Звукоподражания

Маленький друг!

    Да-да: не «солнышко», не «зайчик» и даже не «лапочка», но именно так тебя бы ласково звали в далёком соседнем Китае!
    Наверняка тебя в детстве спрашивали о том, как «делает» корова, собачка или машина. Не трудно, конечно же, догадаться, что ты отвечал: «Му!», «Ав-ав!» и «Би-би!».
    Но иностранные детки (и даже взрослые дяди и тёти!) произносят эти звуки совершенно по-другому. А раз уж ты открыл эту книжечку, устраивайся поудобнее и давай-ка вместе окунёмся в этот удивительный и даже забавный кругосвет звуков, ежедневно попадающих тебе в ушки.
    Да простит меня «коллега по перу» Виктор Драгунский, но, поскольку мой сборник содержит много дефисов, пришлось ему дать имя почти как у этого детского писателя.

БИБИКА

Когда Аркадий Вездеходов «ныряет» в «Волгу» - на родной земле она издаёт хорошо знакомое «би-би» или «пи-пи». Но за границею люди слышат совершенно другие звуки!
В Индонезии, к примеру, его машина сигналит тот-тот;
В Испании – мек-мек или мок-мок;
В Китае – ди-ди;
В Дании – бат-бат;
В Англии – тук-тук-тук;
В Эстонии – плип-плип;
В Турции – дют-дют или дат-дат;
Во Вьетнаме – бим-бим или пим-пим.
А в Албании – по-по!
И туземные автомобили ему отвечают:
- Ты-ты!
- Я-я, данке шон! – улыбчиво говорит водитель по-немецки, храня в кармашке Новый Завет.
Ещё бы, ведь шофёр едет рассказывать людям всего мира о неизменной и спасительной любви Бога к ним. Так да сопутствует удача человеку в этом великом деле!

ЗВУК МОТОРА

Дверь автомобиля затворилась и корейский путешественник в восторге выкрикнул:
- Бурён-бурён! – что в переводе на русский означает: «брум-брум!».
- Му-у! – ответила, раскидисто помахивая хвостом, привязанная Бурёнка.
Товарищ Пак повернул ключи и его верный «Хюндай», зарычав, покинул деревню.
Иные – колесницами, иные – конями, а мы хвалимся именем Бога, Который не оставляет нас.
И, кстати, японец на «Тойоте» произнёс бы: «Бу-ро-ро!».

ВЕТЕРОК

- Шо-о-он! Шо-о-о-о-он!
Это не американец зовёт своего друга, но, по мнению Мукеша, так поет ветер, притом добавляя «джхир-джхир!».
А Такубоку, например, полагает, что эта песня звучит иначе:
- Сойо-сойо! Зава-зава!
Открыв окошко, Игнасио услышал:
- Зумб-зумб!
И снова возвратимся в страну, где когда-то правил раджа (король). Для еще одного ее жителя по имени СашИ ветер дует:
- Тихо-тихо-тихо!
И да дует так он каждому из нас, ведь именно с этим дыханием сравнивается Божий Дух Святой.

ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ

«Мо-о-о-о-ой!», - подула вьюга с Персидского залива.
«Нет, я не твой!», - подумал господин Ага, плотно закрыв окна частного дома.
И правильно решил, ведь человек по праву принадлежит Тому, Кто создал его.

ИНДЮК: ВОЗВРАЩЕНИЕ

Да-да: не сына и не попугая, а именно возвращение этого блудного птаха!
Он важно уходил по зелёной траве, плавно переставляя ногу за ногой. А на языке его было только одно:
- Кулды-кулды!
- Ты куды?! – спросила хозяйка в саде и в досаде.
А индюшок, знай, всё продолжал без оглядки:
- Кулды-кулды!
Что поделаешь? Довелось старушке самой идти да вертать питомца назад.
Но не будь подобен ему, ведь очень дорог ты для Небесного Отца. Честное слово говорю!

