22 гл Встреча с пилотом

Прогулка по Иркутску

Выступление на фестивале было успешным и в итоге Косте как солисту одиночке вручили первую премию с наградой 50 т. р. Директору 30 т. р. Чему тот был чрезмерно рад, потому что, не открывая рот можно заработать кучу денег.
Косте тут же поступило предложение переехать в иркутскую филармонию, но он был патриотом своего театра и не согласился по причинам известным только ему самому. Во всяком случае, его были снова рады пригласить на подобные праздники.
- Ну что же всё прошло очень хорошо ипрошу вас проставиться Константин Галактионович, в какой ресторан пойдём? – спросил директор.
- На ваш выбор начальник, пардон, Вадим Яковлевич, - отвесил поклон Костя.
- Ну, какие могут быть церемонии. Я знаю тут один ресторан. Правда проходил мимо, но думаю что там можно неплохо посидеть.
- А кто-то говорил, чтобы не шиковать по ресторанам, - сказал Костя.
- Ну, так мы же на премию гуляем, а это не краденое золото замечу, - сказал директор, почему-то оглядываясь.
- Что с вами.
- Старая привычка революционера, - пошутил директор. – А если случится шухер, то уходим проходными дворами как товарищ В.И. Ленин.
- Не говорите так, а то что-нибудь случится, - сказал Костя.
- А что может случиться.
- Революция.
- Ну, тогда с революционным настроением следовало бы позвать извозчика.

Они поймали извозчика с десятками на борту и приехали в ресторан. На пороге из встретил швейцар весь в золотом костюме и указал на раздевалку.
- Там раздеваться, а вон там умываться. А дальше по направлениям.
- Видали Константин, какой сервис, а какой швейцар и баки у него настоящие не приклеенные, наверное, тоже из артистов, - сказал директор, прихорашиваясь у зеркала.
Они сели за стол и стали ждать, когда им подадут папки с меню.
- Сразу не подходят, выдерживают для зверского аппетита, сообщил тихо директор.
Ждали минут тридцать, потом терпение директора лопнуло, и он отправился искать директора ресторана. И найдя его, устроил скандал.
- Ты что падла глаза на жопу натянул и не видишь, кто к тебе пришёл жрать твои помои! Век воли не видать, и блинчиками не угощаться! Официантов в зал к столику человек ждёт!
- А вы собственно кто? – спросил ошарашенно директор ресторана.
- Кто я тебе? Вот мальчики мои с Бодайбо приедут и  они тебе всё объяснят. А ну метнулся в зал, бегом! – заорал театральный директор.

На крик с матюгальниками  прибежали охранники и накинулись на орущего мужика и начали пытаться крутить ему руки. Тут полетели стулья, с тумбы рухнул телевизор, и началось настоящее побоище.
- Костя, наших убивают! – орал мужик, брызгая кровавой слюной с разбитой губы.
А поскольку всё происходила в дальнем кабинете на цокольном нижнем этаже, то естественно Костя ничего этого слышать не мог и продолжал сидеть в ожидании своего директора.

На скандал приехали полицейские  тоже кинулись на дерущегося мужика. Скоро они его завалили и сковали наручниками.
- Это произвол, подонки! - орал разбушевавшийся  директор.
Когда он успокоился и затих, его посадили на стул и вымыли разбитое в кровь лицо.
- Вы кто? – спросил капитан полиции.
- Я директор театра с Бодайбо, мы получили с товарищем первую премию на Казачьем фестивале, и зашли в этот ресторан, а тут гадюшник оказался. Официанты отказались обслуживать Заслуженных артистов РСФСР, это же позор на всю Россию матушку, а что скажут там, - директор театра посмотрел на потолок. - Отказались обслуживать, вот же дожили. И это хорошо, что Лещенко с Винокуром остались в гостинице, а то бы и им досталось.
- Вы успокойтесь, мы во всём разберёмся, - напрягся капитан, услышав о Лещенко и Винокуре.
- Разберётесь? Мой солист там остался, а я здесь и на мои претензии меня же и начали бить. Вот этот директор ресторана первый и начал бить меня ногами, - соврал директор театра.
- Он всё врёт! - заорал директор ресторана, прикрывая подбитый глаз.
- Ну, вот видите, он ещё кричит как невинная овца!
- Он меня глаза лишил!
- Да это ему его охранник залепил, промахнулся мимо меня, мазила. Вы посмотрите на его разбитые кулаки, это же гестаповец пытающий партизан! Подонки! Восемь человек на одного напали, - рассказывал всё в подробностях директор театра, лязгая от волнения челюстью с золотыми зубами.

