Кома

Дождь хлестал в лобовое стекло. Погода резко испортилась: ливень как из ведра, ветер, ураган. Она рыдала. Глаза застилала пелена, она плохо видела дорогу и почти не соображала. В голове всплывали обрывки образов — рваные, колючие. Как же плохо. Как противно от самой себя.

Мимо пролетали до боли знакомые места: гостиница, ресторан, тот дом и парк. Над парком, как ей показалось, был солнечный просвет.

На спидометре — сто пятьдесят. Она плохо соображает, вся в воспоминаниях. Вот она заходит к себе, проходит по квартире. Всё такое родное... но как же всё надоело. Как она устала. Собрала вещи. Посмотрела на себя в большое зеркало в старинной раме. Посидела на кровати — мягкой, такой родной. Ушла, оставив ключ.

Вот она уже поднимается по лестнице в новую жизнь. Тихо открывает дверь. Входит.

Резкий поворот. Она уже совсем не соображает, ревёт — её нет здесь, она где-то там. Вылетает на площадь. Мост. Река. Визг тормозов. Удар. Тишина.

---

День 1. Город

Алиса приходит в себя в мягкой, чужой, но такой родной постели. Кипенно-белые простыни, лёгкое тёплое одеяло. Она нежится, не хочет просыпаться. Открыла глаза — пустота и тишина. Абсолютная, неестественная тишина.

Кто она? Где она?

Она села на кровать. Комната... она пытается понять, вспомнить — ничего не выходит. Что с ней? Встала, прошлась. Странно. Квартира знакомая, она точно была здесь раньше, но что-то не так — она чужая ей.

Она увидела зеркало. Большое, в старинной раме. На нём красная черточка. Она посмотрела на себя. На ней было белое платье в чёрный мелкий цветочек.

Алиса вышла на улицу. Её шаги гулко отдавались в каменном каньоне домов. Погода ясная, солнце светит ярко, но без тепла. Свет слишком резкий, тени слишком чёрные. И тишина. Она крикнула — эхо вернулось пустым гулом.

Телефон. Нет сети, батарея мертва.

Она шла по широкому шоссе. Машины брошены, стоят как попало. Люди были здесь — она чётко это знала. Но где все?

Села в машину, попыталась завести. Мотор завёлся. Странно. Почему?

Она бродила по пустому городу. Он был ей знаком и одновременно совершенно чужим. Вот парк, красивый, залитый светом, — она точно в нём была.

Алиса заходит в магазин. Полки частично заполнены, но продукты... странные. Одни выглядят свежими, другие рядом покрыты плесенью и гнилью, будто время здесь течёт неравномерно. Она нашла воду и еду, но вкус казался пресным, «ненастоящим».

Внезапно навалилась сильная усталость. Что-то давило на неё. Почти в бреду она дошла до того самого дома, до той квартиры и рухнула на белые простыни, мгновенно провалившись в сон.

Сон
Яркий, мерцающий белый свет фонарика бил в глаза. Всё тело ломило, особенно в груди. Дождь хлестал по лицу. Плохо, очень плохо. Голоса... она слышала их как сквозь вату: вой сирен, крики людей, — но ничего не разобрать.

---

День 2. Первый раз

Она резко открыла глаза, тяжело дыша. Алиса всё ещё чувствовала капли дождя на лице и боль в теле.

Та же квартира. Но что-то уже не так. Что-то изменилось. Стало как будто немного темней.

Зеркало. Она смотрела в него: на ней то же белое платье в чёрный цветок. Но на зеркале теперь две красные черточки.

Алиса вышла на улицу. Та же пустая тишина. Она бродила и искала. Людей. Хоть кого-то. Ни души. Мёртвая тишина. Голод. Чувство голода.

Она шла, но в этом месте не было магазинов. Вдруг увидела ресторан. Странно: она почувствовала запах еды. Напротив ресторана был парк, залитый светом. Кажется, она уже видела его здесь.

Вошла. Столы. Много столов. На них разнообразные яства. Запахи. Она набросилась на еду, жадно поглощая пищу.

Насытившись, рассмотрела место. Она точно была здесь. Но когда? С кем?

Увидела старый проигрыватель. Поставила пластинку. Полилась музыка — странная, до боли знакомая мелодия. Ноги сами понесли её. Она закружилась в танце. Алисе даже показалось, что её кто-то ведёт. Тот, кого она знает. С кем она уже была тут. Нет, с кем впервые встретилась. Да, именно.

Снова резко придавило. Усталость и слабость. Ноги подкосились. Она упала на пол и уснула.

Сон
Опять яркий свет, но уже другой — большой. Всё в тумане. Голоса, много голосов, ничего не разобрать. Но боли нет. Она не чувствует своего тела. Шум и туман в голове. Только один голос — чёткий, знакомый — прорывается сквозь пелену: «Пустите меня к ней! Пустите!»

