ

          Любили в нашем НИИ шутки. Вот один из розыгрышей. Нередко к нам в лабораторию заглядывала Тамара из соседнего отдела. Зашла однажды попрощаться, собралась с мужем в летний отпуск позагорать на Черном море. Настроение в тот момент у нас было веселое, спонтанно затеяли  позубоскалить. Кто-то начал:
           – Тамара, ты помнишь, какой сейчас год?
           – Конечно, – отвечает та, и называет год.
           – Ну, и? – спрашивает Тамару еще один наш остряк, сообразивший, куда следует править.
          Тамара (уже неспокойно):
           – Мальчики, в чем дело?
          А мы опять:
           – Какой год? Ты, что, не понимаешь?
          Так в стиле рондо, раза три. Потом не стали больше мучить, объяснили:
           – Год-то високосный, а в високосный год Черное море спускают для просушки. Забыла?
          Разволновалась  Тамара, бросилась мужу звонить –  пусть срочно билеты сдает, планы на отдых меняются.


ЧТО ТАКОЕ ОРДЕН

          Хотя из соображений этики имена прочих участников мы здесь не называем, одно имя, принадлежащее истории, утаить нельзя. К тому же колоритная фигура первого Президента России Бориса Николаевича Ельцина будет узнаваема под любым псевдонимом.
          После  очередного награждения деятелей науки и культуры в Кремле устроили банкет, поставили столы, рассадили награжденных. Борис Николаевич ходил с рюмкой между столами и выпивал с присутствующими, дабы обозначить единение  руководства страны и народа. В тот раз одним из награжденных был талантливый художник, именуем его условно Александром. Сидел с другими за  столом, ел-пил. Борис Николаевич в путешествии по залу остановился как раз возле Александра. Тот уважительно встал. Ростом он оказался  повыше очень немаленького Ельцина, новенький орден на пиджаке Александра  сверкал на уровне глаз Президента. Борис Николаевич к тому моменту уже достиг известной кондиции,  на ногах стоял крепко, но взглядом искал точку опоры. Такой точкой стал орден Александра. Устремив на него взгляд, Борис Николаевич с ордена и начал речь: "Орден – это…" И замолчал, не найдя подходящего продолжения. После паузы повторил: "Орден – это…",  и опять умолк.  Молчание стало напрягать. Зал с интересом наблюдал за развитием событий.  Гомон приутих,  зависла тишина зрительского ожидания.  И когда в третий раз Ельцин произнес:  "Орден – это…",  Александр рыцарски пришел  на помощь. Глядя на Бориса Николаевича, он вполголоса продолжил сказанное: "…не хрен собачий". (Возможно, он сказал иное, мы-то с вами таких слов не знаем, но ведь иное дело сам Президент!).  В глазах Ельцина промелькнуло понимание и одобрение, и он уже без запинки с готовностью в полный голос повторил и подтвердил: "Орден – это не х… собачий!" После чего чокнулся с Александром, опрокинул в рот свою рюмку и деловито двинулся к следующему  столу.


БАЛ ПОБЕДИТЕЛЕЙ

          В мае 1945 года, когда советские войска победоносно вошли в Прагу, победители устроили бал. Военачальники пришли на бал с женами. С фронтовыми женами. Прежние жены остались в тылу, а мужчинам, как известно, нужны рядом слабые женщины, чтобы оставаться сильными. Фронтовые жены были, как правило, молоды, не слишком образованны, и не успели набрать многих нужных знаний. Но твердо знали, что должны соответствовать победоносным спутникам духовно и физически. Прежде всего, конечно, физически, то есть обликом своим. Каждой хотелось выглядеть привлекательной. Военное обмундирование к этому не очень располагало, потому, собираясь на бал, фронтовые жены добросовестно прочесали ставшие  доступными пражские магазины с их изобилием предметов роскоши и быта светского общества. Захотели они прийти на бал в вечерних туалетах с драгоценностями, так и нарядились. Только плохо разбирались фронтовые жены в бальных нарядах. Если бы еще традиционные для России меха, но вечерние платья? Открыв для себя роскошь элиты, явились они в ночных сорочках или пеньюарах, украшенных кружевами и богато расцвеченных золотыми с камнями украшениями.
          Были на том балу союзники, были иностранные корреспонденты. Многие фронтовые жены после возникшего скандала попали в опалу, что укрепило законные семейные узы наших военачальников.


