Пробежка туда и обратно Глава 2

Я бежал куда глаза глядят, а утренний ветер дул мне в лицо. В наушниках играла музыка и казалось будто я на пороге чего-то нового. Город просыпался, люди начинали свой день. Я никогда не был в этой части города, но тысячи людей вокруг ходили по этим улицам каждый день, и вот я бегущий ранним утром стал частью этой ранее не известной мне дороги. Конечно мимо проходящие люди не обращали на меня никакого внимания, какое им дело до какого-то студента, что вышел на пробежку. Но я смотрел в лицо каждого из этих людей, вот серьёзного вида мужчина, в хорошем костюме шёл на автобусную остановку, вот милый старичок вышел на прогулку со своей маленькой собакой, женщина взяв под руку своего маленького сына вела его в школу. Каждый из этих людей жил свою жизнь, у каждого были свои дела, своя история. Тот мужчина, что шёл на остановку поедет в офис, он работает в юридической фирме, весь день он проведёт за компьютером а после вечером он отправится со своим приятелем в забегаловку съесть жареной говядины и выпить пива. Старичок с собачкой после прогулки придёт домой, сделает зарядку и начнёт готовить нехитрый завтрак, а до вечерней прогулки будет смотреть телевизор или читать книгу. Женщина проводив сына вернётся домой, и будет готовиться к его возвращению, после забрав ребёнка со школы будет делать с ним уроки, а вечером встретит мужа и они все втроём поужинают, уложив сына спать женщина пойдёт в объятия мужа, что только вернулся с забегаловки где ел говядину и пил пиво. У старика уже нет жены, она умерла два года назад от рака крови.
   Через час я устал и остановился, вытащил наушники и осмотрелся в поиске места, где можно было бы выпить чего-нибудь холодного. Мой взгляд упал на кафе. Мне почему-то страшно захотелось выпить молочного коктейля с клубничным вкусом, и я побежал к нему. Когда я зашёл посетителей толком не было, и заведение только-только открылось, потому бариста ещё протирал своё рабочее место.
- Здравствуйте, - сказал я подойдя к буфету.
- Доброе утро, - ответил миловидного вида парень моего возраста.
   Я заказал коктейль но клубничного сиропа у них не оказалось, и потому я взял со вкусом ванили, отпив из трубочки наполовину я осмотрел кафе. В нём горел тёплый свет от чего тут было довольно приятно, атмосфера и дизайн отдавали чем-то европейским, столики и стулья из дерева, картины неизвестного мне художника. За одним из столиков сидела девушка и пила холодный кофе, читая «На дороге» Керуака. Присмотревшись я узнал свою однокашницу из института, кажется её звали Аяко, мы с ней никогда не общались в стенах вуза, но тут как-то естественно появилось желание поздороваться.
- Привет, Аяко кажется? - спросил я подойдя к одногруппнице.
   Та лишь подняла на меня взгляд, затем взяла стаканчик кофе и отпила из трубочки, мне в этот момент также захотелось сделать глоток своего милкшейка.
- Бегал? - Только и спросила она.
   Видно с меня капал пот, или ей так показалось из-за моей одежды. Взглянув на неё можно было подумать только то, что она школьница которая прогуливает уроки, но сейчас была суббота.
- Да, вышел на пробежку.
- И в институте ты постоянно бегаешь.
   Аяко вечно играла в теннис с другими девчонками. Хонда как-то вскользь упомянул, что кажется она в школе серьёзно занималась теннисом, даже получала первые места в каких-то соревнованиях. Хонда ходил с ней в одну старшую школу, потому первое время часто рассказывал о ней, можно было подумать, что она ему нравится.
- Нет, ты что с дуба рухнул? - говорил Хонда. - Она ведь вся такая нетакуся, слишком много из себя строит.
   В институте Аяко училась хорошо, с другими девочками вроде общалась, но по большей степени ходила и сидела одна. Не сказать чтобы она была одиночкой, просто любила побыть одной. Грубости я за ней не наблюдал, обычная девушка ничего особенного.
- Читаешь битников? - спросил я чтобы сменить тему.
- Да, Берроуза всего перечитала, решилась взяться за Керуака. Честно говоря пока скучно, но я только начала. А ты кажется читаешь только Мураками.
- Да ничего не только, - я сконфузился будто меня высмеивают, - просто мне нравятся его книги. Я в целом больше по нашей литературе, Акутагаву люблю, Мисиму.
- Какой-то ты поверхностный Курото.
   Я отчего-то удивился, что она знает моё имя.
- Мне Мураками не нравится, да и вся современная литература не нравится, вот выиграю в конкурсе и покажу, что такое настоящая литература.
- В конкурсе? - Спросил я и наконец-то сел напротив Аяко, что-то не давало мне сесть, наверное нежелание вести долгий разговор.
- Да, есть тут один конкурс, до конца марта нужно рукопись отправить, у меня есть роман но нужно кое-что подправить.
- Слышал о нём, - с досадой ответил я.
   Аяко удивлённо посмотрела на меня, допила кофе и с улыбкой сказала.
- И что? Тоже собрался что-то подавать?