---

День 3. Перекрёсток

Та же кровать. Те же простыни. Та же квартира. Но Алиса точно помнила: она не возвращалась сюда. Она была в ресторане.

Что с ней?

Она ещё раз прошла по всей квартире. Всё знакомое, даже родное, и одновременно чужое. Ни одной фотографии. Ни намёка на того, кто здесь жил или живёт.

Зеркало и её отражение. Три черточки. То же платье в цветочек, но уже не такое опрятное — чуть помялось. И тишина. Мёртвая тишина.

На улице уже не так светло. На небе появились редкие облака.

Она опять бродила по пустому городу. Зачем она здесь? Кто она? Почему ничего не помнит?

Погружённая в себя, она шла и шла. Остановилась. Перекрёсток. Странно. Она стояла посередине, смотрела по сторонам. Мост с одной стороны. Гостиница с другой. Жилой квартал. И парк с четвёртой. Опять этот парк, залитый светом. Над ним — ни облачка. Нет, туда нельзя. Пока точно нельзя.

Она повернулась и побрела к гостинице. Посмотрела на мост. Что там? Не сейчас.

Гостиница. Странная. Это не просто гостиница. Ощущение, что она была здесь, и не раз.

Поднялась на второй этаж. Вошла в номер пять. Кровать. Очень большая кровать. Это номер для встреч, уединения, утех. Она поняла это очень отчётливо. И она была здесь. На этой кровати.

Ей вдруг стало не по себе. Противно. Она выбежала на улицу. Захотелось кричать. Плохо. Почему так противно?

Рука. Она посмотрела на свою руку. Тепло. Как от прикосновения. Кто-то держит её за руку? Так кажется. Она одна. Здесь никого нет.

Снова придавило. Она упала прямо посреди перекрёстка.

Сон
Полумрак. Где она? Тишина, но не пустая. Тепло от прикосновения рук. Она хотела повернуть голову. Кто держит её за руку?

---

День 4. Попытка

Алиса лежала с открытыми глазами, уткнувшись взглядом в потолок. Тот же потолок. Та же кровать. Та же квартира.

Что с ней? Почему она здесь?

Зеркало. Четыре черты. Понятно. Сколько дней она здесь? Кто отмечает? Не по себе. Не страшно, но очень не по себе.

Она решила уйти из города. Пешком.

Вышла. Тучки. Серые тучки. Ветерок. И тишина.

Она долго брела по пустому городу: поворот, улица, опять поворот. Прошла мимо ресторана, мимо гостиницы. Туда больше не надо. Там она всё уже узнала. Парк. А сюда ещё нельзя.

Она брела по улицам, проспектам, скверам. Одна. Только одна. Она чувствовала себя так и раньше, чётко понимая это сейчас. Там, в другом месте, среди людей — они были рядом, но она была одна. Её не понимали.

Алиса даже не заметила, как стемнело. Впервые в этом городе она увидела ночь. Небо было в тучах, но звёзды проглядывали, и луна — яркая, полная луна. Она всё брела одна в лунном свете и полной тишине. Вышла к заправке.

Устала. Очень устала. Села в машину на парковке и смотрела сквозь пыльное лобовое стекло на небо, на звёзды. Уснула.

Сон
Тот же сон. Рука. Тёплая, нежная рука держит её.

---

День 5. Отчий дом

Проснулась. Уже зная, где она и что увидит теперь.

Зеркало. Пять черточек.

Её куда-то потянуло. Она вышла и пошла с единственной целью: найти дом. Один дом и одну квартиру в этом пустом городе. Тишина. Тучи на небе. Ветер, прохладный ветер.

Поворот, ещё один. Парк вдалеке — над ним опять нет туч. Проспект. Дом. Она увидела этот дом.

Поднялась на пятый этаж. Квартира. Дверь старенькая, обшарпанная. Она вошла. Тут уютно и тепло. Видно, что всё здесь чисто и опрятно. Так бывает в месте, где ты уже давно не был, но которое твоё.

Алиса прошла по комнатам: вот спальня, зал, кухня, детская. Она точно знала: детская.

Села на диван-кровать. Уютно, как в детстве. На комоде увидела старое фото. Двое взрослых и девочка лет десяти в белом платье в чёрный цветочек. Лица смазаны, будто специально, в тумане.

Накатило. Она заплакала. Держала это фото и плакала, не зная почему. Просто плакала. Легла на диван, свернулась калачиком, как в детстве. И уснула.

В этот раз снов не было. Просто теплота руки в руке. Теплота.

---

Дни 6–10

Ничего не хочется. Ничего. Она просто лежала, свернувшись калачиком, и думала. Что она здесь делает? Кто она? За что ей эта пытка? Лежала, плакала и думала. Зачем всё это? В чём она виновата? Перед кем?