Костя пока сидел один заметил некоторую нервозность среди официантов, посматривающих в его сторону. И понял, что с его директором что-то случилось не хорошее, а когда заметил выглядывающего полицейского из прохода в кухню, то решил действовать не стандартно. Лучшее наступление это песня решил он и отправился прямиком к сцене.
- Ребята подыграйте мне, как сможете, - сказал он музыкантам и выхватив из стойла электрогитару, осмотрел её.
- Дайте шнурок.
Музыканты всякое повидавшие
не отказали ему в просьбе и подключили инструмент.

Костя попробовал настройку струн, сказав, что он умеет это делать.
- Лёгкий блатняк с вытекающими если сможете то подыграйте, сказал Костя и повернувшись в зал объявил в микрофон.
– Выступает лауреат международных конкурсов Италии, Франции и России Константин Криницын.
Народ, сидящий за столами, удивлённо обернулся в сторону сцены. Кто-то его узнал по Казачьему фестивалю и ему дружно зааплодировали.
- Ну, щас мы вам устроим разгон Як – 52 со смыком, - сказал про себя Костя и кивнув музыкантам, тихо сказал, весь гонорар от выступления вам.
Народ внимательно ждал и Костя начал.

Во Вьетнаме был бы я РембО
А в БодайбО я  Костя БодайбО.

Я там Фигаро, а здесь человек
Здесь мне золота хватит навек.

А не хватит я опять как РембО
Покачу в домик свой в БодайбО.

Я сыплю в щи горстями
Шлих золота горчичный.
Блистаю весь перстнями
С фигурками античными.

Спиртометр  разбавляю
До пробы в девятьсот.
Во как употребляю
Начальник так не пьёт.

И пью до покраснения
Я золотой отвар.
Без всякого стеснения
Пускаю в небо пар.

Пусть ягодицы пукают
Всей нежностью со щей.
И самородки булькают
Из всех моих щелей.

Своё себе я золото
ещё там накую.
Опухну весь от голода
А золотом набью.

Мешки свои из кожи
По десять килограмм.
И маленький на гроши
Когда пропью всё в хлам.

Когда Костя закончил петь, зал ресторана взорвался аплодисментами.
- Даёшь БодайбО!
- На бис!
И полетели тут хрусты на повторное выступление, потом ещё и ещё. Полицейские, видя такой успех залётного артиста, отпустили директора, порвав протокол, правда, как обычно не извинились и уехали, а дирекция ресторана любезно предложила отобедать за счёт заведения в отдельном кабинете. Побитому театралу даже собрали продовольственный пакет как возмещение за физическое измывательство над личностью. 
- Как будете проездом вы заходите, обслужим по первому классу, - скорчил траурную улыбку директор ресторана. – Кто же знал что вы артисты. Артистов мы уважаем.
- Непременно, но в следующий раз суки никто из вас отсюда живым не выйдет, - сказал театрал
сытый по горло хамством этого кабака.

Уже стоя на улице, директор сказал, обращаясь к Косте.
- Знаете, Константин я знаю тут одно приличное место, где нас точно не обидят, - сказал не очень радостно директор и привёл его в обыкновенную пельменную.
Там они взяли две порции пельменей, по стакану сметаны и нарезку хлеба.
- Насилу отбился! – похвастался директор, изобразив из себя Стивена Сигала и достав из пакета маленькую фляжку с коньяком пять звёздочек сделал глоток. – Ваше здоровье друг мой!
Костя от предложенного коньяка отказался и, глядя на фонарь под глазом своего директора только улыбался, как бы говоря, геройский ты оказывается мужик Вадим Яковлевич. Без тебя никуда!
- А что это у вас за сумка? - спросил Костя, кивая на пухлый пакет с голой тёлкой на мотоцикле.
- Это мне их администратор сунул пакет, чтобы я сильно не серчал, - засмеялся директор.

