Воробей

Чик-чирик. Плюх. Плюх. Чик-чирик.

Тяжелые веки разомкнулись. Солнце било лучами в мою комнату, озаряя ее ослепительным светом. Тени, отброшенные на стену, прыгали. Туда. Сюда. Туда. Сюда. Я отбросил одеяло. Тик. Поднявшаяся пыль выстроилась в ряд и словно зависла облаком. Тик. Секундная стрелка на часах сдвинулась. Солнечный заяц прыгнул в сторону, и облако мелкой пыли скрылось из виду.

Сев на край кровати, я посмотрел в окно. Стало радостно видеть столь чистое небо после затяжной пасмурной погоды. Затем я поднял голову и посмотрел на часы, которые показывали девять утра. Помогая руками, я поднялся. Потянулся. Спина издала хруст. Я подошел к столу и взял стакан с лимонной водой, что налил перед сном.

Глок. Кисло. Лицо скорчилось. Глок. Снова. Глок.

- Фух, хватит, - произнес я вслух.

Поставив стакан, я перевел взгляд на воробья, который сидел на подоконнике. Поджав лапы, он оглядывался по сторонам, словно кого-то потерял. Перья его были мокрые, головка взъерошена. Грязь с лап струилась вниз маленьким ручьем.

Чик-чирик. Чик-чирик.

Его хвостик ходил маятником. Вправо. Влево. Вправо. Влево. Наблюдая за ним, я перестал слышать щелчки часов за спиной. Мне хотелось только рассматривать эту птицу.

Он повторил эти движения несколько раз, немного поерзал и, встрепенувшись, резво взмыл в воздух. Потом влево, подальше от окна. Затем, приложив всю свою незначительную силу, вперед.

С этого начался мой день…