Часть-2- Дедовы игрушки, чудо погремушки

     Часть-2. ИГРАЮЧЕ, ОТРЕЗАВ ДЕДУШКЕ, ЕГО МИЛАШКИ ПОГРЕМУШКИ! ДВЕ ЮННЫХ ДЕВОЧКИ, КРАСАВИЦЫ БЛИЗНЮШКИ, ХРАНЯТ ТЕПЕРЬ, НА ПОЛКЕ, СРЕДИ КНИГ, ЭТИ, ЗАБАВНЫЕ, ЗАФОРМАЛИНЕНЫ,  ДЕДУЛИНЫ  ИГРУШКИ
 
    – Раздался длинный звонок в дверь, Я подошел к двери, щёлкнул замок, дверь открылась. На пороге стояли, две соседские, восемнадцати летние де-вочки, близняшки.
   – Привет Дедуля! – В один голос, поздоровались девочки.
   – Здравствуйте девочки. – Ответил Я, и сделал шаг в сторону, пропуская пришедших ко мне, соседских близняшек.
   – Дедуль, как ты себя чувствуешь? – Спросила Дуняша.
   – Да, нормально девочки. – А как Вы?
   – Нормально Дедуль! Конечно, хотелось бы лучше, но уже, как есть. А кстати Дедуль, ты помнишь что, завтра, у нас день рождения. И нам испол-нится, уже девятнадцать.
   – Конечно же, помню! Вот только понятия не имею, что бы такого важного, Вам подарить?
   – Дедуль! А подари кА ты нам, свои яички. Сказала Дуняша, и ласково улыбнулась Деду.
   – Нет девочки, это уже явный перебор.
   – Дедуль! Выслушай меня внимательно, только не перебивая. Выслушаешь, после, и обсудим всё. Начну со старой истории. Когда- то, кто- то! Решивший довольно жёстко наказать мужчину и при этом, не отымая его жизнь, сделать так, что бы тот считался униженным всю свою оставшуюся жизнь. При этом лишить его возможности: иметь семью, детей, да и вообще на этом свете, быть кому- то нужным. Для этого, он! Не придумал ничего существенней, Чем просто взять, и полностью размозжить своему врагу, его так сказать, ценнейший атри¬бут, то, без чего он будет, практически ник- то. И он раздавил, превратил в сплошное месиво, то, что больше всего ненавидел в мужчинах! Это были мужские яйца. И сделала это, скорей всего женщина, поскольку только ей, могла прийти в голову, вот, такая вот, весёлая затея. В дальнейшем это дейст¬вие, будут называть кастрацией. Кастрация мужчин, многим изменилась как во взглядах, так и проводимых в связи с нею действиях. Но осталась всё так - же актуальной, и является всё тем – же незыблемым аргументом, это полное уничтожение мужчине, его яиц. И тут нет ни малейшей разницы, отрежут муж¬чине его яйца в медицинских условиях. Или же, наказать нерадивого муж¬чину, в виде применения двух кирпичей с ближайшей клумбы. Главное одно! Уничтожить мужчине его яйца. Дедуль, ты нас извини, извини, что мы вот такие вот, непутевые, но мы, мы всё равно, тебя любим. И любим как род-ного, самого близкого, и поверь, нам будет всё равно, будут ли у тебя бол-таться промеж ног, твои яйца, или они сменят свою дислокацию, на нашу баночку с книжной полки. А то, что ты через нас, потерял свой член, тоже нас прости. Поверь, ведь сделали мы это не со зла, ну так вышло, что тут подела¬ешь. Тебе уже, семьдесят шесть, мы с Дуняшей подумали об этом и всё утро проплакали. Ведь когда с тобой что- то приключится, то у нас от тебя кроме члена в баночке ничего не останется, а так, как ни как, хоть ком-плект, в сборе. Решайся Дедуль, ведь проку от этих яиц, для тебя уже абсолютно никакого, все в прошлом. Единственное, что тебе остается, так это, постоянно мыть после каждого испускания мочи, обоссанный мешок с яй¬цами, поскольку как не верти, а моча по нему однозначно стекает. Нет у твоей мочи, другой альтернативы. А мы, мы будем хранить, твои член с яич¬ками как реликвию, на книжной полке, всю свою оставшуюся жизнь и всем будим показывать, хвастаясь ими, подробно рассказывать, чьё это, и когда, да кем, было отрезано от твоего тела. Чтобы, все наши подружки, да, и вообще многие друзья, помнили тебя. Но и в каком- то смысле, завидовали нам. Ведь, не у каждой девочки, есть подобный трофей, к тому же, собственноручно, срезанный с тела, живого мужчины, который добро-вольно разрешил нам, провести, его полную кастрацию. Хотя ранние! То есть, ещё до кастрации, ты, разрешил нам, сделать тебе пенэкто¬мию, то есть, под ноль, отрезать твой член. Таким образом, получается, что мы тебя оскопляем, и ты становишься скопцом. А! Это значит, что ты теперь будешь не мужчина, как в принципе очень далеко, и не женщина. Просто существо, среднего пола. Вот мы и не знаем, отдашь ли ты нам свои яйца, ведь мы в принципе изложили всё как на духу.
