Приказ короля. Глава 1

Сумерки сгущались над окраиной королевства. Мы добрались до деревни, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставив небо в багровых разводах — словно кто-то размазал старую кровь.

Мы шли выполнять приказ короля. Колдун, поселившийся на этих землях, должен был умереть.

Мой спутник Крил шагал молча, проверял клинок на ходу — привычка, от которой у меня до сих пор мурашки по спине. Крил был широк в плечах, неразговорчив и суров. Он хорошо знал своё дело. Это был не первый маг на его счету. От его руки уже полегли шестеро. Мне же за время службы довелось сразить лишь одного — и то случайно.

Мы свернули к ветхому дому на отшибе. Дверь открыл мужчина в засаленной рубахе, с бородой, в которой застряли хлебные крошки. Он оглядел нас и побледнел.

— Вечер добрый, — сказал я. — Вы звали нас по поводу колдуна?

— Слава Богу... — выдохнул он так тихо, что я едва расслышал. — Слава Всевышнему, вы пришли.

— Когда вы видели его в последний раз? — спросил Крил без всякого предисловия.

Наверху скрипнула дверь. По лестнице спустилась женщина, а за ней — девочка лет десяти. Обе смотрели на нас так, будто мы были призраками. Женщина инстинктивно прижала дочь к себе, ладонью закрыв ей лицо.

— Не бойся, — тихо сказал крестьянин. — Это охотники. Они помогут.

— Охотники? — женщина вдруг распрямилась, страх в глазах сменился надеждой. — И ты держишь их на пороге, Сарий? Заходите, заходите сейчас же!

Она метнулась к столу, загремела кружками. Её звали Калиса, как я понял из бормотания мужа. Девочка всё ещё пряталась за материнской юбкой, но украдкой выглядывала — любопытство побеждало страх.

Мы вошли в низкую комнату, пропахшую сушеными травами и старым деревом. Калиса разлила чай, поставила лепёшки. Я взял одну — больше чтобы занять руки.

— Рассказывайте, — бросил Крил, не притронувшись к угощению.

Сарий заговорил. Сначала сбивчиво, затем всё увереннее:

— Три года назад он уже приходил. Заговаривал урожай — пшеница гнила на корню, а скот дох за одну ночь. Я тогда... я вышел к нему. Думал, сумею прогнать. Он бросил в мою сторону проклятие, и я еле ушёл, чудом уцелел.

Он замолчал, глядя в кружку.

— А теперь он вернулся, — закончила за мужа Калиса. — Живёт в пещерах. Там, за старым дубом, если пойдёте к реке.

За окном ухнула сова. Я переглянулся с Крилом. Он едва заметно кивнул.

Начинать нужно было сегодня.

— Вы можете показать, где именно? — спросил я.

— Его выследил Фарис, мой сын, — ответил крестьянин и крикнул в сторону лестницы: — Фарис, спустись!

Сверху послышались шаги. По лестнице медленно спустился молодой парень — тёмные волосы, бледная кожа, зелёные глаза. Его походка казалась невесомой: ступни едва касались ступенек, словно он привык ступать бесшумно.
Парень встал рядом с отцом и уставился на нас с настороженным любопытством.

— Фарис, ты покажешь этим господам, где логово колдуна? — спросил Сарий.

— Конечно, как скажешь, — кивнул тот, продолжая разглядывать нас с откровенным интересом. Потом ткнул пальцем в мою кирасу: — А зачем вы надели на себя эти громоздкие железки? Вы в них дерётесь? Они же сделают вас медленнее!

— Фарис! — рявкнул отец. — Я же велел тебе не задавать глупых вопросов!

Фарис лишь пожал плечами. Ни тени раскаяния — только лёгкая усмешка в уголках губ. Пламя свечи колыхнулось и осветило его лицо. Моё внимание привлекли его глаза. Его зрачки были не круглые, как у людей, а вертикальные и узкие — звериные. Или, может, показалось? Я чуть прищурился, всматриваясь. Но свет вновь качнулся, тени легли иначе — и вот уже передо мной обычные круглые зрачки. Я мотнул головой.

Показалось, конечно. С дороги глаза устают.

Отец тяжело вздохнул и повернулся ко мне:
— Простите его любопытство. Он бывает чересчур бестактен...

— Ничего страшного, — ответил я.
-  Ты можешь провести нас туда до темноты? - спросил парня Крил.

— Легко! — Фарис улыбнулся, слегка самодовольно.

В этот момент из-за спины матери выступила маленькая Катрина. Она сжала кулачки и, набравшись смелости, произнесла:

— Папа… ну почему ты всегда посылаешь Фариса в опасные места? Ты помнишь, что в прошлый раз случилось?

— Катрина! — мать резко положила руку на плечо девочки. — Это важное дело. Ты слишком мала, чтобы встревать в разговор взрослых.

Катрина замолчала, но исподлобья продолжала смотреть на брата с тревогой.

Фарис, заметив это, подмигнул ей — быстрым, почти незаметным движением века. Сестра не улыбнулась в ответ.
— Вы его не любите! Я знаю! — Катрина вырвалась из рук матери и бросилась к брату, повиснув у него на шее.

Фарис на миг замер. Потом обнял её — осторожно, словно боялся сломать. Погладил по спине. Его голос стал тише, мягче:
— Ты чего, Катрина? Я же вернусь.

— Простите за эту сцену, — прошептал Сарий, покосившись на нас. — Дочь просто очень юна. Всё слишком близко к сердцу принимает.

Я кивнул, но сам уже не слушал.

Что-то в этом парне было не так. И дело не только в глазах. Не только в странном имени. И даже не в том, что он ни капли не походил на родителей — ни чертами лица, ни цветом волос.

Приёмный, решил я. Или подкидыш. Хотя какая разница? Нас интересовал колдун, а не семейные тайны.

Нужно было выдвигаться в путь.

Катрина наконец отпустила руку брата — после того, как он трижды пообещал вернуться, и ещё раз, уже шёпотом, только для неё.

Сарий отвёл меня в сторону.

— Вы его не слушайте, — сказал он, не глядя на сына. — Фантазёр. Если начнёт болтать лишнее… можно прикрикнуть. Иногда помогает. На время.

Последние два слова он выделил так, что я невольно нахмурился.

— С ним всё будет в порядке, — ответил я. Сам не зная, зачем это обещаю.

— Уж надеюсь, — вздохнул Сарий и покачал головой. — Иначе дочка мне не простит. Она к нему… привязалась.

Он запнулся на полуслове. Будто хотел добавить что-то ещё — но передумал. Или испугался.