Метафизика православия. Часть 1

Мне как богослову, как миссионеру, как проповеднику, как катехизатору давно хотелось найти язык, которым можно просто рассказать современному человеку о самой сути христианства современным языком. Сейчас, когда даже люди русские, выросшие в России, окружённые храмами и православными традициями, не хотят ничего знать о Боге, отстраняются от Него — и я бы даже сказал, шарахаются, — относясь к православию как к чему то архаичному, что нужно уже забыть. Тем более что времена уже другие: кругом информатика, ядерная физика — и каких только достижений нет. Врачи лечат человека так, что их называют вторыми после Бога, но, тем не менее, Бога упоминают редко.

Но Бог уже перестал быть тем Богом, Кому молились наши предки. Перестал быть тем Богом, ради связи с Которым люди готовы были идти на мучения, на смерть. Сейчас Бог — это как очередной клуб по интересам, и церковь — как очередной клуб по интересам.

Можно про Бога сказать: «Христос — дружище», — посмеяться и даже сочинить про Него анекдоты, иногда даже похабные. Мне жалко таких людей, потому что я вижу: они сильно вредят себе этим. Оставаясь на утилитарных позициях, они могут жить широко, но в их жизни нет высоты. Они живут в плоскости. Плоскость может быть огромна. Они готовы набирать себе кучу тленных вещей и радоваться им. И наличие вот этого большого количества вещей, которыми они могут распоряжаться и использовать, кажется им полнотой жизни.

И эти люди когда то умирают. И, уверяю вас, они не думают о вещах и непознанных удовольствиях. В последний момент они начинают задавать вопросы о Боге: «Что там, за чертой? А как там?» Никто из них не хочет уходить в ту пустоту и темноту, о которой говорят материалисты. Даже материалисты не хотят уходить в пустоту.

Для того чтобы дать какой то толчок мысли современному человеку, я решил вкратце изложить суть православия языком метафизики. Метафизика — это философская дисциплина. И прежде чем раскрывать понятие метафизики, неплохо бы напомнить, что философия — это любовь к истине. Это про то, как оно на самом деле. Философ ищет не каких то там связей с кем то с их идеями, а он ищет связи с Истиной. Его слова об Истине и его поиск — это поиск Истины.

И если в споре рождается истина, то это философский спор. Хотя не в каждом споре рождается Истина. Не в каждом. А лишь в том споре, где оба слушающих, имеющих разные позиции, словами собеседника добавляют себе информации. И эта добавленная информация позволяет собеседнику по новому посмотреть на своё мировоззрение, в чём то его переосмыслить. Попробовать представить себе мировоззрение с учётом той информации, какую они получили. И формируется новое раскрытие, новое видение мира. Мировоззрение меняется. При смене мировоззрения меняются и цели, и понимание смысла своей жизни, меняются правила действий этого человека, меняются мотивации этих действий, сдвигаются границы между добром и злом, появляются новые осмысления явлений и событий.

Что такое метафизика? Метафизика, если говорить упрощённо и не брать академических определений, — это то, что было до физики. Физики говорят, что Мир начался с Большого взрыва. Но что взорвалось? Кто взорвал? В какой момент взорвал? И откуда всё это взялось? Мы часто говорим, что начало Мира — это Большой взрыв. Но что было до него, рассказывают только те, кто пытается заглянуть дальше — в мир невидимого, в мир, закрытый от нас в большинстве своём, но закрытый не полностью.

Почему именно метафизика христианства кажется мне наиболее близкой к истине? К тому, что есть на самом деле? К тому, что даже понятие веры в этой метафизике, вера человека, вырастает из его реального опыта? Часто мы слышим, как люди говорят: «Со мной случилось чудо», — а другой ему в ответ: «А со мной чудес не случается». Как же на самом деле? У всех людей случаются чудеса.

И что такое чудо? Чудо — это то, что не имеет логического обоснования в нашем знании. Например, на иконе — ну, скажем так, не на иконе, а на дощечке — выступили какие то капли, капли чего то. И физики не могут объяснить, откуда это взялось. Они говорят: «Мы пока не знаем». Люди верующие говорят, что это мироточение иконы. Но физики не могут это принять, потому что физикам надо доказать. Верующему человеку доказательства не нужны.

Так ли плохо верить? А в принципе, возможно ли знание без веры? Когда ребёнок приходит в первый класс, ему говорят: «Один плюс один равно два». — «Понял?» — «Да… Нет, не понял». — «Ну тогда просто поверь, что один плюс один — это два». Поверил? Ну, на авторитете учителя ребёнок, конечно, верит: «Да, один плюс один — это два». И с этого начинается математика. И только на первом курсе института, уже на новом уровне знания, преподавание математики начинается с теории чисел. Но и там всё равно один плюс один принимается на веру. Мы говорим, что этот цвет — зелёный. И ребёнок верит. Тот, кто видит это первый раз, он верит. Человеку говорят: «Это чудо». Один верит, другой не верит.

