de omnibus dubitandum 7. 115

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ (1590-1592)

Глава 7.115. НАШЛИ ВОРОТА В МОСКОВСКОЕ ЦАРСТВО, КОТОРОЕ УДИВИЛО СВОИМИ РАЗМЕРАМИ…

Август 1553 года*

*) С 1492 года, в Московской Руси впервые начали отпраздновать Новый год в сентябре. До этого праздник отмечали 1 марта, а перенесён он был Иваном III…

    Как ни странно, холодное северо-восточное побережье Азии всегда очень интересовало джентльменов далёких Британских островов. Движение руСких первопроходцев на восток и к Тихому океану было процессом естественным и неизбежным – как и движение американских колонистов на запад. Оно носило как организованный, так и стихийный характер, и на пике освоения новых земель руСкие поселенцы «перепрыгнули» через океан, оказавшись на американском континенте. Однако по целому ряду причин они не смогли закрепиться на нём.

    Интерес англичан имел совсем другой характер. Британцы в данном случае не стремились к заселению диких просторов Чукотки или Камчатки. Они искали новые территории для организации неравноправной, колониальной торговли, рынков сбыта своих товаров, и новые торговые пути, которые хотели «оседлать» и контролировать, не допуская на них конкурентов.

    Идея акционерного общества стала одним из самых блестящих и революционных нововведений Англии эпохи Тюдоров. Искра этой идеи возникла из кремня средневековых ремесленных гильдий, где купцы и промышленники могли объединять свои ресурсы для осуществления предприятий, которые никто не мог позволить себе сделать в одиночку. Но принципиальное отличие акционерного общества заключалось в том, что оно могло привлекать пассивных инвесторов, у которых были деньги, чтобы подписаться на проект, но которые сами не участвовали в его реализации. Такие акции мог купить и продать любой желающий, и их цена могла расти или падать в зависимости от спроса и успеха предприятия.

    Такая компания была бы "единым корпоративным и политическим организмом" - то есть корпорацией, а значит, обладала бы юридической идентичностью и формой корпоративного бессмертия, позволяющей ей пережить смерть отдельных акционеров, "подобно тому, - писал ученый-правовед Уильям Блэкстоун, - как река Темза остается все той же рекой, хотя части, составляющие ее, меняются каждый раз".
Сорока годами ранее, в 1553 году, предыдущее поколение лондонских купцов начало процесс создания первого в мире акционерного общества: "Масковитская компания", или, если дать ей полное и славное название, "Тайная компания купцов-авантюристов для открытия регионов, доминионов, островов и мест, неизвестных доселе".

    Первоначальная цель заключалась в исследовании идеи, впервые выдвинутой классическими географами, которые считали, что их мир - это остров, окруженный океаном, а значит, должен существовать северный путь к пряностям и золоту Дальнего Востока, так же как и путь через мыс, и этот путь должен быть свободен от иберийского соперничества.

    Хотя руководители Московитской компании вскоре пришли к выводу, что северного пути не существует, в процессе поисков они обнаружили и успешно торговали по прямому сухопутному маршруту с Персией через Московское государство, а отнюдь не через Россию. До того как османские турецкие завоевания прервали этот путь в 1580 году, они отправили шесть успешных рейсов в Исфахан и другие крупные базарные города региона и сумели получить солидную прибыль.
В 1555 году Московитская компания получила королевскую хартию, определяющую ее привилегии и обязанности. К 1583 году были зафрахтованы Венецианская и Турецкая компании, которые в 1592 году объединились в Левантийскую компанию.

Первые «исследования» англичан

    Северные и восточные территории Московского царства привлекли внимание англичан ещё в середине XVI века.

    20 мая 1553 года путники сели на суда и подняли паруса в Рейдлейфенском порте. Обогнув Норд-кап, экспедиция была застигнута бурей, которая разбила её на две части: корабль Ченслера отбился от товарищей и был течением и ветром принесён в "рейд св. Николая". Так англичане прозвали устье С. Двины, где стоял Николаевский корельский монастырь. Этот монастырь упоминается в Двинской летописи еще под 1419 годом. „Николаевский корельский монастырь Мурмане пришедшие в количестве 600 человек с войной с моря в бусах и шняках пожгли и старцев посекли". Из духовного завещания известной посадницы Марфы Борецкой (1471) видно, что в дальнейшем монастырь был устроен ею: "Се аз раба Божия Марфа поставила есми церковь храм св. Николы в Корельском на гробех детей своих Антона да Филикса".

