Новогодняя история

Динка неслась на санках с горы с такой скоростью, что аж дух захватывало, а поднятый санками снег забивался в нос, за воротник, заставлял жмуриться и повизгивать.
Не всякий выдержит такой напор. Тем более, что такое катание было на несколько лет напрочь позабыто, и, казалось, что санки вместе с горками остались где-то там, в прошлой жизни.

И вот на тебе! И санки, и горка, и свист в ушах, и собственный заливистый смех…
Как будто это сейчас не она, Динка, мчалась навстречу приключениям на одно место, а какая-то совсем незнакомая девушка.

Как такое вообще могло получиться?!
Шла себе спокойно, задумавшись, никого не трогала. Падал мягкий снежок, навевая умиротворение. И тут откуда ни возьмись парень с санками. Подскочил, закружил и увлёк за собой так весело и ненавязчиво, что сама не заметила, как оказалась верхом на этих самых санках.

И вот теперь умопомрачительный спуск с горы, который внезапно закончился в сугробе. Санки просто въехали в него со всего размаха и застряли там, вместе с Динкой.

Только тут наваждение, владевшее Динкой, рассеялось, уступив место недоумению: а что это вообще сейчас, собственно, было.
Но трезвым мыслям не дано было развернуться во всю мощь, потому что в следующий момент чья-то крепкая рука подхватила её  и выдернула из сугроба, как пробку из бутылки.
Смеющиеся глаза смотрели в упор и не позволяли отвести взгляд.

Да что вообще происходит?!
И тут на самом краю сознания появилось ощущения, что глаза какие-то уж очень знакомые. Когда-то она именно такие уже видела. Правда очень давно. И не факт, что наяву, а не во сне…
— Виталий, — представился обладатель волшебных глаз, и замер, ожидая встречного представления.
— Дина, — только и смогла ответить она, и тут же вспыхнула, вспомнив, откуда знает этого человека.

Это был брат её лучшей подруги, года на четыре старше, давным-давно уехавший куда-то на север. Куда именно — Динка не помнила, а может и не знала никогда.
Вот только откуда он здесь сейчас взялся со своими санками?

Видимо, вопрос был так явственно написан на её лице, что Виталий сам ответил, не дожидаясь, пока она очухается:
— Вчера приехал, как что-то потянуло сюда. Сам не понял. Собирался встречать Новый год с друзьями, как обычно. А потом вдруг спонтанно прыгнул в поезд, и вот я здесь.

Всё это сообщалось с такой обезоруживающей естественностью, как будто объясняло всё и сразу.
Но что интересно, этого объяснения было Динке достаточно, как будто само по себе оно не имело никакого значения. Значение имело то, что они вот так сейчас стояли, взявшись за руки, смотрели друг другу в глаза и улыбались.