ЗУБНАЯ ЧИСТКА

Над небольшим Корейским полуострове преклонилось солнышко и спустился вечер. Пак открутил крышечку тюбика зубной пасты, мазнул беленькую жидкость на щёточку и в умывальной раздался звук:
- Чика-чика-чика!
Тем временем в одном из домов острова Этадзима молодой Такубоку тоже показал зубы своему зеркалу да завозил по ним вот так:
- Шака-шака-шака!
Наконец, ещё один полуостров – Малая Азия, где Мехмедушка тоже перед сном убирал налет:
- Фити-фити-фити!
И все они правильно делали, ведь тот, кто заботится о своём организме, воздает честь своему Создателю.

ЗОВ ДОМАШНЕЙ ПТИЦЫ

Проснулось солнышко, умылось в облаках, а вслед за ним – и испанская курочка, да как позовёт!
- Какара! Какара!
- Кокода! – отреагировала «коллега» из Хорватии.
- Гок-гок! – подтрунивала датская.
А английская пошутила:
- Кудах-кудах! Квак-квак! Бок-бок-бок-бок!
Проснулись утята. Открыла глаза одна такая в далёкой Албании и позвала своих малышей:
- Мак-мак!
«Арабчиха» же ответила:
- Вак-вак! Батбата!
И гималайская утка вслед за нею:
- Бра-а-ак!
Гуси тоже «не отставали». На Ближнем Востоке крылатый хор запел песенку:
- Квэк-квэк-квэк!
Испанский выводок поддержал мелодию:
- Карра-карра! Коа-коа!
Поддержали и «гусы-индусы»:
- Бэк-бэк! Бэк-бэк!
А последнюю нотку вставил вьетнамский самец:
- Ка-кэу!
«Сколько раз, - говорит Иисус, - хотел Я собрать детей, как птица птенцов своих под крылья, и вы не захотели!».
Может быть ты захочешь, мой маленький друг?

ПЕТЕНЬКА ВОКРУГ СВЕТА

На другое утро проснулся петушок Петя и, сев на заборе, всю деревню разбудил:
- Ку-ка-ре-ку!
И улетел!
Такая птица, конечно, летает на короткие расстояния, но пускай уж в этой страничке полетит далеко. Зато ты узнаешь, как услышат его пение и в иных краях белого света!
Пересёк наш Петя на перистых крылышках русско-финскую границу и крикнул:
- Кук-ко-ке-ку! Кук-ку-лу-ру!
Подняв на ноги соседей, повернул бородушку на юг да перелетел большой залив. И услышали эстонцы:
- Кикерики! Кукелегу!
Продолжая держать курс полный зюйд (в интернете узнаешь, что это такое), Петя направился к седому-преседому, будто дедушка, Кавказу. Оставив его позади себя, он лапками сел на веточке у Аветика Петросяна:
- Цугу-ругу!
Увидев в окошке, как тот, воздев руки, подтягивается на диване, крылатый «будильник» направил гребешок в ту сторону, в которую вечерами заходит солнце. Очередным, теперь уже испанским, утром, где-то на западном побережье Средиземного моря раздался позывной:
- Кик-ви-кики! Кокороко-ко!
«Ну, теперича можно в Африку лететь!», - снова пустился в воздух пернатый друг. И пронеслось над кокосовыми пальмами:
- Сика! Эску-куку! Ко-ке-ло-кое!
- Джамбо! – ответил смуглячок, что по-африкански значит: «Здравствуйте!».
А непростою птицей был Петруша. В памяти своей он соблюдал немалый список домохозяев, которых надобно разбудить:
Полетал-полетал еще долгое время путешественник и каждый, соответственно, вот что услышал:
- инд Кок-ко-док! Ку-куч-ку!
- кит Гок-гок-гок-гок! Гу-гу-гу!
- индон Тик-тила-ок!
- ирл Кук-а-дю-ди-лю!
- ит. Чи-чи-ри-чи!
- таил Эки-эк-эк!
- вьет Ооооо!

