Память

  Память об ушедших людях – она разная. Если ты провожал когда-то близкого по крови человека, воспоминания о нём начинаются с навсегда застрявшей в твоей душе острой боли.
  Но бывает так, что уходят люди, – вовсе тебе не родные, – и воспоминания о них, как внезапный луч яркого света, врываются в твою повседневность, окутывая душу мягким теплом. Так бывает, например, когда ты сидишь в полном одиночестве и поминаешь того, кто недавно ушёл из жизни. И с каждым глотком поминального вина, к тебе приходят те, кто прошёл через твою жизнь, и не просто прошёл, а как-то в ней задержался, привнеся с собой горсточку добра.
  Так и сегодня, при затухающем вечернем солнце, глядя в окно на уплывающий день, я вспоминаю шумный южный мегаполис и в нём человека, которому жить бы да жить!  Ведь он был значительно моложе меня!..
   …Пока мы ехали в его машине от вокзала или из аэропорта до дома через сияющий рекламными огнями город, он успевал удивить меня происшедшими здесь новостями!
   …Потом мы сидели на широком, как маленький бульвар, диване, и он рассказывал нам с сестрой о своих многочисленных путешествиях по морям-океанам, вспоминая всевозможные, иногда – забавные, а иногда – фантастически - рискованные, волнующие нас, приключения. Мы пили сладкое вино, и сестра доставала из холодильника экзотические фрукты, которые он привёз из очередного плавания, и которых в моих краях не только не попробуешь, но даже не увидишь!
  …Если мы втроём гуляли по городскому парку, где было множество интересных местечек, то тропинка почему-то всегда приводила нас к реке. Наверное, ему так было надо! По широкой судоходной артерии медленно плыли огромные пароходы, везущие грузы в дальние страны, а мимо них пролетали маленькие юркие катера, из кают которых оглушающей короткой волной в нас ударяла развесёлая музыка, и её эхо ещё долго держалось на воде.
   Он, если не находился в плавании, умел устраивать праздники для всех, кто его окружал. Это могло быть целое путешествие в новый, огромный ландшафтный Лого-парк, наполненный разными экзотическими «штучками», или поездка в соседний город за раками, которые там были, конечно же, «крупнее, чем на местном рынке», или за помидорами, что были «значительно краснее местных»! Любую прогулку по городу он превращал в маленькое приключение.
   …Он был красивым, уверенным в себе мужчиной (для меня – навсегда молодым!), и так жаль, что жизнь его оказалась такой короткой!..
 
 …Солнце всё ниже. Оно большое и ослепляюще-красное. А облако, нависшее над ним, будто гладит его рыжую голову, предлагая ему «улечься» за горизонтом и успокоиться до времени рассвета. За окном потемнело, и «к нашей компании» бесшумной волшебной тенью, присоединилась маленькая старушка. Она словно смотрит вместе со мной в потемневшее окно, в синие сумерки. Такие же тёмно-синие, как воды той реки, по берегу которой мы с ней бродили каждый вечер, когда я приезжала в город, что за время долгих лет моего обучения, стал родней родного!  А всё потому, что в доме, где я останавливалась, всегда царили тепло и уют, был горячий чай и звучали те слова, которые мне часто бывали нужны как воздух!
 …Она шла рядом обычно молча, немного сгорбившись, так как годы всё же брали своё, и смотрела вперёд своими тёмными, как чёрный агат, задумчивыми глазами. Она, проходила этой дорогой, наверное, не менее тысячи раз, и ей было что вспомнить, когда она медленно шагала по набережной, вдоль тихо журчащей вечерней реки.
 …К сожалению, последние четыре года её жизни мне не пришлось с ней встречаться. Но все праздники, и наши дни рождения мы «отмечали» долгими разговорами по телефону. Её голос всегда был бодрым и согревал меня даже на расстоянии. Никогда она не забывала расспросить обо всех членах моей семьи. И мы с ней вспоминали всех наших родственников, близких и далёких.
…Она была добра не только по отношению «к своим»! Приезжающие в город сослуживцы её мужа, замечательного моего дяди, давно уже ушедшего в мир иной, тоже предпочитали останавливаться в её маленькой квартирке. Видимо, её доброта была как привлекательна, так и безотказна.
…Я люблю этот город. Часто вспоминаю его улицы, парки, театры. Много всего в нём было! Но теперь воспоминания о нём всегда начинаются с памяти о ней, о «нашей с ней общей набережной»!
…А потом уже – всё остальное!..