Цайдамская экспедиция. Память

Наши дни.

Разговор об участии моего дедушки в геологических экспедициях в Китае никак не заканчивался. День плавно переходил в вечер. Я зажгла свет и угостила чаем моего китайского собеседника. Он был сильно взволнован, поскольку не мог смириться с мыслью, что в тот же  вечер не получится увидеть ни старые фотографии, ни редкого дневника, о которых я невзначай упомянула. Они находились далеко, в квартире моих родителей.
«Почему такая заинтересованность?», – спросила я его. Он задумчиво посмотрел на меня, сделал несколько глотков чая, выдержал «китайскую» паузу и ответил: «Сегодня у нас, в Китае, особый интерес к прошлому. А к такому далёкому  – тем более. 50-ые годы  – очень важные годы. Мы собираем любые документы той эпохи, собираем по крупицам, воссоздавая историю нашей страны. Мне очень нужны эти документы!»
Последние слова прозвучали в некотором роде требовательно, согласно китайским принципам ведения переговоров.
Ситуация обострялась. Чтобы разрядить обстановку, я предложила продолжить разговор в ближайшие дни и встретиться, если посчитаю возможным, на квартире моих родителей.

Ночью мне не спалось. Я много думала и вспоминала рассказы моего дедушки о Китае…

Дневник.

Глава III.

Появление нефти в Махай.

(так написано в оригинале)

Продолжение.

Говорили, что ему (Пантелееву) уже более 50 лет, а на вид ему даётся 30 лет. Он здоровый, крепкий, говорит громко и быстро идёт с большим шагом, как молодой парень. Он работал в Китае уже несколько лет. Недавно он работал в Джунгарской* впадине. В этом году опять приехал в Цайдамскую впадину для оказания помощи в геолого-разведочном деле.  Он берёт геологический молоток с длинной ручкой и острым концом. Это его большой друг, всегда с ним работает. У него какое-то особое чувство к молотку. Один техник похвалил, что этот молоток уже работал более 20 лет, уже бывал на многих нефтяных месторождениях.

Послушав доклад техника, взяв молоток, вместе с Чжу Ся (главным геологом) пошёл на вышку и посмотрел их керны**. На этой вышке уже собраны десятки ящиков кернов. Пантелеев подробно смотрел, нюхал, вдруг выбрал один керн  и от радости закричал по-китайски: «Чзе синчун, Ю!» (есть остракоды).
Остракод***, как кунжут, только под лупой можно видеть. Безусловно, что нахождение остракодов в скважине придаёт большое значение для стратиграфического**** изучения.
 
Бесчисленное количество скважин в Лэнху. Вышки, как богатыри стоят в пустынях, иногда казалось, что они двигаются вперёд…

_________

Наши дни.

Через два дня я сообщила своему знакомому, что готова показать ему фотографии из альбома. Он очень обрадовался и приехал к назначенному времени без опоздания. Он светился улыбкой и, как мне показалось, надеждой. Просмотрев все фотографии и дневник, он вежливо и осторожно спросил:
– А можно взять несколько фотографий? И дневник? Извините, не взять, а купить. Я готов заплатить большую сумму…
– Дневник не продаётся, – серьёзно ответила я. – Это наша память, а у памяти нет цены. Что касается фотографий, я могу подарить Вам одну, при условии возврата её электронной копии.
________

Дневник.

Глава IV.

Вдоль хребта Алтын

Из участка Лэнху поехали дальше. Хребет Алтын идёт навстречу нам. Мы остановились на южном подножии. Сильный холодный ветер ревел и прямо пронизывал до мозга костей. Гремучий звук буровых станков вместе со звуком ветра сливался в симфонию.

Мы ехали дальше. Шофёр спросил, будем ли мы выкапывать соль? «Обязательно, – ответил Чжу Ся. – Есть большое солёное озеро впереди. Смотрите, даже дорога сложена этими кристаллами соли».

Пантелеев вместе с друзьями выкопал соль. Взял большой кристалл, улыбаясь, пришёл к нам и сказал: «Я возьму домой, так хорошо, красиво!»

Богатый Цайдам! Перед глазами стоит ряд эоловых эрозионных останцев, а в недрах его залегают нефть, прозрачные соли и другие полезные ископаемые!

Машина опять пошла дальше. Она сделала поворот. Порыв ветра принёс какой-то запах с серой и нефтью. Его называют Юдуаньцзы. Мы поднялись. Там и нефтеносные пески, и сернистые зоны, чёрные и жёлтые. Пантелеев положил молоток с длинной ручкой накрест горизонта нефтеносных песков и попросил переводчика фотографировать молоток.  Безусловно, это будет фотокарточкой для геологического изучения.

Чжу Ся спустился вместе с Пантелеевым осмотреть один небольшой водоём, у которого видно дно. «Смотрите!» – закричал главный геолог. Все устремили взгляд в водоём. На поверхности воды показался ряд пузырей, которые прямо со дна поднялись, как много жемчужин. «Природный газ», – сказал Чжу Ся. Мы с другом нашли железную трубку и посадили её прямо в место пузырей и зажгли спичкой. Сразу видно синее пламя. Местные жители не знали,что это природный газ, а называли его «небесным фонарём».

Мы поехали дальше. Хребет Алтын уже далеко остался позади. Однако он стоит на фоне вечерней зари красивым симпатичным парнем.
Через два года мы придём сюда…

6/IV 1958 года

_________

80-ые годы

В этот период мой папа (тоже геолог) часто ездил в Пекин по работе. Однажды он участвовал в геологической конференции и, если не ошибаюсь, выступал на ней с докладом.
После окончания заседания, к нему подошли несколько пожилых китайцев и очень вежливо, даже вкрадчиво, спросили:
«А был ещё один Пантелеев. Он не Ваш родственник?»
Выслушав переводчика, папа разволновался и ответил, что тот Пантелеев – его отец, Фёдор Петрович.

Китайцы пожали моему папе руки и сказали:
«Мы работали с ним. Это было великолепное время! Мы гордимся, что знали его!»
______

В тот год папа попросил меня рассказать эту историю и опубликовать дневник с фотографиями.

Я выполнила его просьбу.


*Джунгарская впадина – или Джунгарская котловина на северо-западе Китая площадью 770 000 кв. км.

**Керн – цилиндрический образец породы, извлечённый из скважины. Он содержит информацию о структуре  и свойствах породы, необходимую для обнаружения нефтеносных пластов.

***Остракод – очень мелкие микроорганизмы из подкласса ракообразных, тела которых заключены в хитиновую раковину. Её длина составляет 1-2 мм, в редких случаях может доходить до 23 мм. Остракоды используются как руководящие ископаемые при поисках нефти и газа.

****Стратиграфия –  наука об определении относительного геологического возраста слоёв горных пород в земной коре.