    Началось всё в августе 1553 года, когда в Двинском заливе Белого моря у так называемого Летнего берега (где позже был основан Северодвинск) бросил якорь английский корабль «Эдвард Бонавентура», капитаном которого был Ричард Ченслер. Это был один из трёх английских кораблей, отправленных англичанами на восток, ещё два погибли в пути.

Илл. Корабль «Эдвард Бонавентура» у мыса Нордкап, картина неизвестного художника

    Англичане искали новый путь в Китай, куда, как тогда считали, можно было попасть, если плыть вверх по реке Обь. А нашли ворота в Московское царство, которое удивило Ченслера своими размерами и потенциальными возможностями.

    Ченслер доносил в Лондон:

«РоСия изобилует землей и людьми и очень богата теми товарами, которые в ней имеются... Если бы руСкие знали свою силу, никто бы не мог соперничать с ними, а их соседи не имели бы покоя от них».

    В Двинской летописи прибытие англичан отмечено следующей записью под 1553 годом. "Того же года августа в 24 день прииде корабль на устье Двины реки и обосновся. Приехали на Холмогоры в малых судех от англинского короля Едварда посол Рыцарт, а с ним гости". Об остальной экспедиции под следующим годом в Двинской летописи записано известие, принесённое Корелами: "нашли-де они на Мурманском море два корабля стоят на якорях в становищах, а люди на них мертвы, а товаров на них - сказали - много". Это были остатки погибшей от холода и голода первой английской экспедиции, глава которой Юг Виллогби пережил всех своих спутников и в последних предсмертных мучения голода и холода изнемогающей рукой всё ещё записывал в путевой журнал свои научные наблюдения, доведённые им до января 1554 года.
 
    Со времен Ивана Грозного до Крымской войны Англия (Британская империя) была неизменно дружественной Московскому государству, а отнюдь не России страной, в худшем случае нейтральной. Демарш Алексея Михайловича по поводу казни Карла I Стюарта и войнушку 1807-1812 не предлагать - это можно считать клоунством и показухой в чистом виде.

    Англия в тот период своего развития не могла оспаривать испано-португальское господство в океанах, однако для англичан оставались открытыми северные моря. 
В те годы в европейской географии существовало устойчивое представление, что из Европы в Китай можно попасть через реку Обь. Во многом эти суждения опирались на высказывания Дмитрия Герасимова – русского богослова, географа, переводчика XVI века, участника московского посольства к папе Клименту VII:
«Двина, увлекая бесчисленные реки, несётся в стремительном течении к Северу… море там имеет такое огромное протяжение, что, по весьма вероятному предположению, держась правого берега, оттуда можно добраться на кораблях до страны Китая, если в промежутке не встретится какой-нибудь земли».
Слова московского посланника в своей «Книге о посольстве Василия, великого государя Московского» в 1525 году приводит итальянский епископ и гуманист Паоло Джовио (Павел Иовий Новокомский). Это высказывание Герасимова, превратно истолкованное австрийцем Сигизмундом Гербенштейном в своих «Записках о Московии», вызывает у европейцев живейший интерес. Уже в 1527 году в Англии возникает проект по отысканию северного морского пути в Китай и Индию.

    Позже подобный проект зарождается у Густава Вазы (1523–1560); во главе экспедиции шведский король желает поставить французского писателя-гуманиста Губерта Ланге. Данный проект, впрочем, не продвинулся дальше предварительных переговоров.

    Английские негоцианты оказываются, более последовательны. С целью поиска северо-восточного прохода и разрушения испано-португальской торговой монополии по инициативе известного мореплавателя Себастьяна Кабота и математика и астронома Джона Ди (при поддержке Джона Дадли – регента при юном короле Эдуарде VI и фактического правителя Англии) в 1551 году в Лондоне создается «Mystery and Company of Merchant Adventurers for the Discovery of Regions, Dominions, Islands, and Places unknown». Советский арктический исследователь В.Ю. Визе переводит это название как «Общество купцов-изыскателей для открытия стран, земель, островов, государств и владений неведомых и доселе морским путем не посещённых».

