Гранатовый браслет начало

Посвящаю своей подруге
Нине Николаевне Старчак
в День Рождения
автор


"Браслет гранатовый, не брильянтовый, не жемчужный
Возможно, покажется безделушкой ненужной.
Но одну лишь молитву творю,
Верю я, ты услышишь её:
Да святится имя твоё, имя твоё!"
Максим Аверин

        Поезд «Санкт-Петербург-Мурманск» шел без опозданий.
На станции Кандалакша, где состав стоит пятнадцать минут, капитан-лейтенант Денис Родин открыл глаза и посмотрел на часы. Было семь утра.
В Беломорске, Родин сквозь сон слышал, что в купе была какая-то суматоха. Женщина с ребенком, что занимала нижние места, сошла, и, вполне логично, что свободные места кто-то занял.
Родин осмотрелся.
Соседа, что располагался на соседней верхней полке не было.
Через пять минут поезд продолжил свой путь.
Дверь  в купе отворилась и вошла проводница  с подносом.
- Мой кофе считают лучшим у нас по Управлению. Сейчас вы в этом убедитесь. Может принести шоколад?
Женщина поставила чашки на стол, предварительно под них подстелив салфетку.
- Спасибо. У меня с собой есть сладости, - ответила незнакомая женщина.
        Зашуршала оберточная бумага от коробки конфет.
Родин посмотрел вниз.
Незнакомку было трудно рассмотреть, но судя по всему она была очень привлекательной.
- А у меня есть печенье и масло. Люблю всегда брать с собой в дорогу. Очень рекомендую.
Родин узнал голос соседа.
Это был мужчина средних лет. Гражданский. В Мурманск ехал по рабочим делам.
- И, как Вам Беломорск?
- Приятный  городок. Красивые люди.
- Согласен с вами. Генетическая комбинация  русских, беломоров и карелов  дал свой результат.
«Скучнейший разговор», - подумал про себя Родин, поворачиваясь на другой бок, - «Генетическая комбинация! Бред какой-то!».
Он старался не прислушиваться к разговору, который совершенно его не интересовал, но уши-то не заткнешь.
- Вкусно. Очень даже, - произнесла женщина, судя по всему попробовав печенье с маслом, - Вкус детства.
- Вера Николаевна, так значит Вы актриса Театра Армии. И, что Вы оканчивали?
- ГИТИС.
- Если честно, мне очень интересно с Вами разговаривать. Я никогда в жизни не общался с актерами. Моя сфера деятельности — это бизнес. Как правило, общение происходит с людьми, которые …
- Которые больше предпочитают считать деньги, чем ходить по театрам.
- Ну, почему так сразу — считать деньги.
- Ах, да, и накапливать…
- Вера Николаевна, ну почему так прозаично Вы рассуждаете о людях бизнеса?
Дама расхохоталась.
- Потому, Сергей Витальевич, что «поэтично» могу рассказать только об офицерах!
- Да, что Вы говорите!
- Я актриса не первого состава и даже не второго. Пока, увы. На большой сцене в столице бываю редко и только в массовке. В основном моя жизнь в дороге, которая соединяет Дома офицеров и клубов  разных воинских частей.
- И, что Вы эти этим хотите сказать?
- Только свое наблюдение.
- И, прошу ним поделиться. Мне крайне любопытно.
Родин лег на спину. Ему самому было очень интересно услышать, что скажет незнакомка.
Вера Николаевна, судя по всему, допила кофе, потому, что послышалось, как чашка ударилась о блюдце.
« Интересно, что она скажет. Рядом с ней висит мой китель морского офицера», - Родин почувствовал некую игру, в которую он уже незаметно  оказался вовлеченный.
- Дело в том, что после окончания института, мне предложили место в Театре Армии не случайно. Дело в том, что я актриса больше разговорного жанра. Играть главные роли в хороших спектаклях — это надо иметь вместе  много составляющих. Еще на втором курсе мне мой педагог посоветовала обратить внимание на эту нишу сценического творчества, где  слово становится основным материалом для выражения темы, идеи. Театр одного актера — это спектакль-монолог с единственным исполнителем. В таких спектаклях, как правило, не используют сложные декорации и реквизит. В основе постановок лежат либо специально написанные литературные произведения — монодрамы, либо адаптированные традиционные пьесы. Если бы Вы только знали, как интересны такие работы!
- Вера Николаевна, я полностью с Вами согласен, но все же. Почему офицеры Вам ближе как зрители?