Он раскрыл пакет и стал выкладывать на стол подарки.
- Смотрите, Константин, чем одаривают Заслуженных артистов РСФСР, ну про Заслуженных я им, конечно, поддал для форсу. Ух, ты меня мама так не кормила. Салями копчёный, сыр итальянский, коньяк Белый аист, мать моя ямайский ром – пиратский, ну тут… это что такое.
- Это охотничьи колбаски каждая в картонном футляре, я видел такие – финские, а это конфеты Птичье молоко, - сказал Костя, тоже изучая содержимое пакета. 
- В следующий раз в тот ресторан надо привезти ваших чертей из леса, что трясут с вас золото, вот уж где начнётся Дикий Запад.  Хорошо погуляли, будет что вспомнить, - сказал директор.
- Вам бы монетой помассировать, больно.
- Ага, - сказал с кислой улыбкой директор, трогая припухший синяк под глазом. – Недели три буду сиять. Ну, я ему тоже не хило залепил под глаз. Надо было гранату взять. А чего я им там наплёл чтобы отпустили, потом расскажу.
- Пельмени стынут, - сказал Костя.
Они сложили деликатесы в сумку и принялись за пельмени.
- Ну, так что делать будем с вашим золотом, вы как предпочитаете получить, в какой валюте, спросил директор, добавляя горчицы на край тарелки.
- Я же вам сказал, что я самородки с собой не взял. Сами же видели, как обыскивают.
- Так я же вас научил, как проносить, ну что вы как ребёнок.
- Я на свободе, а двоих выдернули. Вы же сами видели.
- Так они идиоты вроде того бульдозериста хапнувшего 12 кг, не читали.
- Читал. А вы пронесли?
Директор положил ему в тарелку три своих пельменя.
- А много это уже жадность. На таможне все берут, там всё куплено просто надо делиться по-человечески. И поэтому артистов не проверяют, детектор отключают.
- Так надо было сказать.
- А разве я ничего не говорил, - понизил голос директор, когда мимо них прошли двое.
- Промолчали как рыба об лёд.
- Ну, значит моя вина, каюсь.
- Вы каетесь, а я как идиот, остался без денег. И на кой чёрт я с вами только связался! Мало вам отвесили!
- Тихо, тихо, не горячитесь, сколько вы хотите получить авансом, в счёт будущих поставок.  Костя я же всегда только рад войти в положение. Мы же с вами друзья.
Костя назвал сумму.

- Ну, однако, Константин вы как бензопилой режете без смазки по яйцам, - припух директор от услышанной суммы.
- Ну, тогда разбегаемся, мне на поезд, - сказал Костя.
- Ну, хорошо, хорошо только не здесь и не сегодня. Надо же ещё взять… и зачем вам такие купюры вы, что на них хотите трактор купить.
- На книжку положу под проценты.
- Ну, тогда это меняет дело. Завтра схожу в одно место, скажем так погулять в музей, где полно моих друзей.
На другой день директор постучал в номер Косте.
Тот встретил его в одних трусах.
- Дорогой коллега мне нужно отлучиться по делам в музей люблю я, знаете ли, культурку, так что не скучайте или погуляйте по городу. И в трусах на стук не выходите, вон там, в шкафу весит пижама. А если это будет горничная, а у вас до колена, представляете, что будет, - засмеялся директор. - Если хотите перекусить со мной, спускайтесь в кафе, но долго я вас ждать не буду.
Костя наскоро умылся и пока искал где-то носок, упустил время. Директора в гостиничном кафе не было, вероятно он не стал его ждать и ушёл. Завтракал Костя в одиночестве.