   – Ой, Вы мои, неугомонные девочки! Да забирайте вы эти яйца, забирайте их, хоть, и прямо сейчас. Я ничего не буду иметь против, даже того, если Вы, их - отрезав, поджарите с лучком, и перчиком, да съедите под водочку. По¬скольку мужские яички, не имеют запаха, легко усваиваемые, вкус граничит между грибами, и почками. Да и вообще, те, кто хоть раз пробовал это блюдо, утверждают, что вкус неповторимый, и они до того, ничего подоб¬ного никогда не пробовали. – Закончив свой монолог, Дед замолчал.
   Весело засмеявшись. Девочки бросились готовиться, к предстоящей опера¬ции, ведь им предстояло прямо сейчас, впервые в своей жизни, по настоя¬щему, самостоятельно  кастрировать мужчину, к тому же. Не просто отрезать ему яйца, это делается элементарно, и бес проблем. А тут, нужно удалить их, как они же¬лали, вместе с мошонкой, и то, отрезать семенные канатики, примерно в рай¬оне средины лобка. Девочки установили на штативе большое зеркало, так, чтобы мне был виден весь процесс операции, подвесили на потолке мощный прожектор. В ногах, на тот же штатив что с зеркалом, установили довольно не плохую видео камеру. И, конечно же, они приготовили, весь инвентарь. Туда вошли: шприцы, ножницы, ланцет, тампоны, кетгут и специальная игла. А так же, обезболивающие уколы, которые, сразу - же набрали в шприцы. И прочее, прочее, прочее, что может понадобиться, в процессе проведения операции. Всю мою промежность, девочки идеально вымыли, побрили, обильно про-шлись йодом. И как только, хотели вколоть обезболивающие, Я их, остано-вил.
   – Что случилось Дедуль, не уж- то передумал, или может что- то не так?
   – Подождите девочки и послушайте меня, поскольку и у меня есть одна не¬большая проблема, а именно. Лет двадцать пят назад, мою родную сестру, как бы взяв силой, и изнасиловал, один парень. Я выловил этого парня, из¬бил, до полного изнеможения, и пока он лежал в отключенном состоянии, я, стянув с него штаны с трусами, и прибил его яйца, шиферными большими гвоздями, которые носил в последнее время в кармане с собой, к скамейке. Не мошонку, а гвозди пробили насквозь, ему оба яйца, и плотно вошли в доску скамейки. Женщины, которые нашли его там, прибитым шиферными большими гвоздями, позвали своих мужей, и те, как смогли, срезали гвозди. Женщины промыли раны, и залили их зеленкой, больше в своей жизни я, этого парня не встречал. Ходили слухи, что он куда- то уехал. Ну вот, где- то так. Так вот, к чему я виду! Все эти годы, меня мучает вопрос, на сколько, тому парню, могло быть больно, что он так выл, то ли, от боли, толи от стыда, перед теми женщинами, которые обрабатывали его пробитые насквозь яйца. Спустя ми¬нут сорок, мои яйца, будут лежать, на этом лотке, который Вы, заблаговре¬менно уже подготовили для этой цели, и даже налили в него воды, что бы, кровь не засыхала, и яйца не обветривались раньше нужного времени. А мой вопрос так, и останется открытым, и ответа на него, я больше, никогда не уз¬наю. Так что, слушайте меня внимательно. На книжной полочке, лежит доска, на ней молоток, рядом клещи, а в пакетике два шиферных гвоздя 120 мм в длину и 5 мм в ширину, это как не странно но, довольно большие гвозди. Возьмите всё, что там приготовлено, и прибейте к той доске, мои яйца. Обезболивающих в этом случае уколов, не надо. Прежде чем приби¬вать, обвяжите мошонку, не сильно, а так чтобы яйца в ней держались с краю, и не совались. Положите мошонку с яйцами на доску и, прижав острие гвоздя в центре яйца, нужно будет резко ударить по шапочке гвоздя, так чтобы гвоздь в один клик пробил всё, и вошел в доску. Потом, таким же обра¬зом, забейте второй гвоздь. За яйца, не беспокойтесь, места от гвоздей затянутся, их ник- то никогда, там не увидит.  Не - промахнитесь по гвоздю, под ним, уже Ваши, трофейные яйца. – После этих слов, Дед, насколько мог, широко развёл, согнутые в коленьях ноги, и замолчал, он готовился к страшной, и по ходу, очень болезненной экзекуции.