    Компания становится первой коммерческой организацией в стране, чей устав утверждается парламентом, а первичный капитал организации (6 тыс. фунтов стерлингов) формируется из 240 паев. Среди учредителей «Мистерии» (будущей «Московской компании») – регент Джон Дадли, лорд-мэр Лондона Джордж Барнс, лорд-хранитель печати Уильям Герберт, лорд-дворецкий Генри Фиц-Алан, адмирал Уильям Говард, будущий основатель первой Лондонской биржи Томас Грешем и другие. На собранные деньги компания снаряжает к далеким берегам первую экспедицию.
11 мая 1553 года с рейда у Детфорда снимается с якорей флотилия из трех кораблей: 160-ти тонного «Эдуарда Бонавентура» (Edward Bonaventure), под командованием опытного шкипера из Бристоля Ричарда Ченслора, 120-тонного «Бона Эсперанса» (Bona Esperanza), под управлением главы экспедиции капитан-генерала сэра Хью Уиллоби, и 90-тонного «Бона Конфиденца» (Bona Confidentia) под командованием Корнелия Дюрферта. Команда флотилии состоит из 105 человек, на борту присутствуют 11 купцов и англиканский священник. 

    3 августа 1553 года у норвежских берегов из-за разыгравшейся бури корабли теряют друг друга: «Эдуард Бонавентура» Ричарда Ченслора навсегда разлучается с другими судами флотилии.

    14 августа 1553 года «Бона Эсперанса» и «Бона Конфиденца» достигают берегов Новой Земли. Глава экспедиции сэр Уиллоби определяет координаты – 72° северной широты. Малые Кармакулы, чьему юбилею и посвящена эта статья, находится именно на этой широте. Современные исследователи предполагают, что английская экспедиция вышла к побережью Гусиной Земли (немного южнее Малых Кармакул).

    «Мы подошли к ней и спустили бот, чтобы посмотреть, что это была за земля. Но бот не мог подойти к берегу из-за мелководья и большого количества льда… На берегу не было видно никаких признаков жилья».

    После многочисленных перипетий и открывшейся течи в малом корабле, экспедиция поворачивает обратно и идет на запад вдоль берега, который, то показывается, то теряется из виду. Достигнув устья безымянной реки, англичане решают зазимовать.

    Согласно Двинской летописи, зимой 1554 г. «корелы» обнаруживают на Мурманском берегу в устье Варзины два судна: «…стоят на якорях в становищах, а люди на них все мертвы, и товаров на них много». Погибают все: «умерли, замерзли до смерти» 63 человека.

    Совсем по-другому складывалось путешествие Ричарда Ченслора. Обогнув Нордкап, он неделю простоял в безопасной гавани Варде, ожидая товарищей, а затем проник в Белое море.

    24 августа 1553 г. корабль «Эдуард Бонавентура» (штурман Стивен Барроу) входит в устье Северной Двины к монастырю св. Николая.
«Того же лета августа в 24-й день, прииде корабль с моря на устье Двины реки и обославься: приехали на Холмогоры в малых судех от английского короля Эдварда посол Рыцарт, а с ним – гости».

    Ченслор провозглашает себя «королевским послом»; санным путем он отправляется в Москву. Вскоре англичанина с большой пышностью принимает Иван IV Грозный. Накануне большой войны с Ливонией московский царь был крайне заинтересован в установлении постоянных торговых отношений с крупной европейской державой.

    С этого приема начинается многовековая деятельность «Московской компании» в Российском государстве. Официально Компания прекратит свое существование лишь в 1808 году, в эпоху Наполеоновских войн, когда Россия присоединится к континентальной блокаде Великобритании (русско-английская война 1807–1812 года).
Несмотря на явный успех Ричарда «Рыцарта» Ченслора – открытие громадного рынка и получение торговых привилегий – основная цель экспедиции не была достигнута. Северо-восточный проход так и не был открыт.

    В 1556 году [при стоящем во главе государства тридцатичетырехлетнего Ивана Федоровича Мстиславского (1522-1586), а не 28-летнего Юрия (Георгия) Углицкого (30.10.1528-24.11.1563) дауна-аутиста, младшего брата Ивана IV Грозного который, способен был только явиться и, сидеть, где ему скажут. – Л.С.] лондонское «Общество купцов-предпринимателей» вновь пытается проникнуть в Китай через Обь, снарядив в 1556 г. пинас «Serchthrift» («Ищи выгоды») под капитанством Стивена Барроу, бывшего шкипера прошлой экспедиции.

    Записки Барроу крайне примечательны. Они свидетельствуют не только о высокой активности поморов в северных водах, но и о превосходных мореходных качествах местных судов, о высокой культуре мореплавания в целом. «РуСкие лодьи» то приспускают паруса, чтобы подождать англичанина, то пробираются на мелководье, спасаясь от непогоды (куда пинас Барроу не может зайти).