Поев, Костя спросил у бармена, где находится местный аэроклуб и, получив инструкцию как его найти, отправился к месту назначения.
- «Иркутск шестой город по численности в Сибири и двадцать пятый по России», - прочитал Костя на вывеске  книжного магазина. – Странно, а выглядит как большая деревня. Впрочем, у американцев на Диком Западе любой посёлок имеет ранг города.  Патриоты, мать их так.
Костя остановил такси и сообщил что ему нужно в аэроклуб и сел с водителем. Тот не стал накручивать круги и привёз его к аэроклубу на Поленова, а вот деньги брать отказался.
- Хорошо поёте, а мы денег с артистов не берём, - сказал водитель и уехал.
- Ну, вот я уже и знаменитость. Вот она слава. Ещё бы в сортире не брали денег.
Войдя в фойе, Костя поинтересовался, где ему посмотреть самолёты Як – 52.
- Хотите, чтобы вас покатали или что-то ещё? – спросил сидящий на вахте охранник-дедушка.
- Вероятно что-то ещё.
- Ну, тогда вам в седьмую, там что-то ещё, - сказал охранник.
- Благодарю вас и куда мне идти? – спросил Костя.
- Вам прямо и налево там увидите, - сказал недовольно охранник и принялся за свою котлету как говориться, не отрываясь от рабочего графика.
Костя прошёл до двери с номером  семь. Там его встретил сухопарый мужчина лет сорока.

- Здравствуйте. Чем интересуетесь.
- Хотел посмотреть самолёты, - сказал Костя.
- Покататься, прыгнуть с парашютом или ещё что-то.
- Или ещё что-то.
- А именно, - начал допытываться Сухопарый.
- Я же сказал посмотреть самолёты, хочу купить для себя.
- А пилотировать вы умеете.
- Вы знаете я, когда впервые взял в руки автомат то стрелять вообще не умел, а когда завалил восьмерых, научился. И ещё я прочитал, что некто Василий продаёт свой самолёт Як - 52.
- Так ему и позвоните или нет, он сейчас в ангаре. Вам на наше поле нужно, там всё и обсудите, - ответил Сухопарый.
- Ну, значит этого я и хочу.
- Тогда давайте я вас туда отвезу на машине мне как раз надо по делу, а то вы запутаетесь. Наше поле далеко находится в 35 км от города, если есть время, то поехали. Только должен ещё один товарищ ехать на своей машине забрать с поля ребят да задерживается. Вы я так понял приезжий.
- Да я с Бодайбо. Заинтересовался самолётами типа Яка. Хотелось бы научиться летать.
- Опасное это увлечение, не боитесь.
- В Бодайбо будет пострашнее.
- Да наслышан, что нравы там как на Диком Западе, а  правда что там золото прямо под ногами лежит.
- А у вас есть самолёт в личном пользовании? – спросил Костя.
- Есть и поновее чем у Василия, у него Ячок с ремонта, так что не советую, если вы новичок и не разбираетесь в технике.
- А у вас, откуда самолёт. Он же денег стоит, - сказал Костя, чувствуя, что этот мужик хочет перебить цену Василия.
- Оттуда же откуда  у вас деньги. Скажите прямо вы хотите золото вывезти на самолёте.
- А я разве говорил о золоте.
- А я по глазам вижу, о чём вы хотите поговорить, вы новичок в лётных делах. Вот и спрашиваю, зачем вам пилот продающий самолёт в двойное пользование. Самолёт с готовым пилотом отличный вариант. Но ведь риск дело благородное, не правда ли.
- А вы хотите поучаствовать в этой авантюре? – спросил уже прямо Костя.
- Я не считаю это авантюрой. На самолёте ещё никто не вывозил золото с приисков. Мы будем первые. Я согласен, а вы?
- Я тоже согласен, - сказал Костя, думая как легко разрешилось это дело, хотя и показалось подозрительным.
- А вы часом не местный шпион оттуда, - Сухопарый показал глазами на потолок.
- Нет,  там бог говорят, всем заправляет, а я внизу гуляю.
- Ладно, поехали на поле там поговорим, самолёты посмотрите. Меня зовите Владимиром пока, потом как сойдёмся.
- Константин Галактионович, пока, а там как получится.
- Ну, тогда я Сатурионович, почти Сатурн. Папу так назвали, почему не знаю. Была же эпоха Индустриевичей, Владиленом, Революций и прочих персонажей в прошлом поколении.
- А может сразу перейдём на ты, чего тут крутить, я нужен вам, вы нужны мне.
- Ну, тогда я Володя.
- Костя.
- Слушай, а ты случайно не Костя Фигаро ну тот,  что поёт арии.
- Он самый и есть.
- Ну, так я почти сразу и просёк с кем имею дело. А с самолётом ты здорово, придумал никто и не подумает. 
- А  тебя отпустят полетать.
- Самолёт мой личный, я только плачу за аренду в ангаре. Так что куда хочу туда и лечу.

