Мои воспоминания. 32 часть

        Утром мы никуда не торопились, завтрак с семи до десяти утра, так что можно было немного поспать, да и уснули мы поздней ночью. Меня захлёстывали впечатления, я просто была влюблена в Стамбул. Для себя решила, что непременно приеду сюда на следующий год и обязательно должна с нами приехать и Тамила. Мне хотелось увидеть исторические города Турции, но Турция это древняя Греция, отобранные или завоёванные Византийские земли. Поэтому каждый город Турции был исторически ценным и значимым. Ай да турки! Фильм Великолепный век, с яркими костюмами средних веков, необыкновенными декорациями,  думаю впечатлил многих, меня в том числе. Мне хотелось увидеть могилы шахзаде Мустафы и его матери Махидевран султан, а они были похоронены в Бурсе. Хотелось увидеть старый дворец в Эдирне. Многое хотелось, но для этого нужно приехать сюда вновь и наверное не раз. Засоня Говхар наконец поднялась, лениво потянулась и прошла в душ. За завтраком я ей сказала, что на следующий год хочу сюда опять приехать и Тамила должна увидеть Стамбул.
        - Она не была за границей, то ей дочь замуж выдавать, то сына женить, а для себя пожить и некогда, - сказала я дочери.
         - ИншаАллах мама, на всё воля Всевышнего. Я тоже хочу, чтобы сестра приехала с нами, - ответила Говхар.
        Позавтракав, мы с ней спустились в номер, переоделись и вышли из гостиницы. Район Аксарай, торговый район, магазины рядами повсюду. Впрочем Турция процветает заснёт торговли и туризма, как говорил Семён Семёныч из фильма Гайдая Бриллиантовая рука, Стамбул-город контрастов, это правда, это удивительный город. Проходя мимо ювелирного магазина, я решила зайти туда. Говхар просила не заходить, сказав, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но раз я приехала в Стамбул, хотелось увидеть, если не всё, то многое. Ииии...Говхар была права, турок просто убедил меня. Мне понравилось колье, одиннадцать с половиной грамм, очень красивое. У меня на шее была цепочка с плетением ,,кардинал" того же веса. Я предложила обмен, но упёртый турок настоял, что берёт узбекское золото дешевле, турецкое продаёт дороже. Чёрт меня дёрнул, но я сняла ему цепочку с шеи, колечко с пальца, правда там было грамма два и добавила ещё сто пятьдесят долларов. Говхар просила подумать, но сделка состоялась и мы покинули ювелирный магазин. Потом уже, я считала в уме, понимая, что здорово переплатила тому торговцу, но дело было сделано. Потом мы ходили по магазинам, Говхар покупала женскую одежду для продажи, сумки и духи для Тамилы, у которой был магазин на Госпитальном рынке, она торговала сумками и парфюмом. Я купила себе туфли выходные, босоножки, уж очень они мне понравились. Когда возвращались к гостинице, Говхар показала мне магазин, в котором продавали вещи известных фирм, причём совсем недорого.
        - Это остатки товаров, поэтому дешевле, - объяснила Говхар, когда я спросила у неё.
        И это оказалось правдой. Штучные вещи, оставшиеся от продажи в дорогих магазинах, хорошего качества, даже необычные. Жаль только, что были они по одному размеру, но я всё  же купила себе полупальто тёмно-бирюзового цвета, необычного фасона и покроя, с широким воротником. Говхар купила свахе платье,себе брюки и на продажу пару красивых вещей. С пакетами, мы вернулись в гостиницу, я предложила оставить вещи и пойти пообедать куда-нибудь в кафе.
         Кухня Турции отличается от узбекской. Наша кухня конечно вкуснее и колорийнее, мы едим баранину и мясо тоже отличается вкусом. Турецкая кухня мне не понравилась, вкус так себе. Недалеко от нашей гостиницы, где было множество торговых рядов, было и кафе, узбекской, туркменской кухни. Там готовили шурпу, но из-за мяса, шурпа не была столь вкусной, как у нас. Но вот манты и чебуреки готовили вкусно и недорого. Мы плотно пообедали и опять пошли по магазинам.   Дочь Говхар, Шахноза, свадьба которой была в декабре, была беременна, вот так, с разницей в пять месяцев, мать и дочь родили двух девочек. Одна из них тётя,  другая племянница друг другу. Говхар дочь и внучку, мне внучку и правнучку. Велики и чудесны дела твои Всевышний! 
