И пить будем, а смерть придёт - помирать будем

     Всего более смущала уверенность, что Марзак должен прийти именно в кабак и никуда больше. Мамин - Сибиряк Сибирские рассказы
     - Оно конешно, - вяло махал половому рукой Аркашка Счастливцев, - кабак для русского человека первая вещь. И куда же ему идти - то ? Жандармский его ищет, казаки преследуют, Ястребов непременно обманет при пересчете золотого песку, даже баба евонная Аксинья и та с кабатчиком сблудит непременно.
     Сбитый с ног народной правдой и мудростью отцов весёлого пропойцы, хотя Барон вполголоса заметил, что это похмелье меня сшибло, я тяжело привалился на засаленную тысячами спин завсегдатаев стену трактира на Пятницкой, беспомощно разевая кашалотом рот.
     - Закладывай пальто, барин, - предложил Аркашка, лукаво блестя жульническими глазами, - пока Оську с хабаром дождешься, окуклимся ведь.
     Я скосил глаз на Барона и увидел, что наш собутыльник угадал : шулер и пройдоха медленно покрывался какой - то зеленоватой коростой, буквально на наших глазах оборачиваясь куколкой, что не могло не привлечь внимания молча пировавших в тёмном углу сальных пупов, ярыжек и прасолов.
     - Эвон, ребьята, - зашушукались они, вставая, - великие чары никак.
     Громко хлопнула дверь. Мы уставились на вход в трактир, но вместо ожидаемого нами с утра Оськи в кабак влез Грех Великий. Прасолы тут же утратили интерес к происходящим с Бароном метаморфозам, вернувшись в свой тёмный угол, где за ними была закреплена, по меткому замечанию того же Барона, земская древность.
     - Музыку поставь, - мрачно приказал Грех Великий, усаживаясь за соседний с нами стол.
     Кабатчик сноровисто выпер из чуланчика граммофон, поставил перед базарным мордвином и крутнул изогнутую рукоять.
     - Владимирский централ ! - захрипела удавленником жестяная труба, разозлив мордвина. - Прочь ! - рявкнул он, сшибая кулачищем аппарат на пол. - Мне на каторге такой радости хватило. Баб давай ! - заорал он на Ермошку, снова бросившегося в чулан.
     - Там, там, там, только там, - вылетели из чулана непотребные полуголостью жонки.
     - Подь сюды, гнида, - позвал одну из них Грех Великий. - Титьки у тебя фальшивые ? - в упор спросил он, катая желваки за небритыми щеками. - А фамилия жидовская, да ?
     - Х...й на, - нашлась титястая страшилка, щербато щерясь.
     - На, сука !
     Мордвин, не вставая, угостил девку пинком в живот, повергая.
     - А, мамыньки ! - взвизгнул голосом Диты фон Тиз кабатчик. - Ухойдакали !
     - Как Бог свят, - раздался от двери жизнерадостный тенор, - ухойдакали. Водки всем, - закричал Оська, втаскивая в заведение за шиворот какого - то человека. - Фацо Неербал, - представил его жулик, толкая на лавку рядом с нами, - племянник капореджиме Шестой секретной семьи Нью - Йорка.
     Оказавшийся американо - сицилийцем человек выявился на поверку нашим, потому как пить так могут только русские.