И ВПРАВДУ, НЕ ДУРАК ЛИ?

          С переходом страны на рыночную экономику возможности отдельных наших граждан увеличились многократно. Сообразно этому в столице стремительно выросло количество автомобилей. Водители и пешеходы даже слегка "потеряли берега",  оказавшись не в состоянии разобраться в изменившемся движении на московских улицах.
          Никита, водитель со стажем, москвич и интеллигент, ехал по неширокой и не очень оживленной улице столицы.  Далеко впереди на нерегулируемом переходе пожилая женщина явно вознамерилась, но не решалась перейти дорогу перед машинами, шедшими беспрерывным потоком. Подъехав, Никита свой автомобиль остановил, позволяя женщине пройти. Та стояла. Никита гуднул – тот же результат. Никита мигнул фарами – все равно стоит. Тогда Никита опустил стекло и, не обращая внимания на скапливающиеся позади автомобили, высунулся в окошко и сказал, приветливо улыбаясь: "Что же Вы стоите? Пожалуйста, проходите".  Со словами "Совсем дурак, что ли?" женщина подняла руку и покрутила пальцем у своего виска.  Никита оказался сообразителен, понял сразу и внутренне согласился: "Да, он дурак".
          Больше в родном отечестве дорогу пешеходам Никита не уступал, пока измененные правила дорожного движения не сделали обязательным приоритет пешехода на переходах.


МИЛОСЕРДИЯ!

          Обычный российский город на пару сотен тысяч жителей. Какой? Да, неважно. Обычный судебный процесс. Что совершил обвиняемый? Какая разница, важно, что виновен.  Подсудимый дал признательные показания, вина явная. Неожиданностей быть не должно, рутина, тоска. А тут на судебном заседании адвокат вытаскивает "из рукава" медицинское заключение о том, что его подзащитный страдает "неизлечимой алопецией второй степени". Заключение официальное, выдано авторитетной клиникой. Перед законом все равны, кому, как не судье, это знать? Но судья тоже человек, и ничто человеческое ему не чуждо. Есть такой термин в юриспруденции – "Argumentum ad hominem", что означает перенос акцента спора с предмета обсуждения на оценку личности участника. В нашем случае это была попытка адвоката привлечь внимание к тяжелому состоянию обвиняемого и призвать суд к милосердию и состраданию. Попытка удалась. Высокий суд с учетом заболевания подсудимого назначил ему вместо реального срока наказания условный. Пусть лечится и живет, много ли ему осталось с такой грозной болезнью.
          Спустя некоторое время вынесший приговор судья нашел время и любознательно стал разбираться в медицинских терминах. Алопеция, которой страдал подсудимый, оказалась ничем иным, как тривиальным облысением, плешивостью, свойственной большинству представителей сильного пола.


КУРЬЕЗНЫЙ КОНФЕРАНС

          Лет немало тому назад два причастные к миру эстрады друга, Игорь и Саша, отправились на подработку в регионы. Деньги зарабатывали по профессии – конферанс вели, стихи читали, пели. Веселили и просвещали. В Казахстане случился курьез.
          Шел обычный концерт с участием местных талантов. Игорь и Саша по обыкновению много импровизировали, о выступлениях других участников объявляли с листа. Вышли на сцену, как полагается, спели-сплясали, надо представить следующего выступающего. Первый из них взял в руки программу, напрягся...  и уступил место другому. Тот тоже не сразу в тему вошел, потом все же прочитал.
       Номер, который они оглашали, звучал так: "Два кюя для кыл кобыза".  Ну, чтобы понять: "кюй" – это произведение казахской музыкальной культуры, а "кыл кобыз" – инструмент, на котором его исполняют.