- Здорово.
- Ещё бы. Могу, как инструктор поучить пилотировать по дружбе. Ну и с парашютом попрыгать, это обязательно нужно уметь делать или ходи пешком. Жизнь дороже. В армии прыгал? – спросил Владимир.
- Не приходилось.
- Надо поучиться.
- Было бы хорошо. Только я тут со своим директором из театра я там пою. Иногда выхожу в Дикое поле поискать золото, правда, нелегально, зато сам себе хозяин. Большую часть забирают бандиты, но я тоже не остаюсь на бобах и кое-что имею.
- А бандиты, с оружием ходят.
- Автоматы без номеров. Они так между собой участки делят, меня это не касается. Бывает, что стреляют чужих без разбора. Недавно семерых замочили и в болото, а куда ещё. Бандитов на кладбище не пустят. Был там один бандюган Максименко бывший летун подполковник, так ему голову отрезали и на кол насадили для устрашения других.
- А за что так.
- А он крысятничал, у своих коллег золото крал. Ну и до крысятничался, прикончили.
- Ну и нравы, - поморщился Владимир.

- Всё по справедливости. Если в сердце России вор должен сидеть в тюрьме, то здесь на колу.
- И где тут справедливость, если ты, к примеру, воруешь золото у государства? - спросил Владимир.
- А я беру то, что государство мне не даёт взять по справедливости и сдать ему же в обмен на меньший процент. Но государство другого мнения оно и себе не берёт и другим не даёт заработать. А на предприятии если не сделал норму то ты сразу плохой, а сделал норму, значит, справляешься, и норму повышают, пока не сдохнешь. Вот народ и уходит в частные старатели работать отдельно от злого дяди.
Начальники все такие, им почёт, а работникам профессиональные болезни. А формула одна не хочешь - не работай, а как без работы.
Да заработки на золоте большие, но ведь это золото, а не рисовая крупа. И что дороже? В СССР высмеивали тех, кто поехал на север, за длинным рублём забывая при этом, откуда берутся газ и нефть.
Владимир согласился, что не каждый соберётся ехать работать, добывая золото. Тут особы склад характера нужен, поддался, пропал.

Дверь помещения открылась, и вошёл шумный парень на ходу что-то объясняющий Владимиру, он сначала выпил стакан воды из графин, а потом поздоровался с Костей.
- Иван, это Константин из Бодайбо, поедет с нами. Он мой давний знакомый.
- Иван, - сказал парень, пожимая руку Косте. – Ну что кто поведёт наш караван первый? – спросил он.
- Кто назвался тот и поведёт, - сказал Владимир.
- Ладно, только в последнем магазине я куплю хавчик для ребят, а то оголодали птицы небесные. Никто им там зёрнышка не подбросит.
- Дядя Коля не проспи лето, надевай семейный и на пляж, - сказал Иван охраннику.
- Ты за своими смотри, как бы не спали, - ответил охранник.