Только тепло прикосновения лелеяло в ней надежду вырваться из этого лимба.

За окном начался лёгкий дождик. Только над парком всё ещё было светло, лишь небольшая облачность.

---

День 11. Бегство

Алиса стояла перед зеркалом. Одиннадцать палочек. Одиннадцать дней она здесь, совершенно одна. Платье помялось сильнее, кое-где испачкалось.

Она хочет свалить из города. Он ей надоел.

На улице временами шёл дождь, небо плотно затянуто тучами. Она увидела чёрный «двухсотый» — хорошая тачка, чтобы свалить отсюда. Рядом магазины. Переоделась: штаны, рубашка, удобные кроссовки. Набила рюкзак едой и водой. Налила термос с кофе. Главное — не спать.

Алиса завела мотор и двинулась в путь — прочь из этого города.

Улицы, проспекты, шоссе. Она долго пробиралась сквозь город. Он не хотел её отпускать: за поворотом — опять улица, опять дома или тупик. Выехала к перекрёстку с мостом. Поехала через него. Остановилась.

Мост был пробит посередине.

Она вышла из машины. Внизу, у реки, лежала перевёрнутая машина. Тоже знакомая. Её.

Алиса выехала за город уже почти на закате. Кофе помогал не уснуть.

На заправке залила полный бак. Никого нет, но всё исправно, всё работает: свет, вода, колонка.

Открыла заднюю дверь. На полу увидела вскрытую пачку презервативов. Как всё знакомо. И здесь, в этой машине, особенно сзади.

Села, закрыла дверь. Тонировка. С улицы ничего не видно.

Уже ночь. Темно, ни огонька. Звёзд на небе не видно. Алиса жадно пьёт кофе. Ей надо вырваться из этого ада. Она всё едет вперёд, едет и едет. Сама не замечает, как засыпает.

Снов больше нет. Она ничего не видит. Только теплота руки.

---

Дни 12–129. Ещё и ещё

Снова та же квартира. Уже потрёпанное платье. То же зеркало. Меняются только дни.

Она несколько раз пыталась вырваться из города: на машине, пешком. Всё тщетно. Она всегда начинала свой день с этой квартиры. Рыдала, орала, ревела, ругалась на весь мир. Бесполезно. Она одна. Одна в этом чёртовом городе.

Она изучила его практически весь. Остались только парк и один дом. Почему-то она твёрдо знала: ещё рано. Ещё не время.

И ещё: она думала, что начала сходить с ума. Она видела тени. Много теней. Они проходили мимо, не замечая её. Разные люди. Кто они? То появлялись, то исчезали. Безмолвные тени.

---

День 130. Гром и молния

Она брела по улицам. Просто брела. Пустые глаза смотрели в пустоту, мыслей в голове не было. Ей надоела эта квартира, этот город. Но что делать? За что? За что? Что она сделала не так?

Впервые её посетила мысль: закончить всё это раз и навсегда. Удалить себя из города.

Дождь и гром. Молний не видно, но гром есть. Пока издалека, но он накатывает. Скоро будет и здесь.

Она поднялась на самое высокое здание в городе. Вышла на крышу. Пустота в голове. Пустота. Подошла к краю парапета, посмотрела вниз. Может, так всё закончится?

Занесла ногу над краем. Молния ударила...

...Её передёрнуло. Раз, ещё раз, ещё. Тело подпрыгивало. На кушетке. Где она? Много людей вокруг. Ещё разряд.

Она чётко услышала голос: «Что с ней?! Что?!»

Максим. Она знала этот голос. Родной голос.

И снова пустота. Но теперь всё не так. Всё иначе.

---

День 131. Фантомы

Она резко открыла глаза, задыхаясь, глотая воздух. В груди жгло. Отдышалась. Успокоилась.

Макс. Тепло руки. Макс. Тень, обрывки воспоминаний. Кто он? Кто-то близкий. Тот, кто был с ней всегда. Понимал её, поддерживал. Он один. Только он.

Так резко она осознала это. Все вокруг были против, не понимали её, сторонились. Друзья, коллеги, близкие — все. А он понимал.

С этими мыслями она не заметила, как вышла на улицу, на широкий проспект, и шла. Шла вперёд, только вперёд.

А навстречу ей шли они. Много. Слишком много. Они уже не были бесформенными тенями. Все. Она чётко понимала это: и близкие, и коллеги, и друзья. Все, кто был с ней, но не понимал её.

Огромная толпа, стена фантомов, двинулась на неё. Она не могла пошевелиться. Тело сковало, толпа увлекала за собой. Чёрные тени. Она хотела выбраться из этого потока, но они сильней. Её проблемы сильней. Тысячи и тысячи теней заполнили собой всё пространство улицы.

