Дама Ласточкин Ветер. Арест

Вы хотели бы знать, как звали кавалера дамы Ласточкин Ветер? Я так понимаю, что, конечно же, хотели бы, иначе бы вы не начали читать эту главу моей книги. В конце этой главы я обязательно назову вам его имя. А пока двигаемся дальше.
Когда дама Ласточкин Ветер вернулась домой, было уже достаточно поздно или достаточно рано — это как и с какой стороны посмотреть. Четыре часа утра — это поздно или рано? Конечно, ужинать в это время уже поздно, а вот по поводу того, ложиться ли спать или нет…
Дама Ласточкин Ветер жила давным-давно, много веков назад, и тогда никто ещё не знал про диеты, про то, что с набитым желудком не рекомендуется спать, и про прочие «прибабахи» для похудения. Поэтому ничего особенного не было в том, что упомянутая дама, хозяйка дома, вернувшись, обнаружила, что её ждёт роскошный ужин. Впрочем, красавица фаворитка имела полное право поужинать: весь вечер она провела в движении, в танцах и вихре разговоров, в светском шёпоте и тайных взглядах, поэтому истраченные калории нужно было восполнить как можно быстрее.
Впрочем, к тому времени, как она приняла ванну с ароматом лотоса и белого чая, получила массаж от смуглого мавра, умелые руки которого сглаживали усталость и напряжение, даже пятиминутный сеанс иглоукалывания получила, а потом ещё около часа ушло на снятие макияжа и увлажнение кожи, к тому времени, как все эти манипуляции были закончены, было уже около семи часов утра — святое время для раннего завтрака или позднего ужина.
Завтрак занял ещё около двух часов. Ещё час она ворочалась в постели, перекатываясь с боку на бок, как перекатываются ветви ивы под ветром, вспоминая приятные моменты прошедшего карнавала — мимолётные улыбки, тайные обещания, лёгкие прикосновения рук. Итак, наша дама Ласточкин Ветер, которой не нужно было заботиться ни о диете, ни о фигуре, ни о том, чтобы не проспать на работу, спокойно собиралась отправиться в царство Морфея как вдруг кто-то постучал в ворота.
Это были внешние ворота, улицу и поместье дамы Ласточкин Ветер отделяло три ряда ворот. Возле каждых ворот стояли слуги. Конечно, стук в ворота дама Ласточкин Ветер не услышала. Ворота были далеко, да и слышать стук — это было обязанностью стражников. Стучали в ворота, а не в дверь спальни госпожи, да и сладкий сон лежал на её глазах тяжёлой шёлковой занавеской.
Стражник первых ворот был очень недоволен. Он думал, что теперь, когда хозяйка отправилась в царство Морфея, у него есть возможность немножко поспать. А что такого — если заснула хозяйка, могут спать слуги, да и стража может немного подремать? Ночью стражники не имели права заснуть, потому что хозяйка могла вернуться в любую минуту, в любой миг, как ветер, который врывается в сад. А сейчас, когда сон хозяйки уже устоялся, как утренний туман над рекой, казалось, что стража может позволить себе хотя бы короткую передышку.
Единственные, кто не мог спать в этом доме в это утро, это работники кухни — за них работу сделать было некому. Их руки были заняты, как ветви дерева, которые не прекращают склоняться над водой.
Итак, вернёмся к стуку в ворота. Как всегда пришлось отдуваться стражнику первых ворот. Разлепив полусонные глаза, он нащупал меч — холодное железо, как напоминание о том, что служба не щадит усталость. И только потом открыл форточку в воротах и отодвинул щеколду.
Стражник не знал, кто там стоит за воротами, но был заранее недоволен. Он даже подумал о том, что хорошо бы, если бы стук стих. Он надеялся, что всё это ему приснилось, но в ворота стучали всё сильнее и сильнее, как барабан, который зовёт на суд.
Пришлось стражнику открыть ворота полностью.
Тот, кто стучал, тоже был очень недоволен — недоволен задержкой. Увидев, кто стоит за воротами, стражник побледнел и тут же начал искать свой головной убор. Головного убора не было и не было давно — хозяйка смотрела на это несоответствие в форме сквозь пальцы, и стражник надевал головной убор только на большие праздники. Ну, сейчас ему бы не помешал этот головной убор, как тяжёлая шапка, прикрывающая стыд.
