Кто такие ангелы - поэма

ПОЭМА
Кто такие Ангелы.

Когда душа решается на плен
Земных оков, где плоть — тюрьма и бремя,
Она не ждет великих перемен,
Она идет в безжалостное время.
Не в шелках звезд, не в пении светил,
А в стоне чрева, в ярости разрыва,
Природа сей дар в наш дольний мир вложила,
Где каждый вдох — предвестники обрыва.
Оо, Мать! Ты — горн, где плавится испуг,
Где жизнь и смерть сплелись в одно дыханье,
Твой первый крик — не слабости испуг,
А зов миров, вступивших в состязанье.
Как сталь в огне, так женщина в родах
Теряет всё, что ложным было прежде.
Там нет богов в лазурных небосводах —
Лишь кровь и пот, прилипшие к одежде.
Но в этот миг, когда земля дрожит,
И разум рвется, словно нить гнилая,
Святая искра в воздухе дрожит,
Границы яви властно раздвигая.
Знай: ты не дитя родишь,
Ты созидаешь храм из личной муки.
В твоих руках — божественная тишь,
Что лечит мир, воздев немые руки.
Дитя пришло. Но где же детский плач?
Где требованье пищи и вниманья?
Её покой — для логики палач,
Её глаза — архивы мирозданья.
Она молчит. Но в этом ли беда?
Иль мы оглохли в ярмарочном гуле?
Её молчанье — чистая вода,
В которой судьбы грешных утонули.
Она — вопрос, застывший на устах,
Мерило правды, зеркало совести.
Мы видим в ней лишь странность или страх,
Она же — финал неначатой повести.
И вот пришли «целители» умов,
С линейкой мерить святость и сиянье.
Они куют из правил сто оков,
Чтоб оправдать своё непониманье.
«Больна! Слаба! Не вписана в мазайку!» —
Кричит толпа, влюбленная в стандарты.
Для них душа — досадный сор,
Что путает их жизненные карты.
Они хотят, чтоб Ангел стал «как все»,
Чтоб блеск очей померк в пыли рутины.
Так топчут розы в утренней росе,
Боясь их цвета, запаха и глины.
Тут больно, мама. Слишком громкий звук.
Здесь каждый вдох пропитан острой сталью.
Мир — это скрежет тысяч жадных рук,
Укрытых лживой, приторной вуалью.
Но с горем пополам я принесу
В ладонях свет, что вы не разглядели.
Я тишину, как хрупкую росу,
Храню для тех, кто выжил в сей метели.
Не лечат светом — свет и есть создатель,
Он жжет клеймо на серой пустоте.
Он — ваш судья, свидетель и спасатель,
Распятый миром на немом кресте».
О мать, хранитель хрупкого огня!
Твой жребий свят — быть стражем у порога.
В степи земной, где нет ни дня, ни пня,
Ты — крепость, ты — последняя дорога.
Мы думаем, что Ангелы — щиты,
Что нас спасут от бездны и паденья.
Но истина — в объятьях доброты:
Мы сами — их доспехи и спасенье.
Пиши на дверях красками судьбы:
«Здесь Чудо спит. Оно не для продажи».
Пусть стихнут споры, жалобы, мольбы —
Любовь стоит на бессменной страже.
Пусть мир ослеп. Пусть он кричит и злится.
Но в тихой комнате, где теплится покой,
Сияет дух. И вечность в нем лучится,
Притронувшись к тебе своей рукой.
Ребёнок — знак. Ребёнок — искупленье.
Она — причал для тех, кто чист душой.
В её «не-норме» — наше воскресенье,
В её молчаньи — замысел большой.
Иди вперед! Неси сей факел гордо,
Сквозь шум времен, сквозь ледяную мглу.
Земля под Ангелом стоит светло и твердо,
Пока мы служим этому теплу.

С благодарностью и тишиной,
«Между Мыслями»
Зоар Лео Пальффи де Эрдёд