        Говхар решила купить детские вещи, хотя до родов это не принято, но к рождению внучки ей нужно "давать бешик" Это у нас по обычаю, к рождению ребёнка, полагается везти подарки и не только ребёнку, но и всем членам семьи зятя. Что ж, Говхар купила спортивный костюм для зятя и кроссовки, дочери взяла платье и туфли, свахе выше я написала, она купила платье, свату рубашку и будущей внучке массу разных вещей. Благо сейчас в магазинах есть очень много всего и пол ребёнка определяют заранее, знаешь, что мальчику нужно купить, что девочке. Вещички были такие красивые, разнообразные, просто глаза разбегались, Говхар покупала и внучке и своему будущему ребёнку, которого мы все с волнением ждали к концу августа. Я же покупала внукам и родственникам разные подарки. В общем, опять полные руки пакетов, мы вернулись в гостиницу.
        - Папа просил молотый, чёрный перец купить, ещё  пахлавы и лукум нужно купить, ну и кофе пару пачек, сладости домой, - сказала я, устало присаживаясь на кровать.
        - Я помню, отдохнём немного, после ужина опять прогуляемся, я знаю, где продают кофе по семь долларов за полкило. В других местах по девять долларов, - ложась на кровать, ответила Говхар.
        У неё  опухли ноги, конечно, весь день на ногах, с животом, который она прятала за туникой. И ей пришлось купить летнюю обувь, более удобную для ног. Просто ни одни босоножки или сланцы, к опухшим ногам не подходили, не влезали.
        - Бедная моя девочка...рожать с перерывом в двадцать лет, в сорок три года, наверное подвиг, - с любовью глядя на дочь, подумала я.
         Да и врачи пугали, говорили в таком возрасте, ребёнок может родиться с патологией, у Говхар кардиограмма вышла не очень. В общем, повод для волнения был. Но я всегда уповаю на Всевышнего,  лишь Аллаху ведомо, что будет и как будет. Я и дочери сказала, что врачи не Боги, а Всевышний всегда помогал и поможет, кто верит и любит Его. В шесть часов мы поднялись на ужин, после опять вышли из гостиницы и прошли не наверх по улице, а за гостиницу. В том районе вещи были дешевле, правда и качество...но просто посмотреть хотелось. Да и магазины со сладостями и специями были в той стороне. Молотый перец в Турции очень мелкий, как мука и душистый, говорят у нас в Узбекистане, к перцу добавляют зёрна маша. Не знаю, насколько это правда, но качество много хуже турецкого. Пахлава славится на весь мир, очень сладкая, необычная, разных форм и вкусов. Мимо кондитерских магазинов пройти невозможно, ничего не купив. Взяв всё, что мы хотели, Говхар купила черешню и арбуз, уже порезанный в упаковке, открывай и ешь. В номер мы вернулись затемно, предвкушая вкус арбуза и черешни в начале мая...
        Говхар, приезжая из Стамбула, куда она ездила два, а то и три раза в год, говорила о рыбе, с размером с ладонь, наверное маринка. В Стамбуле её называли хамси и готовили часто прямо на улице, жарили до красной корочки, хрустящая рыбка выглядела аппетитно. Мы с Говхар после завтрака вышли на улицу, она должна была купить ещё  вещи, деньги у неё  оставались, у меня тоже. Мне покупать больше было нечего, да и утром следующего дня, мы должны были улетать и я отдала дочери сто долларов.
        - Может купишь серию платьев, лето подходит, летние вещи будут востребованы, - сказала я ей.