   Маняша взяла брезентовые ремни, и ими привязала, ноги, и руки Деда, к, металлическому столу к которому специально для, этой цели, ими были приварены металлические кольца, у ножек стола. После чего. Взяв за руку Дуняшу, Маняша направилась в комнату, где девочки сняли с себя всю полностью, как говорится до последней нитки одежду, и после того, как собрали с полки, всё- то, что Дедуля приготовил для этой, жуткой процедуры, направились обратно к столу. Дуняша, вклю¬чила на штативе камеру, и отошла в сторону. Принесённую доску, Маняша подсунула так, что бы Дедова мошонка с яйцами, плотненько легла на доску. После чего обязала заготовленным Дедом шнуром мошонку так, что бы яйца в ней были плотненько зафиксированы с самого краю, и не гу¬ляли по всей мошонке. Закончив, так называемые приготовления, Маняша посмотрела на Дуняшу, та стояла, глядя в одну точку, а точнее на Дедовы яйца и практически не на что, больше, не реагировала. Но уже! В следующую секунду. Она взяла оставшийся брезентовый ремень, и плотно им притянула между лобком, и пупком Дедову поясницу к столу, так чтобы он не мог оторвать спину от стола. Мало- ли что может произойти, в момент сильной, не контролированной боли, ведь нужно будет, пробивать гвоздями насквозь, мужские яйца, а это, довольно таки болезненная процедура. Затем, взяла гвоздь, и молоток, вернулась к лежащему на столе Деду и. Ни сказав не единого слова, не проявив, ни малейших эмоций, подвела гвоздь примерно к центру яйца,  после чего, надавила на него, острием гвоздя, и со всей силы, обру¬шила на гвоздь сильнейший удар, на какой она вообще была способна. Гвоздь не просто вошел, в яйцо, он влетел в него, пробив его, и мошонку да к тому же, больше чем на сантиметр вошел в саму доску. Дед ахнул от боли, его тело съёжилось,  конвульсивно несколько раз дернулось, из груди вы¬рвался пронзительный стон, и он снова успокоившись, обмяк. Маняша взяла с руки Дуняши молоток, с тумбочки взяла гвоздь, и чтобы не терять времени, поскольку не - мешало бы, вколоть Дедуле хоть какое- то обезболивающее, она подошла к лежащему без малейшего движения Деду. После чего, при¬мерно обозначив центр яйца, с силой надавив на гвоздь, ударила по нему, но удар получился не совсем удачный, и фала Богу, что не пострадал Дед. Хотя да, он взвыл от боли, его тело несколько раз судорожно стянулось, и он как бы, даже успокоился. Держа  рукой гвоздь, который так и оставался в не пробитом насквозь яйце Дедули, Маняша выдержав в несколько минут паузу, с силой ударила обратно по гвоздю, да так, что доска, в которую он должен был войти, просто раскололась, и гвоздь завис, на пробитом насквозь яйце. Дедуля завыл, видать от невыносимой боли, его тело забилось в конвульсиях и, не переставая тяжело стонать, он, лежа на спине, тяжело дышал, а из его глаз, ручьями текли слезы. Девушки не став дожидаться, пока успокоится Дед, они, тот же час, убрали из яйца, расколовшего доску гвоздя, затем не¬много напряглись, и расшатав, клещами вытащили другой, и взялись осматри¬вать Дедули мошонку с пробитыми яйцами, но поскольку ничего страш¬ней, чем дыры от гвоздей не нашли то обкололи  мошонку, и яички, обезбо¬ливающим средством. Дедушка не много, ели слышно, стонал, но лёжа, на столе, накрытый простынкой, успокоился. И стал, ожидать команду, к началу кастрации. Девушки подошли к деду, дыхание было стабильно ров¬ным, дедуля спал как младенец после купели. Дуняша убрала простыню. И не став будить Дедушку, Маняша взяла ножницы и, оттянув спереди возле входа в уретру мошонку, щелкнув ножницами, прорезала сантиметра пол¬тора, в районе шва на мошонке, сквозное отверстие, и после чего, ввела не¬много ножницы вовнутрь мошонки, оставив сантиметра полтора на шов, не спеша сделала прорез до - её половины. Передала ножницы Дуняше, и та, доре¬зав до конца по кругу мошонки, потянула вверх, и сняла мошонку с яи¬чек, словно с головы капюшон. Под ней оказалась окутывающая тельце яи¬чек  плева.