Алиса была бессильна. Просто сдалась. Сдалась, как и в реальном мире, — чётко осознала она.

Тепло. Рука сжала её руку. Она осязала её. Перед ней стоял фантом, но он был другим. Те — тёмные тени. А в этом тёмном силуэте будто струились нити света, пронизывая его тело.

Они двинулись вперёд. Другие фантомы сторонились их, обтекали стороной. Он вёл её вперёд сквозь поток проблем и страхов, сквозь толпу непонимания.

Она закрыла глаза.

Тишина. Его руки она не чувствует. Нет поддержки.

Алиса стояла перед парком. Его почти затянули тучи, но только над ним не было дождя.

Она снова одна. Нет фантомов. Опять никого. Только осознание: она виновата сама. Сама во всём. Он был светом в её жизни, а она предала его. Но как? Зачем? Чем?

---

День 180. Я принимаю себя

Теперь нет никого. Алиса одна. Она смотрит в зеркало. Сто восемьдесят черточек. Сто восемьдесят дней. Почти полгода.

Нет вопроса «почему?» и «зачем?». Она виновата. Перед всеми виновата. Нет, не они её не понимали. Она сама их не понимала. Не принимала. Только его. И он понимал её. А она... как же она виновата.

Ливень, гром, молнии озаряли небо. Всё, кроме двух мест в городе: парка, куда она не смела войти (она недостойна), и этого дома.

Что в нём? Она хотела попасть сюда раньше, но не могла: дверь в подъезд была заперта. Теперь распахнута.

Третий этаж. В памяти всплывает всё чётко.

---

День 0 и 180. Начало конца. Конец начала

С каждой ступенькой память возвращается всё отчётливей...

...Олег появился в её жизни почти полгода назад. Она была придавлена грузом проблем. Все давили на неё: работа, родители (уже тридцать, а детей нет). Макс тоже был занят работой. Она была одна. Так она думала, обижаясь на весь мир.

Ещё ступенька...

...Это было в ресторане, на каком-то мероприятии. Он пригласил её на танец. Она была слегка пьяна. Он будто вырвал её из серых будней — так ей тогда казалось. Они переспали в его машине, на заднем сиденье, в чёрном «двухсотом».

Прошла почти пролёт. Ураган стал ещё сильней...

...Затем они начали встречаться чаще. Проводили время в гостинице, в его машине, наслаждаясь друг другом. С каждой встречей с Олегом она отдалялась от всех. Особенно от Макса. Он тоже начал замечать это.

Ещё несколько ступеней. Груз вины давил на неё. Ещё ступенька...

...Ей нужно было поделиться. Она рассказала подруге об Олеге. Та сказала, что это ошибка. Алиса начала сторониться всех, растворяясь в Олеге, ничего не замечая.

Ветер ворвался в подъезд, окна начали биться вдребезги. Ещё пролёт...

...Макс уехал в командировку. Алиса была с Олегом всё время. Вообще ничего не замечала вокруг. Как она ошибалась. Она понимала, что Макс догадывался. Но он любил её даже сильнее, чем она его. Гораздо сильней.

Она стояла перед дверью. Тихо открыла. Вошла.

На полу — женские туфли. Платье. Дверь в комнату приоткрыта. Женский голос и мужской. Она стонет. Сквозь щель Алиса видит, как другая сидит на Олеге. Они занимаются сексом.

Понимание пришло тогда. Она ушла от Максима к нему. А у него всегда кто-то был. В машине она часто видела вскрытые пачки презервативов. Он постоянно с кем-то переписывался. Засосы на шее.

Она этого не замечала. Дура.

Ураган срывал крыши с домов, вырывал деревья с корнем. Этот город уничтожал сам себя...

...Она неслась по улице, обиженная на весь мир. Хотела только одного. Её все предали. Поворот. Мост. Ограждение. Падение. Берег реки.

Снова тепло его рук. Весь город в круговерти: молнии, град, ливень, ветер разрывает дома, асфальт встаёт дыбом.

Она стояла перед парком. Сейчас можно войти.

---


Палата. Больничная палата.

— Это чудо. После такой аварии и комы вы идёте на поправку, — сказал врач.

Она лежала молча. Полчаса назад пришла в себя. После аварии она почти не пострадала, но сильно ударилась головой и месяц провела в коме. В том мире, в своём лимбе — полгода.

— Знаете Максим, он ни на шаг от вас не отходил. Месяц почти ничего не ел, всё время был рядом, держал вас за руку. Вчера мы насильно отвели его прокапать — у него сил уже не было.

— Где он?

— Рядом с вами.

Она посмотрела вправо. За ширмой лежал Макс.

Он очнулся, увидел Алису, кинулся к ней.

— Прости...
— Я давно простил тебя...