Человек у окна дежавю

«А в этом году весна идет с месячным опережением» - снова подумал человек у окна, вслушиваясь в предвечерний рев рано проснувшихся мотоциклов. «И солнышки мать-и-мачехи впервые за сорок лет в марте засветились. Так что  глобальное потепление  явно в действии».
Человек глубоко вздохнул, отошел от окна и рухнул поперек кровати. Но не ранняя весна и потепление  вызвали в нем гнетущие мысли. И не   затянувшиеся мировые разборки  с политическими истериками и спекуляциями про ядерные бомбы, цены на нефть и разблокирование Ормузского пролива, и даже не разбитый козырек навеса над входной дверью в подъезд.  Именно в «подъезд», а не в «парадную», потому что самоубийца выпрыгнул во внутренний двор дома и разбился о крышу навеса второго, не главного, входа. И вход этот  «черным» ну никак не назовешь, ведь дом новый, комфорт-класса, так что, как ни верти, это был вход именно в «подъезд».
Данное рассуждение про питерские культурно-лингвистические «фишки» несколько отвлекло его от  атак дежавю, которые  этой весной стали особенно мучительными. Пытаясь хоть как-то разогнать назойливые воспоминания, человек стал анализировать ситуации в которых возникали дежавю.
Вот давеча он впервые заглянул в рюмочную «Дружба», заказал сто грамм «Карельской» и селедку с картошкой и луком. «Карельскую» подали в граненом двухсотграммовом стакане. И никакого дежавю ни во время принятия водки под селедку, ни после не возникло. 
«Значит  искусственная   атмосфера  «советской классики», не работает, то есть причина не ассоциативная». От этого умозаключения легче не стало, ведь дежавю обычно брало человека врасплох, когда он совершенно четко понимал, что проживает окружающую действительность впервые, и никогда ранее физически в ней не находился, но сознание «радостно» сообщает, что «да мы тут оказывается уже бывали», не предоставляя никаких вразумительных подтверждений.
«Обычно чувство такое, будто это тебе когда-то снилось, и если отрезок сна практически совпадает с текущей реальностью, то вот оно и дежавю», - размышлял человек, продолжая лежать на кровати, накрывшись подушкой, чтобы не отвлекал шум из окна.-«Насколько наше сознание вообще способно предвосхищать или вытаскивать из подсознания грядущие события»?
Последнее дежавю было особенно изощренным. Человек шел в гостиницу по зеленеющей свежей весенней травой алее, вдоль которой росли цветущие нежным розовым цветом деревца. В сыром утреннем воздухе еще не совсем рассеявшейсяго тумана отчетливо улавливались тонкие растительные ароматы.  И тут человека накрыла первая порция дежавю. Вторая проявилась, когда при заселении ему предложили номер на первом этаже, окно из которого упиралось в бетонный забор соседнего здания, а под окном валялся строительный мусор. Благо  администратор пообещал, что к вечеру будет свободен номер на третьем этаже, и когда человек уже почти в полночь открыл окно, выходившее во внутренний дворик, заботливо освещенный уходящей Луной, дежавю выдало свою  третью самую убийственную порцию.
«Может потому, что американцы снова полетели на Луну? Вот и задели какие-то неведомые нам космические временные струны?  И мне все это в прошлое транслировалось? Я ведь тоже в Пекине не каждый день бываю. А вот занесло в очередной раз за тысячи километров не понятно какими судьбами. Еще и в Храм Неба попал на День космонавтики».
Человек встал с кровати, подошел к окну, закрыл глаза, затаил дыхание и отправился навстречу неопределенном и непредсказуемому, скрытому  в тумане времени будущему. Снова. Дежавю. Снова.