Воскресение...

Мы очень любим праздники. Особенно если они совпадают — например, Пасха и День космонавтики. Кулич и яичко можно съесть, а космос нам зачем? Лучше он никого всё равно не сделает. Разве что Марс станет новой ареной геополитических разборок.

Смысл Пасхи гораздо глубже, ведь он — о жизни, победившей смерть.

Правда, история начиналась не с победы. Сначала был суд. Потом — толпа, крики. И, наконец, мучительная казнь.

Но об этом старались вспоминать аккуратно. В прошедшем времени. И, главное, в третьем лице:

— Это было давно, мы ни при чём...

И снова возвращались к празднику. К свету, к радости, к обновлению.

Иногда, правда, жизнь подбрасывала неловкие моменты:

Кто-то сживал со свету одноклассника или одноклассницу — ведь всегда есть за что.
Кто-то издевался в армии над «духом», потому что над ним тоже издевались.
А кто-то не вмешивался — потому что не делать что-то плохое лучше, чем делать.

— Это другое, — говорили мы уже чуть тише, но всё ещё уверенно.

И зажигали свечи. Пламя дрожало — то ли от ветра, то ли от дыхания. И в этом дрожании было что-то неловкое, будто сам свет знал, с чего всё началось.

Но праздник продолжался. Потому что самое главное — успеть перейти ко второй части истории, не давая себе вспомнить первую.