ВОЙ ПАРОВОЗА

Хотя Венгрия потеряла выход до моря, но все же сохранила за собою крупнейшее в Центральной Европе озеро Балатон. Если посмотреть на карту государства, его хорошо видно на западной части.
И вот, добыв в кассе билет, отправляется туда на отдых Геза со своею семьей. Люди в вагонах угомонились и поезд тронулся, пропев всем хорошо знакомое:
- Си-хо-хо-хо!

КАК ДУМАТЬ ДУМУ

За окном опускается вечер и спать укладываться еще рановато, а значит, приходит час подвести итоги прожитого дня да немного поразмышлять. И когда товарищ Вездеходов произносит «хм-м-м», его «сосед по Евразии» Игнасио говорит:
- Ба-а-а…
А вот еще кое-кто приложил указательный палец к губам:
- Э-тооо…
Это уже Такубоку сказал. Кстати, на его родине с точно таким же именем жил когда-то поэт, который писал ну о-о-очень короткие стишки!
А вот еще один островитянин из Родоса, готовясь к контрольной по истории, приложил к подбородку ручку, правда, шариковую:
- Ма-а-а…
Может, он маму на помощь зовет?
Хотя нет. Вжик – и мальчуган, покрутив настольный глобус, нашел на нем Юго-Восточную Азию, а значит, задачка решена!
Где-то в джунглях этих мест среди пения животных раздался мужеский бас:
- Ам-м-м!
Туземный папуас вовсе не принимал пищу, но раздумывал о сооружении нового шалаша.
Греческий школьник еще крутанул – и пальчиком попал на арабские земли.
- Яни-и-и… - погладил бороду обдуваемый ветром Абдулла, что в переводе с языка коротких слов, наверняка, означает: «Где же напоить моего верблюжонка?».
Следующий оборот – и под пальчиком мальчика Таиланд, где женщина в восторге воскликнула:
- Уэм-м-м!
Немного похоже на «семь», правда? Ведь у нее во дворе порхали не одна, не две, а целых семь бабочек! Ну как же тут не обрадоваться?
Нашего юного географа звали Адрастос, что переводится как «храбрый». Придет завтра в школу, рукою махнет и скажет одноклассникам:
- А драсьте!

ГЛОТОК

И сказал Такубоку: «Гоку!»
Эпиграф

К счастью, Абдулла держал при себе флягу, открутив которую, вобрал в себя желанной прохладной водицы:
- Шари-и-иф!
Мукеш тоже глотнул несколько раз, дабы освежиться:
- Дхак-дхак!
Эстонец Вайке тоже почувствовал жажду после жаркого дня:
- Кул-кул-кул!
А вслед за ним еще один представитель тропиков иранец по имени Ага:
- Колоп-колоп!

ПЕРВОЕ СЛОВО

«Первое слово дороже второго!» - говорит вошедшая в моду поговорка. Особенно, если это – звук новорожденного ребенка!
Счастливый Табо – коренной житель Южноафриканской Республики. На глазах у сияющей от восторга Нтомбифути (что в переводе значит «снова девушка») он, сидя на диване, укачивал в одной руке крохотного сынишку, а в иной – доченьку, которые, по мнению родителей, плакали вот так:
- Мы-ы-ы! Мы-ы-ы!
Ну конечно же это были они!
А может ли такое случиться, чтобы паренька назвали барабаном? У папуасов и такое бывает! На их языке это имя звучит как «Каба».
Вот лежит такой маленький на нежных маминых ладошках и поет ей на радость:
- Нге-е-ек!
А такую песню озвучил покрытому щетиною Мукешу его наследник Раджан:
- Бэ-бэн! Ахон!
Когда Юхани появился на свет и сообщил на своём младенческом «Ва-хааа! Я-а-а!», то услышал ласковый голос:
- Ты, сыночек, ты…
Рад был довольный Игнасио слышать:
- Буа-буа!
- Ой! – обрадовался в Стране восходящего солнца Такубоку и назвал свою дочь Ои. А она ему в ответ:
- Огя-а-а!