Но ведь в жизни каждого человека случаются личные чудеса. Просто один их видит, другой не видит. Почему люди не видят? Потому что у них нет слов для описания этих чувств. У них нет знания и умения правильно описать свой мистический опыт — то, что с ними произошло. Не другим — себе. Нет слов — нет мысли, нет слов для описания своего мистического опыта, и этот опыт остаётся незамеченным. Все хорошие чудеса относят на счёт Бога.

Но кто такой Бог? И когда Он появился? Вот здесь мы вынуждены принимать на веру слова тех, кто этим занимался долго: искал Бога, искал слова для Его описания. Когда мы первый раз услышали слово «Бог»? Кто нибудь может сказать? Когда нам первый раз объяснили, а что же Он на самом деле? Да мало кому объясняли. Но трепетные чувства по отношению к Нему, откуда ни возьмись, появляются у каждого человека. Даже у отрицающих Его Бытие.

Да, многие люди говорят: «Это всё болезненное, это всё придумки, я в это не верю. Я не верю в существование Бога». Мне хочется спросить: «Не могли бы вы описать, во что вы не верите? В существование чего вы не верите? Вы не верите в существование кого?» И человек начинает описывать. Мы ему задаём вопрос: «Но откуда ты знаешь, что то, что ты описываешь, — это то, что я имею в виду под словом „Бог“?» При детальном описании им Бога выясняется, что мы с ним говорим о разных явлениях (если допустимо так говорить о Боге). Но и это бывает редко. Человек, как правило, о Боге ответов не даёт. Но и чужое мнение он не готов не только принимать, но и слушать. Интересно, почему? Ну вроде вот человеку интересно в интернете поискать какую то информацию про какого то человека. Поискать же информацию про Того, Кто создал Мир, он не хочет. А кто сказал, что Бог создал мир? Этого не говорил никто. Но мы говорим, что Тот, Кто создал мир, — Того мы называем Богом. Бог появился в нашем сознании.

То, что я рассказывал, — это обычная, скажем, стандартная проповедь. Стандартная для традиций русской богословской мысли православной. Метафизика же описывает это без слова «поверь». Она предлагает человеку некую модель, которую он может сравнить с какой то другой моделью того, что было до Большого взрыва. И он её или принимает, или отрицает, но что он дальше с этим делает — это отдельный разговор…

А сейчас я хочу вкратце описать, как же всё таки выглядит метафизика православия.

Итак, понятие «Бог». Это Тот, Кто есть в начале Всего. Описывая Бога, люди говорят, что это Идеальное Существо, Идеал, Абсолют. У Бога много имён, но философские имена Бога указывают на то, что это уникальное явление, единственное в своём роде, которое существует вне времени, вне пространства, объемлет собой всю полноту знания и всецелое чувство любви.

Что есть любовь Бога? Божественная любовь — это то чувство, в котором Бог созидает какое то создание. Любовь — единственное чувство Бога. Единственный Его мотив действия. Мы говорим, что да, Бог прежде всего — Создатель. Мы принимаем идею Бога: Он создаёт Мир. И по наличию Мира мы говорим: «Да, Создатель есть, Его мы называем Богом».

Вопрос: Абсолютный, Находящийся вне времени, вне пространства. Что Он может создать? Что Он станет создавать? Конечно же, уникальное создание, самое большое и крутое на свете.

А кто это? Это только Бог. Абсолют по свойствам своим может создать только абсолютное, а абсолютное — только Бог. Но тогда получается, что существует два Абсолюта: Абсолют Создатель и абсолют создание. То есть Бог создаёт Бога. Но может ли Бог создать Бога? Объясняется, что нет, если только — это Бог по благодати, по задумке Бога о Своём Творении.

Почему? За Богом мы признаём свободу воли, свободу быть вне цепочки детерминации. Почему? Беспричинно. Так же, как беспричинно, Бог создаёт Своё создание. Бог. Да, Он называет его человеком. Но из чего Он создаёт? Кроме абсолюта нет ничего. Не из Себя же. Ведь если Он создастся из Себя, значит, Он делим. А значит, не абсолютен. Значит, в Нём есть части. Но это не сходится, опять же, с абсолютностью. У Бога нет частей, Он един, неделим, неизмеряем.

И тогда Господь наделяет Своё творение свободой воли. Во первых, для творения Он ещё создаёт некое отдельное от Себя пространство. Это пространство называется Мир. Как Он создаёт этот Мир? Одним словом: «Да будет». Может Он сказать два слова? Нет.

