Петя в деревне. Глава 3 Уроки рыболовства

За столом бабушка почуяла неладное. Она сперва осмотрела Захара, потом Петю. Затем снова Захара и опять Петю. Опять Петю и снова дядю Захара. Потом снова Петю и снова Захара. Затем...
- Мам, ну хватит... - заныл пузатый, не выдержав давления.
- Это что ещё за дела, мать вашу? Кто из вас, кретинов, обмочился?
Пузатый выдержанно похихикал, как разведчик, а Петя покраснел, как первоклассник (хотя был третьеклассником).
- Я испугался... - молча промямлил лжепервоклассник и виновато опустил голову.
- Ага, испугался, - захрюкал по-шкодничьи разведчик. - Не Петруха, а капитошка дырявая.
Стальная ладонь бабушки стремительно, как новый закон, нанесла сокрушительный удар по наглому затылку пузатого. Сопли его, как лягушка, выпрыгнули в стакан с водой. Теперь он хрюкал от беспомощности.
- Бесишь, - рявкнула бабуля и стрельнула глазками на Петю, как это обычно делает её любимый Джон Сергеевич Маклейн.
Петя зажмурился. Он ждал следующий удар на себя.
- Проваливай мыться, малой! - строго сказала ему бабушка. - И не смей дотрогаться до чёртовой еды в таком виде!
Мальчик стремглав пульнул из-за стола и заплутал в кустах красной смородины.
- Петруха, - окликнул его дядя Захар, - хочешь настоящего крота увидеть?
- Живого?
- Нет, мёртвого, йошкин кот.
Петя кивнул, поцарапав лицо веткой.
- Пошли, - позвал за собой дядя. Они прошагали где-то около метра и развернулись к забору.
- Вот, - Захар поэтично продемонстрировал облокотившиеся на забор вилы с, нанизанным на их зубьях, животным. Петя раскрыл от изумления рот, запустив в него муху.
- И в правду мёртвый... - почесал пузо Захар. - С утра ещё шевелился...
Пузатый плюнул и ушёл делать свои дела. Из недр сарая вылетел шифоньер, а следом за шифоньером выполз Захар, уже с бутылкой пива. Глотнув хмельного он стал ломать мебель, словно каратист и в этом ему конечно же помогла бабуля. Получилась деревенская пародия на «Кикбоксёра», но с пометкой причинения тяжкого вреда мебельному изделию группой лиц по предварительному сговору, повлекшую за собой полное разрушение конструкции без шанса на восстановление.
- Вот тебе и дрова, - сказал восторженно пузатый и утилизировал оставшееся пивко. Затем он погрузил дрова на тачку и повёз к бане, сквозь огород, растеряв половину досок. Петя перевёл взгляд с музейного экспоната на дядю с бабушкой. Вторая полола морковь, дымя сигареткой и следила за сыном. Сын, перекрестившись слева на право, отворил дверь. Не успел он зайти внутрь как тут же наступил на гвоздь в ступеньке и чуть не сломал дверной проём своей головой. Через каких-то полчаса из трубы пополз сладкий запах жжёного лака и дсп. Петя сглотнул слюну: ему показалось, что пахнет карамелью. Растопив баню пузатый засел в тенёк.
- Петруха, - махнул рукой он спустя какое-то время. Пацан послушно подкрался на зов дяди. Так называемая баня больше походила на заброшенный крематорий. На входной двери «крематория» красовалась прибитая скотчем табличка с буквами "WC" и приклеенный саморезами портрет страшного бородатого мужика.
- Дед твой, - объяснил Захар. - Эту баню построил. В перерывах между сроками. Сидел четыре раза, но всё же построил, йошкин кот.
Пете этот фоторобот ручной работы показался довольно пугающим, примерно таким же как таксист-кулебяка.
- Заходи, пацан, - отворил скрипучую дверь Захар. Петя шагнул в тёплую темноту (или тёмную теплоту) и сразу собрал лицом паутину.
- Жара, как у негра в Африке, - подбодрил племянника Захар.
Мальчик шёл осторожнл. Судя по звону бутылок на полу, он двигался в правильном направлении.