    Именно благодаря ценным указаниям и помощи поморов (Гавриилы из Колы и некоего Лошака), англичанин сначала покидает устье Колы («ежедневно по ней спускалось много русских лодей»), затем с трудом огибает Канин нос, потом проходит «опасный бар» Печоры и выходит в открытое море, попав во льды. Выйдя из них, Барроу четыре дня следует на восток, подходит к острову (вероятно, Междушарскому) у юго-западного берега Новой Земли и у 12° 42; с. ш. находит хорошую стоянку.

    Здесь некто Лошак объясняет путешественнику: суша, к которой он подошел, называется «Нова Зембла». Далее вместе с Лошаком англичанин посещает Вайгач и наблюдает самоедские идолы. Вскоре он попадает в непогоду и «вследствие большого и внушающего страх обилия льдов» поворачивает назад.

    Отечественные письменные свидетельства раннего присутствия поморов на Груманте (Шпицбергене) и Матке (Новой Земле), к сожалению, не сохранились – многие лоцманские книги были утеряны в эпоху петровских преобразований и в лихолетье гражданской войны. Однако записки первых английских путешественников дают неопровержимые доказательства активного присутствия поморов, как на западном, так и на восточном побережье Новой Земли.

    Более того, в устной поморской традиции сохранились упоминания о существовании в те годы (вторая половина XVI века) на берегах архипелага целой рабочей колонии. Не только хваткие иноземцы обладали предприимчивостью и оборотистостью!

    Широчайшими полномочиями по организации северной торговли с англичанами наделяется Аника Строганов и его сыновья Яков, Григорий и Семен.

    В 1555 году британская компания «Общество купцов-изыскателей для открытия стран, земель, островов, государств и владений неведомых и доселе не посещённых», которая снарядила экспедицию Ченслера, была переименована в Московскую торговую компанию.

    В том же году была основана работорговая компания Сьерра-Леоне. Таким образом, Ост-Индская компания шла по уже проторенному пути, и ее королевская хартия должна была пройти без осложнений. Более того, королева хотела сохранить Сити на своей стороне в случае угрозы восстания со стороны непокорного Роберта Деверо, графа Эссекса, и она оказалась на удивление благосклонной к этому ходатайству.

    Но почти сразу же из Тайного совета пришли распоряжения, приостанавливающие как создание Компании, так и подготовку к путешествию. Мирные переговоры с Испанией, последовавшие за смертью короля Филиппа II в 1598 году, продолжались, и их светлости, "считая более выгодным... заключить мир, чем препятствовать этому" из-за ссоры, приняли решение, что авантюристы должны "не предпринимать никаких дальнейших действий в этом деле в течение этого года".

    Купцам, никто из которых не принадлежал к дворянству и не имел особого положения и влияния при дворе, ничего не оставалось, как ждать. В течение двенадцати месяцев казалось, что, амбициозная идея основать английскую компанию для торговли с Востоком так и останется мечтой.

    Только когда летом 1600 года испанские мирные переговоры закончились неудачей, Тайный совет изменил свое мнение и почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы подчеркнуть всеобщую свободу морей и право всех наций посылать корабли туда, куда они пожелают. Почти ровно через год после составления петиции, 23 сентября 1600 года, подписчики, наконец, получили добро: "Ее Величество соизволила", - сообщили им, - "чтобы они уступили в своей цели... и отправились вперед в указанном плавании".

    Её деятельность ненадолго прервалась в 1649 году – после казни Карла I Стюарта, но была возобновлена в 1660 г. с воцарением Карла II Стюарта. В 1698 году клон лжеПетра [Исаакий (Фридрих Петер Гогенцоллерн) – Л.С.] (фантазиями лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности) получивший в дальнейшем титул Петра I издал указ о лишении английской Московской компании монопольных привилегий, но официально она, существовала вплоть до 1917 года.

    В Лондоне до сих пор существуют топонимы, связанные с деятельностью этой компании: улица Russia Row (здесь находилась штаб-квартира «Московской компании»), парк Russia Dock Woodland (на месте дока, где разгружалась древесина), Russia Dock Street, Muscovy Street и Onega Gate.

    Вернёмся в середину XVI столетия и увидим, что уже в 1556 году капитан Стефан Барроу на пинасе «Серчерофт» достиг устья Оби. Причём он не только не получил на это согласия от московских властей, но даже не известил их о своём плавании.