А В ЭТО ВРЕМЯ САМОСА

          Конец семидесятых годов. Известный политический обозреватель Александр Каверзнев рассказывает по центральному телевидению об обстановке в Никарагуа, изнывавшей в тот период под гнетом диктатора Самосы. Народ страны восстал, идет гражданская война. Восставшие наступают, правительственные войска держат оборону. Обозреватель: "А что в это время делает Самоса? А Самоса сидит в бункере и оттягивает свой конец".


ШЕФЫ ПРИЕХАЛИ

          Начало тридцатых годов двадцатого века. "Смычка" города с деревней под лозунгом "Культуру – в народ!" Научные институты в принудительном порядке определяют в шефство над народившимися колхозами. В числе прочих не миновала эта участь Институт палеонтологии Академии наук Украины. И вот делегация шефов приехала в колхоз. Многие из них впервые увидели крестьянский труд.  Ничего не умеют, что с них взять? А в это время в колхозе родились два племенных бычка. В старой жизни назвали бы их просто и без заморочек, вроде "Борьки" да "Васьки". Но на дворе двадцатый век и революция, так что лучше по науке. Тут и ученые шефы кстати пришлись.
          Шефы думали недолго и назвали… одного бычка – "Сарданапал", другого – "Навуходоносор",  как древних ассирийского и вавилонского владык. Произнести подобное крестьянский язык не поворачивался, но ведь Наука! Записали на табличках у стойла, как шефы сказали. А про себя в дальнейшем звали попросту: того, что Сарданапал – "Сам пропал", а Навуходоносора – "Худой нос". Ничем другим наука палеонтология крестьянам тогда не помогла.


УГОРАЗДИЛО ПАРНЯ

          У Анатолия есть друг, Пушкин Николай Васильевич. Нет, не ошибка, Пушкин Николай Васильевич. Когда он кому-либо представляется, нередко новый знакомый переспрашивает по стереотипу мышления: "Как это Пушкин Николай Васильевич? Пушкин ведь Александр Сергеевич. Это Гоголь Николай Васильевич!"
Вот угораздило парня.


В ДАВКЕ

          Этот случай из конца восьмидесятых. Московское метро, давка. Татьяну втолкнули в вагон спиной вперед и притиснули. Сзади визгливый женский голос с базарными интонациями: "Куда прешь? Смотреть надо!" У Тани образование гуманитарное, ответила соответственно, потом устыдилась. Повернулась, как могла, и извинилась: "Простите, если я Вас толкнула. Поверьте, неумышленно". А позади стоит очень невысокая женщина вполне интеллигентной внешности и тоже уже иным тоном ей отвечает: "Что Вы, что Вы! Просто у меня губы ярко накрашены, а у Вас пальто белое".


РАССУДИТЕЛЬНЫЙ ЗЯТЬ

          Когда Веня женился, по молодости жены и причине отсутствия у нее кулинарных навыков он приобщился столоваться у тещи. Эта разумная привычка с годами стала традицией. Особенно Венька любил совмещать тещин стол с пребыванием на ее даче.
          Вот как-то после обеда сидел Веня на любимой им садовой качалке, а тут к нему теща подошла с оригинальной идеей:  "Венечка, не вскопать ли вон ту грядку?" – и показала рукой, где. Веня к этому тещиному плану отнесся серьезно и обещал обдумать. Через полчаса теща опять приблизилась:  "Ну, что, Венечка, подумал?"  "Подумал, – рассудил  Веня, – копайте".