Не будем тянуть кота за хвост. Перед стражником первых ворот стояла стража из императорского дворца. «Опаньки», скажете вы? И будете правы. Что же такого наделала наша хозяйка, что за ней явилась стража?
А вот это мы сейчас и узнаем.
Итак, после того как стражник ворот номер один увидел стражу императора, пришлось проснуться стражнику ворот номер два и стражнику ворот номер три. Прежде чем впустить на двор поместья стражу императора, стражник ворот номер три, как было положено, начал трезвонить в колокольчик. Это означало, что по двору идут посторонние. Однако все слуги и служанки, и даже управляющий поместья, спали. Спали, как вы помните, потому что на боковую отправилась хозяйка.
Стражник ворот номер три сомневался, что его кто-то услышит в имении, и был прав: все спали сном младенца. Однако стража императора вместе с капитаном выглядели давно проснувшимися и очень раздражёнными: слишком долго им пришлось ждать за воротами.
Когда стража императора подошла к главному дому — имению госпожи, дамы Ласточкин Ветер, ворота главного дома тоже оказались закрыты. Капитан стражи был вынужден снова вызвать одного из солдат, который вытащил свою дежурную колотушку и начал лупить в ворота главного дома в имении. Тем, кто находился в этом доме, пришлось проснуться. Они долго приходили в себя и не могли понять, что происходит. Солнце поднялось к полудню.
И только тогда весть о том, что в имении госпожи находятся стражи императорского двора, дошла до доверенной служанки госпожи. Служанка представляла, что произойдёт сейчас, если она постучит в спальню хозяйке. Но выхода не было. Надежда была только на то, что хозяйка не очень сильно отлупит её — помня о том, что служанка всё-таки является её родственницей. Но делать было нечего.
Служанка постучала в дверь спальни госпожи. Госпожа спала богатырским сном и, кажется, даже похрапывала. Впрочем, об этом служанка до самой смерти никому не рассказывала. Стук служанки был очень деликатным, но настойчивым. Через полчаса служанка достигла своей цели. Хозяйка недовольным голосом спросила, кто посмел её тревожить.
Служанка хотела сначала начать своё объяснение издалека, но вспомнив, что хозяйка очень больно тягает за волосы провинившихся слуг, решила идти ва-банк. Она прокричала в дверную щель о том, что к хозяйке явилась стража императора, и убежала. Впрочем, это она сделала правильно: теперь от неё уже ничего не зависело, а наказать её могли очень сильно — так как гонец, который приносит плохую весть, получает в первую очередь и получает больно.
Убегая, доверенная служанка госпожи по дороге стучала во все двери, чтобы разбудить своих коллег по цеху, то есть доверенных служанок госпожи. Вы же понимаете, что госпожа не может выйти к начальнику стражи не выспавшейся, в ночной кофте и с всколоченными волосами? Потом наряжали, красили, подавали чашечку бодрящего напитка с жасмином и лотосом, и на всё это ушло ещё два часа.
Стражник уже устал бить колотушкой в ворота перед главным зданием — там уже образовалась вмятина. А доверенное лицо хозяйки всё никак не могло решиться распахнуть ворота перед главным зданием: у него не было приказа госпожи. Наконец, к трём часам дня госпожа была готова. Тут же доверенная служанка побежала к управляющему  и сообщила, что многострадальные ворота можно уже распахнуть. Госпожа готова к приёму начальника стражи.
Я думаю, вы тоже готовы к тому, чтобы поприсутствовать при разговоре между хозяйкой имения и начальником стражи. Вот он, этот разговор.
— Господин, вероятно, вы не знаете, кто я такая, — улыбнулась госпожа. — Иначе не позволили бы себе вести себя столь неподобающе, да ещё в такое раннее время.
— Я заранее извиняюсь, — проговорил начальник стражи. — Я никогда не позволил бы себе явиться к вам и нарушить ваш сон без причины. Но я здесь по приказу императора.
— Я хотела бы посмотреть этот приказ, — дама Ласточкин Ветер чуть-чуть нахмурилась. — Вы можете смело мне его показать.
