Однажды, когда я еще училась в консерватории, у меня зазвонил телефон. Но звонил это вовсе не слон, которому были нужны новые калоши для его Кокоши, а это звонил человек имени которого, я, признаться, совершенно не помню теперь. Он вдруг меня на запись диска позвал. Запись проходила в ДЗЗ, где я к тому времени и не была еще, ни единого раза. Конечно, такое предложение оказалось мне очень заманчивым. Даже совсем не из-за денег, которых тоже обещали в конце заплатить. А сам факт такого приглашения студентке меня покорил. Я футляр подхватила, и помчалась в это помещение что-то записывать, совсем не уточняя, что надо писать. Да это и было мне, по сути, совсем безразлично. Зато денег обещали в конце, и новый дом посмотреть, который в Москве, а до сей поры не видала...Приехала я. В списках на запись меня быстро нашли, отметили, как явившуюся, и я пошла себя проверять в новом качестве.
Там. Микрофоны настроили. Начали мы что-то играть из того, что на пультах стояло. Хорошая ли была эта музыка, я этого точно не знаю. Зато дирижер был точно Кримец. Я его тогда и увидела впервые в жизни. Перерыв объявили. И в этот момент. В студию кто зашел. И так темпераментно стал участвовать в записи. Кто-то мне шепотом объяснил, что это и есть композитор. И то, что мы пишем сейчас, это его сочинение мы пишем. А зовут композитора Александр. И фамилия его. Градский. А запись. Это его сочинения рок-опера. Называется. "Стадион". Мне сильно неприятно стало, что тут что-то о спорте, в котором я ничего не понимаю, и не слишком люблю.Кто-то мне на ушко поведал. Это не про спорт. Это. Про Чили... И про их кошмар с Пиночетом.
Вышла ли та запись в эфир. Я не знаю, поскольку больше меня записывать это совсем не позвали. Да и первый-то раз. Явно случайно совсем.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.