   – Освободи яичка от окутывающей их плевы, – сказала Маняша.
   Дуняша, очистив яички от плевы, передала ножницы Маняше, а сама взяла яйцо Дедули, пальцами, и оттянула его в низ, да так, что бы оно максимально вышло из-под тела лобка. После чего сказала Маняше что бы та, как можно плот¬нее, и ближе к лобку, перевязала кетгутом подходящий к яичку семенной кана¬тик, что Маняша и сделала. После чего, отступив от обвязки миллимет¬ров пят, возможно семь, удалила яичко, перерезав ножницами, подходящие к нему сосуды. Все, яичко отрезано, и брошено рядом с отрезанной ранее мошон¬кой, в стоящий на столе лоток. А оставшиеся на теле, перевязанные сосуды, тут же после отрезания яйца, скользнули под лобок, и больше их не было видно. Раздался чуть слышный всплеск воды. Той, которую в неболь¬шом количестве, девочки налили в лоток, и яйцо, погрузившись в воду, легло рядом со своей мошонкой. Ножницы взяла Дуняша, а Маняша оттянула, как можно было дальше, Дедули – но уже, второе яйцо. Дуняша, плотно перевязав семен¬ной канатик яичка, кетгутом, и перерезав его ножницами, бросила удалён¬ное яйцо в лоток. А его перевязанные сосуды, тот же час, тоже спрята¬лись под телом лобка. Итак, оба яйца, и мошонка, находятся в лотке. Просмотрев проделанную работу, девушки приняли решения зашивать возникшее после удаления мошонки довольно обширное отверстие. Маняша, взяв шприц, обко¬лола место шва. После чего, взяла специальную иглу с заправленным в неё кетгутом, начала делать стяжки шва, примерно через семь миллиметров. В то время, как Дуняша, аккуратно укладывала торцы раны так, что бы они плотно, и ровно сходились в местах соприкосновения сшиваемых сторон. Закон¬чив зашивать рану, девочки протерли место операции, приведя все в пол¬ный порядок, и  присели на стульчики. Глядя на пустую, идеально выбри¬тую, и зашитую семнадцатью стежками промежность Дедули, на которой еще полчаса назад, красовалась мошонка со своими яйцами. Яйцами уже быв¬шего мужчины, девочки переглянулись, и облегчено вздохнув, улыбнулись друг, дружке но, в следующую секунду, не сдержавши эмоций, всё - же рассмея¬лись. Смеялись от радости за - то, что с Дедулей всё будет хорошо, и они всё - таки выполнили отлично свою работу.
   Дуняша положила ладошку Деду на пустую, промежность сказала. – Вот как бы и всё, это, как не странно прозвучит, но, и есть, Дедушкина судьба. Жил мужчина, пришли в его жизнь две соседские восемнадцатилетние де-вочки, можно сказать, сцикухи, которым- то, и нужна была, как это не странно может звучать, но, весёлая, полная экстрима, дурацкая атмо¬сфера. Сначала отрезали труборезом доверчивому Деду член, эксперимен¬тов, видишь ли, им захотелось. То есть, случайно, была прове¬дена, полная пенэктомия. Проще, полное отрезание, полового органа муж¬чины. Но, можно сказать, и так, что под ноль, ему отрезали член. А что, са¬мое интересное, так это- то, что, перед тем как отрезать, потянули за член, и пододвинули труборез как можно ближе к лобку, и щелк. Затем, спустя при¬мерно год, те - же, две девочки, уговорив Дедушку, уже без члена, подарить им, на день рождения, свои яйца, и как только он дал им своё согласие. Не особо мешкая, провели ему полую кастрацию этой же, его промежности, и хотя саму кастрацию, провели идеально. Поскольку в проведении подобных процедур, уже кое- какой опыт, но всё- же имели. Но? У этого, человека, больше никогда не будет: привычного для каж¬дого мужчины члена, ни мошонки, ни яичек. Лично я! Даже, не знаю те¬перь кто он? По сути, это существо, далеко уже, не мужчина, да вот, и не жен¬щина, потому, что ему до женщины, как до луны, он просто скопец. То есть, такой себе, средний пол. А что дальше?
