Почему не копировали вооружения противника?

  Квас-патриоть любит расказывать [сама себе] доверчивой молодёжи
про то, как немецкие генералы (особенно Гудериан) требовали у
Гитлера скопировать советский танк Т-34 и перестать мучить их его
немецким эквивалентом Pz. IV. А ещё что немцы не выдержали и таки
несколько повторили наклоны брони Танка Т-34 в своём танке Pz. V
"Пантера" (правда, больше ничего от Т-34 не взяли).
  Реальность, конечно, была сложнее всяких таких схемок.
  Почему воюющие стороны, как правило, не копировали эффективного
вооружения своего противника, а в лучшем случае разрабатывали
аналоги и передирали частности?
  Причин этому множество, и в разных случаях разные из них имели
наибольший вес. Вот их приблизительный список:

  1. Национальная гордость. Она -- не мелочь, а серьёзный пропа-
     гандистский фактор. Допустишь по этой части слабину -- не
     оберёшься подрывного трындёжа на десятилетия.

  2. Правовые ограничения. В мирное время в отношениях между го-
     сударствами поддерживается некоторый порядок. Запросто копи-
     ровать чужое нельзя: надо получить разрешение, заплатить
     деньги.

  3. Технологические сложности в части оборудования, материалов,
     квалифицированной рабочей силы.

  4. Различия во взглядах на то, какие качества требуются военным
     изделиям в первую очередь. Это касается не только "тактико-
     технических характеристик", но и много его ещё. К примеру,
     уровня удобства для военнослужащих, уровня защищённости их.
 
  5. Различия в отношении к "человеческому материалу". Оно может
     более "расходным" и менее "расходным"; более доверительным и
     менее доверительным.

  6. Различия в "человеческом материале": в менталитете, культуре
     и т. п. Техническое средство должно быть адекватно качествам
     людей, его изготовляющих и использующих.

  7. Наличие собственных аналогичных изделий (в разработке, в при-
     менении), которые, может быть, нуждаются лишь в небольшой до-
     водке.

  8. Потребность в том, чтобы отечественная боевая техника отлича-
     лась внешним видом от того, что у противника. Иначе возраста-
     ет вероятность потерь от стрельбы по своим.

  9. Сложность "смены коней на переправе". В военное время сущест-
     венно менять вид какого-то сложного массового изделия значит
     обрекать себя на трудный переходный период в очень напряжён-
     ное время. Небольшой выигрыш в эффективности нового изделия
     не окупает тягот переходного периода.

 10. Заскоки, интриги и амбиции в руководящих кадрах. Начальники
     не любят отменять свои неэффективные решения, проталкивать
     идеи подчинённых, могущих этих начальников "подсидеть".

 11. Недостатки исконных отечественных изделий могут быть "продол-
     жениями их достоинств" и/или компенсироваться тактикой при-
     менения и системой обеспечения.

 12. Всегда есть (во всяком случае должны быть) опасения "подвод-
     ных камней": скрытых нехороших нюансов, проявляющихся лишь
     при некоторых обстоятельствах.

  У немцев всегда были лады с качеством в производстве и аккурат-
ностью в применении. К тому же им хорошо давались сложные органи-
зационные вещи. А ещё нацисты относились к своему забритому в
войска "человеческому материалу" несколько бережнее, чем сталини-
сты. Поэтому некоторые изделия, хорошо дававшиеся немцам в произ-
водстве и эффективно использовавшиеся ими, оказывались "недоступ-
ной роскошью" или "вредными излишествами" для представителей...
эээ... других народов.
  Мелочи таки перенимались.
  До войны Красная Армия вроде как более-менее скопировала немец-
кий солдатский ранец [только никому не говорила об этом], но он в
войсках "не удержался" и после 22.06.1941 был быстро вытеснен
элементарным вещевым мешком -- пресловутым "сидором", пользованию
которым хоть не надо было обучать.
  И советский солдатский котелок с крышкой-ковшиком, имеющий в
горизонтальном разрезе форму фасолины, -- это ведь копия немецко-
го котелка.
  В СССР была удачно скопирована немецкая 20-литровая канистра с
тремя ручками для переноски. Конструкция этой канистры, кстати,
глобально в ходу до сих пор.
  Трудно объяснить, почему только немцы (точнее, ещё и китайцы,
сначала закупавшиеся у немцев, а потом наладившие собственное
производство) использовали гранаты с длинными деревянными рукоя-
тями, увеличивавшими дальность броска. Или почему только у немцев
использовался жёсткий футляр для противогазов.
  А ещё у РККА почему-то до конца войны не появилось собственных
фаустпатронов (которые, кстати, эффективно применялись ведь не
только против бронетехники).
  Пишут, что немцы пытались перенять у РККА идею самозарядных
винтовок, но у них их самозарядная винтовка G-41 не очень получи-
лась.
  Было ли у РККА хоть что-то годное для заимствования? Может,
нагрудные панцири, пригодившиеся во второй половине войны для
штурмовых подразделений.
  Та же кирза (наш ответ лорду Керзону? изначально ведь она на-
зывалась "керза"), поскольку она легче и дешевле кожи, -- непло-
хой материал для полевых сумок и летних сапог. Правда, в советс-
ко-финляндскую войну не доработанная ещё кирза, использовавшаяся
для изготовления сапог, была причиной экземы у красноармейцев,
но это была "детская болезнь" данного материала. Лично я, когда
износились и хромовые, и яловые сапоги, с удовольствием перешёл
на кирзовые -- правда, не армейского образца, а с облегчённой
подошвой (таки умели делать, когда хотели). Я в них "летал": пос-
ле увесистых штатных "говнодавов" лёгкость чувствовалась необык-
новенная. Будь у РККА такие кирзовые сапоги, как у меня, да ещё
своевременно заменяемые на новые (вдобавок непромокаемые), она бы
дотопала до Берлина, наверное, процентов на 10% быстрее (на самом
деле я подозреваю, что на 20%: быстрота пешего манёвра -- это не
мелочь). На зиму можно было выдавать сапоги на один размер больше
и портянки поширше (я в курсе, что в РККА имелись особые зимние
портянки, отличавшиеся материалом, а не размерами, но лично я
таких портянок не застал).