- Да... надо б освещение-то поменять, - пробубнил Захар, посмотрев на заросшие грибком лампочки. Глухой звук дал знать, что Петя врезался в дверной косяк.
- Петруха, - окликнул его Захар, - щас половица гнилая будет, осторо...
За обрывком слова последовал грохот и детский шум.
- Йошкин кот, - метнулся в никуда пузатый, а через минуту-пять прихромал с торшером и удлинителем. После парочки коротких замыканий помещение озарилось "тёплым" светом. Теперь стало отчётливо видно, что грибок охватил не только лампочки, но и стены. Внизу, из вороха гнилых досок одиноко выглядывала жертва.
- Смотри, крыс не спугни, - сказал пузатый. - Нам кошек кормить нечем.
Петя, как обычно, пожал плечами.
Загородив свет с улицы в баню зашла бабуля. Её внезапные тяжёлые шаги заставили Захара побледнеть, а его кудрявые волосы на спине поседели, будто покрылись инеем. Томный взгляд бабули стал прелюдией к высокомасштабному нападению на бестолкового родственника. Вооружившись ладошками она наградила сынка свежей партией оплеух и выгнала на улицу обижаться. За мытьё Пети пришлось отвечать ей.
Основательно попарившись мальчик облачился в ветхую вонючую тельняшку с прожёнными от сигарет дырками, семейные трусы на три размера больше и шорты, которые Пете были как брюки. Бабушка стянула трусы бельевыми прищепками и,  сказав: «Жених», отправила отобедать.
Ел он со зверским аппетитом, запивая ромашковым рафом. Отвлекаясь, то на боевичок по телевизору, то на новые шмотки.
- Не ссы, - махнул культяпкой Захар, - я в этом всю молодость отходил.
Пете сложно представлялось, что пузатый дядя Захар был когда-то молодым.

После плотного обеда Захар и Петя собирались на рыбалку. Так думали и Петя и бабушка, но точно не пузатый. Он разлёгся в кресле, приговаривая:
- Двенадцать пирожков, йошкин кот. Лучше б место под пиво оставил.
Через полторы секунды он захрапел, пустив слюну на подлокотник. Петя, глядя на него зазевался. Бабушка проводила внука на диван.

Когда Петя проснулся дядя Захар ждал его у калитки.
- Возьми ведро! - скомандовал Захар.
Петя захлопал глазами:
- А удочки?
- Я, что, на идиота похож? - сказал пузатый.
Петя подумал, что это прямой вопрос и хотел ответить, но пузатый перебил его своим: "Потяпали!"
Брели они долго. Петя всю дорогу представлял этих огромных карасей размером с голову, их огромные зубы и красные глаза. А ещё вдруг у них щупальца или лапы. Да и вообще - рыба ли это?
- А карась это рыба? - спросил Петя.
Захар усмехнулся и ответил:
- Нет, блин, дельфин.
Сарказм пузатого Петя не оценил и стало страшно, но любопытно.
Весь путь до пруда дядя Захар громко напевал песни и гремел полугнилыми вёдрами. В совокупности это было похоже на западноафриканский ритуал изгнания разума.
На пруду было тихо и спокойно. Да ещё и красиво. Прямо у спуска к воде грациозно торчала труба с квадратным знаком: «Купаться запрещено! Утечка радиоактивных отходов».
- Ну, шутники... - сказал Захар и выдрав знак, бросил его в заросли рогоза. - Зимой вместо лопаты пригодится.
Так как Захар был торопливым, вместо стандартных способов ловли он использовал трофеи, доставшиеся от бывалого деда.
- На-те, твари! - вскрикнул он, закинув гранату со свастикой в пруд. Взрыва не последовало. Зато, где-то неподалёку пропердел мотоцикл или что-то вроде того.
- Твою-то бабушку! - плюнул Захар и спрятал ведро с боеприпасами.
Из-за двухметровых зарослей камыша показалась милицейская фуражка. Под ней возмущалась морда с подростковыми усиками.
- И что, этцамое, мы тут делаем? - спросил носитель фуражки и больничной пижамы из кармана которой выглядывал крот (живой или нет - неизвестно).
- На рыбалочке, Соломоныч, - душевно ответил пузатый, посвистывая по сторонам.