ЧУЖАЯ ЖЕНА

          Дмитрий "увел" чужую жену. Нехорошо, конечно, только он много лет был один, погрузившись в работу и в долгие переживания распавшегося раннего брака. Тут рядом возникла привлекательная женщина лет на двадцать его моложе. Он начальник, она личный референт, ей с ним интересно, ему с ней душевно.
          Пикантность придавало то обстоятельство, что на работу чужую жену пристроила мать мужа, свекровь. Возникшей ситуацией свекровь поделилась с близкой своей подругой. Та поинтересовалась, каков он, разлучник. В ответ услышала (цитирую дословно): "Высокий. Красивый. Умный.  Богатый.  Везучий". Подруга завистливо: "Чего же ты хочешь? И я к нему ушла бы".


НОРМАЛЬНО, НО НЕОБЫЧНО

          Бартер или, проще говоря, обмен товара на товар в научно-исследовательском институте был налажен. Нужна какая-нибудь деталь для эксперимента – идешь в институтскую мастерскую и заказываешь. Получаешь выполненный заказ и в благодарность вручаешь исполнителю дозу спирта. Все просто, формальности излишни.
          Казус возник, когда старший научный сотрудник одной из лабораторий заказал деталь и уехал, указав, кому выполненный заказ отдать. К вечеру приходит работник с исполненным заказом  в лабораторию, а там ждет его другой научный сотрудник, только младший. Деталь принял, колбу из стенного шкафа извлек, в стакан налил. Опрокинул работник стакан, рот вытер и спрашивает: "Ты чем напоил?"  Понюхал младший научный сотрудник колбу и обомлел: ацетон! Бросился к стенному шкафу, а там еще и другая колба, уже со спиртом. Он к работнику: "Давай скорую вызовем!" Тот: "Не надо скорой, ты мне спирту дай".  Налили спирту стакан с верхом, без меры. Выпил работник и его, рот вытер и ушел. Младший сотрудник шефу позвонил, доложил. Тот в гневе зашелся, взволновались оба, а что сделаешь? Шум поднимать ни к чему, да и как?  Еле утра дождались, прибежали в цех, там работа рано начиналась. Глядят, живехонек работник, у станка стоит, точит. К нему подбежали: "Как себя чувствуешь?  Было ли что?" Тот отвечает: "Нормально. Только вот жена сказала, что пахнет от меня необычно". Ну, это и понятно: обычно спирт, а тут такой коктейль.


ДУЭЛЬ ЧЛЕНА ПРОФСОЮЗА

          В тесноте столовской очереди столичного НИИ старшего научного сотрудника этого института Вершака обозвали дураком.  "Вершак" – это фамилия такая. Обиделся Вершак.  В прежние времена в дворянском сословии за такое на дуэль вызывали,  перчатку в лицо – и до смертельного исхода. Ну, возможно, перчатку к ногам – тогда только до первой крови. Как характер обиженного подскажет. В наше время все проще, мог обидчик и по физиономии схлопотать.  Впрочем, в дружеской обстановке научного института Вершака обидеть вряд ли хотели, можно бы отшутиться и простить. Только наш герой решил сквитаться и довел-таки дело до дуэли, но на свой лад – написал на обидчика заявление в профсоюзный комитет института. Так мол и так, меня  прилюдно дураком назвали. Могу ли, я кандидат наук и старший научный сотрудник,  быть дураком?
          Заявление в профкоме взяли, в дело подшили, а заданный Вершаком вопрос в установленном порядке поставили в Повестку дня очередного заседания этого авторитетного органа. После чего  десятка полтора облеченных доверием его членов деловито обсуждали, дурак ли товарищ Вершак.  В решение заседания записали, как положено: "Не может кандидат технических наук Вершак быть дураком".   Для себя каждый решил этот вопрос иначе. Решение профкома долго висело на доске профсоюзной организации и веселило полуторатысячный институтский коллектив. 
 

ДРУЖЕСКОЕ ОБЕЩАНИЕ

          Виктор часто летал по делам в республику Коми. Приятельствовал там с рядом влиятельных личностей на почве совместного распития горячительных напитков, очень востребованных в суровом крае. Среди прочих собутыльников был местный начальник республиканских лагерей и тюрем, человек столь же авторитетный, сколь отзывчивый на дружбу. После очередной теплой встречи в порыве откровенности он выразил свою к Вите симпатию доступным ему образом, что в пересказе на простой человеческий язык прозвучало примерно так: "Виктор, мы друзья. Знай, что тебя всегда ждет лучшая в республике камера".
          После этой поездки Виктор стал заметно осмотрительнее в делах.