— Ваше желание будет выполнено, но на это потребуется время. Приказ находится в ларце у последнего солдата нашей стражи. Таковы правила, госпожа.
Было пять часов вечера, когда приказ наконец-то появился перед глазами прекрасной дамы Ласточкин Ветер. К этому моменту за воротами уже собралось довольно много зевак. Кавалер дамы, до которого долетела весть, тоже примчался сюда вместе со своим недовольным слугой. Но, к сожалению, кавалера никто не пустил в имение. Возле ворот стояли стражники императора и никого не пропускали внутрь.
Кавалер пытался что-то объяснить. Он даже намекал на то, что со вчерашнего дня имеет право именоваться женихом дамы Ласточкин Ветер. Но  и после этих решающих слов его никто не пропустил внутрь.
Когда приказ наконец-то доставили в гостиную, где сидела дама Ласточкин Ветер и начальник стражи, ещё полчаса с всевозможными предосторожностями его вынимали из ларца. Наконец у хозяйки имения появилась возможность пробежаться глазами по приказу. Она прочитала его — и побелела.
В приказе было написано, что начальник стражи прибыл в имение дамы Ласточкин Ветер с целью арестовать её. Ниже была указана причина ареста. Оказывается, этой ночью было покушение на даму Цветок Персика. Что там, доподлинно, произошло, было неизвестно: дама Цветок Персика исчезла. А на столе в её будуаре нашли записку. В записке было указано, что дама Цветок Персика боится за свою жизнь. Если её найдут мёртвой, то виновата в этом будет дама Ласточкин Ветер.
Ситуация была странной: трупа дамы Цветок Персика не нашли, но возле записки — вернее, на самой записке — было несколько капель крови, и от стола, от письменного стола, который стоял в будуаре дамы Персик словно бы уводили кровавые дорожки к дверям, к выходу, как будто кто-то тащил бездыханное раненое тело. Все эти подробности дама Ласточкин Ветер узнала позже, сейчас же в приказе было написано только одно — что до выяснения обстоятельств даму Ласточкин Ветер должны привезти в императорский дворец. Это не было арестом в полном смысле слова, но и хорошего в этом было мало.
Если зеваки у ворот увидят, что даму Ласточкин Ветер выводят под конвоем, то они решат, что хозяйка имения виновна. Дама Ласточкин Ветер была очень умной, чтобы остаться в фаворитках при дворе, нужно просчитывать каждый шаг, иначе невозможно удержаться на тонком льду, который называется благосклонность императрицы и императора.
Поэтому, чуть подумав, дама Ласточкин Ветер сказала:
— Вот что. Я даю согласие на то, чтобы моя карета под охраной императорской стражи проследовала к дворцу императора, но попрошу, чтобы карета выехала через задние ворота.
Капитану императорской стражи шумиха тоже была ни к чему. Он видел и слышал гул толпы, которая скопилась перед главными воротами, и быстро понял замысел дамы Ласточкин Ветер. Против самой хозяйки он не имел ничего — он просто выполнял приказ.
Дама Ласточкин Ветер попросила два часа на сборы и на то, чтобы отдать приказ слугам. Капитан императорской стражи никуда не торопился и дал согласие и на эту просьбу. Что уж там говорила дама Ласточкин Ветер своим домочадцам, он не знал, потому что сборы и доверенные разговоры проходили в будуаре, куда ему доступа не было.
Ну, а я могу вам рассказать, какие распоряжения дала хозяйка имения своим слугам. Собственно распоряжение было одно: держать язык за зубами. Если кто-то высунет этот язык и попытается что-то рассказать — язык быстро отрежут, пригрозила хозяйка имения.
Несколько служанок расплакались. Однако они быстро успокоились, когда услышали от хозяйки приказ главному распорядителю накрыть большой ужин для всех слуг имения и не скупиться на вино. Хозяйка пообещала вернуться очень скоро и ещё раз попросила слуг и управляющего держать язык за зубами.
После этого карета — или паланкин, как вам больше нравится — отправилась через задние ворота, через те, что редко открывали. За каретой последовала стража. Собственно, на сегодня это вся история.
Ах да, я же вам обещала открыть имя кавалера дамы Ласточкин Ветер. Кавалер дамы имел очень короткое имя — его звали Первый.