   Я не знал, что ответить. Мне захотелось встать и просто молча уйти, а ещё лучше вернуть время вспять и не заходить сюда, развернуться и отправиться в общежитие. В горле пересохло, я начал пить залпом остатки коктейля и сам того не заметил как второй рукой сжимаю свою рукопись в кармане.
- Да нет, я же не писатель, - чуть-ли не заикавшись сказал я.
- Понятно, - Аяко повернула голову к окну.
   Мы сидели молча около двух минут, Аяко всё это время смотрела в окно, а затем встала, надела свою сумку через плечо и засунула в неё книгу Керуака. Отряхнула свою бордовую юбку из хлопка и встряхнула волосы, у неё всегда был такой вид будто она не знала о существовании расчёски.
- Пора идти, - сказала она.
- Мне тоже.
   Выйдя из кафе она сделала глубокий вздох, достала из сумки пачку camel и вытянув сигарету закурила. Рассмотрев внимательно свою зажигалку Bic болотного цвета она вернула её и пачку сигарет в сумку, всё это время пыхтя не вытаскивая сигарету изо рта, дым сигарет по утрам отчего-то был особенно густым.
- Почитать хочешь?
- Что? - я действительно не понял, что она имеет ввиду.
   Аяко взглянула на меня так, будто я самый тупой человек на свете.
- Мою рукопись, ту что я хочу отправить на конкурс. Не то что я неуверенна, мне просто нужен взгляд со стороны.
- Да в принципе можно, почему бы и нет.
- Хорошо, - она уже докурила и тушила бычок о бетонную стену здания в котором находилось кафе. - Тогда завтра в это же время здесь.
   Легко сказать, я даже особо не понимал где мы находимся, и как мне сейчас отсюда добраться до общежития, а тут мне надо ещё завтра в это же самое время придти сюда.
- Почему бы не подождать до понедельника? В институт принесёшь и всё.
- Хочу завтра, - только и сказала Аяко снова достав пачку camel.
   На том мы и расстались, не знаю сколько ещё она стояла там и курила, но я согласившись на её предложение сказал, что мне срочно нужно бежать ушёл. Похоже в словах Хонды действительно была доля правда, более того я могу назвать Аяко странной. Честно говоря меня этот разговор расстроил, особенно тем, что у такой страной девчонки есть целая рукопись которую она готова отправить на конкурс. Конечно, быть может её рукопись полный отстой, и никто ещё не говорит о её победе, но у неё уже есть целый роман. У меня был лишь скомканный моей потной ладонью рассказ на пару десятков страниц. Может и мне стоит принести завтра свой рассказ? Хотя она точно скажет, что он полное дерьмо и что-то вроде «Ты думаешь никто не поймёт откуда и что ты украл?», и вообще ей не нравится Харуки Мураками.
   Спустя около часа я хоть и не тем путём но оказался на знакомой улице, а от туда дорого до общежития занимала всего ничего. Подходя я увидел сообщение от Юмико.
«И ты считаешь это нормальным?»
   Я решил пока оставить сообщение Юмико без ответа и поднявшись до себя, обнаружил Хонду сидящего за столом рисующего мангу. Хонда отлично рисовал но родители были против его цели стать профессиональным мангакой, конечно риторика родителей была совершенно понятной, нет никакой стабильности, что будешь делать если у тебя ничего не получится и всё в этом роде. Потому Хонда и его родители пришли к некому компромиссу, тот может не работать и рисовать сколько ему влезет в течение четырёх лет обучения в университете. Всё логично и взаимовыгодно с точки зрения обеих сторон. Хонда может не обременять себя подработками и в это время спокойно рисовать, а родители спокойны за сына, поскольку тот не останется безработным. К тому-же профессия для Хонды совсем не бесполезная.
- О, потрахался? - Первым делом спросил Хонда.
- Подрочил как следует?
- Иди ты.
   Я лёг в кровать, мне сильно хотелось спать. Хонда старательно чиркал карандашом, пели птицы. Мужчина, тот что утром шёл на остановку сейчас наверное ест сендвич, что купил в универмаге. Женщина готовит вкусный кари для семьи. А старик читает незамысловатый детективчик. Аяко сидит у себя дома и перебирает свой черновик. Юмико только вышла из дома и отправилась на работу.

«Только проснулся, извини что сразу не ответил», написал я Юмико когда проснулся.
«Куда ты ушёл? Ты считаешь это нормально вот так поступать со своей девушкой?»
«Извини, правда нужно было бежать»
«Бежать? Куда? Или от кого-то? Что между нами Курото, мы встречаемся или просто спим вместе?»
   Продолжать этот диалог мне не хотелось. Просто приду к ней завтра и всё решу, ничего нового, так уже было много раз.
- Ты бы хоть одежду снял, - сказал Хонда играющий в компьютер.
