По дороге в новый Год

— Первый раз Новый год без мамы, — меланхолично, глядя на тускнеющие огни родного города, пробормотал Найк.
— Жалеешь? — вглядываясь внимательно в лицо подростка, спросил отец.
Два огромных окна автобуса над средней боковой дверью, как экран кинотеатра, вместе с приглушённым дежурным освещением создавали мистическую атмосферу в салоне. Растущая Луна светила ярко сквозь разрывы облаков, добавляя к призывно кричащим новогодним украшениям пролетающих мимо АЗС и железнодорожных разъездов сказочный романтизм.
— Классные у нас места, — оглядывая почти пустой, видавший виды, но бодрящийся старомодной бархатистой отделкой салон, сказал юноша.
— Прохладно только, ближе к водителям теплее.
— Интересно посмотреть, как Новосибирск празднует. Тебе как? Ты ж там учился?
— Я на Новый год всегда домой ездил. Даже из армии удалось вырваться на двое суток. Новый год — домашний праздник, семейный. Но у нас особый случай — твои большие планы, — вновь внимательно заглянув в глаза сыну, сказал Марк.
— Прошлый новый год без тебя как-то не очень было. Вроде весело — гости, подарки, а что-то не то. А ты как один на хуторе?
— Лепил пельмени из нового теста, в баню ходил, отсыпался.
— Да, там хорошо спится, тихо… А что за тесто?
— Есть мука такая — дурум, из твёрдых сортов пшеницы. Пельмени из щуки в этом тесте — особые, новогодние.
— Сделаем в этот раз?
— Да, ребята купили муку и щуку, замесим-налепим. Будешь лепить или тесто катать?
Найк поморщился.
— Обязательно?
— Ну, это ритуал новогодний: заготовки компонентов (тесто, фарш разный), воспоминания о хороших моментах года, слёзы от лука, песни всякие, планы-мечты (про себя), закладка сюрпризов в пельмени…
— А что загадаешь — сбудется?
— Правильно сформулируешь — Вселенная откликнется. Ты же проходил это не раз.
— Было как-то. Давно только.
— Ты много ката занимаешься и йогой. Это мощные энергетические практики. Если правильно концентрировать внимание или, напротив, «растворяться» в Потоке, творчески — неожиданные интересные результаты могут быть.
— Как мои картины?
— Да. Как и твои желания. Осторожно с этим надо…
Найк закрыл глаза и притих. Марк ощутил доброе, нежное тепло в груди.
— Пап, а что значит «творчески»? — приоткрыв глаза, спросил юноша.
— Ты часто про религии спрашиваешь, про Бога. У Бога много имён.
— Да, Иисус, Аллах, Кришна…
— Ты смотрю продвинутый.
— Так ты ж мне рассказывал…
— Ну, Иисус, уточним, Сын Божий. Аллах и Кришна — согласен. Я о других именах, из русского обихода: Всевышний, Отец наш, Творец.
— Творец и творчески — однокоренные слова, — пробормотал Найк.
— Сразу видно, что русичка — твоя любимая учительница, — усмехнулся Марк. — Так вот, — подводя к сути почти торжественно, продолжил наставник, — «Когда Вы творите, Вы соединяетесь с Богом» — мысль, пронизывающая все известные мне религиозные концепции.
— А когда я рисую, то Бог во мне? — насторожился юноша, постепенно осознавая суть отцовских слов.
— Конечно. Более того, я придерживаюсь мнения, что в процессе написания картин, стихов, музыки мы — проводники действий Творца. Некоторые называют это вдохновением или энтузиазмом, что буквально означает «наполненный Богом».
— Чёт мне жарко даже стало, — широко раскрыв глаза, вглядываясь в ночь, пробормотал Найк.
— Так творчески можно не только искусством заниматься, — продолжил Марк.
Найк молча смотрел в окно, но внимание к речи отца не ослаблял.
Марк достал шоколад:
— Будешь?
— Не, он горький и с фундуком.