- Они не ближе. Они проще. Они слово чувствуют на другом уровне. У них библейское восприятие сказанного.
- Это как?
- Есть люди, для которых слово — это откровение. Сергей Витальевич, своим словом Бог сотворил мир, им же этот мир сохраняется. Слово Божье обладает властью осуществлять Его волю.
- Вера Николаевна, Вы слишком подняли тему до высокого уровня.
- Нет, просто я не договорила. Я расскажу Вам небольшую историю. В ней будет ответ на Ваш вопрос. Родная сестра моей бабушки была военным врачом в годы войны. Блокаду она встретила в Ленинграде. Работала в госпитале. Когда выпадали минуты свободного времени, она приходила к раненым и читала им книги. Читала Пушкина, Лермонтова, Блока, Чехова, Паустовского. Понимаете, в экстремальных ситуациях, в человеке обостряются осознание ценности человеческой жизни, возрастает ответственность, обостряются чувства, когда происходящее вокруг позволяет сопричастность. В такой атмосфере слово приобретает физическую величину — вес, которая имеет векторную величину, имеет конкретное направление. В литературе «вес слова» — это величина, обратная частоте использования слова в корпусе текстов.
- Умно сказали, - Сергей Витальевич произнес эти слова как-то протяжно, вдумчиво, - Но у меня создается такое впечатление, что вы защищаете своих зрителей. Они приходят на Ваши моноконцерты и тем вам дороги потому, что платят свои деньги за билеты. Да, понимаю, Ваши гонорары не большие, но они кормят Вас больше, чем участие в массовках. И, потом, в небольшом военном городке, Вы — целое событие. В Москве или Питере…
- Да, Вы правы. В столице мое имя ничего не значит. Но, где-то в Заозерске не будет свободных мест в Доме культуры. Я понимаю это. За места в партере  Мариинки чаще платят люди бизнеса, чем врачи или учителя из простой районной поликлиники.  Но, как не странно, последние больше читают книги.
- Смотря какие. Здесь я могу поспорить. Тема дискуссионная. Она подразумевает обсуждения, который предполагает наличие разных точек зрения, спорные или неоднозначные вопросы, требующие анализа и аргументации. Время, в котором происходят события тоже имеет вес. Выездные арт бригады  на фронте — это одно, а  концерт в Большом театре сегодня— это уже совсем другое.
После сказанной фразы, Сергей Витальевич открыл пакет с бутербродами, развернул их.
- Давайте, Вера Николаевна позавтракаем!
- Давайте! Если честно, то я проголодалась.
Запахло домашней едой так аппетитно, что Родину стало не по себе. Он рассчитывал сходить в ресторан и с собою ничего не брал, но время упустил.
Поезд приближался до Оленегорска.
- Денис Андреевич, пора подниматься. Присоединяйтесь к нашему столу. Через два часа прибываем.
Руднев спустился, сходил умыться, а, когда вернулся — представился даме и присел рядом с Сергеем Витальевичем.
- Я к такому приему не был готов. Прошу прощения. Я сейчас!
- Денис Андреевич, остановиться! У нас все есть! Не будем терять драгоценные минуты общения. Дай Бог, все съестные запасы, что у нас на столе , уничтожить до прибытия к перрону Мурманска.
Денис посмотрел на даму. К его удивлению — это была совсем молодая женщина с необыкновенной утонченностью во всем: взгляде, манерах, осанке.
Вера Николаевна с интересом посмотрела на офицера, но быстро отвела взгляд, оставляя свое любопытство, как ей показалось, незамеченным.
- С самого детства люблю кушать в поезде. Особенно запеченную до золотистой корочки курочку.
С этими словами Сергей Витальевич отломил ножку и положил Вере Николаевне на одноразовую тарелку, - Ну, а вы, бравый морской офицер, отдохнули?
- Да, я выспался, как никогда. В отпуске был.
- Денис Андреевич, с нами сегодня за одним столом актриса Вера Николаевна Вербицкая.
- Ну, не надо так помпезно. Я простая актриса, которая с «моно арт бригадой» едет в город Мурманск на гастроли.
- Нужное дело. Может Вы к нам приедете?
- Может, - дала согласие Вера Николаевна, не переспросив:а куда именно?
- Все разговоры потом. Давайте позавтракаем...
(продолжение следует)