когда

«Когда распогодится. Когда тучи снеговые уйдут с горизонта и выглянет солнце. Когда руки перестанут стынуть на ветру, а щёки краснеть, а глаза слезиться. Когда прогноз не будет звучать как акт возмездия - я перееду.

И сначала буду долго спать. Спать и есть. Меня будут спрашивать: «Не растолстеешь ли?» Я буду отвечать: «Пускай.. Я так долго этого хотела. Не суетиться по ерунде..»

Просыпаясь, я не стану смотреть в окно, на погоду. Мне будет по фиг - «самокат» доставит всё то. Что съесть я намереваюсь!

Я выключу телевизор, в принципе. И не стану включать, узнавая старые новости из запоздалой реакции самого распоследнего уличного клошара. Они - эти новости, вместе с бродягами - будут казаться такой пылью веков. Что и думать не о чем..

Компьютер. Какой компьютер? Уже изобрели двоичный код? Нейман, что ж - пожаловал в Пенсильванию? Надо же, не думала об этом..

Но всё равно - никакого компьютера, никаких вычислений! Жизнь слишком проста, чтобы тратить время-деньги-силы на подсчёты..

Не глядя почти, я закажу - где-то спустя полгода после «распогоживания» - всё, что пожелает носить тело. Скопом, исходя из прежних предпосылов. Так бывает - мода не рулит.

Если размер уцелеет, после «есть и спать». То будет и красиво тоже.

Настроения мира я буду угадывать по растяжкам на улицах. Полагаю, этого достаточно..

Друзья. У меня есть друзья? Вот сюрприз! А я думала - одни соглядатаи.. Их - там же, где и компьютеры! Тем паче, они оказались - каким-то странным образом - исключительно в сетевом пространстве. Разве так дружат?!.

Чтобы мозг скорее «развязал» прежние, не нужные уже привычки. Я буду читать..

«Граф Монте-Кристо», «Сказки Шарля Перро», русскую классику, стихи Пастернака и пьесы Шекспира. Всё, что так долго откладывала. Перечитывать - как люди едят дорогущий чёрный швейцарский шоколад. Не торопясь, по малой толике, смакуя. Сидя в кресле плетёном, перед раскрытой дверью балконной. На столике рядом - чашка кофе горячего.

Читать и долго думать об этом. Или не думать вообще. Из меня выветрятся все сериалы, передачи «про фсякое», задорные ток-шоу. Осядут на дне колодца жизни чужие глубокомысленные анализы, мнения, якобы факты. И мировая литература заполонит вакуум, рождённый длительным проживанием в не своей среде. Кринолины пока не чести - так я возьму градусом культуры!

Чтобы сердце быстрее и безболезненно опустошилось и похерило далёкие, остывшие связи. Я прекращу любить. Пусть с ними! Они и сами чего-то там умеют. Наверное, кажется, может быть..»