        - Обещав вернуть мне деньги через месяц, она взяла их и положила в кошелёк, который крепко держала при себе. Да, она моя родная дочь, но когда дело касалось денег, у нас между детьми, немецкий расчёт, с девочками уж точно. Мы с Бахом знаем, как они зарабатывают, какой это труд. Если дочери просят в долг, отец никогда не отказывает им, но и они в свою очередь, пунктуально возвращают долг отцу или мне. А когда Говхар привозит серию вещей, я выбираю для себя и конечно отдаю ей деньги за вещь. Правда сверху с меня она не берет, продаёт мне по своей цене, но часто она привозит и в подарок вещи, это обувь, или шарф, или платье. Так же и Тамила, сумку и парфюм, я покупаю у неё,  но она снижает цену, хотя мне не говорит, а в день рождения или в праздники, конечно дарит. С сыном проще, он мужчина, он добытчик, поэтому многие заботы о нас с Бахом, лежат на нём.  А это врачи и больницы, лекарства и продукты. Тоже непросто, когда у него ещё и своя семья на попечении, да и алименты каждый месяц нужно платить. Мы с Говхар пол дня ходили по магазинам, обувь в Турции не дорогая, кожаные в сравнении с ценами у нас в Ташкенте, много дешевле. Да и скидки у них сезонные неплохие. Ближе к обеду, мы пошли в сторону шоссе, где ходили трамваи. Рыбу хамси жарили недалеко от дороги. Говхар предложила поесть её. Рыбу я очень люблю, особенно наш сазан сырдарьинский из Чиназа, это просто сказка, какой вкус. Казалось бы в Турции четыре моря, проливы, рыба должна быть очень вкусной. Но я разочаровалась во вкусе рыбы в Стамбуле. Хамси жарили с косточками, да так, что их можно было жевать, вернее разжёвывать и глотать, но у меня это не получалось. Казалось косточки шипами вонзаются в нёбо и дёсна, тогда как Говхар с хрустом и с удовольствием ела рыбку хамси. Порция из четырёх-пяти рыбок, я едва осилила две и остальное отдала дочери.
          - Не понравилось? Это же так вкусно, - сказала Говхар.
          - Я бы нашего сазана поела, но сазан речная рыба. Здесь её  нет наверное, - ответила я.
          - В Ташкенте, в кафе Сазанчик сходим, там поедите,  - отвктила Говхар, вытирая губы и пальцы салфеткой.
         - Ещё  вещи упаковать в чемоданы нужно, вес проверить. В аэропорту платить за лишние килограммы не стоит, - сказала я, поднимаясь из-за стола.
         - Время ещё  есть, вечером всё  упакуем, - ответила Говхар,  расплатившись за рыбу и поблагодарив продавца.
         Ходить по магазинам конечно интересно...сумки, обувь, шарфы и платки, костюмы и платья и море детских вещей, но в моём возрасте довольно утомительно.
         - Может я Вас в гостиницу провожу, здесь недалеко, если Вы устали? Мне ещё  в этот магазин, на второй этаж зайти надо. Там джинсы продают, сыну купить надо, - сказала Говхар, участливо посмотрев на меня.
         Видимо вид у меня был усталый.
         - Я вот тут постою, ты сходи сама, давай пакеты и иди, - ответила я, встав у стены, где женщина-турчанка раскладывала сумки на продажу, прямо на земле, постелив то ли простыню, то ли скатерть.
          - Хорошо, я быстро. Только Вы никуда не отходите, - сказала Говхар,  ставя на землю пакеты.
          Я довольно долго стояла у стены, прижав пакеты ногой к этой стене, а Говхар всё  не выходила из магазина. Я подняла пакеты и пройдя к магазину, заглянула внутрь, дочери не было, подойдя к винтовой лестнице, я крикнула, позвав дочь по имени. Продавец с недоумением посмотрев на меня, покачал головой.
          - Кизим бурда (дочь здесь), - смутившись, сказала я.
         - Хаер, бурда хич ким бир йёк, (Нет, тут никого нет), - ответил мужчина, разводя руками.
         Я запаниковала, куда идти, в какой стороне гостиница, я не знала, языка я тоже не знала, чтобы спросить. Испуганно оглядываясь по сторонам,  я высматривала знакомую фигуру дочери. Прошло довольно много времени и причина для паники была, но наконец я увидела Говхар, только идущей совершенно с противоположной стороны. Наверное я обрадовалась, как ребёнок, который потеряв мать, наконец нашёл её.
         - Говхар! Где же ты была? Я же и в магазине тебя кричала, наверх подняться не смогла с пакетами, да и лестница винтовая, крутая там. Что за магазины, блин! - воскликнула я, когда Говхар подошла ближе.
         - А я Вас искала, даже в гостиницу сходила, где Вы были? - спросила она, взяв один пакет из моих рук.