   – Дальше у него будет жизнь, а мы должны его поддерживать, до конца его жизни. Поскольку во всем, что ему пришлось пережить, виной мы: его член, яйца, мошонка, и всё, что у него было на его промежности, ему отрезали мы. Для него мы! Какой- то злой рок. – Посмотрев на сестру, сказала, Маняша. И подо¬двинув к себе лоток, на котором лежали Дедовы яйца с мошонкой, потро¬гав их пальчиком, сказала. – Нужно пойти взять баночку с членом. Де¬дуля проснется, захочет яйца с мошонкой, к члену в баночку приладить. – По¬сле этих слов, Маняша вытащила оба дедовых яйца, с лотка, сложила к себе на ладошку и, покатав ими, внимательно разглядывая по своей ладони, добавила к ним мошонку, подошла к водопроводному крану, хорошенько их сполоснула. После чего, вылила воду с лотка, сложила на него оба яйца, и чеп¬чик. Осмотревшись, поставила лоток на подоконник, сказав. – Пусть подсы¬хают! – И вернулась к стульчику, сев на него, о чем- то задумалась.
   – Баночка со мной, – сказала Дуняша, и достала с сумочки баночку с Дедо¬вым членом, а так же, чистую, но чуть больше, со словами. – Может нужно будет поме¬нять.
   Спустя некоторое время, Дед, проснувшись, осмотрелся, после чего спро-сил. – Так что там у нас, с прибитыми к доске яйцами, всё терпимо, или есть какие- то проблемы?
   – Дедуль, нет у тебя, уже, ни каких проблем, все нормально. – Ответила Маяша и девочки подошли к Деду, и стали потихоньку его отвязывать от стола.
   – А почему я привязан? – Спросил Дед.
   – Боялись что с пробуждением, не поймёшь что, да к чему, и можешь упасть со стола.
   – Так что! Приступаете к кастрации, или перенесём. – Спросил Дед.
   – Дедуль! В процессе прибивания твоих яиц к доске, случилось не предвиден¬ное и пришлось левое яйцо прибивать по - новому. А именно! В доске, какую ты дал, был сук, поэтому правое яйцо, прибилось с первой же попытки, но второе пришлось перебивать. Маняша с первой попытки потер¬пела неудачу, но гвоздь оставался на половину в яйце, и второй удар пробил твоё яйцо и расколол доску. Но мы всё уладили, и кастрация прошла велико¬лепно.
   – Девочки, так я уже не мужчина? – Спросил Дед. – И вы уже ходите пере- домной совершенно, можно, и так сказать, голенькие, как русалочки.
   – Нет, Дедуля, ты уже не мужчина, но, и далеко ещё не женщина да, и не станешь ты ею, уже никогда. Извини ты уж нас, но тебя, и кастратом нельзя назвать, у кастратов есть в наличии член, так- же как, и у евнухов, ты - же у нас, уже просто скопец. То есть некий средний пол. Больше чем мы у тебя ви¬дели, уже не увидим. А мы у тебя здесь, будем теперь постоянно голень-кими ходить, потому что так намного удобней, мы и дома стараемся голы-шом бегать, родителей мы своих совершенно не стесняемся. А ты уже нам как родной человек, мы будем твоими как бы внучками. Оба наших брата, хоть и старше нас, так они от нас не отстают, тоже все свободное время голы¬шом ходят, а если приходят чужие, то мы халатики одеваем, по крайней мере, стараемся это сделать. Что наши родители, что старшие братья, всю нашу жизнь, с самого рождения, нас голышом видели, так что ж мы их должны стесняться, больше чем они у нас видели, показать нечего, как и уди¬вить. Да и купала нас мамка в детстве, всех вместе в одной ванной, думала, повзрослеем, но мы не повзрослели. Дедуль, ты нам рассказывал о вкусовых качествах мужских яичек. Ты их, когда- то, пробовал на вкус? Или читал где- то, или слышал, с чих- то рассказов?