Соломоныч выглядел пугающе. Его правый глаз всё время дёргался, а язык через каждое предложение облизывал синеватые, как небо, губы.
- Сына твой, как гритца, возвратился? - спросил фуражковый про Петю и сакцентировал внимание на фингале.
- Соломоныч, отвяжись! - махнул разодранным кулаком дядя Захар. А мент продолжал подозрительно щурится на пацана, словно на нём был наклеен кроссворд. Пете было волнительно. За последние несколько часов о людях в форме у него сформировалось двоякое мнение. С одной стороны это были добрые дядьки, а с другой..
- Мусора, мать его! - снова плюнул пузатый, когда мент уже ушёл, заблудившись в крапиве.
Как позже рассказал дядя Захар, мент сокращённый и работающий сам на себя. Что-то вроде частного детектива, но его услугами никто не пользуется, потому он сам находит себе преступления и раскрывает их. А живёт он в бывшей школе и спит прямо на облезлых партах, чем и мешает по ночам тусоваться местным малолеткам. Пете этот персонаж по особому запомнился. Снова затарахтел мотоцикл или что-то типа того и, судя по затиханию, уехал вместе с носителем фуражки. Закинув вторую гранату в пруд, пузатый поскользнулся на глиняном выступе и бухнулся в воду. Вместе с брызгами разразился дикий панический крик. Но и тут граната дала осечку. Захар с Божьей помощью выбрался из водоёма, сел и замолчал.
- Что, этцамое, орёте? - высунулась фуражка Соломоныча из зарослей осоки. - Убивают, как гритца, что ли?
Захар с Петей растерялись и немного затряслись, точнее трясся только Захар. Мент ещё с большим подозрением оглядел парочку.
- Да не. Щука за палец укусила, - отмазался пузатый Захар сымитировав болезненные ощущения в области ноги.
- Щука, говорите? - прищурился мент. - В пруду?
- Да, вот такая, - пузатый развёл руками,чуть не столкнув Петю в пруд. - А ты чего здесь? Ты же уехал вроде.
- Он без меня, как гритца, уехал. Этцамое, в канаву.
- Понятно, - вздохнул дядя Захар, но Соломоныч уходить просто так не собирался. Все трое стояли и молчали, то и дело прихлопывая на себе комаров.
- На лбу, Соломоныч, - подсказал Захар сыщику.
- За... - щёлкнул по лбу мент. - Как гритца, надоели.
Петя и пузатый солидарно угукнули.
Тем временем вечерело и пузатому не хватало догонки. Он спросил спиртного у Соломоныча, но тот сказал, что уже давно не пьёт. С той пятницы.
- Ну нахрен… - прервав комариную монофонию сказал Захар. - Пошли домой.
Они забрали вёдра и отправились восвояси.
Солнце перевалило к западу и в воздухе повисла дымка. Со всех сторон деревни запевались песни. Петя думал, что вся деревня празднует день рождения прабабушки. Лишь силуэт, смахивающий на Соломоныча, пробирался со спиннингом к пруду.
Не доходя до кучи навоза Петя получил яблоком по голове. Затем ещё раз. Откуда-то раздалось хихиканье. Он посмотрел по сторонам, но никого не увидел.
- Упало, - подумал мальчик.
Третье яблоко угодило по плешивому затылку дяди Захара.
- Ой! - пискнуло за калиткой справа.
Захар подобрал яблоко и сказал:
- Уже закусывают.
И убрал находку в дырявый карман.
Петя сбавил шаг: ему было до жути любопытно кто там хихикал. Он заглянул в щель между досочек подозрительного забора и увидел толпу бегающих куриц. В этот момент из открывшейся калитки выскочил гном с рыжей мочалкой на голове и повалил мальчика на лопатки.
- Ты чего? - рявкнуло лицо девчачьим голоском.
Петя пожал плечами и не смог ничего ответить.
- Ну и иди куда шёл!
На лице рыжей были красиво рассыпаны веснушки и их красоту дополняли не менее интересные ресницы на глазах. А рыжая мочалка оказалась обыкновенными кудряшками, которые щекотали Пете лицо. Петя вырвался из рук незнакомки и побежал в закат, за Захаром. Девчонка захохотала ему в след:
- Беги, беги, морячок!