Как все

Хотел бы жить, как живут - по ладони читая судьбу, а не вены, где игла оставляет свой след, как гравёр на металле, не зная, что время работает там, где не ждали.

Хотел бы смотреть в горизонт, а не в ложку, где варится что-то, чему нет названья, где прожженное шерстью одеяло - обложка единственной книги без слов и названья.

Я б видел людей - не иглу в предплечье, не гниль синевы, где когда-то был пульс. Огонь. Не тот, что сжигает, - а вечный, которым горят, не сгорая. Клянусь.

Но вечность - не временщик. Ей всё равно, который час и который из нас ломает, сжигает или режет в кожу слова, что никто не прочтёт. Без прикрас -
у человека есть только мгновение выбора. Потом уже выбирает не он - выбирает привычка, игла, перекрытая
горло пауза, тишина, полутон.

И всё же. Пока в нём горит что-то живое - не уголь, не шприц, а неловкий огонь - он может. Ещё. До того, как иное возьмёт его руку и скажет: не тронь.