   – Девочки! Когда мне было примерно лет двадцать, может и чуть больше, у меня был друг детства, и однажды он завёл разговор о кастрации, это была интересная тема, и я ею заинтересовался. Я  обратился к старому ветеринару, жившему невдалеке от нас, и попросил его научить меня кастрировать котов, собак, да, и вообще всякую живность, имеющую яйца. Ходили мы с ним на пару, больше года, и однажды он, чуть больше положенного выпил, и мне под¬робно рассказал, как можно кастрировать мужчин. Но я и поделился со своим другом. После этого, он меня достал, своей просьбой. Каждый день одно и то же, кастрируй меня, ты мой друг, сделай мне подобную услугу, но так, что - бы ник- то не знал об этом. Я попросил свою сестру, и она мне ассисти¬ровала в момент этой кастрации. По окончанию операции, сестра за¬брала его яйца с собой, бросив их в пакетик, а дома приготовила, ошеломляю¬щее блюдо. Вот тогда я многое узнал от неё, о мужских яйцах, и их вкусовых качествах. Да и что греха таить, я с ней, больше десятка муж¬чин, лично кастрировал, подменяя врача, когда он был занят. Сейчас же, се¬стра живёт в Мехико, и мы лет десять общаемся, только по телефону. Ну, вот такие- то мои дела, милые мои голенькие куколки, внучки. Которые всерьез играючи! Вполне шутя, даже не моргнув глазом, чикнули Деду его головастика. Но не просто чик¬нули! А перед тем как его отрезать, поправили на труборезе, потянув за член так, что бы нож трубореза, как можно ближе подошел к лобку, и при отреза¬нии, на месте члена не оставалось даже пятна от него. Затем, спустя годик отстег-нули яйца, но не просто отрезали, а в комплекте  с мошонкой, при этом прооперировав идеально, не каждый профи так сумеет. Разрез от мошонки, зашили так, что спустя какое- то время от этого шва, и следа не останется. Да малышки, я вами горжусь, вы милашки действительно мне, как родные, и са¬мые любимые внучки. Вы, правда, в одном немножко просчитались, я только узнал Вас ближе, сразу же захотел отдать Вам, всю свою про-межность, по¬скольку я уже старый, и если что случится со мной, то её зароют вместе со мной. А так, она останется в Вас, на этом свете, как наглядное пособие, в конце, концов, сувенир. Но я, вёл вас к ней изо дня в день, что бы Вы сами, как бы, её заполучили, так она становится ценней, и дороже. Вы сделали, даже лучше, чем я предполагал. Ну что же, мои милые куколки, давайте мне сюда журнальный столик, и мы, пожалуй, займемся, этим Вашим, наглядным пособием. Дед, взяв пинцет, и достал с банки подставку, со своим бывшим членом. А поскольку головка члена находилась, как, и положено, в низу, то Дед сдвинул член на три сантиметра ниже по стоячку, и таким вот образом, освободил место для яиц. После чего, укрепил мошонку одним концом над членом, так что бы мошонка, была сзади, как собственно, и в жизни, а после чего, вернув яйца в мошонку, зафиксировал их в ней так, словно они, выйдя на половину наружу, вот, вот, да, и вывалятся с неё сквозь вспоротое отверстие. Получилась довольно интересная композиция. Дед опустил член с яйцами и мошонкой обратно в баночку, залил чистый раствор нового формалина. Ну, вот и все Дуняша, твой экспонат готов к показу. А твой Маняша, будем потихоньку готовить, я так думаю, что не особо торопясь мы, и его со-орудим.
   – Дедуль снова звонил тут один со старшего курса и просит, что бы мы с Маняшей его кастрировали, так надоел, что хоть кричи
   – Так Дуняша, а давайте мы этого надоедливого и в правду кастрируем. Если это он хочет серьёзно, то все будет очень даже приемлемо. Но если он готовит вам лыжи в тюрьму, ну тогда доведется как- то уж и с этим сми-рится. Ведь тут уже, как карта ляжет. Адрес! Что из себя, представляет дом? Тот дом, в котором, и будет проводиться процедура кастрация. А так же, его планировка, чердаки, дос¬туп к ним, если есть чердак, то можно ли с него пройти в какой другой подъ¬езд, то есть всё что можно узнать по этому дому, нужно знать уже сейчас. Так что внучки, метнитесь, и всё узнайте, да как можно быстрей, и осторожней. Возьмите с собой перчатки, да и бахилы, мало ль что случится может.