   Действительно последнее время я ложусь спать в том чём ходил весь день. Вот так прихожу домой и просто вырубаюсь за секунду. Вообще это на меня особо не похоже, Хонда часто шутил надо мной из-за моей дотошности к порядку. Я всегда просыпался в одно и тоже время несмотря на то, во сколько лёг спать и сколько выпил накануне. Мы могли до позна играть с Хондой в компьютер но я обязательно спал час или два перед занятиями. После приёма пищи я обязательно сразу вымывал посуду, принимал душ каждое утро и вечер. Одежду хоть и на быстром режиме но стирал каждый день, протирал кроссовки салфетками. Брился понятное дело каждый день без исключений. Не сказать, что я запустил себя, но Хонда из-за постоянно времяпровождения со мной сразу заметил эти изменения.
   Когда я взглянул на Хонду во рту страшно пересохло, хотелось выпить холодного пива.
- Пойдём в бар, - сказал я.
   А Хонда только с улыбкой согласился.
   Мы пошли в тот-же бар, что и всегда. Он находился недалеко от нашего общежития и мы часто проводили там вечера, ну в те, что не играли. Иногда мы встречали здесь наших однокашниц. Сегодня в баре практически никого не было, что было удивительно для выходного дня. Мы уселись за наш любимый столик в углу бара, заказали тарелку арахиса и сыра, и по кружке пшеничного пива. Я рассказал Хонде о своём разговоре с Аяко утром, он и интересом слушал меня.
- Я ведь говорил тебе, что она странная. - Дослушав меня сказал Хонда. - Конечно мы все учимся на филологическом, и среди нас таких полно, но я бы ни за что не подумал, что Аяко пишет. В школе она как я и говорил занималась теннисом, по правде я удивился когда встретил её здесь. Да, занималась теннисом и должен сказать на профессиональном уровне.
- Но чем бы она там в школе не занималась, сейчас она уже написала целую книгу.
- Да ладно, тоже мне подумаешь, - сказал Хонда а затем допил свой бокал пива. - Написала книгу. А кто сказал, что её книга не полная хрень? Вот завтра встреться с ней и прочитай, что она там написала. Уверен ты пишешь гораздо лучше неё, она же странная девчонка которая в школе только и делала, что играла в теннис.
- Быть может, но почему она играла в теннис всю старшую школу и уже имеет готовую рукопись? А я только и делал, что писал писал и писал. А на руках у меня только это убожество? - Выпалил я и достал из кармана худи, что так и не снял рукопись ветра.
   Хонда только вздохнул, встал из-за стола и отправился ещё за двумя кружками пива, хотя я ещё не допил своё. Вернувшись он сел, поставил пиво и закинув в рот горсть арахиса постучал около минуты указательным пальцем по столу. Затем взял мой рассказ, развернул страницы и пробежался глазами.
- Помню ты дал мне почитать когда мы только познакомились, я тогда сказал, что история классная. Что можно было бы взять этот сюжет, нарисовать по нему мангу и она точно бы возымела популярность у девочек из средней школы.
- Звучит именно так, что моя работа полная ***ня.
   Хонда снова вздохнул, отпил из бокала, взяв кусочек сыра и разделил его на два. Волокна сыра разделялись друг от друга, словно прямая дорога расползалась на кучу ответвлений, затем Хонда отправил оба кусочка сыра в рот и запил их. Я к тому моменту только покончил с первым бокалом, придвинул к себе второй. К закуске я не притрагивался, в первую очередь очень сильно хотелось пить, да и сейчас сухость уже отпустила меня.
- Да почему? Отличная работа, просто у всего своя аудитория. Вот ты Миядзаки любишь? А ведь с первой точки зрения это просто сказки для детей, а его вся страна, да что там, весь мир его смотрит! Я же это так сказал, по первому ощущению. Самое главное, что история отличная. Плюс когда ты её написал? Когда ещё в институт не поступил. Так возьми её и перепиши!
   Я опустил голову на сложенные на столе руки, затем поднял её и выдохнул.
- Я думал над этим, но мне нужен роман, а тут даже если постараешься невозможно растянуть двадцать страниц до двухста.
- Да ты достал уже с этим романом! - Сказал Хонда и громко хлопнул руками по столу так, что наше пиво расплескалось на стол. - Да никто тебя этого и не просит! Только ты вбил себе эту хрень в голову! Ну не поучаствуешь ты в этом конкурсе, да какая вообще разница? Знаешь сколько конкурсов по манге проходит каждый месяц? Мне что теперь в каждом участвовать? Я тебе говорю у тебя есть отличная история, так доведи её до ума, да пусть у тебя её объем уменьшится, доведи её до совершенства.
   Похоже на сей раз до меня дошли слова Хонды и я с ним согласился. Пусть мысль о романе Аяко всё ещё меня расстраивала. Но в остальном мы провели с Хондой вечер в спокойствие распивая пиво.
- А всё-таки если задуматься интересно, что там могла написать такая странная девушка как Аяко… - уже изрядно выпивши пробубнил Хонда. - Книжку про теннис?
- Бесконечная шутка, - сказал я.
- Жуть. Второго такого романа мир не выдержит.
   На том вечер и кончился. Мы с Хондой вернулись в общежитие довольно поздно и он сразу вырубился. Я сходил в душ и побрился. Добравшись до постели я позвонил Юмико, почему-то хотелось объясниться, может потому что был пьян, трубку она не взяла. После этого я провалился в сон.