ТИШЕ, ДЕТИ!

Воспитывать крикливых и неугомонных ребенков – непростая задача. Мальчишка Вездеходов, например, услышал замечание:
- Тс-с! Ш-ш-ш!
Разверещались африканские братик с сестричкой, не поделив игрушку, и Табо, приложив палец к губам, тихонько сказал:
- Сью-у-ут!
У албанской матери на этот счёт было слово «щё-о-от». А когда маленькая Нушик Петросян подала сигнал «SOS», то услышала от родителей тихое «со-о-ос».
На другом берегу Амура в то время, когда товарищ Чан был на работе, строя социализм, его жена успокаивала единственного в семье детенка, все приговаривая:
- Сю-сю-сю-у!
А в одной из квартир города Таллина, когда все семейство село за стол обедать – накрошив хлеба в тарелку, крошка по имени Визма возьми да отхлебни, не остудив устами, еще не остывшего супа. Раздался неожиданный визг и Вайке Мяги мягенько произнес:
- Кус-с-с!
Таков вот «кусь» случился, друзья!
Да, не просто так Грецию называют «учительницей» Европы, ведь именно она как раз и является родиной некоторых наук, например, математики. В то время, как хорошо знакомый нам Адрастос повторял ее на перемене, однокашники шумели да веселились. Но вот зазвинел звонок и, войдя в класс, госпожа Пападопулу распорядилась:
- Сьйопи!
В переводе на русский это значит:
- Тишина!

СМЕХ КАК ЛЕКАРСТВО

Почему бы на вечернем досуге не почитать хороших анекдотов с целью «разгрузиться»? Я подчеркиваю: хороших!
Купил Аветик Петросян книжечку однофамильца по имени Евгений, раскрыл ее на 180 градусов и рассмеялся в усы:
- Ча-ча-ча!
Прямо как танец, согласитесь!
Игнасио тоже пролистал добрые комиксы:
- Клак-клак-клак! Клек-клек-клек! Е-йе-йе!
Включил мистер Джордж Чарли Чаплина и показал зубы на лице:
- Ти-хи-хи!
А вот папуасский обитатель увидел чудную обезьяшку, кувыркающуюся на лиане джунглей да давай во весь голос:
- Вакакакака!
И Чан у себя в Поднебесной подтянул:
- Хей-хей-хей!
Пусть же подтягивает, ведь веселье благотворно, как лекарство, а унылый духнам и вовсе не нужен.

ЛОШАДЬ

Рассказывали ли тебе сказку про Сивку-Бурку? Если да – вот тебе ее продолженьице!
Надумала как-то сказочная лошадка свет Божий увидать и вокруг Земли пронестись. Проснулась она, стоя на копытах у русской деревни и пожелала всем доброго утра:
- Иго-го!
Затем подняла переднюю правую ногу и с нее понеслася вскачь:
- Тыгыдым-тыгыдым!
Прямо к Чудскому озеру понеслась. Это то самое место, где когда-то Александр Невский положил конец ледовому побоищу, одержав верх над неприятелем. Переплыла Сивка водоем и на том берегу, где незабутки цветут, остановившись, произнесла:
- И-ха-ха!
Смешно ей, ребята. Не очень уж уморила, видать, нелегкая дорога. Восстановив лошадиные силы, путешественница повернула на юг и копыта застучали иначе:
- Копади-копади!
«Докопадив» до самых подножий Балканских гор и сделав привал у берегов Адриатического моря, просигналила:
- Нджиха-а-а!
А как приятно после долгого похода отведать чистой и прозрачной родниковой водицы и, освежившись заново, застучать железными подковами:
- Клоп-клоп! Клоп-клоп!
Перед таким витязем русским ни один клоп не устоит и пустится впрыть!
А за горами Пиренейскими наш герой, пожалуй, носил бы другое имя – сеньор дон Сивко дель Бурко! Слышите, как топает?
- Тукутун-тукутун-тукутун!
Притормозив же, издал совершенно диковинный звук:
- Джи-джи!
Солнышко склонялось до заката, а значит, пора бы глазоньки сомкнуть. Да и зачем за ним гоняться? Где это видано-слыхано, чтобы Бурка пересекла Атлантический океан? Лучше уж на следующий день через Гибралтаров пролив и по арабской Северной Африке:
- Дерегин-дерегин! Дерегин-дерегин! Сахиль!
А там уже и до Ирана дойти:
- Пютика-пютика!
И заголосить в нем:
- Шихэ-э-э!
Долго ли, коротко ли, но закончилось полукругосветное путешествие на Дальнем Востоке, а вернее, в теплом Таиланде, где довольный Бурушка в полный рот воссмеялся:
- Хи-хии!
Но не оставаться ему там до глубокой седины. И этот персонаж, учуяв тихий зов Родины, сменил курс на север да помчался, ведь хозяева ждут:
- Купкап-купкап! Купкап-купкап!
Скатертью дорожка тебе, Сивушка! Да и вы, юные друзья, не будьте непослушными, словно некоторые лошадки, ведь как земной родитель, так и Небесный хотят для вас только добра да блага.