НА ПРИЕМЕ У НАЧАЛЬНИКА

          На приеме у начальника одного из управлений префектуры Центрального административного округа Москвы посетитель с большим напором отстаивал свои требования. Исчерпав прочие доводы, в качестве дополнительного аргумента заявил: "Вы должны знать, что я всегда добиваюсь победы. Моя фамилия Врангель!" Начальник, выслушав, ответил: "Понимаю. Сожалею. Моя фамилия Чапаев" (что соответствовало действительности).


ТАКОЙ ЧУВСТВЕННЫЙ ЯЗЫК!

          Испанский язык, чувственный и звучный, содержит немало выражений, ошибочно воспринимаемых нашим заточенным на русскую речь ухом, как  скабрезные. Однако и отдельные испанские слова не умещаются в рамки нормативной испанской лексики. Испанцам случается  так выражаться в обиходе беззлобно, в силу свойственной им экспансивности и раскрепощенности. Вот забавная сценка со слов очевидца.
          На северо-западе Испании есть город Саламанка, входящий  в состав Всемирного наследия человечества и знаменитый прежде всего самым древним в Испании университетом,  одним из старейших учебных заведений Европы. Там-то и произошла эта история.
          На входе в аудиторию перед лекцией собралась группа студентов. Пора бы зайти в учебный зал, только дверь закрыта. Связка ключей у лектора, пожилого профессора. Пытается профессор дверь открыть, а с замком заминка, то ли ключ не тот берет, то ли замочная скважина ускользает. Возится профессор с непослушной дверью и отчетливо вслух приговаривает: "Коньо, коньо!" А это испанское слово обозначает неотъемлемый дамский фрагмент, который они таят от нескромных взглядов. Когда же, наконец, дверь была открыта, профессор без малейшего смущения повернулся к столпившимся студентам и  обращаясь прежде всего, конечно, к дамам, галантно предложил пройти: "Пор фавор, сеньориты" (пожалуйста, барышни).


НЕЗАДАЧА

          Миша купил "Ягуар", старенький автомобиль, но на ходу. Если за такой машиной ухаживать, вечной будет. Днем Миша на "Ягуаре" ездил, на ночь в гараж загонял. Только однажды автомобиль не завелся, видимо, время пришло свечи менять. Обычно с таким пустяковым делом механик в несколько минут справляется, но на "Ягуаре" старой модели эта процедура долгая, там предварительно почти пол двигателя разобрать надо. Вот Миша и откладывал визит к механику. У него вторая машина была, "Жигуленок", тоже в гараже стояла, только в другом. Тем "Жигуленком" Миша обходился какое-то время. Собрался "Ягуар" в автомастерскую отвезти, а ключи от него найти не может. Сунул по рассеянности, а куда, забыл. Так "Ягуар" еще постоял. Потом Миша как-то незаметно технический паспорт на "Ягуар" утратил, с кем не случается?!  Без технического паспорта куда поедешь? Опять стоит "Ягуар". Совсем было созрел Миша для решительного броска, надумал механика к себе пригласить, чтобы он "Ягуар" вскрыл, личинку дверного замка сменил, и свечи поменял. Тогда бы Миша на том автомобиле в дорожную инспекцию поехал и новый паспорт на "Ягуар" выправил. Стал ключи от гаража искать, а их уже нет, не открыть гараж.
          Еще через год этот закрытый гараж вместе со стоящим в нем "Ягуаром" Миша продал.