   Девочки, быстренько оделись и умчались, добывать для Дедули информа-цию. Вернулись обратно, часа через  три. Грязные, усталые, все в пыли, пау¬тине, за - то довольные, и с целым ворохом информации. Дедуля ждал своих девочек сидя на диванчике, и небольшими глоточками, пил вино, кусая плитку шоколада, и притом, что- то рассматривал на журнальном столике. На нём, со всей одежды, была одета только футболка, потому что девочки запре¬тили ему без особой надобности, одевать на себя, штаны, а тем более трусы, чтобы не пережимать еще свежие швы на промежности. Придя можно сказать, девочки почис¬тили свою одежду, и быстренько её, сняв, бросили в стиральную ма¬шину, включив длинную стирку, чтобы максимально удалит всё- то, что могло к ней прилипнуть в процессе перемещений. Управившись с одеждой, направились в душ, где провели, минут сорок. Дедуля посмотрел на девочек, вышедших с душа, они были голенькими, и чистенькими, словно две руса¬лочки, различить которых было практически невозможно, не зная их секрета. Дед улыбнулся и продолжил разбираться с кипой новой информации. А де¬вочки, направились на кухню, готовить ужин. После ужина, Дед позвал дево¬чек и стал очень подробно объяснять им, их дальнейшие действия, как запутан-ней прийти в квартиру и, кастрировав парня, без особых осложнений уйти оттуда, но и, конечно же, что нужно для этого, взят с собой.
   Часов в десять утра, Дед позвал девочек и сказал, что нужно, позвонить этому претенденту, и предложить ему, подготовится к проведению операции. Для того необходимо, хорошенько подмыться, побрить промежность, подгото¬вить операционный стол, более приемлемый свет, но и, конечно же, оплату, за их работу. Через час, приступим. Что девочки и сделали, они позво¬нили парню и все передали ему слово в слово.
   – Так, девочки! Вы всё упаковали, как я, Вас просил: одежду, инструменты, ремни, второй рюкзачок, в сумку на колёсиках.
   – Да! ¬– Ответила Дуняша.
  – Вот и ладненько, – сказал Дед, и добавил у самых дверей.– По коням, де¬вочки.
– Ты так и поедешь? – Спросила Маняша.
   Дед стоял у двери, в одной футболке. – Девочки засмеялись, и подали Деду штаны, куртку и кроссовки.
   Подъехали к объекту в десять сорок пять, Дед посмотрел на девочек и ска¬зал, – Так русалочки, Вы мои милые. Звоните клиенту и скажите, что на сей¬час, всё отменяется, пусть извинит. И сразу же, ложи те трубку.
   Дуняша набрала клиента и когда тот вял трубку сказала. – Ты уж извини нас парень, но на пока все отменяем, когда появится время, приедем и все сде¬лаем. – После этих слов, она положила трубку. – Посмотрев на ухмыляюще¬гося Дедулю, спросила. И???
   – Не, И, а, Да! Сейчас начинается всё, как, и оговаривали раньше. Один аппара¬тик включишь на чердаке в сумке, потому что он большой, но, ко-нечно же, и мощный, думаю, его хватит, а тот слабее перед дверью, включите и звоните в квартиру. Помните, время у Вас ограничено, ни единого лишнего слова, ни единого лишнего поступка, движения. Тишина и сосредоточен¬ность. Я Вас жду, на стоянке, помните, чем больше кругов вы сделаете, тем меньше работы собаке. Не забывайте сеять собачью радость, и сыпьте её, начи¬ная еще с квартиры, но в ней меньше.
   Девочки ушли. Дуняша направилась через сквер, и вошла в соседний подъ¬езд, там по металлической лестнице, поднявшись на чердак, включила подави¬тель сигналов, и оставила его вместе с сумкой на чердаке, взяв с собой только маленький рюкзак, с инструментом, спустилась в нужный подъезд. Маняша в свою очередь, зашла в нужный подъезд, изображая старушку с тро¬стью, которая передвигалась очень медленно, потому что была, очень сгорб¬ленная. Девочки встретились в подъезде на площадке пятого этажа, Ма¬няша включила свой подавитель сигнала, положила его обратно в рюкзак, туда же спрятала и телескопическую трость, нажала кнопку звонка. Дверь от¬крыл хозяин квартиры.