         Вот так...на одной, узкой улице, я не увидела, как мимо меня прошла дочь, она не увидела меня. Ну а я в тот момент, с интересом разглядывала сумки, которые разложила женщина у стены, где я стояла. Долго я ещё  понять не могла, как мы с ней не увидели друг друга и так переволновались.
        - Мы же находимся рядом с нашей гостиницей, вон там, наверху часовня, напротив Пулат-заде, - сказала Говхар,  показывая рукой на конец улицы, которая шла наверх.
          До смешного получилось, я взрослая женщина, могла заблудиться на улице, возле гостиницы, где жила. Долго мы ещё  вспоминали тот случай и каждый раз смеялись. Правда в тот момент, мне совсем не было спешно.
        Мы вернулись в свой номер, чтобы немного отдохнуть и позже, напоследок погулять по городу. Говхар складывала вещи в чемоданы, нужно было с третьего этажа спуститься с ними на лифте на первый этаж в холл, там взвесить и если перевес или недовес, вещи переложить. Я сама вынесла чемоданы и спустила их вниз. В общем, с четвёртой попытки, сложив вещи, мы наконец уравновесили их поровну, по двадцать килограмм, ну на пару тройку килограмм больше. Я надеялась, что эти лишние килограммы в аэропорту нам проблемы не создадут. Как-никак, турки всё  же чтят возраст, в данном случае мой и пропустят меня. Ещё была ручная кладь, её  разрешается перевозить по десять килограмм. В общем немного отдохнув, мы поехали к берегу Босфора, чтобы напоследок погулять. С Шахло мы договорились встретиться на трамвайной остановке в районе Аксарай, куда мы пошли с Говхар. Я заметно устала, оно конечно, когда тебе далеко за шестьдесят, сил меньше становится. Шахло уже ждала нас и мы втроём поехали в район Эминёне, где было много народу, как туристов, так и жителей города. Прямо на берегу пролива Босфор, на холме, грозно возвышалась крепость, как нам сказала Шахло, крепость была построена в средние века, для защиты и укрепления города Константинополь. Старинное название города Византии, которую в своё время захватил Мехмет второй, внук Осман бея, основоположенника Османской империи, завоевателя Бурсы, Изника и многих крепость, в том числе Энигёль и многих византийских земель. Первой столицей Турецкой империи, после завоевания города, стала Бурса, Осман Гази, был младшим сыном Эртугрула Гази, Гази, означает ветеран. Эртугрул Гази и дал начало великим завоеваниям, в жестокой борьбе с византийцами и монголами, тем самым открыв путь к созданию государства Османской империи. После захвата Константинополя, в последствии город переименовали в Стамбул. Хотя правильнее говорить Истамбул, что в переводе означает, истам- я желаю, бул-давай. Наверное всё же, исполнение желаемого мной. Говхар купила жареную кукурузу и несколько бубликов симит, я хотела детям отвезти на угощение. Бублики были постные, не сдобные и их с удовольствием ел и Бах, с его  диабетом, ему очень понравилось. Гуляя по берегу, Шахло показывала нам достопримечательности города, которые возвышались вдалеке.
        - Воооон там, Галатская башня, сейчас музей обозрения, оттуда весь город видно, как на ладони. А там, мечеть Сулеймания, где он похоронен с Хюррем султан и детьми. Смотрите, как горят мосты через пролив, разделяющие Европу и Азию, - добавила она, показывая рукой на огромные, горящие в темноте разными огнями, два моста через Босфор. Трамваи ходили до полуночи и мы поехали в сторону гостиницы. В окно трамвая, я смотрела на красочные огни витрин, на старинные здания, мечети и иногда просто стены, которые стоят тут безмолвно несколько веков. И я старалась запечатлеть этот загадочный город в памяти и надеялась вновь вернуться сюда на следующий год.
       Но в Ташкенте меня ждали важные дела. Я договорилась с частным издательством об издании своих книг с романами и повестями. И как только выйдут первые два тома, я планировала провести свою первую презентацию. Мы вернулись в гостиницу, а Шахло поехала в другую сторону, где проживала и работала. Правда перед этим, она купила мне в подарок коробку пахлавы и коробку лукума, хотя я и просила её этого не делать. Но рождённые в Узбекистане, без подарка гостя не отпустят. Обнявшись с Шахло и пообещав приехать вновь, мы простились с ней. Ранним утром, мы должны были ехать в аэропорт.