Загадочная квартира 80

Это был обычный пятиэтажный дом на четыре подъезда для офицерского состава. В квартирах были даже хрущёвские холодильники, замечательное изобретение пятидесятых. Суть его – ниша под окном сообщалась через небольшую решёточку с наружным воздухом и в зимнее время там можно было хранить продукты, закрывалось это устройство обыкновенной деревянной дверцей. К тому времени как я в него вселился, там побывало уже немало жильцов, жизнь офицерская полна неожиданностей, и не успел ты обжиться на одном месте, как тебя перебрасывают в другое. Трубы отопления уже потихонечку приходили в негодность, и мне приходилось их чинить, накладывая дюритные шланги при помощи хомутов. О том, что должна быть сантехническая служба я понятия не имел, я был молод, и самый младший по званию на площадке. Трое остальных глав семейств были майорами, и лейтенанты для них являлись, что-то вроде мусора, болтающегося под ногами. Естественно с такими не общаются.
Самое интересное было, что квартира, которую мне выделили была под номером семьдесят девять, и она была последняя. Это я объяснял тем, что к дому примыкал военторговский магазин промтоваров и какие-то помещения могли выделить под технические. Поэтому я по этому поводу особо не заморачивался, был рад тому, что получил.
Самое интересное началось позже. Однажды в дверь позвонили и спросили, где квартира номер восемьдесят. Я посмеялся, и сказал честно, что не знаю. Но за первым посыльным пришёл второй, третий и все они звонили в мою дверь, так как моя квартира была последней по номеру, и честно говоря, мне это порядком надоело. Тогда я попросил писаря роты, чтобы он изготовил мне трафарет «кв. 80», и набил его на чердачный люк, который вёл на крышу. И когда пришёл очередной посыльный, я показал ему люк, и сказал: «Видишь навесной замок? Значит ушёл, когда он дома, замок не вешает.» И закрыл дверь. Я думал, что посыльный уйдёт докладывать, что вызываемого нет на месте. Но у того видно были чёткие указания дождаться прапорщика во что бы то ни стало.
Мои соседи периодически выходили на лестничную площадку курить, и, видимо, чем-то им боец не понравился, они вместо того, чтобы поговорить, вызвали патруль. Начальник патруля, посмотрев маршрутный лист, особо разбираться не стал. Ну не Карлсон же этот прапорщик, чтобы жить на крыше, а поскольку квартиры номер восемьдесят не было, посыльного забрали в комендатуру для дальнейших разбирательств.
Казалось бы, пустяшная история, если б не одно «но». Разбор полётов проводил командир дивизии лично: 1. Прапорщику Косолапову И.И. из комендантской роты пять суток ареста за низкую боеготовность (Не провёл занятие со своими посыльными, чем способствовал снижению боевой готовности комендантской роты.)
2. Всем командирам частей рекомендовалось провести тренировки по сбору личного состава, проживающего за территорией части.
3. Рядовому Титову В.В. объявлена благодарность за настойчивость при выполнении приказа.
Надпись на чердаке без лишнего шума закрасили и повесили табличку «Выход на крышу». Отв. Майор Бондарь (из 78 квартиры).
А отчёт квартир начинается с номера 80, а затем как обычно: один, два, три. Ну не менять же номера квартир во всём доме. Это же военные, здесь всё по уставу.