ДОЙНАЯ СТРАННИЦА

А помнишь эту песенку, маленький друг?

33 коровы, 33 коровы, 33 коровы,
Свежая строка.
33 коровы, стих родился новый,
Как стакан парного молока!

У корейского товарища Чон Чивона тоже была корова и она также давала молочишко. Наша, отечественная, Барыней зовут. Как говорится у студентов, «по обмену». Окончился трудовой сезон и принесла на хвосте сорока, что предыдущий персонаж, «ископытив» весь белый свет, вернулся в Россию.
«А почему б и мне ни пуститься в путь, далекие края повидать?», - заинтересовалась пестрая и помахала ушками дедушке:
- Ым-мэ!
- Аньйонхи кесэйо! – ответил колхозник, что в переводе на русский означает «до свидания».
Кроме нашего государства, Корейская республика граничит только с Китайской, а та, в свою очередь – с Индийской. Обойдя рисовые поля и увидев родину компаса, остановилась зверушка попастись на родине цифр, тем самым заявив о себе:
- Хамба-а! Хам-ма-а!
На индийском коровьем это, вероятно, значит:
- Я уже здесь!
И поскольку туземные знаки чисел были переданы нам арабскими купцами, Барыня решила отправиться туда, где когда-то эти люди обитали. Перестивляя копытце за копытцем с места на место, она уже напевала тамошнюю песенку:
- Нгоа! Нгоа!
Сама из себя эта представительница крупного животного мира были черно-белая. Как старый телевизор. Или как с синей полосою вверху флаг Эстонии, где она закончила свой поход, произнеся:
- Ам-му-у-ух!
- Довольно тебе считать мух! – отдал приказ товарищ Границын из-за полосатого столба, - Домой пора! Заждались тебя в деревне!
- Му-у! – ответила рогатая гулена, что теперь означало: «Есть, шеф!». Хотя она только что поела на лугу маленькой страны…
…У этой хвостатой героини, как и у прочих, была хозяйка, а сын ее – хорошо знакомый нам странствующий Аркадий, у которого тоже, как ты помнишь, есть мальчик Мишутка. Прибегает он к отцу с открытой Библией в руках и заявляет:
- Папа, папа, а знаешь, кто кормил царя Соломона?
- Кто?
- Коровы!
- Да ты что?!
- Так и написано: «тридцать коров муки пшеничной».
- Кор, сынишка, – это древняя мера объема, как, например, 2 литра воды – столько, сколько надо пить человеку в день для его здоровья. Так что, не корОв, а кОров!
- Понятно! – ответил Махаил (так он называл себя в детстве) и принялся читать дальше.