И это «Да будет» тоже не имеет ни букв, ни звуков. Но это слово — некое информационное воздействие. Вот в этом слове «Да будет» — весь мир целиком во всех временах. Уже начинается и физика тоже. Происходит тот самый Большой взрыв. Это взрыв ничего. Что взорвалось? Взорвалось «Ничто» — то, чего не было никогда и никак не проявлялось, кроме взрыва. И появилось время, появилось пространство, и проявилась Божественная энергия. Она проявилась в этом Мире — в словах «Да будет».

Мы живём во времени, и для нашего понимания Жизнь Бога показана во времени — как последовательность действий, изменения Его отношения к человеку. Но если мы приблизим руку к огню и почувствуем тепло, разве огонь стал жарче? Нет, огонь как был, так и остался — мы совершили действие, и поменялось наше восприятие Бога… ой, огня…

При этом надо помнить: эти слова — «Да будет свет» — входят в то первое и единственное слово «Да будет». Все последующие слова присутствуют в этом слове — изречённом вне времени и создавшем пространство вне Своего пространства.

Чем примечательно это пространство? Зачем нужно время?

Я думаю, вы догадались: вершиной творения стал человек — Адам. Человек — это «заготовка Бога». У него было всё. Всё, что Господь создаёт, берёт начало от добра. Почему берёт начало от добра? Да потому что Бог является Творцом единственного творения. И оно Им названо добром. Он определил изначально в творении, что есть добро. Его творение. И законы, по которым это творение существует во времени.

Вот Бог стоит в начале. Ну, кстати, Он стоит и в конце. А все измерения добра и зла — это отклонение от нуля и возвращение к нулю.

Но начало и конец не значит, что Бог есть мир. Мир отделён от Бога. И Бог не может вмешаться в этот мир, потому что творение Божье — человек — должно быть свободным. Иначе оно не станет Богом.

И первую заповедь Творец даёт Себе в том же самом слове «Да будет» (хотя и единобезвременно со всеми остальными Его словами, услышанными нами каждым в его время).

Он не вторгается в свободу человека. Он не меняет Мир. Мир принадлежит человеку. Человек этот мир меняет. И Вселенский потоп, и явление Христа, и Его распятие — всё следствие действия человека, его согласия на изменение мира, в котором живёт человек.

Бог не может вторгаться в решение человека.

Бог не может ни сердиться, ни радоваться, ни раскаиваться, ибо Абсолют неизменен. Это человекоподобие Богу придаёт человек, потому что он не может, по первости, принять в себя и понять, что такое «вневременность», что такое «внепространственность», что такое «всегда бывшее».

Однако встаёт вопрос: как человеку проявить свободу воли, если всё вокруг — добро зело? Надо дать возможность выбора. И такой способ был дан — Древо познания добра и зла. Нечто, дающее познание добра и зла, отделение одного от другого, чтобы человек мог СВОБОДНО выбрать между ними.

Но это знание человек должен захотеть принять, познать. Он должен проявить своё свободное, своё волевое действие — прикасаться или не прикасаться к плоду этого древа.

Бог сказал: «Не прикасайся — смертью помрёшь». Ну и вроде же: ну всё у тебя есть, зачем трогать? Так человек и не трогал долго. Но, не зная различия между добром и злом, как человек может выбрать добро? Время для того и дано, чтобы человек мог действовать, менять себя. Задумка такая, что человек, познав зло, откажется от него.

И тут на сцену появляется некий советчик, который говорит: «Вкуси — и будешь как Бог. Нарушь заповедь Бога — и станешь свободным».

И, в общем то, он говорит правду. До тех пор, пока человек не столкнулся со злом, он его не знал. Но, столкнувшись со злом, он его впустил в себя. Ибо невозможно увидеть, почувствовать, описать то, образца чего у тебя нет. Точно так же и с чудом: не имея возможности и умения описать чудо, ты его не можешь принять, увидеть, заметить.

Познав зло, прикоснувшись к злу, пустив даже самую чуточку — исключительно как пробничек, чтобы различать, — человек перестаёт быть тем идеальным творением, которым был задуман. И это зло, которое человек впустил в себя, начинает в нём действовать.

И, о ужас, знание об этом зле, то есть удобопреклонность к восприятию зла, передаётся по наследству. В этом — понимание первородного греха.

Хорошо это или плохо? А вот с какой стороны смотреть. С точки зрения текущей, временной жизни человек начинает страдать — и это плохо. А с точки зрения идеального бытия — страдание — явление временное. И есть от Создателя набор правил, чтобы зло не имело над человеком власти. И человек может запретить злу действовать в себе. Но человек этим не пользуется.

Так что же, он вечно будет страдать? Или когда страдания прекратятся? А почему могут страдания прекратиться? Только вследствие того, что человек полностью изгонит из себя «образец» зла. Зла не будет.

Но может ли сам человек этого достичь? Нет, потому что, будучи Богом только в потенциале, человек не абсолютен. Он не может сам, своими силами, полностью очистить себя от зла…

Конец части.

Продолжение следует.