— Так вот. Творческий подход или способ ведения дел — моя жизненная установка. Поэтому мне удаётся то, за что многие не берутся. И вас — моё продолжение — своих детей я всегда призываю творчески относиться к любому делу: учёбе, тренировкам и так далее, ко всему, чем вы занимаетесь.
— Ты же говорил всегда, что тренироваться надо с любовью… — почти язвительно отреагировал Найк.
— Это стороны одной медали. «Бог есть Любовь» — слышал такое выражение?
— Ага.
— Отсюда — «творчески» и «с любовью» — одного поля ягоды.
Найк достал молочную шоколадку с карамельной начинкой.
— Будешь? — протянул он плитку отцу.
— Не, — улыбаясь вежливости сына, ответил Марк.
Чувствуя недосказанность, отец продолжил:
— Почему у тебя хватает сил на футбол после трёх тренировок на сборах в горах?
— У всех хватает.
— Почему?
— Не знаю, — пожав плечами, недоуменно произнёс каратист.
— Всё просто — вы любите футбол.
— Ещё бы.
— Вы гоняете мяч, финтите, орёте, выплёскиваете свои эмоции.
Найк кивнул.
— Это похоже на твой процесс рисования?
— Немного.
— В этом и суть. Ты расслабляешься, перестаёшь думать — и процесс начинается. Ты соединяешься с Богом, отдаваясь ему неосознанно полностью, и процесс сотворения твоего «шедевра» идёт.
— Примерно так. Я даже не понимаю иногда, что делаю.
— То же происходит с мастерами единоборств. Они входят в Поток и творят невероятное для простых зрителей.
— У меня так бывало на соревнованиях. Я помню. В Новосибе на «Международке Морозова», в четвертьфинале, включилось что-то после того, как сопернику вазари дали.
— Да, твой молниеносный уширо-маваши* на последней секунде добавочного времени всех в восторг привёл.
Автобус шёл, мягко покачиваясь. Пассажиры стекали в сон один за другим. Первым засопел Найк. Марк поправил на голове сына капюшон пуховика, подложил ему под голову вместо подушки свой шарф, сложенный вчетверо, сам накинул капюшон, застегнул наглухо куртку и закрыл глаза, держа зачем-то телефон в руке.
Усталому путнику приснилась картина звенигородского санатория. Едва зеленеющая, пробуждённая весной, обшарпанная территория в стиле ампир, корпуса сталинской эпохи и новострой вопиющей скороспелости вперемешку, надувной спортзал, занимающий центральную площадь и добивающий архитектуру былого величия. Марк, Глора и Макс идут в этот зал. Первенство России 2019 — огромные баннеры у каждого из трёх татами. Суета, турнир по ката. Глора в четвертьфинале. Выглядит на голову сильнее соперницы из Ульяновска — стойки безупречны, динамика отличная, руки местами менее резвы, чем у оппонентки. Два боковых за Глору, два — сопернице, рефери из Ульяновска отдаёт победу своей. Марк внимательно смотрит на него через экран смартфона, завершая съёмку поединка, и видит, как растут рога и клыки у арбитра. Телефон выскальзывает из рук и падает на ногу…
Автобус резко тормозит. Пассажиры теряют сон.
«Приснится же такое. Вечера на хуторе близ Диканьки прям…» — вновь закрыв глаза, подумал усталый путник. Опять закрутились картинки четырёхлетней давности: Глора разносит в пух и прах в поединке по кумите ульяновскую «обидчицу», неистово тренируется всё лето и на «Мемориале Морозова» осенью в ката «делает» её 5:0. Тренер ульяновский орёт на судей, а из-под штанины спортивных брюк торчит кисточка хвоста.
«Дни, наверно, такие… Хотя черти ещё те, конечно, эти ребята», — выдохнул, открыв глаза, Марк, попил воды из бутылки с надписью «Байкал» и снова погрузился в дрёму.
________________________________________
*Уширо-маваши-гери (яп. ;;;;;) — круговой удар ногой с разворотом назад, распространённый в карате (в т.ч. в Киокусинкай), тхэквондо, кикбоксинге и других единоборствах.