Сев в машины они приехали на аэродром клуба Оек.
Пилоты они и есть пило ты. Костя вжался в кресло, спрятавшись со своит трясущими стразами под ремнём безопасности.
- Зачем так гнать, зачем торопиться в рай, Косте непонятно. Наконец машина Владимира остановилась.
- Что страшно, а в небе будет ещё страшнее, зато успели до закрытия, - сказал, улыбнувшись, Владимир.
Иван уже выскочил из машины и побежал покупать съестное.
- Пошли и мы что ли затаримся, а пока ещё батоны не разобрали. Не успеешь моргнуть, разберут, дьяволы, и сиди голодом.
Владимир показал на часы и позвал его в магазин. Оказывается, время уже было вечернее, а пилоты торопились забрать с поля своих друзей.  Хотя им в город можно было вернуться и на автобусе с остановки - Оек.
- Надо ребят по домам развести, - сказал Владимир.
Костя купил себе два пакета с молоком, батон и булочки не очень надеясь на прожорливого директора.

- Наверное, уже денег собрал, - подумал Костя о директоре. - А сейчас сидит и смотрит телевизор и думает, куда это я провалился.
Купив продукты, они поехали уже спокойнее.
- А твой директор в курсе, чем ты занимаешься? – спросил Владимир.
- Конечно, знает только о нашем союзе с тобой я никому ничего, я вообще про это дело как рыба об лёт.  Директор тот ещё делец, но хитрый я с ним ухо востро держу.
- Это хорошо, это очень хорошо сам понимаешь, если нас повяжут или нас кто-то сдаст, то сидеть мы будем очень долго. Дело опасное, но провернуть его можно только нужно всё тщательно продумать. А ты пой у своего директора, это будет хороший способ летать в Иркутск. Только прошу никакого золота. Если загребут дотянуться и до меня. Зажмут пальцы в слесарных тисках, и начнёшь всех сдавать. Я это знаю. Сам чуть не попался. Но всё обошлось. Старя история. Надо быть очень, быть осторожными. Сколько у там есть золота.
Костя не стал сразу всё выкладывать Владимиру, с которым познакомился несколько часов назад.
- Есть немного.
- Это хорошо, что не раскрываешься сразу, я это ценю. А ты способен убить человека, если сильно прижмут.
- Без проблем, с бандитами были стычки.
- Это тоже хорошо. В нашем деле главное хладнокровие и надёжное плечо друга. Я чувствую, что ты честен со мной я тоже. Как у тебя с этим делом.
- Ни как, директор любит выпить, а мне всё равно. Равнодушие, хотя могу составить компанию, но не до усрачки казаться под столом. Немного для разговора.
- Это тоже хорошо. Такой напарник сейчас редкость. Чувствуешь у меня акцент, я по национальности литовец. После армии здесь остался, соблазнился добычей золота. Если захочешь, можно переправиться сначала в Швецию, а потом куда угодно.
- И в Австралию.
- Куда угодно. Можно купить хорошую яхту и жить на ней, жениться, завести детей и плавать до пенсии. Пиши книги о своих путешествиях это ценно во всём мире, романтика и всё остальное. Я тоже хочу купить яхту и плавать в своё удовольствие. Ну её к чёрту эту русскую зиму. Вечное лето вот предел мечтаний. А снег можно где угодно найти и отморозить задницу.
- Каким путём лучше вылететь самолётом из России в Австралию? - спросил Костя.
- По-разному. Через Китай, Таиланд, цены у них ниже. Лучше взять яхту и из Индии  через Индонезию своим ходом идти в Австралию, зато прибудешь уже морским волком, - ответил Владимир.
- А я справлюсь? - спросил Костя.
- Да ты что уже дети с шестнадцати лет плавают вокруг шарика. Ну, давай вдвоём сплаваем. По пути возьмём на борт девок, главное списаться с опытными яхтсменками, а то нежные белоручки обосрутся с тяжёлых вахт. Сопли, вопли на хер это надо. Всё прекращаем базар и ушки на макушке.

После длительной поездки машины остановились слева от синих ворот с решёткой наверху и надписью на щите - «Стой! Граница поста!».
Это был аэродром Оек Иркутского аэроклуба ДОСААФ.
- Всё, приехали, - сказал Владимир, заглушив мотор машины. - Это и есть Центр парашютной подготовки и спорта. Пошли, покажу самолёты.
.
Продолжения следует...
.
262 стр.
Фото: Иркутский аэродром Оек.