ВЕЖЛИВЫЙ МАЛЬЧИК

          Олег по образованию математик, а по призванию летчик, дайвер, экстремал.  Пишет для души фантастические романы и стихи, порой уходит в журналистские  репортажи. Вы,  конечно, уже поняли, что он успешный бизнесмен?
          Говорить Олежка начал рано. В возрасте лет двух ехал со своим отцом в троллейбусе по Москве. Народу в салоне много, кто сидит, а больше стоят, мест не хватает. Олег сидит, правда, на руках у отца.  Кто-то из пассажиров уступает место мужчине с ребенком: "Пожалуйста, садитесь!" Только Олег тоже не промах, его с пеленок вежливости учили. "Спасибо, - говорит, - не надо. Мы постоим".


ИСКУШЕНИЕ

          Богато наше время медийными возможностями и искушениями. Искушениями без различия пола и возраста.
          Светлане на мобильный телефон позвонили. Отвечает: "Алло!"
Телефон помолчал и отключился, чтобы через минуту зазвонить снова.
Светлана опять в трубку: "Алло!"
          А из телефона мальчишеским голосом, который явно тщится быть мужским басом: "Это услуги? Я хочу заказать проституцию на дом".
          Светлана: "Не рано ли тебе? Ну-ка, позови свою маму. У меня все равно твой телефон определился".
          В трубке пискнуло: "Ой!", – и связь оборвалась. Больше не звонил.


НУ, И ПОДЕЛОМ

          Сережа был ловеласом и имел сразу несколько подружек. Однажды от скуки решил он пообщаться с кем-либо из них в чате. И послал каждой SMS:  "Любимая, ты как?" – в расчете, что кто-либо отзовется. Только по своей лени забил послание, как групповую рассылку, а по недомыслию не сообразил, что каждая подружка увидит других его адресатов. Остальное легко представить… Ну, и поделом ему.


ФАМИЛИЯ ПО ТРАДИЦИИ

          От родителей Ольге досталась звучная фамилия "Дюкина". Муж испанец носил тоже красивую фамилию "Перес". И хотя жили они в России, по испанской традиции их ребенок получил двойную фамилию, образованную из фамилий отца и матери. Так дочь Ольги стала "Кристиной Перес-Дюкиной".


ВСТРЕЧА НА ДОРОГЕ

          Сергей, директор престижной московской школы, путешествовал с семьей на автомобиле. В пути досадная поломка. Дорога пустынная, помощи ждать неоткуда, надо справляться самим. Придется лезть под авто, в грязь. Сергей полез, предварительно сняв, чтобы не пачкать, дорогие фирменные брюки. Когда вылез, рядом притормозил случайный автомобиль, из которого вышла респектабельная пара с мальчиком лет девяти. Ребенок, похоже,  был хорошо воспитан, потому что сразу поздоровался: "Здравствуйте, Сергей Львович!"  Как не поздороваться, не каждый день встречаешь на дороге директора своей школы в трусах?!


ДЕТСТВО ЭКСПЕРИМЕНТАТОРА

          Пятилетний Дима возится с отцом и в порыве шлепает его по голове.
          Отец: "Нельзя бить человека по голове, он может стать идиотом".
          Дима (внезапно заинтересовавшись и внимательно вглядываясь в отца): "И что, одного раза достаточно? "


КАЗУС

          Говорить Андрюшка начал рано, а года в четыре  уже знал буквы и читал по складам.  Лет в пять подхватил, не понимая значения, от ребят ли на улице или по наводке всезнающего телевизора, словечко совсем не детского лексикона – б… Звучное слово вошло в повседневный Андрюшкин язык и произносилось им во всех мыслимых ситуациях.  Робкие родительские уговоры и прямые запреты оказались бессильны перед напором упрямой детской памяти. И тогда удрученные родители обратились за помощью к детскому психологу.  Специалист проблему осмыслил и порекомендовал убрать плохое слово из сознания малыша методом вытеснения, предложив взамен какое-нибудь другое слово, не менее привлекательное. Например, слово чайник. На нем и остановились.
          Андрюше слово чайник тоже понравилось и заменило  в его речи  постыдное б… , многократным своим повторением услаждая уставший от ненормативной лексики родительский слух. Казалось, жизнь наладилась. И  была бы совсем прекрасна, только через полгода Андрюша заболел, не то простыл, не то  заразился. Ну, как это у детей – болит горло, голова, температура и сопли. Вызвали участкового педиатра. И пока тот осматривал больного, на кухне запел модный в то время чайник со свистком. На что ребенок среагировал радостно и шумно: "Мама, мама, б… свистит!"


