Им всем покоряются лики вершин

вернуться б навеки в священную даль,
учебы премудрой светличная лань,
когда мне труднее всего не уснуть на парте
и дерево вдавлено в грудь Эрартой

когда я пишу ей «привет, я люблю»
записку я через друзей пропущу, получит она, улыбнется в ответ,
звонок прозвенит, и меня уже нет,
летаю сквозь лестниц блестящий пролет,
и мимо меня свет столетий плывет

я помню, мне десять, плыву в третий класс,
я молод, умен, ошибался не раз,
в примерах, что сложными в кривом вихре
меня затмевают, учиться мне лень

я помню класс пятый, когда я хотел
учиться, но лес рук, буяня, шумел
и я поспешил в средиземную даль,
в гимназии приземлившись в февраль

я помню друзей, первых школьных подруг,
они где-то там, разорвался тот круг
друзья старшей школы навеки со мной
я с ними делил бы мой мир и покой

но затмевает жизнь месяц крутой
в работе, в делах и семейных заботах, -
устал я, поник, и дождя крупный грохот
меня усыпит и я буду не твой

я сам удалой, и я жизнь ворочу, кручу,
она движется так, как хочу, блестящей крупою,
я ненависть прящу людскою молвою,
ведь я больше всего на свете хочу — пойти и поставить диагноз врачу: «вокруг мир худой, люди — злы, я кручусь».

кручусь, как могу, извернулась тропа,
ко мне не ластится любезная длань,
им всем покоряются лики вершин
а я здесь — один, но я — непобедим.