Эпизод Власть

Рим, 41 год до н.э., Палатинский холм, дом Октавиана

Ему было восемнадцать лет. Его звали Гай Октавий, и он только что стал наследником. Сенат смеялся за его спиной: «Мальчик играет в императора».

Марк Антоний, самый могущественный человек в Риме прислал ему записку: «Твоё имя стоит на бумагах, но моё — на мечах».

Октавиан прочитал записку, положил её на стол и позвал своего секретаря, грека по имени Стефан.

   — Ответь ему, — сказал Октавиан. — «У меня нет мечей. Но есть время. А время, Марк Антоний, сильнее любого легиона».

Стефан написал. Потом спросил:

   — Господин, ты не боишься?

   — Боюсь, — ответил Октавиан. — Но власть — это умение делать вид, что тебе не страшно. Садись, пиши дальше.

Он продиктовал десятки писем: сенаторам, легатам, даже жене Антония — Фульвии. В каждом письме — спокойствие. В каждом — обещание золота, земли или титулов. В каждом — маленькая ложь, укрепившая его влияние.

Через два года Марк Антоний бежал в Египет. Через тринадцать — покончил с собой в Александрии, обманутый ложным известием о смерти Клеопатры.

Октавиан стал Августом. Первым римским императором.

Он правил сорок один год. Никогда не повышал голоса. Никогда не носил меч. Никогда не убивал лично — только подписывал приказы.

На смертном одре, в 14 году н.э., он попросил бронзовое с позолотой зеркало. Посмотрел на своё лицо — старое, морщинистое, с мешками под глазами — и сказал:

   — Я хорошо сыграл свою роль. А теперь аплодируйте.

Он умер. Рим аплодировал.

Через четыреста лет империя рухнула. Но власть осталась — потому что власть никогда не умирает. Она просто меняет лицо молодое на старое. Всегда с одним и тем же взглядом: «Мне не страшно».

Но мы-то знаем правду.