КТО ИХ, ВЗРОСЛЫХ, РАЗБЕРЕТ?

          Алан родил вторую дочь. Не сам, конечно, родил, жена помогла. Старшая дочь Ариэль, взрослая  женщина трех лет от роду, с нетерпением ожидала прибавления семейства. И вот уже в сопровождении отца она отправилась в родильный дом знакомиться и дружить с сестричкой. В этот день наметили первое купание новорожденной. На такое интимное мероприятие в частных клиниках Австралии принято приглашать близких родственников. Вынесли ванночку, налили воду. И пока все ахали  при виде нового члена семьи, Ариэль быстренько разделась, чтобы без задержки разделить с сестренкой радость купания. Взрослые почему-то очень смеялись, да кто их, взрослых, разберет?


УДИВЛЕНИЕ

          Мама с сыном дошкольного возраста  идут мимо школы.
          Сын спрашивает:
— Что это?
— Школа.
— Моя школа?
— Там видно будет.
          Сын (с изумлением):
— Я там буду свет зажигать?


ИГРА

          Брат появился на свет восемью годами раньше Ларисы. Когда ей исполнилось пять,  он уже был тринадцатилетним "старцем". Интересы сестры и брата различались, ей хотелось играть, а его тянуло курить, тайком от родителей, разумеется Однако парню приходилось сестру пасти и выгуливать. Тогда, чтобы  маленькая ябеда его не заложила, хитрец придумал  играть в паровозик – сестра должна была идти впереди и гудеть, а брат сзади шествовал и дымил. Игра обоим участникам понравилась и стала обыденной. Родителям Ларка так и говорила: "Мы играем в паровозик". Все были довольны. Почему бы детишкам не поиграть?


РАССУЖДЕНИЕ

          Маленькая Соня проводит лето с родителями на подмосковной даче. Как-то идут они с отцом по дороге на станцию к электричке, а рядом пастух гонит стадо коров. Соня заинтересовалась коровами и принялась вслух рассуждать:
—Вот этот, с черными рогами — бык, а если рога белые, то корова.
          Тут Сонин папа вступил в рассуждения и решил задачу усложнить:
— А если рога в полоску, белую и черную?
— Тогда, — решила Соня, — это полубык-полукорова.
— Ладно, — сказал папа, — а вот если рогов совсем нет, у теленочка ведь так?
— Тогда, — рассудила Соня, — надо смотреть, что из него вырастет.


ДЕДУШКА-ОБЕЗЬЯНА

          Начало восьмидесятых годов. Во главе страны – Генеральный секретарь Коммунистической партии Юрий Владимирович Андропов. Советский Союз упорно строит социализм, атрибутика партии по незыблемой традиции священна.
          В партком московского завода заходит по случайному делу  работница. За ее руку держится малыш детсадовского возраста: понятно, дома оставить не с кем, а в детский садик, как бывает, после  простуды-ангины его не взяли.   На стене партийной комнаты висит дорогой символ, портрет Владимира Ильича. Ребенок с интересом оглядывая комнату, задерживает на нем свое внимание и громко интересуется: "Мама, это – дедушка Ленин-обезьяна?" 
          Сразу стихают голоса. За такое во времена Юрия Владимировича!..  В осознании непоправимости женщина дрожащим голосом спрашивает сына: "Деточка, ну, почему же обезьяна?"   Ребенок  объясняет: "Мама, нас в садике учили, что Ленин – дедушка всем нам. А мы произошли от обезьяны. Значит, дедушка Ленин – обезьяна".