   – Ой, девочки, Вы же не…
Ему не дали закончить начатую фразу. – У нас появилось свободное окно, и мы решили посмотреть в него вместе с тобой, – сказала Маняша, и тут же спросила. – Ну, ты готов?   
   – Да, да! Проходите, – и парень пропустил девушек в квартиру. Вот стол,
гладильная доска, свет, – и он включил, лампы зажглись довольно ярко, и вот
деньги за работу, – и он протянул Дуняше, тысячу долларов.
   – Раздевайся. – Тихо сказала Маняша.
   Парень снял из себя всю одежду и, краснея от стыда, лёг на стол.
   Дуняша, молча  подойдя, подсунула  парню  под голову, гладильную доску,
сделала ему успокоительную инъекцию, а в это же время, Маняша, несколько
раз уколола обезболивающий  препарат, прямо в яйца, мошонку, и вокруг мо-
шонки, парень что- то, в последнюю минуту  хотел было  сказать, но уже не 
успел, потому  что, в - следующий  миг, отключившись, уснул. Девочки вы-
нули со своих рюкзаков инструменты для проведения операции и конечно же
ремни, которыми тут же привязали парню руки к ножкам стола. Затем привя-
зали ноги, разведя их так, что бы открылся максимальный доступ к  промежности. После чего приклеили широким лейкопластырем член парня к животу и приступили к операции.
   Маняша взяла ножницы и, прорезав ими, отверстие в мошонке ввела их половинку вовнутрь мошонки, стала аккуратно, не спеша прорезать плоть, пока разрез не встретился. Тогда Дуняша сняла с яичек отрезанную мошонку, и опустила её в приготовленную баночку, а Маняша стала очищать яйца паря от плевы. Как только плева была полностью убрана, и Дуняша отправила её ненужные ошмётки, в баночку, можно было приступать к удалению яиц. Маняша отдала ножницы сестре, а сама, взяв яйцо парня, между указательным пальцем, и средним, оттянула, придерживая большим так, чтобы, максимально вытащить, семенной канатик испод лобка. Дуня, плотно перевязав его, отрезала подготовленное яйцо, ножницами. И не успев отрезанное яйцо парня, коснуться дна банки, а его семенной канатик, исчезнуть под лобком. Маняша, взялась оттягивать другое. Максимально, оттянувши яйцо парня, и подождав, пока Дуняша, отрезав, бросит его в банку, а семенной канатик, словно испуганный ужик под камень, спрячется под телом лобка. Маняша взялась зашивать разрез, где только что находилась мошонка с яйцами, кастрированного парня. И делала она это, так быстро, и аккуратно, что Дуняша едва успевала ровнять края ранки. Шестнадцатый стежок, завершил работу. Девочки хорошенько протерли  шов - чик на ранке. Развязали парня, сделали перевязку. И перенеся новоявленного евнуха, со стола на диванчик, девочки стали собираться домой. Всё, идеально убрав и протерев. Девочки просмотрели всё ли у них, находится на месте. Да и вообще, не забыли, ли, они, или  потеряли, что либо, но всё было собрано, и упаковано. Девочки переоделись, свои вещи сложили в рюкзаки, и примерно тем же маршрутом что пришли сюда, отправились обратно. Спустя минут пятнадцать, девочки уже сидели в машине Дедули, и ехали домой.
   – Ну что ж Маняша, разреши тебя поздравить с открытием новой коллек-ционной баночки, и свежего наглядного пособия для твоей книжной полки, ведь как бы там не было, а яйца с мошонкой, уже можно сказать, что в ба-ночке. – Улыбнувшись, сказал Дед.
   – А если докажут, что этого бойца кастрировали мы, и заставят нас вернуть, его яйца с мошонкой. Сейчас же, такая медицина, что могут, и обратно ему, его яйца пришить. – Грустно сказала Маняша и посмотрела на сестру.
   – Успокойся девочка, после формалина, эти яйца и под яблоньку в огороде, прикопать побоятся, а вдруг усохнет деревце. Формалин свёртывает белки и предотвращает их разложение. Если в баночке, хотя бы, раз в год. А- то, реже! Можно припустить где- то, два, а- то и три года, менять формалин то эти яйца, будут храниться, вечно. Но как- то так. – Закончил свой ответ Дедуля и улыбнулся девочкам.

10.12.2025.